Разрыв шаблона.

В последнее время, когда я приходил на репетиционную базу, у меня всегда появлялся вопрос, один из двух: либо "Снейк, почему они снова ругаются?", либо "Глеб, какого хрена Вы делаете?" Последний возникал значительно чаще. Я, конечно, понимаю, что Глеб - личность творческая, и тараканы в голове у каждого свои, но порой Самойлов-младший превосходил сам себя. Произошло это в последних числах июня, когда мы прочно засели за "Эпилог". Мы с Вадимом почти не вылезали из студии, а вся наша неприязнь по отношению друг к другу была засунута поглубже, и вроде, если не считать их постоянных мелких ссор с Глебом, все было мирно. Накануне этого дня мы разошлись по домам, вполне довольные результатом: барабаны, бас, клавиши, одна из гитар - записаны. На следующий день, в районе девяти часов утра, мне позвонил Дима Снейк. Он передал, что Вадим Рудольфович просил заехать. То ли с басом что-то не то, то ли с клавишами. Я не стал медлить, потому как были планы на вечер. Быстро натянув на себя то, что из шкафа выпало, я вышел на улицу. Буквально через полтора часа я взирал на здание, где находилась студия. Видимо Самойлов-старший был уже там, потому что в окне был виден свет. Поднявшись наверх, я узрел довольно странную, по крайней мере для меня, картину. В комнате на диване сидел Глеб, упершись локтями в колени и закрывая руками лицо. На столе стояла уже початая бутылки виски, подаренного нам Михаилом Козыревым не так давно. - Глеб, что с... - я не успел договорить, как Самойлов меня прервал. - Вадик разбился... - тихо прошептал он больше себе, нежели мне. Сначала мой мозг отказывался осознавать суть сказанных Глебом слов, слишком уж это было абсурдно. Вадим Рудольфович почти не пил, замечательно водил, никогда не лез на встречку - у него просто не было причин разбиться! - Насмерть? - я выдавил из себя вопрос, не узнавая собственный голос. Несмотря на все наши разногласия, относящиеся в основном к нашим с Глебом отношениям, которые якобы существовали, Вадим был для меня слишком уважаемым человеком, хоть и другом я его назвать не смог бы, как и он меня. - Н-нет... - голос младшего брата дрогнул, отдавая истерическими нотками, - в реанимации... но у них же у всех руки из задницы растут! Они не спасут его! Не смогут! - Глеб сорвался на крик, а руки его мелко дрожали. Я знал эти признаки, видел после одного концерта в Германии, и знаете, что скажу? Паническая атака - страшнейшая вещь. Я видел ломку наркоманов в самый ее разгар, но, знаете, ломке до паники, как мне до Ричарда Райта*. Честно сказать, как действовать в такой ситуации, я толком не знал. Решил импровизировать. - Глеб, - аккуратный шаг вперед, - успокойся, все будет хорошо. Вадим Рудольфович - очень сильный человек, он выживет... - Врешь... - шепнул Самойлов. А вот это уже страшно, реально страшно. После следующего моего шага Глеб отшатнулся и опустился на пол, забившись в угол. - Врешь, врешь, врешь... - как в бреду шептал он, - я не хочу умирать, не хочу. Не хочу гнить в земле как Саша, как Илья, как все... все... - после этих слов Самойлов поднял на меня измученный затуманенный взгляд, в котором блеснуло безумие. Я испугался больше, чем когда-либо в своей жизни, но каким бы слабаком и размазней я ни был, пришлось перебороть себя и заставить приблизиться к, казалось, обезумевшему Глебу. Нельзя было позволить ему натворить глупостей, навредить себе. Он рывком поднялся на ноги и, словно забыв о моем существовании, попытался пролететь мимо. Я не мог отпустить Самойлова, не в таком состоянии... Схватив его, я только тогда осознал, какая внешность обманчивая. На вид тощий и слабый Глеб вырывался с такой силой, что удержать его оказалась очень сложно, а мощь его легких и голосовых связок поражала. В этот момент меня радовало только одно - в здании больше никого не было. От крика Самойлова мне заложило уши. Когда же силы у Глеба иссякли, я вздохнул с облегчением, все еще держа вокалиста, правда больше для того, чтобы он не рухнул на пол. Заговорить я не решался. Сбитое дыхание Самойлова начало постепенно выравниваться, а тело в моих руках перестало дрожать. Это значило только одно - паническая атака кончилась. Так же молча я помог Глебу сесть на диван, и по его молчаливым знакам мне пришлось достать пачку каких-то таблеток, которые Самойлову приходилось глотать тоннами, и что бесило больше всего - они совсем не помогали. - Кофе? - в ответ кивок. Некоторое время мы сидели в тишине. Слова не были особо нужны, а если кто-нибудь чего-нибудь хотел, то хватало взгляда или жеста. Выкурив пол пачки "Красного Лаки"*, я даже как-то расслабился. - Кость... - Да? - Поехали к Вадику в больницу. - Лучше завтра. Сегодня всё равно толку не будет. - Дай закурить. У меня кончились. - Самойлов показал пустую пачку "Мальборо". Получив от меня сигарету и зажигалку, Глеб присвистнул, - хорошо живешь, Кость. Правда, видать недолго. - В смысле? - не понял я, прикуривая, кажется, шестую. Так я раньше не дымил. - Они же охренеть какие дорогие и охренеть какие крепкие. А ну, иди сюда, - Глеб с этими словами подобрался ко мне и стырил сигарету прямо изо рта. - Курить вредно! - Нифига себе наглость. - Привыкай. Вернуть себе заветную трубочку с никотином я даже не пытался - все равно бесполезно. А Самойлова совесть явно не мучила, он спокойно затянулся, но тут же закашлялся. - Глеб, ты курить что ли не умеешь? - отобрав у него окурок, я немедленно затушил его и спрятал пачку. - Кто из нас теперь убивает свое здоровье? - А кто курить не умеет? - не остался в долгу. Еще минут пятнадцать мы сидели молча. - По домам? - я наконец нарушил тишину. - По домам, - кивок. *** После того происшествия прошла неделя. С Глебом мы виделись только на следующий день в больнице в палате Вадима Рудольфовича, потом я добросил младшего Самойлова до дома, а сам направился в студию. Надо было все-таки переделать то, чем Самойлов-старший не доволен. В последние три дня мой КПД* равнялся нулю. Я только курил, спал, иногда ел и снова курил. *Ричард Райт - британский клавишник, наиболее известный, как участник группы Pink Floyd. Признан одним из лучших клавишников мира. * "Красный Лаки" - американские крепкие сигареты "Lucky Strike Original Red". *КПД - коэффициент полезного действия.