Мы предназначены друг для друга.

(Три года назад) - Итак, ты просишь меня забрать камень у Барда, - Гэндальф нахмурил кустистые брови и озадаченно пригладил седую бороду. - Ты уверен в этом? Стоя рядом с магом и сцепив руки за спиной, я мрачно смотрел на возвышающийся посреди огромного зала пустой запыленный трон. Когда-то этот зал был богато украшен, здесь висели огромные гобелены, здесь со всеми почестями принимали важных гостей… - Я хочу, чтобы ты не просто забрал его, - угрюмо произнес я, поворачиваясь к волшебнику. – Я хочу, чтобы ты увез его отсюда. Увези его куда-нибудь в такое место, чтобы никто больше не добрался до него. Или уничтожь. Он вздохнул и, подняв глаза, внимательно посмотрел на меня. Внутри у меня велась тяжелая борьба, когда я через силу говорил эти слова. Помолчав несколько секунд, я мрачно продолжил: - Гэндальф… - я не сдержал в голосе усталости и медленно покачал головой. – Когда прошла моя первая вспышка безумия… Пока Аркенстон находился в чужих руках, я вдруг осознал, что натворил. Я не понимал, что делаю, когда камень был рядом… Меня охватила жадность… Я даже не понимал, не осознавал, что он делает меня не тем, кем я на самом деле являюсь, - я растерянно посмотрел на понимающее лицо мага. – Я ведь был уверен, что справлюсь с ним, Гэндальф… Должно быть, мой дух оказался слишком слаб, чтобы противостоять ему, - произнес я с горечью. - Напротив, мой друг. То, что ты отдаешь его мне, говорит о твоем сильном характере. Я удивленно посмотрел на него и горько усмехнулся: - Сильном характере? Посмотри, что я натворил! Из-за этого камня я словно блуждал во тьме, я забыл обо всем... я до сих пор чувствую, как его власть надо мной растет день ото дня. Он словно пускает во мне свои ядовитые корни, - я бессильно опустил руки, сжав кулаки. – Я не хочу быть таким. Если я не поборю его власть, то Элронд окажется прав: я закончу свои дни так же, как мой отец и дед… Я уже становлюсь таким. - И тем не менее, ты смог найти в себе силы и отказаться от него. И я верил до последнего, что именно так ты и поступишь в конце концов. Не зная, что ответить, я в смятении отвернулся. - Возможно, уже слишком поздно, - пробормотал я так, чтобы он не услышал. Этот камень имел слишком сильное воздействие на меня. Слишком сильное. С тех пор, как мы стали приближаться к Горе все ближе, он постоянно был в моей голове, заставляя меня быть не в себе, подавляя мою волю… делая меня другим и отдаляя от окружающих. И мне потребовалось много времени, чтобы понять это, и сил, чтобы решиться на этот шаг. Я осознавал, что не смогу долго сопротивляться его воздействию, и пока мой разум еще был мне подвластен, я должен избавиться от этого проклятого камня. Пока у меня еще остались силы сопротивляться ему. - Думаю, - ответил задумчиво маг, - Я смогу найти такое место, где этот камень будет безопасен для окружающих. Я мрачно смотрел в окно. - Что теперь будет со мной, Гэндальф? Разве присягнут мне гномы других королевств без этого камня? Только благодаря ему мой дед Трор обладал такой неограниченной властью. - Торин, послушай меня, - волшебник приблизился и встал напротив меня. Его взгляд, обращенный на меня, стал строгим. – Ты забыл, что твой дед весьма неплохо правил этой горой и до того, как обнаружился этот камень. Ты слишком зациклен на нем! Не камню присягает народ, не камню доверяют они свои жизни, - покачал он головой, - а своему королю. Тому, кто будет честно и благородно править и заботиться о них… И именно таким королем ты и будешь, друг мой. Его взгляд смягчился. - И твой народ любит тебя, уж поверь. Я готов поставить свою жизнь, что под твоим руководством твое королевство станет таким же великим, каким было когда-то. - Откуда тебе это знать? - спросил я, в смятении повернувшись к нему. - Я знаю тебя. Я