Свой путь, своя жизнь

      - Что-то случилось? – музыкант вытирал волосы серым застиранным полотенцем. Дождь на улице перерос в ливень.       - Неделя прошла, - несмело напомнил Леголас.       - Я знаю.       Это прозвучало так естественно, будто всё нормально. Но ведь это совсем не так?       - Я думал, что ты уехал, - эльф представил, как жалко выглядит со стороны. Влюблённый мальчишка.       - Я дал тебе повод для этих мыслей? – мужчина серьёзно посмотрел в глаза юноше. Тот покачал головой. – Тогда в чём проблема?       «О Эру, как глупо! Как же глупо я выгляжу и чувствую себя». Юноше захотелось исчезнуть из этой маленькой комнаты, освещённой тихо гудящей электрической лампочкой. Ведь и правда, с чего это он заволновался? Арагорна не было всего лишь неделю. Но семь дней - большой срок для влюблённого.       - Ни в чём.       Мужчина посмотрел на потухшего эльфа и тяжело вздохнул. Мальчишка. Такой же, как он сам лет двадцать назад.       - О чём вы болтали с Гимли? – стоит перевести разговор в другое русло. Так лучше для них обоих.       - О тебе, – музыкант иронично приподнял бровь. – Я не знал, что ты раньше жил в этом городе.       Человек чертыхнулся. Гимли и его длинный язык! Слишком длинный для такого роста.       - Что он ещё тебе сказал? – требовательно спросил Арагорн.       - Что вы были знакомы много лет назад. И что тебе однажды пришлось уехать отсюда.       - И всё?       - Всё, – эльф недоумевал, почему собеседник вдруг так напрягся. Брюнет облегчённо вздохнул. – Что-то не так?       - Просто некоторым гномам стоит держать язык за зубами.       - Гимли рассказал мне лишнее?       - Не совсем, но много того, чего знать посторонним не стоит, - уточнил музыкант.       - Я посторонний?       Неловкое молчание. Леголас ждал ответа, а Арагорн не знал его. В тишину комнаты пробивался хор голосов кафе. Нужно было решать здесь и сейчас. Но с каждой минутой становилось всё труднее.       - Обещай, что мои слова не выйдут за пределы этой комнаты, – риск вполне оправданный. Всё рассказать и открыть. А потом пусть сам решает, стоит ли связываться. Двадцать три года не сравнятся с тридцатью восемью. Это его жизнь, так пусть сам мальчишка и решает, как с ней поступать.       Леголас кивнул.       - Да, я жил в этом городе. Давно. В то время это был далеко не мегаполис, но своим темпом развития и роста он превышал многих соседей. Сюда стекались многие семьи. Мой отец тоже был в потоке новоприбывших. Араторн Дунадан. Тебе это имя более, чем знакомо.       - Дунадан? – эльф не смог сдержать восклицание. – Так ты?..       - Слушай, - оборвал его собеседник, грубо зажав рот ладонью, пахнущей дождём и струнами гитары. – Да, я был Дунадан. Но я ушёл из семьи почти двадцать лет назад. И больше не вернусь.       - Почему? – вырвался Леголас. Мужчина отстранился.       - Ты знаешь, что такое быть в знатном роду и носить громкую фамилию. Все судят тебя по свершениям предков и их делам. А ты должен соответствовать ожиданиям. Быть сильным, умным, лучшим. Я был им до совершеннолетия. Отлично учился, собирался получить высшее образование и далее по списку: высокооплачиваемая работа, большая семья, красавица жена, ребёнок. Но сам хотел далеко не этого. Однако кому какое дело до мечтаний мальчишки? Если ты наследник, то обязан действовать по плану, давно составленному до твоего рождения. И я следовал, думал, что рано или поздно получу свободу и уеду. Буду жить так, как сам того хочу.       Арагорн покачал головой. Похоже, сейчас он понимал, как глуп был в то время.       - Совершеннолетие наступило. Вот она – свобода. На следующий день я пришёл к отцу и сказал, что не буду получать образование дальше. Что уеду сам, один, и буду путешествовать. Но отец не понял меня. Он не мог смириться, что вот так просто пойдёт насмарку весь его замысел. По своей сути человек он жёсткий, и поступил вполне соответствующе: осознав, что я серьёзно, он выпроводил меня из кабинета, сказав, что я ни копейки не получу и буду жить так, как положено. И что детские мечты пора бы похоронить и забыть.       