«Я про вас все маме расскажу!»

      - Мальчики, сегодня я не могу взять Молли к себе, у нас с Карлом свидание…       По идее, после этих слов мы должны были свернуть все наши планы и провести вечер в семейном кругу (пизденыш, его сестра, Брайан II и я) в лофте, но кто не рискует, тот не пьет шампанского, и поэтому…       - Брайан, а сколько тебе было лет, когда ты впервые переступил через порог «Вавилона»? – спросил Солнышко.       - Восемнадцать. Он открылся в день моего рождения.       - Значит ли это, что ты не такой уж и испорченный, каким мне казался первое время?       - К этому времени я уже побывал в половине самых натуральных натуралов своей школы. Но какое это отношение имеет к уровню моей испорченности? – задал вопрос я, едва оторвав свой взгляд от газеты, открытой на странице с рекламой.       - Я хочу танцевать.       - В чем проблема? Включай музыку и танцуй.       - Не хочу один.       - Позови Молли?       - Не хочу с ней.       - Ты же знаешь, Тейлор, я не танцую в лофте.       - Поэтому я и спрашивал тебя про «Вавилон».       - Мы не можем оставить Молли в лофте одну до середины ночи.       - Поэтому я и задал тебе вопрос про то, во сколько лет ты впервые побывал…       - Ты с ума ебнулся? – я не дал договорить ему.       - … просто я уже позвонил Эмметту и попросил его, чтобы он посидел с Молли в твоей VIP-комнате…       - Тейлор, я понимаю, что в твоей семье все взрослеют рано, но вести тринадцатилетнего ребенка в гей-клуб…       - Брайан, ну пожалуйста, Эмметт нас уже ждет…       Я не мог отказать пизденышу, если он просил меня о чем-то. Но блять, когда он просит отвести в гей-клуб маленького ребенка… это конченый пиздец.       Я только хотел открыть рот и послать Тейлора на хуй, как вдруг…       - Ну, когда мы уже пойдем пить молочные коктейли? – спросила Молли, уже полностью готовая к выходу.       Я разинул рот от негодования. Какие на хуй молочные коктейли? В «Вавилоне»-то?       - Брайан уже собирается. Пойдем к лифту, он нас догонит, - заявил пизденыш и, виляя бедрами, направился вместе со своей сестрой к выходу из лофта.       Я пару секунд сидел с открытым ртом, при этом пытаясь понять, что за хуйня уже произошла и только намечается на горизонте. Мелкая пакость охуела в край. Но все же, мне пришлось идти за Тейлорами…       Моя идея про «посидеть в каком-нибудь кафе и выпить молочных коктейлей там» семейством Тейлоров была отвергнута на первых словах, и Брайан II (которого Молли за каким-то хреном взяла с собой, аргументировав это тем, что ему тоже нужно гулять) поддержал этих ебанутых своим грозным урчанием.       Я не знаю, что вбил ей в голову пизденыш, но Молли отказывалась даже от похода в самый дорогой ресторан Питтсбурга с самыми охуенными сладостями и все так же упрямо продолжала вести меня к «Вавилону», куда ее не пустили бы, не будь рядом меня.       Вышибала укоризненно посмотрел на нас, и мне хотелось уже сказать ему, мол, не я виноват, а та блондинистая задница, но у меня все-таки получилось воздержаться от комментариев.       Как я и подозревал, не было в баре «Вавилона» никаких молочных коктейлей, и поэтому мне пришлось спасать честь Тейлора старшего перед его сестрой. Я подцепил какого-то полуголого стероидного чувака с танцпола и поручил ему сгонять в ближайшее кафе для того, чтобы купить там обещанные Джастином Молли молочные коктейли и в придачу к ним клубничные пирожные, после чего отправился в свою VIP-комнату, где меня уже ждали.       Молли и Эмметт мучили бедного кота, который, кажется, был совсем не против такой компании. Пизденыш стоял у огромного окна во всю стену и наблюдал за этими голубками, которые на танцполе дрыгались крайне энергично, напоминая людей во время эпилептических припадков.       - Ты где был? – спросил пизденыш, переводя свой взгляд на меня.       - Коктейль искал.       - Ну и как прошли поиски?       - Скоро все будет.       Я сел на диван и стал ждать того стероидного качка с пирожными и коктейлями. Он пришел спустя двадцать минут после нашей первой встречи. Я не могу сказать, что мне так уж часто приходилось посылать случайных знакомых по гей-клубам за пирожными и молочными коктейлями для детей (вернее, мне вообще делать этого раньше не приходилось), но этот парень, определенно, мог бы без проблем претендовать на звание величайшего голубого спринтера. В руках его был пакет с «заказом», и он сразу же вручил его мне.       - Еще встретимся, - ответил он, увидев пизденыша, который откровенно вешался на меня. Люблю своего мужа за то, что отбивает желание «потанцевать» со мной у таких загорелых гор мускул, как бы странно это ни звучало.       - Спасибо, - кивнул я и выпроводил этого стероидного чувака из своей комнаты.       Убедившись в том, что в пакете нет никаких бомб и наркотиков, я передал лакомства Молли и Эмметту.       - Брайан, я слежу за фигурой! – парировал Эмметт, недовольно морща лицо.       - Молли, корми его до тех пор, пока не лопнет, - дал команду я и вслед за пизденышом направился на танцпол.       Впервые больше чем за десять лет я почувствовал, что мне некомфортно находится среди всех этих разгоряченных тел. Я старался пить больше и жался к пизденышу все ближе и ближе (он замечал это и не скупился на шуточки, вроде «нашел себе престарелый бизнесмен молодого любовника, да жмется к нему так, будто никто другой не даст»), но присутствие других людей, которые с завистью смотрели на Солнышко… все равно меня очень сильно раздражало.       Мне хотелось поскорее смотаться с танцпола домой, забрав с собой Молли, кота и пизденыша, но последний из списка был просто на взводе и явно собирался тусоваться тут до рассвета. Одна песня шла за другой, так же на смену одним жеребцам приходили другие, но неизменным было то, что я все так же прижимал его к себе, изредка целуя его лицо и стараясь дышать только его запахом, потому что запах секса, царивший повсюду, сейчас попросту не привлекал меня.       Я потерял счет времени. Скорее всего, прошло уже больше часа, и вдруг…       - Брайан, Джастин, пойдемте домой, я спать хочу, - кто-то дергал меня за руку.       Когда я открыл глаза и посмотрел вниз, в поле моего зрения попала сестра пизденыша, потиравшая свои глаза и зевающая. У нее на руках лежал кот, которому было абсолютно наплевать на хуеву тучу педиков вокруг и громкую музыку. Сама же Молли, наоборот, пыталась одной рукой закрыть уши, и выглядело это смешно. Представьте себе сонного ребенка с котом на руках, педики вокруг которого спешат разойтись в стороны.        Мне стало интересно спросить, куда, блять, смотрел Эмметт, когда выпускал ребенка в «голубую» толпу, но она опередила меня своим ответом:       - Фея Эмметт уснул, и я тоже хочу…       Я не стал отвечать на слова Молли и просто забрал у нее кота, вручил его пизденышу, после чего взял саму девчонку на руки, прижал к себе и направился к выходу. Педики, по-видимому, решили проявить ко мне сочувствие на тему «бедного Брайана Кинни и его ребенка дома заебали, теперь в гей-клубы с собой таскает малышку свою», и поэтому расступились по сторонам. Мне было по хуй, потому что главная цель на тот момент – поскорее выйти на улицу и остыть.       Я был зол на Эмметта за то, что он оставил ребенка без присмотра. Я был зол на Солнышко за то, что он вообще потащил Молли и меня сюда. Она же могла оголубиться…       Но стоило ему поцеловать меня в щеку, и все. Никакой злости не осталось. Хорошо то, что хорошо кончается. Нужно идти домой и хорошенько выспаться, чтобы утром со злости не забыть заболтать этого ребенка, чтобы вечером Дженнифер не выписала своему сыну пиздюлей за то, что таскал ребенка по гей-клубам.