невольно почувствовал искру надежды, вспыхнувшую в сердце от его слов. - Спасибо, - произнес я неуверенно после паузы, взглянув на него с благодарностью. – Спасибо за все… Я сделаю все, что в моих силах, чтобы так оно и было. Он кивнул и, помолчав, спросил: - Я надеюсь, ты собираешься заключить союз с людьми Эсгарота? Я кивнул. - Естественно, мне придется это сделать. Ты же сам знаешь, люди нужны нам для того, чтобы в будущем у возвратившихся в Эребор гномов была работа. - Очень разумное решение, друг мой, - с улыбкой проговорил маг. - У меня было время подумать, - сухо ответил я, – за эти три недели, что Аркенстон находится у Барда. И передай людям, что я выделю им золота, - угрюмо вздохнув, проговорил я. - Чтобы вернуть подорванное доверие эсгаротцев, я должен помочь им восстановить их город после разрушений, что нанес им Смауг. Нам еще повезло, что драконы после смерти чернеют и превращаются в прах, иначе я не представляю, куда пришлось бы девать эту громадную тушу. Гэндальф согласно кивнул. Затем, оглядевшись по сторонам и оперевшись на свой неизменный посох, он заметил: - Да, в самой горе, конечно, еще предстоит полным-полно работы. - Справимся. На первое время наймем людей, а затем, когда начнут возвращаться гномы с Синих гор, дела пойдут еще быстрее. Помолчав, я поколебался и, отведя глаза в сторону, выдавил: - Ты отправил Бильбо в Шир? - Да, не волнуйся, он в надежных руках, Радагаст проводил его до Ривенделла, а там о нем позаботятся эльфы. Элронд пообещал мне, что обеспечит Бильбо всем необходимым в дороге. - Ясно, – я помедлил, пытаясь побороть волнение от этой новости. Значит, он уже далеко… мою грудь пронзило болезненное чувство и мне стало трудно дышать. Я уставился в пространство, отчаянно желая что-нибудь разгромить. «Я не должен об этом думать». – Как… - я стиснул зубы и нахмурился, попытавшись вспомнить, о чем мы разговаривали. - Как ты смог так быстро вернуться? – рассеянно поинтересовался я. Гэндальф хитро прищурился: - Попросил одного знакомого орла меня подбросить. - Неплохие у тебя знакомства, - протянул я, удивленно приподняв брови. – Не думал, что они захотят снова иметь с тобой дело после той переделки с варгами. - Не жалуюсь, - невозмутимо согласился маг. Он улыбнулся и хитро прищурил глаза. – У меня с ними свои счеты, не волнуйся. Думаю, еще пару раз я смогу прокатиться с ветерком, пока они у меня в долгу за старые услуги. Кстати… возможно, - добавил он, бросив на меня внимательный взгляд, - тебе тоже когда-нибудь понадобится такая услуга. В этом случае можешь обращаться ко мне. - Зачем мне может понадобиться огромный орел? – скептически возразил я. - Для экскурсий по Эребору? - Вдруг ты надумаешь навестить каких-нибудь дальних друзей, - пожал он плечами. - У меня нет друзей за стенами этой крепости, - отрезал я. Он недовольно покачал головой и, помолчав, спросил: - Ты уверен, что поступил правильно? Я взглянул на него и увидел понимание в его глазах. Сжав челюсти, я отвел глаза. - Это мой выбор, и я считаю, что сделал все правильно. - И ты не жалеешь, что отпустил дорогого тебе человека? - Ты полагаешь, - усмехнулся я, - что из-за того, что мы вместе путешествовали столь долгое время, он с чего-то стал для меня особенным? - Я так не считаю. Я это знаю. Усмешка сошла с моих губ. - Извини, Гэндальф, но на этот раз ты ошибся, - ответил я резко. Он только покачал головой и вздохнул. - Я не буду убеждать тебя в том, что ты и сам знаешь, но скрываешь от себя, - проговорил он, вызвав у меня раздражение своей настойчивостью. Вздохнув, он поправил сумку, висящую у него на плече, и, взяв в руку посох, собрался уходить, сказав напоследок: – Но ты сам знаешь, - произнес он осуждающе, - почему внутри тебя сейчас пустота. И только в твоих силах вновь изменить свою жизнь.

