Жизнь и обманы семейства Блэк

Когда до начала нового учебного года оставалось буквально десять дней, маги со всех уголков Лондона прибывали в Косой переулок, дабы подготовить своих любимейших чад к предстоящей учебе. Суета и торопливость царили в воздухе, а волшебники то и дело бегали из магазина в магазин, держа скомканный список покупок в руке. Среди таких семей, конечно же, были и Блэки. Вальбурге, оставшейся без сопровождения мужа занятого многочисленной работой, пришлось набраться терпения и, заручившись поддержкой домашнего эльфа, отправиться на оживленный переулок. Слева от нее мирно шел темноволосый мальчишка Регулус, который тихонько держался за ткань ее черной мантии и, восторженно показывая пальцем на разнообразные витрины, клянчил купить ему очередную безделушку. По другую сторону от Вальбурги, шел насупившийся Сириус, недовольно бурча что-то себе под нос. — Мама, мама, давайте зайдем туда! — Выпалил Регулус, когда вблизи показалась оранжевая вывеска кондитерской «Леденцы». — Я же говорил, что не надо было его брать! Он только мешает! — Буркнул Сириус, косясь в сторону брата, — но ты как всегда напросился с нами, хныка Регулус. — Замолчи сейчас же! — Рявкнула Вальбурга, дернув старшего сына за руку. От неожиданности тот даже немного подскочил, но отвечать матери не стал. Их голоса быстро растворились в многочисленных звуках, доносящихся буквально со всех сторон. Окружающие были настолько заняты своими заботами, что были не в состоянии увидеть что-либо дальше своего носа. Впрочем, это оказалось только на пользу героям, потому что лишнее внимание было совсем ни к чему. Вальбурга широким шагом шла по брусчатке из-за чего, вертящийся по сторонам Регулус, немного спотыкался, не поспевая за ней. — Покупайте махонис! — Доносился голос ведьмы, стоявшей возле аптеки. — Цена снизилась до трех галлеонов! Не упустите возможность продлить действие вашего зелья! Покупайте! Примечательно, что в Косом переулке можно было найти абсолютно все: начиная редкими старинными брошками семнадцатого века и, заканчивая последними моделями метел, которые так привлекали внимание школьников всех возрастов. Косой переулок являлся, пожалуй, самым людным местом в магическом Лондоне и основной причиной этому служило наличие большого разнообразия товаров для волшебников любого класса. Так, например, представители низких социальных слоев, совершали покупки исключительно в магазинах уцененных товаров, и были вполне довольны этим. Ко всему прочему, почти со всеми продавцами, работающими в подобных заведениях, всегда можно было договориться о скидке. Этот контраст восхищал одних - и раздражал других. Кикимер плелся сзади неся в руках, наставленные друг на друга, коробки, которые по высоте доходили до его лба, из-за чего закрывали ему вид на дорогу. — Тебе необходимо купить форму, — заговорила Вальбурга, — «Твилфитт и Таттинг» находится прямо на углу. — А разве мы не купим мне кошку в Хогвартс? Я же уже несколько месяцев прошу вас об этом! — Неожиданно воскликнул Сириус. — Вы только посмотрите на него! Кошку он захотел видели те! А ухаживать за ней кто будет? Возьмешь одну из наших сов... И то, только для того, чтобы передавать почту. — Ну-у вот, как всегда... Сириус обиженно цокнул и опустив голову, вырвал свою руку из маминой руки. Проходя мимо магазина «Мантии на все случаи жизни», Вальбурга заметила нечто странное: огромное количество волшебников толпилось у порога, яро что-то обсуждая и, периодически разводя руками. Миссис Блэк с недоумением покосилась