Мужчина достал из кармана сигарету, крутя её в пальцах, весь погружённый в прошлое.       - Мать не заступилась за меня. Уравновешенная и спокойная, она попросила меня не злить отца. Но дело уже было сделано. Семья разделилась на две воюющие стороны: меня и остальных. Упрёки со стороны родни, насмешки и полное игнорирование доводили меня до белого каления. Я бесился и делал всё назло: сбегал из дому, пропускал работу, завалил экзамены. Но уехать не смел. Для того, чтобы порвать все связи с семьёй, мне не хватало смелости. Я ещё надеялся, что всё наладится. Но время шло, и ничего не менялось. Пока отец, переполненный гневом, не сделал свой ход. Мне заявили о свадьбе. Моей свадьбе. Назначенной уже через две недели. С дочерью Элронда, дальнего родственника.       - Что? – выдохнул Леголас. Такого поворота он не ожидал. Слушая музыканта, он с удивлением находил в нём тогдашнем сходство с собой. Горячий, пылкий, непослушный. Но когда он был сам таким? Наверно, только девять лет назад.       - Да, я знаю, что ты сейчас работаешь на Элронда. И верно видел его дочь, Арвен. Именно она должна была стать мне супругой.       - Та эльфийка?       - Необыкновенно красива, правда? – юноша кивнул. Мужчина печально улыбнулся. – Я не желал этого брака, она наоборот. Никого не смущало дальнее родство и то, что виделись мы лишь однажды – в день объявления «приговора». Когда речь заходит о чести семьи, то глаза на такие мелочи закрывают. А я не стерпел. Мысль о том, что моя дальняя родственница станет мне женой, пугала и отталкивала. А ещё я не собирался всю жизнь сгибаться под пяткой отца и выполнять все указания.       Чиркнуло колёсико зажигалки. Дым тонкой струёй пошел вверх. Запоздало брюнет поинтересовался:       - Не против? – юноша покачал головой. И Арагорн продолжил. – Ночью я сбежал. Захватил с собой все самые на первый взгляд необходимые вещи. Правда, потом пришлось продать половину за ненужностью, – смешок. – С деньгами было совсем плохо, но на первое время хватило тех, что давались на расходы. Банковскую карту не брал – отец мог запросто вычислить меня по ней. Телефон и прочие средства связи тоже оставил. И просто ушёл. Несколько дней, правда, ночевал у Гимли. Тогда мы уже были знакомы. А после автостопом колесил по миру, изредка останавливаясь в одном месте.       - Вот так просто? – изумлению не было конца. Человек покачал головой.       - Нет, конечно. Первые три года были очень тяжёлые. Я толком не знал, что делать. Часто застревал в одном городе без еды и на улице. Спал, где тепло и сухо. Зарабатывал, чем мог. Лишь после обучения игре на гитаре стало легче. Купил инструмент у своего же учителя и стал жить припеваючи, если можно так сказать в моём случае. Многое увидел, побывал там, где и не мечтал. Даже за море плавал и на пляже отдыхал. Правда, один раз и чуть было не расстался с жизнью – приморский народ обидчивый.       - Мне представить такое сложно, - признался Леголас.       - Понимаю. Мне тоже поначалу было сложно. Но всё пришло со временем. Главное сделать шаг. Решиться на это. Остальное наладится, если будешь стараться.       - Мне бы твою решимость.       - Так в чём дело? Если тебя не устраивает твоя жизнь, то почему ты медлишь? Что тебя останавливает? – допытывался Арагорн.       - Я... мне сложно сказать об этом, - прошептал эльф. Он чувствовал, что делать этого совсем не стоит. Сказать, что его имеет собственный отец? Да ещё и человеку, в которого влюблён?       - Мне тоже было нелегко. Моя история не то, чтобы тайна, но разглашать её я не люблю, - пожал плечами Арагорн. Леголас сомневался. Метался, не зная, что делать. Что, если он в один миг лишится всего, что только совсем недавно приобрёл? А приобрёл ли?..       Что, собственно, он теряет?       - Пообещай и ты мне, что никому не расскажешь моей истории, - попросил эльф.       - Обещаю, - серьёзно кивнул Арагорн.       И Леголас рассказал ему. Слова сами вырывались из груди, а в голове вспыхивали картины прошлых лет. Но сложнее всего дался рассказ о той ночи девять лет назад.       Это была исповедь. Когда юноша закончил, стрелки на часах показывали без пяти пять вечера.