***

Дорога наша хоть и заняла довольно много времени, но прошла весьма мирно. По прибытии в Ривенделл нас с Двалином встретили со всеми почестями, на которые только способны холодные и безмятежные эльфы, и провели к лорду Элронду. Обменявшись с ним приветствиями, поговорив немного о погоде и делах и спросив о том, как мы доехали, лорд Элронд распорядился, чтобы каждого из нас проводили в отведенные нам покои, чтобы мы отдохнули с дороги. Когда я снова въезжал в этот город и снова увидел тот мост, через который когда-то я и мой отряд вошли в Ривенделл, на меня нахлынули воспоминания о том далеком прошлом. Давным-давно на этой широкой площади перед дворцом мы, потерянные и голодные, искали приюта у этих эльфов, к которым нас привел Гэндальф. Сейчас же каждый из нас жил в достатке и процветании, в надежных стенах Эребора, и возможно, кроме нас с Балином больше никто уже не вспоминает о том тяжелом времени. Проходя через высокий пустой холл на втором этаже, где располагались отведенные мне покои, я на несколько секунд остановился, глядя в самый конец его, немного отстав от своего провожатого. Три года назад в той, самой дальней комнате этого коридора, находился тот, о ком я сейчас всеми силами старался не вспоминать... На какую-то долю секунды мне показалось, что вот сейчас отворится дверь и в проеме покажется русая голова, вновь зазвучит чистый звонкий голос, и мои глаза встретятся с таким знакомым хитрым взглядом… Все мои воспоминания были столь свежи, словно это было только вчера. Постояв так еще несколько секунд, я мрачно отвернулся и шагнул в свою комнату, закрыв за собой дверь, которую все еще держал распахнутой для меня слуга. Спустя какое-то время, после того как я успел немного освежиться, привести себя в порядок и немного отдохнуть, в дверь постучали. - Лорд Элронд приглашает вас отужинать, - безмятежно произнес высокий темноволосый эльф, стоя на пороге. Приняв приглашение, я в сопровождении этого же эльфа спустился вниз по высокой крутой лестнице и, миновав несколько залов, прошел в небольшую комнату, очевидно, специально отведенную для приема особых гостей, что принимал у себя правитель Ривенделла. Здесь же к нам присоединился и Двалин. - Надеюсь, вы не против, - произнес верховный эльф, когда я вошел. – Обед у нас уже прошел, а ужин не скоро. Поэтому я приказал подать легкие закуски, чтобы вы смогли утолить голод с дороги. Поблагодарив его, я присел за небольшой стол, почувствовав, что действительно очень проголодался, так как в дороге особого разнообразия еды не было, а есть сухомятку мне порядком надоело. Даже эльфийская еда, которая больше напоминала набор трав на тарелке, показалась мне довольно аппетитной. Хотя Двалин, судя по его кислому виду, предпочел бы пожевать что-нибудь посущественнее. - Больше я с тобой к этим остроухим травоядным в жизни не поеду, - угрюмо буркнул он мне, пока эльфы нас не слышали. – У нас даже лошади сытнее питаются. После того, как мы более-менее насытились, мы прошли на большую террасу, открывающую вид на красивый зеленый пейзаж, расстилавшийся вокруг. Слушая, как Элронд пытается разговорить Двалина, который не стесняясь тут же плюхнулся в плетеное кресло, стоявшее неподалеку, расспрашивая его о нашей поездке, я, небрежно опираясь локтями на перила, рассеянно скользил взглядом вокруг, рассматривая наряженный в честь праздника город. Повсюду было оживление и легкая суматоха, вдалеке слышался смех и веселые песни, а внизу, под нашими ногами, через широкую площадь время от времени проходили эльфы. Я вздохнул, недовольно размышляя о том, сколько времени я потрачу зря, находясь здесь, и мечтая, как бы поскорее уехать обратно. Мне не хотелось находиться здесь, не хотелось вспоминать давно похороненное прошлое. Я смотрел на срывающиеся