Не бойтесь перемен.

Почему же так плохо? Почему здесь такой яркий свет, что не открыть глаза? Попытавшись найти свои очки, я протянула руку туда, где должна была находиться тумбочка, но ощутила под ладонью только холодное покрывало. Странно… Вытянув другую руку, я почувствовала тоже самое. Сердце тревожно забилось. Совершенно точно, это не моя кровать. На своей я не смогла бы так вытянуться. Я даже не дотянулась до краев. От ужаса я еще больше зажмурила глаза, а потом резко их распахнула, забыв про головную боль. И тут же пожалела об этом. Солнце светило в окно так сильно, что прозрачные шторы не могли с ним справиться. И где же мои очки? Болезненно щурясь, я огляделась вокруг. В глаза сразу же бросилась яркая расцветка постельного белья. Красные маки на черном фоне. Оригинально, но как-то мрачно. В попытке определить свое местоположение, я еще раз обвела взглядом комнату. Глаза уже привыкли к свету и молоточки в голове потихоньку умолкали. На полочке, которая находилась у изголовья кровати, я обнаружила свою потерю, а также фотографию в красивой рамке. Приглядевшись, я идентифицировала личностей, изображенных на ней. Это были Павел Олегович и Маргарита Рудольфовна. Неужели я у… Жданова?! Так, спокойно, радуйся, что вообще у знакомого человека, а не где-нибудь неизвестно где. И только сейчас я догадалась вспомнить события вчерашнего вечера. Вроде ничего криминального не было. Мы отдыхали почти всей компанией Зималетто в клубе. Точно! Ведь Жданов вызвался меня провожать, когда мне стало нехорошо. Расслабленно выдохнув, я упала обратно на подушку, опять спровоцировав в голове стук молоточков. И все же что-то не так. Как-то неуютно. Поддавшись не известному мне порыву, я заглянула под одеяло и обомлела. Причина неудобства крылась в туго завязанном поясе и спутавшихся полах слишком большого халата. А это мне уже не нравиться. Где моя одежда? И где Жданов, черт побери? Почему в квартире так тихо? Ощупав себя, я удовлетворенно заметила, что белье находится на мне. Но это ничего не значит. Сама я переодеться не могла, а значит, мне помогли.… Почувствовав, как начинают гореть щеки, я пару раз отчаянно хныкнула, и, зажмурив глаза, ударила кулачком по кровати. -Ненавижу! – тихо, сквозь зубы, прошипела я. Где-то сбоку весело хохотнули. Отлично догадываясь, кто это, я резко приняла сидячее положение и с трудом сфокусировала свой взгляд на мужчине. Он был просто неприлично веселым и улыбался во все свои отбеленные зубы, откровенно разглядывая меня. В руках у него был стакан с какой-то непонятного цвета жидкостью. Глядя на эту картину, я еще больше нахмурилась и подтянула одеяло к груди. Халат был явно не по размеру и норовил при любом неосторожном движении распахнуться. -И вам доброе утро, Катенька! Кого это вы ненавидите с утра пораньше? Надеюсь не меня? – все с такой же широкой улыбкой он в два шага достиг кровати и сел на ее край, оказавшись совсем уж близко ко мне. Нервно сглотнув, помимо одеяла я подтянула к груди еще и колени. Так… на всякий случай… -Где моя одежда? – спросила я охрипшим голосом. -Это все что вас интересует? – поднял бровь и лукаво улыбнулся. – Она в ванной, сохнет. -Что значит «сохнет»? -Это значит, что ее постирали и теперь она сохнет. Просто вы вчера, когда падали в обморок, решили заодно протереть мою машину, а так как я ее давно не мыл, то результат, как говорится… - и пожал плечами, мол «я не виноват». -И сколько… она будет сохнуть? -Ну, еще где-то часик, может два, - наверное, паника в моих глаза была ярко выражена, потому что Андрей поспешно продолжил. - Не переживайте, моя домработница повесила ваше платье на сушку, чтобы было быстрее. -Сколько сейчас времени? Мне же дома надо быть! Папа меня убьет! -Катя! – прикрикнул Андрей, дабы меня успокоить. - Сейчас только семь часов утра. К тому же я попросил Машу, чтобы она позвонила вашим родителям и сказала, что