Не бойтесь перемен.

-Пушкарева, где ты опять ходишь? Наверное, все видели в магазине китайский колокольчик, который крепят к потолку около двери. Он оповещает продавца о приходе нового покупателя. И каждый раз, когда заходишь в магазин, над головой слышится его звон. Так, иногда мне кажется, что у Вики здесь такая же функция, даже «слоган» не меняется. Стоит мне открыть дверь приемной, как сразу звучит один и тот же вопрос. -Я за документами ходила, - в подтверждение я удобнее перехватила кипу папок, которые доходили мне почти до подбородка. Не понятно, почему я каждый раз оправдываюсь перед ней. -Знаю я твои документы. Опять со своими жен-советчицами кости кому-то перемывали? А уважаемый человек должен ждать? -Уважаемый человек? – недоуменно обернулась, хотя собиралась пройти мимо нее, ничего не отвечая. -Александр Юрьевич. Между прочим, он –акционер компании, - нарочито повышая голос, вещала Клочкова. – А ты заставляешь его ждать! -Он в кабинете? -Так где же ему еще быть? Не в приемной же ему ждать. Мне как-то сразу резко расхотелось заходить в кабинет. Что ему нужно? Андрея здесь нет, они с Воропаевой уже час как уехали на деловую встречу, и Александр должен об этом знать, если он ехал к нему. Значит, ему опять нужна я? И развернуться и уйти уже не получится. Наверняка он слышал Викины хвалебные речи в свой адрес, и понял, что я уже вернулась. -Здравствуйте, Александр Юрьевич, какими судьбами? – тот уверенно восседал в президентском кресле с закинутыми на стол ногами, и кажется, чувствовал себя здесь хозяином. Уверенно пройдя к столу, я свалила свои документы прямо перед его ногами. Хотелось, чтобы он почувствовал себя неудобно и хотя бы сел, как подобает приличным людям, а еще лучше, что бы встал с этого кресла. А совсем-совсем хорошо было бы, если бы он ушел. -Мне показалось, или вы испугались моего прихода? – Воропаев не только не смутился, так еще и демонстративно закурил свою излюбленную трубку, выдохнув едкий дым в мою сторону. Я с детства, не перенося табачный дым, тут же закашлялась. -С чего бы это мне вас пугаться? Просто удивлена, - и тут же вспомнила о не выключенном компьютере, где хранились компрометирующие документы. – Если вы к Андрею Палычу, то его нет, но скоро будет. Вы можете попросить кофе у Виктории. А я пойду к себе, если вы не возражаете. -Вы опять пытаетесь от меня сбежать? -Что значит «опять»? У меня рабочий день в самом разгаре. -И все-таки, Андрея нет, почему бы нам не поговорить? -Разве мы вчера обо всем не договорились? – удивилась я, хотя действительно больше всего хотела сейчас сбежать, так как оставленный компьютер просто притягивал к себе, словно магнитная нейтронная звезда. А руки чесались, и жизненно важно было сейчас понять, лазил ли он в моих документах? -А вы нервничаете, - прищурил глаза Воропаев, и снова выпустил из своих легких дым, создавая густой туман, который быстро растворялся и оставлял после себя стойкий горький запах. Чтобы не подавать виду, я быстро обошла стол и открыла окно. -Между прочим, по этикету, вы должны спросить своего собеседника разрешения закурить. И снять ноги со стола, - едко заметила я, демонстративно обмахиваясь тонкой папкой. Как же заставить его уйти? Даже смутить его решительно нечем. В ответ на мое замечание, он лишь издевательски ухмыльнулся и продолжил свое занятие. Тогда плюнув на все рамки приличия, я снова взяла со стола свою папку с документами и, не говоря ни слова, скрылась у себя в кабинете. Подбежав к столу, даже не садясь, я первым делом дернула мышкой, чтобы загорелся монитор. Посмотрев на открытые окна, я немного успокоилась –все осталось так, как и было. Но это, конечно еще не показатель, Александр легко мог «замести следы». Опасаясь, что Воропаев может зайти следом за мной, я сохранила и закрыла все документы, и открыла те, которые не могут вызвать у «уважаемого акционера» подозрений. И как раз вовремя. Как только я опустилась в кресло и открыла одну из принесенных папок, дверь по традиции распахнулась без