с огромной высоты вниз шумные водопады, затем скользнул взглядом по изящным остроконечным башенкам, которые возвышались над зелеными садами, разбросанными то тут, то там, по извилистым тропинкам, исчезающим среди деревьев… Потом я снова вернулся глазами к тому месту, где мы находились. В беседе, вяло протекающей за моей спиной, я не участвовал. Задумавшись и уйдя в себя, я посмотрел на выложенную аккуратными плитами площадь, и снова в мою голову против воли начали просачиваться воспоминания о моем последнем гостевании здесь. Но тут внезапно боковым зрением я увидел что-то, отчего мое сердце пропустило несколько ударов и ухнуло вниз. Я резко повернул голову в ту сторону, ища жадным взглядом то, что так взволновало меня, и мои глаза расширились от потрясения, а хрустальный бокал с вином, которое я до этой минуты время от времени потягивал, чуть не выпал из рук. Внутри у меня все похолодело. В самом дальнем конце площади показался высокий эльф, но, разумеется, мое внимание привлек не он, а его невысокий спутник, стоявший рядом с ним. Меня прошиб холодный пот, и мне показалось, что мое бешено колотящееся сердце вот-вот выскочит наружу. Даже с этого расстояния я видел – это был он. Это был Бильбо. Не веря своим глазам, я уставился на его фигурку вдалеке. «Что он здесь делает, черт возьми?!» Напряженно всмотревшись, я судорожно вцепился в изящные резные перила и сумел разглядеть, что он улыбался и о чем-то разговаривал с тем эльфом, но я, конечно же, не мог слышать, о чем они говорят, из-за дальнего расстояния. Я потряс головой, опасаясь, что это плод моего воображения. Но нет, Бильбо никуда не исчез. Он стоял на том же месте, не подозревая о том, что я здесь и наблюдаю за ним. Я совершенно не ожидал увидеть Бильбо здесь, в Ривенделле, не понимая, как он здесь оказался и почему. Видимо, Элронд заметил мое потрясенное лицо и поэтому поинтересовался, все ли со мной в порядке, глядя на меня с некоторым удивлением. - Я не… - с трудом отведя взгляд от фигуры вдалеке, я повернулся к нему, трясущимися руками поставив бокал на стол. Двалин тоже нахмурился, не понимая, из-за чего я так изменился в лице. Стараясь взять себя в руки, севшим от волнения голосом я ответил, едва соображая, что нужно говорить: – Да… Да, все в порядке, но… Мне показалось, я видел сейчас хоббита… - Ах да. – Элронд невозмутимо налил вино в свой бокал, сверкнув красивыми перстнями на пальцах, и не спеша продолжил. – Я забыл вам сообщить, что у нас гостит ваш давний знакомый, Бильбо Бэггинс. Вы ведь не забыли его? Не в силах совладать с эмоциями, я отвернулся, глядя вокруг невидящим взглядом, избегая смотреть на своего старого товарища, который все еще с беспокойством смотрел на меня, и произнес: - Разумеется… конечно, нет. Элронд больше ничего не сказал про Бильбо. Посмотрев на мое окаменевшее лицо задумчивым взглядом, он спокойно продолжил прерванный разговор. Дальше наша беседа протекала для меня как в тумане. Я не мог сосредоточиться на том, что говорил верховный эльф. Мой взгляд непроизвольно все время обращался туда, где недавно стоял Бильбо, хотя он уже давно куда-то ушел. «Я не должен, не должен так реагировать на это! – разозлился я, ругаясь про себя. – Ну и что, что он тоже здесь. Ведь я же не хотел его видеть. Меня не должно волновать его присутствие». Но разум мне не подчинялся, мои мысли были в беспорядке, мне хотелось сейчас только одного: разыскать Бильбо, снова увидеть его, хотя я сам не знал, что я ему скажу. У меня все кипело внутри. В голове стучала только одна мысль «он здесь». Мне ужасно хотелось сейчас остаться одному, чтобы прийти в чувство и успокоиться. Но было невежливо сорваться из-за стола вот так, сразу, иначе Элронд мог что-нибудь заподозрить. Наконец, все-таки не выдержав и прервав