в их сторону, но остановилась лишь тогда, когда в окне магазина показалась плачущая мадам Малкин. — Стойте здесь, и не смейте никуда отходить, — грозно произнесла Вальбурга, обращаясь к сыновьям, — Кикимер, следи за ними. Быстрым шагом она направилась ко входу, то и дело приговаривая: «Будьте любезны... Извините... Пропустите». Кое-как протиснувшись между волшебниками, она зашла в магазин и огляделась. Внутри находилось несколько десятков человек, от которых стоял, небывалый для этого места, шум. Около прилавка, нервно попивая воду, сидела женщина лет тридцати семи, одетая в розовато-лиловое платье. Это и была мадам Малкин. Вальбурга уже собралась подойти к ней, но голос откуда-то справа остановил ее. — Здравствуйте, миссис Блэк. Незнакомцем оказался невысокий мужчина в потертой мантии и старой остроконечной шляпе. Его громкий голос заставил всех присутствующих притихнуть и направить свое внимание на, стоящую в центре, Вальбургу. В этот момент, казалось, она выглядела еще более величаво, чем обычно. Ее длинное темно-зеленое платье было украшено большой изумрудной брошью — семейной реликвией Блэков, а сверху была надета черная мантия с высоким воротником. Худощавые руки, как обычно, были спрятаны под длинными рукавами, а кожа выглядела нездорово-бледной. Стоит заметить, что Вальбурга имела одну очень примечательную привычку, которая помогала ей всегда выглядеть под стать великому роду. С самого детства мать приучала ее держать голову выше остальных, раз за разом повторяя, что она — свет и элита волшебного мира. И даже повзрослев, и став уверенной в себе женщиной, Вальбурга помнит наставления матери и неукоснительно соблюдает их. — День добрый, — сухо бросила миссис Блэк. Мадам Малкин вдруг вскочила со своего места и ахнула, будто испугавшись чего-то. — Ах, миледи! Неужто Вы не знаете какая беда у нас случилась? — Нет, уважаемая, не знаю. Собственно, по этой причине я сюда и зашла. Не за покупками же, в самом деле, что вы. На мгновение в магазине повисла угнетающая тишина, а глаза окружающих пугливо рассматривали Вальбургу. — Моя п-п-помощница... — начала мадам Малкин, заикаясь, — милая девчушка Абелла... Была уб-б-ита вчера ночью. От неожиданности Вальбурга вскинула брови. Она не сразу вспомнила о словах Араминты Мелифлуа, поэтому несколько секунд на лице миссис Блэк мелькала тень скорби, сопровожденная опущенными вниз глазами. Всего несколько секунд. — Какая жалость... — Выдавила из себя Вальбурга, иронично выгнув бровь. — Видите, что бывает, когда человек находиться на непредназначенном для него месте. Послышались чьи-то вопли, а стоящая напротив миссис Блэк мадам Малкин, резко пошатнулась. Вальбурга высокомерно окинула всех присутствующих взглядом, а затем поспешила удалиться. Вернувшись на улицу, она первым делом заметила покорно ждущего Кикимера, а уж потом, уткнувшегося носом в витрину магазина напротив, Регулуса. Она яростно подбежала к нему и воскликнула: — Где твой брат!? Глаза мальчика вспыхнули, и на лице появилась улыбка. Он торопливо проговорил: — Мама, смотрите! Давайте купим эту... — Я задала вопрос! — Не давая Регулусу закончить просьбу, прокричала она. Мальчик разочаровано насупился и молча указал пальцем куда-то за спину Вальбурги. Обернувшись так резко, что из пучка выпало несколько прядей ее черных волос, перед Вальбургой предстала такая картина: Сириус стоял около кафе Флориана Фортескью, увлеченно болтая с каким-то мальчиком, чьего лица она никак могла разглядеть, потому что тот стоял спиной. — Сириус! Противный