вы ночуете у нее. Так что вы спокойно можете задержаться еще на пару часов. -Что? – севшим от ужаса, голосом спросила я. – Маша знает, что я у вас? -Не волнуйтесь, она не расскажет и под страхом смерти. Я пригрозил, что уволю ее, если что… -Андрей Палыч, вы такой наивный! – воскликнула я, чем вызвала улыбку на лице президента. – Неужели вы думаете, что это ее остановит? -Кать, ну в конце концов, что за паника? Чего такого? Не мог же я с тобой на руках появиться перед твоими родителями. Нате, я вам доченьку принес! Так что ли? Его крик тут же остудил весь мой гнев. Может он и прав. Если бы он, и правда, это сделал, то его уже не было бы в живых. А заодно и меня. -Кстати, вот это вам, выпейте, - спохватился Жданов и протянул мне тот самый стакан и какую-то таблетку. -Что это? – задала я резонный вопрос. -Врач сказал, чтобы вы это выпили, когда проснетесь. -Врач? – мои глаза снова округлились. -Ну да… Вдруг что-то серьезное? Я решил, что не лишним будет консультация у доктора. Но все хорошо. Он сказал, что у вас просто упало давление, что-то вколол и отправил домой, чтобы вы поспали. «Решил он!» - мысленно пробурчала я, запивая таблетку стаканом чего-то против похмельного. Надеюсь, мне от этого хуже не будет. -Спасибо, - тихо поблагодарила я, возвращая стакан. -Теперь завтракать! Идите в душ, а потом я жду вас на кухне. Чистое полотенце на крючке, - хитро прищурившись, он быстро поцеловал меня в краешек губ, после чего вскочил и выбежал из комнаты. От такой заботы в груди, помимо воли, начало разливаться тепло. И пусть он поступил, как любой порядочный человек, все равно приятно. Я крепко зажмурилась, и накрылась одеялом с головой. *** После душа, я почувствовала прилив сил и, даже, аппетит. На знакомой мне кухне, меня уже ждала яичница и кружка горячего кофе. -Прости, но это верх моего кулинарного таланта, - виновато улыбнулся он и положил передо мной столовые приборы. Я лишь улыбнулась в ответ и принялась за трапезу. Единственное неудобство доставлял этот треклятый халат. Как не стягивай полы халата, если убрать руки, он распахивается сам собой. И я просто кожей ощущала взгляд Жданова, прикованный к моему импровизированному «декольте». Я понимала, что этим еще больше привлекаю внимание, но ничего не могла с собой поделать, руки сами тянулиcь поправить непослушную одежду. Поймав в очередной раз неприличный взгляд Жданова, я быстро запихала в себя остатки яичницы, в два глотка осушила кружку кофе (не зря вчера практиковалась на вине) и вскочила из-за стола со сдавленным шепотом: «Я помою». -Катя, что ты делаешь? – раздался за спиной голос Андрея. - У меня есть посудомоечная машина. Она прекрасно справится и без твоей помощи. Я же не обращала на его слова никакого внимания, продолжая намыливать тарелку. Ничего не предвещало беды, но… Но вдруг, руки Жданова обхватили меня сзади, забрали тарелку и выключили воду. Почувствовав угрозу в прерывистом и горячем дыхании Андрея я, было, рванула в сторону, но и тут мимо. Сделала только хуже: оказалась лицом к мужчине. -Катька, - выдохнул он мне в губы и оперся ладонями о стол, прижимая тем самым меня к раковине. Поцелуй не заставил себя долго ждать. Андрей крепко обхватил мою голову своими руками, и не отпускал, пока мы оба не почувствовали острую нехватку кислорода. Подхватив под пятую точку, меня резко усадили на стол. Рискуя снова грохнуться в обморок, я вцепилась в плечи Жданова и сдавленно охнула, почувствовав горячие губы на своей шее. Дальше все органы чувств перестали мне подчиняться и зажили своей жизнью. Вдруг на халате развязался поясок, а потом и сам, так мешающий мне недавно халат, исчез в неизвестном направлении. Потом мы вдруг как-то совершенно неожиданно оказались в спальне. Жданов не испытывал по этому поводу никаких удобств, а я… а я плюнула на все и сдалась на волю победителя. К тому же, ведь одежда еще не высохла…