его нескончаемый неспешный монолог, который я даже не слушал и который в данный момент интересовал меньше всего на свете, я спросил: - А по какому делу здесь Бильбо Бэггинс? – отрывисто бросил я. - Он надолго здесь? - Он здесь гость, - ответил Элронд. – И я сказал ему оставаться на столько, на сколько он пожелает. Не находя себе места, я снова взял бокал с вином, но, поколебавшись, тут же резко отставил его обратно, чувствуя, что сейчас в меня ничто не полезет: - Понятно. Помолчав, я посидел еще некоторое время, но затем извинился и, сославшись на плохое самочувствие, резко поднялся и быстро направился в свои покои. Оставшись наедине с собой, в тишине, я наконец смог привести мысли в порядок. Он здесь. От мысли, что Бильбо где-то совсем рядом, меня снова охватило лихорадочное волнение. «Наверняка скоро мы с ним столкнемся где-нибудь, – подумал я. – Что мне сказать ему при встрече? Как мне вести себя с ним?» Я долго мерил шагами комнату, не в силах успокоиться. Подойдя к окну, я открыл одну створку, испытывая сильную потребность в воздухе. От легкого прохладного ветра, ворвавшегося в комнату, мне немного полегчало. Все это долгое время я твердил себе, что не хочу его видеть и знать, но стоило мне взглянуть на него сегодня, даже издалека, как я тут же потерял покой, а все, что я с таким трудом похоронил в глубине души, все воспоминания, чувства, ощущения - все это обрушилось на меня, точно лавина. И сейчас против воли я снова вспомнил тот далекий день, когда я своими собственными руками разрушил свою жизнь и приоткрыл дверь в свою собственную преисподнюю…

***

(Три года назад) - О чем ты хотел со мной поговорить? Голос Бильбо за моей спиной звучал неуверенно. Я медленно прошел на середину пустой, полуразрушенной залы и остановился, стоя спиной к нему. Несколько минут я хранил угрюмое молчание, собираясь с мыслями. - Ты больше здесь не нужен. Завтра Гэндальф увезет тебя отсюда, - проговорил я ледяным тоном. Последовала тишина - и затем донеслось короткое "ясно". - Ясно?! - воскликнул я, в бешенстве от его ответа, развернувшись лицом к нему. - Тебе ничего не ясно, чертов вор! - крикнул я, сжимая кулаки. Только железное самообладание не позволяло мне вытрясти прямо сейчас из него душу. Бильбо едва заметно вздрогнул от моих слов и громкого голоса, эхом отразившегося от стен. - Торин, - произнес он чуть дрогнувшим голосом. – Я сделал это только потому, что ты был не прав. Бард спас всех нас, он спас нас от погибели, как ты не понимаешь этого! Просто поделись с ним золотом, как обещал, и он отдаст тебе Аркенстон, он честный человек, как и ты. Я стиснул зубы, сдерживая внутреннюю ярость. - Не указывай мне, что делать! - взревел я. - То, что ты сделал… - я на миг прикрыл глаза и стиснул зубы. – То, что ты сделал, я никогда тебе не прощу, - отчеканил я, глядя на его бледное лицо. - Ты - ничтожный, поганый взломщик, воспользовавшийся моим доверием и обманувший меня, стоило мне только отвернуться. Мне тошно смотреть в твои лживые глаза! - мой голос вновь повысился, но я не обратил на это внимания. - Торин, послушай ме... - О нет, больше я тебя слушать не собираюсь, - зло усмехнулся я, подходя ближе. - Когда ты уберешься отсюда, я, наконец, вздохну с облегчением, потому что меня тошнит от твоего лживого лица, мне становится противно, когда я нахожусь в одной комнате с тобой! Он отступил на шаг и дрогнувшим голосом попытался возразить: - В тебе говорит действие камня… - Ты правда так считаешь? - Торин… - Нет. Можешь быть уверен - это не камень, - я прищурился. - Ты что, меня плохо слышишь?! Ты мне просто противен, - произнес я, четко выговаривая каждое слово. По мере того, как я продолжал говорить, лицо Бильбо приобрело каменное выражение. - А как же то, что было между нами? - тихо