Мы предназначены друг для друга.

Вздохнув, я медленно открыл глаза и, сев, растерянно поморгал, осторожно оглядываясь по сторонам. Я с удивлением обнаружил себя сидящим на холодном каменном полу. Вокруг было довольно темно, и я не сразу понял, где нахожусь. Поднявшись на ноги, я постоял немного, дав глазам привыкнуть к темноте, и неуверенно шагнул вперед, направившись туда, где виднелся серый тусклый свет. Спустя несколько секунд до меня дошло, что я нахожусь в пустом холле, стены которого я сразу же узнал, когда тени отступили и стало немного светлее. Я остановился в растерянности. Этот холл я проходил несколько дней тому назад, направляясь вместе с Балином к комнате раненого Торина. Только тогда он был хорошо освещен и не был полуразрушен, как сейчас. Несколько минут я стоял в недоумении от увиденного, но потом все-таки двинулся дальше. Я блуждал по лабиринтам лестниц, казалось, бесконечно, спускаясь все ниже и ниже. Мои голые ноги овевал сквозняк, и чем ниже я спускался, тем холоднее становился воздух. Минута текла за минутой, время будто остановилось. Я осторожно заглядывал в пустые помещения, похожие одно на другое. Везде царило безмолвие, и все было окутано мраком, лишь едва рассеянным кое-где тусклым светом. Я шел вперед, пока, наконец, мои ноги сами не вывели меня в огромный тронный зал, где Торин когда-то пытался залить дракона Смауга золотом. В углах прятались черные тени, все было мрачно, и у меня невольно пробежал озноб по спине от этой неприятной картины. Со всех сторон высились темные стены. Вокруг было запустение и ни одной живой души. Все казалось размытым и каким-то нереальным. Такое же ощущение у меня появлялось, когда я надевал свое кольцо... Я прошел на середину зала и остановился, не зная, куда идти дальше. "Здесь все в точности как тогда, когда в Эреборе еще находился дракон", - мелькнула у меня мысль. Это место казалось мертвым. Было очень странно вновь оказаться в таком Эреборе после того, как я уже успел привыкнуть к его новому облику. Оглянувшись по сторонам, я поискал глазами признаки хоть кого-нибудь живого. Потом посмотрел назад - и застыл. На огромном троне посреди запыленного и разрушенного зала сидела до боли знакомая мне фигура. - Торин... - произнес я одними губами. Поборов волнение, я сделал несколько шагов, подходя ближе, и остановился в паре метров от трона. Я постоял немного, разглядывая его и зябко ежась от холода, пробиравшего до костей. - Торин? Он сидел неподвижно, глядя куда-то в сторону. С некоторым удивлением я заметил, что на нем был тот же костюм, как когда мы впервые познакомились. Та же кольчуга, та же накидка... Машинально посмотрев на свою одежду, я удивился еще больше: на мне был мой старый сюртук карамельного цвета, темные бриджи и желтая рубашка - все то, что я носил многие месяцы в походе. Мы снова оказались в прошлом. Все это казалось мне до нелепого странным. Торин по-прежнему молчал, словно не замечая моего присутствия. Его большие руки спокойно лежали на каменных подлокотниках. Он и сам напоминал мне сейчас какое-нибудь каменное изваяние. Лицо его было спокойным, но каким-то застывшим. Постояв несколько секунд в нерешительности, я снова произнес его имя, и он, наконец, медленно перевел на меня свои синие глаза, которые смотрели отрешенно и холодно. Он смотрел на меня, как на незнакомца. - Что ты здесь делаешь? - его жесткий голос эхом прокатился по пустому залу, отскакивая от стен. Я похолодел. Но не от его холодного голоса, а от того, что понял, что Торин действительно не узнает меня. Мои ладони вспотели. - Торин, ты... ты помнишь меня? - спросил я осторожно. - Я знаю, кто ты, - ответил он спокойно, но взгляд его не стал теплее. - Мастер воровского дела. Бильбо Бэггинс из Шира, - он говорил все это равнодушным голосом. - Зачем ты пришел сюда? На какой-то миг я растерялся. Краем глаза я вдруг заметил, что вокруг Торина безмолвно двигаются какие-то черные большие тени, при взгляде на которых мои волосы встали дыбом. Они были похожи на человеческие фигуры, и хотя я не видел у них лиц, я ощущал, что они наблюдают за мной. Они находились по обеим сторонам от Торина, словно охраняя его ото всех, кто осмелится проникнуть сюда. Я с трудом отвел от них глаза и медленно перевел дыхание, которое тут же от холода превращалось в пар. - Я пришел за тобой, - сказал я хмуро, стараясь не показывать свой страх, хотя голос мой все же дрогнул. Он ничего не ответил, продолжая молча смотреть на меня ничего не выражающим взглядом. Я неуверенно переступил с ноги на ногу и оглянулся по сторонам. Со всех сторон нас окружала темнота, в которой глубоко утопали все стены и их очертания. Я обхватил себя руками, пытаясь хоть как-то согреться. - Торин, почему ты здесь? - спросил я, мягко посмотрев в его ледяные глаза. - Почему ты сидишь здесь один? Его брови недоуменно сошлись вместе. Он озадаченно посмотрел вокруг, словно впервые увидел, где находится: - Это мой дом. Я сделал шаг вперед. - Нет, - возразил я спокойно. - Это не твой дом, Торин. Твой настоящий дом - не эта