Rein

Как оказалось, ушлый Поттер уже давно все продумал. Кто бы вообще мог предположить, что этот несуразный мальчишка может думать головой, а не задницей? "Супруг, а не мальчишка. Приучай себя", - подумал Люциус, пытаясь натянуть то, что пять минут назад ему принес неко и во что велел впихнуть себя, как тот хочет. Иначе он его лично туда утрамбовывать будет. Прикусив язык почти на сказанных словах, что он, в общем-то, не против, блондин кивнул и принялся рассматривать то, что ему принесли. Блестящий черный костюм, что плотно облегал его тело, образуя словно вторую, но очень плотную кожу, пах резко и при этом приятно. Куртка, штаны, все это облегающее и довольно вызывающее. Люциус заподозрил Гарри в сексуальных фантазиях. Но надел. А на выходе из дома получил в руки еще и черный *шлем*, чем окончательно лишил его возможности видеть и разговаривать. - И как я должен в этом... быть? - Не ори, Люц. Тут динамики, и ты меня, а я тебя прекрасно можем слышать. А видеть тебе необязательно. Последнее, что увидел Люциус перед тем как одеть круглую прочную штуковину на голову - Гарри Поттера в таком виде, что любой бы маньяк обзавидовался и утонул в своих же слюнях. Ему же это досталось совершенно бесплатно. Стоящая длинная вытянутая агрегатина с двумя колесами как-то тоже не вызывала доверия. - Это еще что такое? Ты меня убить решил или все-таки жениться? - Держись крепче. Министерство до сих пор считает магглов глупыми и недалекими, но они крупно ошибаются, это я тебе говорю. А вот то, что они не разбираются в технике – это их проблемы. Я же ничего не нарушил. Малфой буквально кожей почувствовал нехорошую улыбку Поттера. Дааа, Золотому мальчику было бы самое место на Слизерине. Но, не мы такие – жизнь такая. А его жизнь побила очень сильно. Что-то взревело, и вцепившийся в худосочного парня Люциус уже взмолился всем богам, лишь бы не убиться. Сколько они так ехали, блондин так и не понял, но когда остановились и с него все же сняли шлем, они были... в Косом переулке. - Ты самоубийца? - Лучшее место для того, чтобы спрятаться – под носом у врага. Пойдем, - схватив Люциуса под руку, Гарри потащил его в переулок, и первое же здание, куда они зашли, был банк. Реакция гоблинов была странной. Увидев Гарри, они на мгновение замерли все, а после - моментально появившийся Главный Гоблин, недолгие переговоры, почтительное отношение и тихий шепот за спиной, вкупе с быстрым переездом к сейфам, и уже оттуда наверх. В общем, в делах Поттер оказался быстр и решителен, так что Люциус себя даже чужим почувствовал. - Слушай, что происходит? - Если коротко, то не беспокойся, все нормально. - А если не коротко? - В Поттер-Мэноре расскажу. Один из каминов всполыхнул алым, и Поттер, развернув к себе ничего не понимающего Люциуса, на глазах всех гоблинов собственнически поцеловал его в губы, прижав к себе. - Ты идешь первым. И буквально не давая Люциусу ни секунды на возражения, толкнул его спиной в камин, так что вырвавшееся пламя с ревом захватило человека, отправляя в путешествие по каминной сети и выбрасывая в каком-то старом зале на пушистый и очень пыльный ковер. Прокашлявшись и расчихавшись, Люциус поднялся с колен, рассматривая помещение, куда его выбросило. Огромный зал, выполненный в золотых и зеленых тонах, старые картины, прикрытые кресла и диваны, молчащие камины, что были в каждой стене этого зала. Все это создавало ощущение, что в этом доме давно никто не живет. И в то же время – что этот старый, даже древний Мэнор, Сердце которого сейчас очень недоброжелательно осматривает и ощупывает незнакомца, посмевшего вторгнуться во владения хозяина. Раздался грохот и из камина шагнул Поттер. Тут же ощущение сменилось, магия словно ластилась к ним, обволакивала, приветствовала. - Кинки! - Хозяин вернулся. Хозяин обещал, старый Кинки ждал хозяина. - Приготовь ритуальное Сердце. Запри все камины, я никого не жду. Подними купол и приготовь нам спальню. Кинки, остальные эльфы еще живы? - Да, господин, все живы, но спят, крепко-крепко. Сам Мэнор усыпил их. - И как их разбудить? Ты ведь знаешь, так? - Магия хозяина разбудит их. Старая, древняя, темная как сама ночь, когда... - Так, стоп, почему это темная? - недоумевающий Люциус, молчавший все это время, перевел взгляд с домовика на Гарри Поттера, а тот лишь стащил свой костюм и улыбнулся. - Да потому что неко тоже бывают разными. Я вот Темный. И, к сожалению, мой род единственный, где такие существуют. А светлых, правда спящих, в одной Англии три или четыре рода. А я вот опять, черт возьми, отличился. Сдалось оно мне… Поттер оглянулся, сдирая с одного из кресел темное скрывающее полотно и садясь туда, закинув ногу на ногу. - Кинки пойдет? - Разбуди эльфов, вызови ко мне Олливандера и мадам Малкин, для них откроешь камин в моем кабинете, и только для них. На кровь опознавание поставь, или воспользуйся артефактами. Только учти, они мне живые и невредимые нужны, так что поаккуратнее там. - Кинки знает, Кинки все сделает. - Выполняй. Как только эльф исчез, Гарри откинулся на спинку кресла, и сжал острые выступающие набалдашники на подлокотниках, тихо, словно зовяще промурлыкал, уколов палец об один из острых углов кресла и капая ею на пол: - Вставай, Мэнор. Твой хозяин вернулся, чтобы не уходить. Дом содрогнулся так, что Люциус схватился за плечо Гарри, чтобы не упасть. Тихий стон, зов, рык, шорох, что пронесся по залам, скрип, когда старые двери начали открываться с трудом, после стольких лет засыхания и сна. И тихое золото магии, когда та начала приводить Мэнор в порядок, убирая пыль и грязь, заставляя камины вспыхнуть теплом и огнем. Покрывала, закрывающие кресла и столы исчезли, уступая место чистым тяжелым столам и приветливо развернутыми к хозяину креслами, ковер тут же очистился от своей грязи, являя искусно вышитый герб дома. - Вот и прекрасненько. Если я не ошибаюсь, на кухне уже готовят эльфы, а значит - скоро будем ужинать. - Гарри, что происходит? - Люциус осторожно потрогал ближайшее кресло и даже ущипнул его, на что волшебный предмет мебели недовольно рыкнул львами на подлокотниках и подсекая ноги мужчины, усадил на себя. – Боюсь даже представить, что будет, если сюда сядет твой недруг. - Мой недруг даже не войдет сюда, не то что сядет в кресло в моем приемном зале. Поттер взглянул на сидящего Люциуса поверх очков так, будто тот сказал самую большую глупость в жизни. И улыбнулся. - Пойдем, скоро прибудут гости. У моего супруга будет лучшее, чтобы начать новую жизнь. Поднявшись, он подал руку будущему мужу, ведя того прочь из зала и небрежно кивая встречавшим его радостным эльфам, поднимаясь по тяжелой винтовой лестнице наверх, туда, где были комнаты Главы Рода и его супруга. Вечер ожидался насыщенный.