проговорил он. - О, теперь ты вдруг захотел поговорить об этом? - сказал я с издевкой. - А знаешь что? - я подошел вплотную и с презрением скривился, желая в этот момент сказать что-нибудь, что унизит и разозлит его. – Это была обычная похоть. И, как выяснилось, все, на что ты годишься, - произнес я, глядя прямо в его серые глаза, - это заменять уличную девку в дороге. Услышав это, он потемнел лицом от гнева и дернулся, словно от удара. С минуту в воздухе висела звенящая тишина. Я видел, как его губы сжались в плотную линию, как раздулись ноздри, как бешено полыхают глаза. Я знал, что зашел слишком далеко, но я хотел задеть, хотел ранить его так же глубоко, как и он меня. - Значит, вот как ты заговорил, - процедил он, наконец, со злостью. Его грудь вздымалась от шумного дыхания. - И это твоя благодарность за то, что я столько раз спасал твою жизнь? - Не беспокойся, я заплачу за твои услуги и передам Балину, чтобы он не оставил тебя нищим, если, конечно, ты уже сам не позаботился об этом. От моего намека он задохнулся от ярости: - Подавись своим золотом, мне оно не нужно! - Ну уж нет, за услуги надо платить, - скривился я, ухмыльнувшись и сузив глаза. - К тому же, наверное, я еще должен тебе за дополнительную работу ночью? - Ты... - он неверяще покачал головой, глядя на меня растерянными глазами, словно на незнакомца. - Давай, иди, пожалуйся своему закадычному дружку, этому чертовому Барду, который оказался для тебя важнее твоих друзей, ради которого ты предал мое доверие! - крикнул я. - Может, ты и ему успел "послужить"? - я испытал злорадство, увидев его лицо, исказившееся, словно от боли. - Провались ты к черту! - не выдержав, выкрикнул Бильбо, с ненавистью сверкнув глазами. - Ты не хочешь меня больше видеть?! Прекрасно! Будь по-твоему, больше ноги моей здесь не будет! Резко развернувшись, он быстрым шагом покинул комнату. Как только шаги его затихли вдали, я на нетвердых ногах подошел к пыльному огромному столу, стоявшему посередине комнаты, и тяжело опустился на длинную скамью рядом с ним, чувствуя себя опустошенным. Мне было противно от себя самого. Я закрыл глаза, но перед моими глазами все равно стояло бледное, растерянное лицо Бильбо, когда я говорил ему эти слова. «Он заслужил это», - упрямо повторял я мысленно, невзирая на настойчивый голос внутри, который твердил мне, что я не прав. Он предал меня. После того, как втерся в мое доверие. Он знал, насколько важен этот камень для меня, для моего народа… но, несмотря на это, несмотря на то, что было между нами, он украл его и просто растоптал все мое доверие к нему и все, что было между нами. Зачеркнул, как нечто несущественное. И я хотел сделать с ним тоже самое. Он должен заплатить за это. Меня снедала злость и ненависть, мои мысли путались… Но где-то глубоко я знал и другую правду. Я просто использовал этот предлог, чтобы избавиться от той власти, которую он, сам того не зная, обретал надо мной. С каждым днем он проникал в мою душу все глубже, и я решил положить этому конец. Потому что я опасался, что если он останется здесь, то я окончательно потеряю контроль над ситуацией. Я и так постоянно думал о нем, постоянно смотрел на него. Он был везде, в моих мыслях, в воздухе, которым я дышал… Я не желал быть зависимым от кого бы то ни было и надеялся, что если изгоню его из поля зрения, то все мои ощущения тоже пропадут. Было ли это действием камня или же злостью и жаждой мести из-за его поступка… Но я был слишком самонадеян и упрям, решив, что если изгоню его из своей жизни, то те невидимые цепи, которыми он опутал мою душу и сердце, разрушатся сами собой. Но я сделал только хуже для себя. И впоследствии дорого заплатил за это. - Это правильный выбор… правильный, - глухо повторял я вслух. С глаз долой – из сердца вон.