стука. Александр, уже без трубки, уверенно прошелся по каморке, рассматривая мои фотографии и все, что попадется под руки. Откуда ни возьмись, вспомнилась фраза, что приличных чиновников не бывает. Сейчас я готова была с этим согласиться. -Вот удивительно, Екатерина Валерьевна, -задумчиво протянул Воропаев, листая мой экономический журнал. – Как же Андрей вам так запудрил мозги, что вы готовы стоять за него горой? -Я исполняю свои служебные обязанности, а Андрей Павлович – мой начальник, - как можно увереннее произнесла я, а краска помимо воли залила все лицо до кончиков ушей, когда в голове ярко всплыли картинки из Ждановской прихожей. Хоть и помогаю я Андрею совсем не из-за этого. -Да? То есть, скрывать реальное положение дел в компании это служебные обязанности? -С чего вы вообще взяли, что мы что-то скрываем? -Да хотя бы по вашим глазам. Вы так упорно стараетесь спрятать взгляд, что невольно закрадываются сомнения. -Вы слишком мнительны, - стараясь взять эмоции под контроль, ответила я. Чтобы не запрокидывать голову при разговоре, я встала и присела на самый краешек стола. -Тогда как объяснить то, что вы отказываетесь показать мне документацию? Как акционер компании, я имею на это право. -Как только она будет готова, вы все увидите, - вскинув голову, я пристально посмотрела ему в глаза. –Вопрос исчерпан? -А вообще жаль, - подойдя вплотную, он положил ладонь на мышку, стараясь заставить нервничать. –Жаль, что вы отказываетесь мне помогать. Мы бы могли неплохо сработаться. Да и деньгами бы я вас не обидел. -Не в деньгах счастье, - сосем невпопад, выпалила я, стараясь отодвинуть его от себя, а заодно и от компьютера. -Катерин, чего у нас так холодно? Вы опять проветриваете? – как спасение, прозвучал знакомый зычный голос моего начальника. Сейчас я была безумно ему рада. Через секунду он появился на пороге моего обиталища. Стоит ли говорить, что постучаться снова никто не удосужился? Лицо его тут же исказилось, в короткий миг, сменив все оттенки цветов радуги. Сообразив, в каком двусмысленном положении мы находимся, я немедленно, что есть силы, оттолкнула от себя Воропаева и отскочила на столько, насколько позволяли размеры каморки. -И что здесь происходит? – выдавил из себя Жданов. -Да вот, тебя ждали, - не моргнув и глазом, совершенно спокойно откликнулся Александр. – А тебя так долго не было, что мы все решили сами. Бывай, Андрюша, - и, похлопав его по плечу, отбыл в неизвестном направлении. Жданов же, как будто и не заметил, его ухода продолжал всматриваться в мое лицо. Верно, краска еще не схлынула с моих щек. Знали бы вы, Андрей Палыч, что ее спровоцировало… -Что? – растерянно спросила я, отдергивая пиджачок. -То есть ты ничего не хочешь мне объяснить? – возмутился Андрей. -А что я должна объяснять? Александр снова пытался узнать о наших делах. -Александр? О делах? Каким же это способом, мне интересно? - Андрей Палыч! Что вы себе позволяете? -Что я себе позволяю? Это что ты себе позволяешь? Воропаев постоянно ошивается около тебя, подвозит тебя, а теперь еще вы, непонятно чем, тут занимаетесь на рабочем месте! -Да он просто чувствует, что здесь что-то неладно, вот и пытается все разнюхать, а вы! – резко выкрикнула я, и чтобы скрыть слезы злости и досады, от того, что тебя не хотят понимать, я бросилась к выходу, но резко была остановлена сильной рукой. Перехватив меня поперек талии, он пытался удержать, прижимая меня к себе. -Да подожди ты! – встряхнул меня за плечи. – Объясни толком, что происходит? Он что, угрожал тебе, или что? -Еще нет, но я чувствую, что он что-то знает. Пусти! – я тщетно дернулась в его руках. -Кать, не накручивай себя. Воропаев любит придираться, он просто пытается выбить почву у нас из-под ног. Но ничего не выйдет, верно? Его взгляд немного смягчился, и он совсем неожиданно наклонившись к моему лицу близко-близко, требовательно прижался к моим губам. Окончательно растерявшись, я снова попыталась оттолкнуть его, но совершенно очевидно, что никто не позволил мне этого сделать.