мальчишка! Я же приказала тебе никуда не отходить! — Впопыхах прокричала Вальбурга. От испуга, мальчик стоявший рядом, быстро развернулся, тараща глаза. — З-здравствуйте, миссис Блэк. На секунду женщина замерла от удивления. — Здравствуй, Джеймс. Вальбурга принялась лихорадочно поправлять прическу. — Идем, Сириус, нам еще нужно зайти за твоей мантией, — выпалила она, протягивая свою руку в сторону сына. — Не-а, не пойду. В этот же момент Сириус начал наблюдать, появляющуюся на лице его матери, гримасу, выражающую непреодолимую ярость, вызванную его непослушанием. Ему, пожалуй, приходилось видеть ее чаще, чем любую другую. И вот, когда рот Вальбурги немного приоткрылся с целью высказать очередное ругательство, Сириус неожиданно дернулся ко входу в кафе и, видимо, из-за нахлынувшего на него энтузиазма, не заметил, выходящую оттуда, светловолосую женщину. Услышав хлопок от столкновения, миссис Блэк со злостью сжала кулаки. Казалось, Сириус сам испугался произошедшего, и пугливо попятился назад, не поднимая глаз на женщину. — Сириус, — раздался громкий смех, — почему ты все время бегаешь? Ты совсем не умеешь ходить пешком? Посмотрев на смеющуюся женщину, Вальбурга тяжело вздохнула и закатила глаза. — Добрый день, Дорея. — Вальбурга! Какая встреча! — Воскликнула миссис Поттер, — я увидела мальчишек и подумала, что Орион помогает Сириусу подготовиться к школе. Я, право, не ожидала тебя здесь встретить! — Ну вот, ты в очередной раз ввела в заблуждение саму себя. Дорея потупила взгляд, но потом снова заулыбалась. — Ах, да! Я ведь купила мальчикам по мороженому, надеюсь ты не против? — Поинтересовалась она, протягивая сладость ошалелому Сириусу и, только прибежавшему Регулусу. — Вообще-то... Ты уже дала его им, - раскинув руки, пробурчала Вальбурга. — Дети, что с них взять? - Иронично произнесла Дорея. — Было приятно побеседовать, но нам пора, — сухо заявила миссис Блэк, чем вызвала протяжное «ну-у» со стороны своих сыновей, довольно поедающих мороженое. — К слову, приходите к нам как-нибудь на ужин — примем вас со всеми почестями. Вальбурга знала главное правило отличной хозяйки: несмотря на то, нравится тебе человек или нет — всегда следует пригласить его на ужин. Эмоции эмоциям, а правила этикета были нерушимы. — Была рада встрече, - воодушевленно проронила Дорея, и слегка взъерошила волосы Сириусу. По истине нет ничего забавнее, чем наблюдать за беседой двух аристократов, явно недолюбливающих друг другу. А особенно, когда они оба знают: неважно, насколько недоброжелательно началась встреча — вежливое прощание и есть залог успеха. Когда мальчишки доели мороженное, Блэки зашли в «Твилфитт и Таттинг», где было огромное разнообразие одежды на любой случай. Сириус нехотя забрался на скамеечку, стоявшую между огромными шкафами с остроконечными шляпами, различными беретами, муфтами, которые так любила Вальбурга, съемными воротниками для пальто и шарфами. Здесь можно было найти абсолютно все. Особенно, это место привлекло Регулуса, который крутился по сторонам или смотрел вверх на, разукрашенный фреской, потолок. Вальбурга же, увлеченно подбирала перчатки из кожи дракона для старшего сына. Она то перебирала их, то выворачивала наизнанку, то просила Сириуса их примерить, интересуясь при этом, удобно ли ему. Продавцы бегали вокруг нее, предлагая все новые варианты, цены которых, увеличивались с каждым последующим разом. Но ее, казалось, это ничуть не волновало. Так, наконец выбрав все самое лучшее по ее мнению, они стремительно направились домой.

***

Вечер на Гриммо, 12, выдался более-менее спокойным, если не считать вечерних проделок Сириуса и Регулуса, к которым все домашние давно привыкли. Когда дело касалось сна — этих двоих невозможно было уложить в кровати. Они то бегали по гостиной, кидаясь друг в друга подушками, то выпускали сов летать по дому, то норовились поиграть в прятки (при том, что все это обязательно заканчивалось ссорой, якобы из-за того, что кто-то из них жульничает). Орион недовольно бурчал в спальне, прося Вальбургу «успокоить детей», чем вызывал у нее очередной приступ гнева. Дети забавлялись, когда мать пыталась догнать их, а особенно, если она начинала выкрикивать при этом всякие угрозы. Но, зато, когда ей все-таки удавалось их поймать — каждый получал по оттянутому уху. — Быстро умываться и по кроватям! — Строго наказала Вальбурга, — и я не шучу, Сириус! Приду через пятнадцать минут, чтобы потушить Люмос. Дети знали, что им не остается ничего, кроме как подчиниться, потому что мать всегда запирала их дверь на ночь. Из-за перенасыщенного дня, Регулус заснул, как только его голова дотронулась мягкой подушки, а вот с Сириусом дела обстояли немного иначе. Он долго вертелся и ерзал, в попытках наконец погрузиться в желанный сон. Он знал, что скоро придет мать и очень рассердится, если обнаружит, что он до сих пор не спит, но поделать он ничего не мог. Огромное количество мыслей в его детской голове перемешивалось, будто в водовороте, не позволяя ему расслабиться ни на секунду. И почему они нахлынывают только перед сном? Они будто поджидали, когда он останется один, чтобы лишить его шансов убежать или спрятаться от них. Никогда не произнося это вслух, Сириус считал, что волшебникам с грязной кровью повезло намного больше, чем ему. Ведь на них не возлагают тот груз ответственности, который передался ему с кровью Блэков. И в этом была доля правды. За дверью послышались шаги, а затем глухой щелчок замка. Вальбурга тихо подошла к кровати Регулуса, чтобы поправить сбившееся одеяло, а затем бережно поцеловала мальчика в макушку. — Мама... — Шепотом пробормотал Сириус. — То-то я удивилась, что ты так быстро уснул. Какой негодник! Живо спать! — Мама, я все время думаю о Хогвартсе. Мне кажется, я боюсь... С тобой такой было перед поступлением? — Сириус уселся на кровати, теребя пальцами одеяло. Уголки губ Вальбурги опустились вниз, и она томно вздохнула. — Спускайся вниз. Ты же не хочешь разбудить своего брата. Сириус вытаращил глаза от удивления, но буквально через секунду уже стоял около матери. Они спустились в гостиную и устроились на диване, стоявшем прямо напротив разожженного камина. Дома уже было тихо — все ушли спать. Мальчику показалось, что впервые за одиннадцать лет, он видит свой дом настолько пустым — будто бы никого кроме них с мамой в нем и нет вовсе. Пока Вальбурга подзывала эльфийку, чтобы та приготовила стакан горячего молока, Сириус уставился на трескающиеся угольки в камине и оранжевые языки пламени, которые отбрасывали свет в темную комнату. Это заворожило его. Когда он все-таки оторвался от них, он увидел свою мать, которая внимательно разглядывала его. Он и не заметил сначала ее распущенных волос, которые аккуратными волнами спускались на плечи. Ему показалось, что так она выглядит намного моложе. — Сириус, - начала она своим бархатистым голосом, — может тебе трудно сейчас это представить, но когда-то я тоже была в твоем возрасте, — на ее лице появилась небольшая улыбка, — я была маленькой девочкой, которой хотелось играть в куклы, но поверь, на меня было возложено намного больше, чем на тебя сейчас. Моя мать всегда твердила мне: «Вальбурга, тебе выпала честь родиться в благородной семье Блэков — ты должна быть лучше всех, должна быть умнее всех, хитрее всех и успешнее.» Помимо этого, на мне всегда висела забота о младших братьях, и я принимала это как должное. То же самое должен делать и ты, Сириус. Это наше предназначение, и ты обязан гордиться тем, что ты являешься частью этой династии. Мальчик не отрываясь смотрел на мать. — Меньше чем через две недели ты отправишься в Хогвартс, и будешь представлять нашу семью на факультете Слизерин. И я знаю, что твоя жизнь кардинально изменится. Моя задача — помочь тебе не допустить ошибку, которая может повлиять на твое будущее. Мой милый мальчик, в школе ты увидишь, что далеко не каждый, кто называет себя волшебником, действительно достоин этого звания. Как сильно я не хотела бы уберечь тебя и твоего брата от этого, но там ты встретишь немало осквернителей крови. И тогда, я хочу, чтобы ты повел себя как истинный Блэк — ни в коем случае не разговаривать с ними, и уж тем более не дружить; избегать любых связей и встреч. Несмотря на все твои проделки, ты — мой сын, и я верю, что ты поступишь правильно. — Мама... А что, если я не попаду на Слизерин? В комнате повисла секундная тишина, которую нарушила пришедшая эльфийка. — Что за глупости? А куда ты тогда попадешь? Ты слизеринец до мозга костей! В этом нет сомнений. — Как скажете мама, — вымолвил Сириус, сделав небольшой глоток из стакана. — Пей молоко, а затем пойдем спать. Вальбурга провела рукой по темным волосам сына, и заботливо чмокнула в макушку.