разрушенная крепость. - О чем ты говоришь? - он непонимающе нахмурился. - Ты должен вспомнить, - проговорил я, снова делая шаг, и остановился. Тени, до этого стоявшие за его спиной, начали угрожающе увеличиваться, разрастаясь у меня на глазах, но Торин словно не замечал этого. Я чувствовал, как от страха мое тело покрылось испариной, но все же продолжал говорить: - Твой дом сейчас полон жизни. В настоящем Эреборе тебя ждут друзья и родные... Прошу тебя, пойдем со мной. Мои слова, кажется, привели его в замешательство. - Все мои друзья и родные мертвы, как и эта гора, - проговорил он с мрачным спокойствием. - Я не смог спасти Эребор. И я останусь в этих стенах навсегда. - Н-нет, нет, о чем ты говоришь! - я ошеломленно смотрел на него. - Вспомни, - сказал я громко, - вспомни лица своих племянников, разве ты не помнишь их? Они живы, как и все твои родные и близкие! И ждут тебя! Чем больше я говорил, тем больше становились безмолвные тени. Атмосфера в зале начала неуловимо меняться. Застывший воздух казался ледяным, обжигая мои легкие. - У меня нет дома, - нахмурился Торин. - Мне не к кому возвращаться. - Прошу тебя, - отчаяние сжимало мое горло холодными пальцами. - Торин, послушай меня, - я снова попытался пробиться сквозь невидимую стену, которой он окружил себя. - Пойдем со мной... Я испуганно замолчал, увидев, как черные фигуры поползли в мою сторону. С каждой секундой они неумолимо приближались ко мне, словно огромные черные пауки. - Я не верю тебе, - сказал он, продолжая равнодушно смотреть сквозь меня. - Здесь мой настоящий дом... Здесь я никогда не почувствую боли. Превозмогая страх, я продолжал торопливо говорить: - Торин, - крикнул я, задыхаясь от холодного воздуха, - это не настоящая реальность! Тени витали надо мной, кружили над моей головой. Одна из них надвинулась на меня, словно желая рассмотреть поближе, и я чувствовал, как мерзкие ледяные руки коснулись моей шеи, вызывая дрожь отвращения. Я отшатнулся и услышал свистящий хриплый шепот: "Тебе не забрать его из этого места. Теперь он один из нас". Они двигались все быстрее, и их шепот становился громче, путая мои мысли. Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться на том, что только что говорил. Но я все никак не мог собраться с мыслями и, сжав зубы, потряс головой. Когда я снова открыл глаза, я увидел, как от движения черных фигур расходятся порывы ледяного ветра, который стремительно перерастал в вихрь из пыли и мелких камней, создавая барьер между мной и Торином. - Я знаю, что тебе было больно и что я тоже причинил тебе боль когда-то, но этого больше никогда не повторится, я клянусь тебе! - чтобы перекрыть шум и завывания ветра, мне пришлось почти кричать. Ветер был настолько сильным, что его порывы чуть не сбивали меня с ног. Уворачиваясь от мелких камней, летевших в меня, я упрямо сделал шаг вперед, затем еще и еще... Голоса призраков оглушали меня, они словно звучали у меня в голове. Я схватился руками за голову и зажмурился, пытаясь не слушать их навязчивый шепот. Их голоса словно вытягивали из меня силы... Пол под моими ногами и стены вдруг задрожали. С потолка начали падать огромные камни, грозившие раздавить меня. Вихрь становился все сильнее, мои руки и лицо начали кровоточить от круживших вместе с ветром осколков острых камней, от которых я не мог увернуться. Я спотыкался и падал, но поднимался вновь и снова продолжал шагать вперед. Все это время мною двигала единственная мысль: "Я не могу позволить себе сдаться, потому что должен спасти его. Я должен спасти его... должен..." Только это придавало мне сил и не позволяло голосам призраков окончательно поглотить мой разум. В очередной раз упав, я с трудом поднял голову и поднес руку к лицу. Посмотрев на пальцы, я увидел кровь. Поверхность пола подо мной продолжала вибрировать. Я видел, что мне осталось сделать всего несколько шагов; всего несколько шагов отделяли меня от Торина. Всего несколько шагов... но мне они казались сейчас расстоянием в тысячу миль. - Торин, - произнес я замерзшими потрескавшимися губами, с тоской глядя в ту сторону, где сквозь мглу и пыль виднелись очертания трона. Совсем рядом, в двух шагах от меня, рухнул огромный каменный обломок. Он врезался в пол и, проломив его, обвалился куда-то вниз. В образовавшемся проеме я с ужасом увидел черную бездну. Собрав последние силы, я поднялся на ноги и, шатаясь, с трудом направился к Торину, по-прежнему сидевшему на том же месте с отсутствующим видом, словно не осознавая, что творится вокруг него. Здесь, в эпицентре вихря, шум и ветер был слабее. Он терзал полы его одежды и развевал темные волосы Торина над плечами. Я поднялся по ступеням, ведущим к трону, и упал на колени, дрожащими от холода руками взяв его ладонь: - Торин... - мое тело сотрясала дрожь, мне едва хватало сил говорить. - Посмотри на меня, прошу... посмотри! - крикнул я, дождавшись от него вялой реакции. - Три года назад ты дал мне это, - я вложил в его ладонь большой перстень, - ты обещал вернуться, и сейчас ты должен выполнить свое обещание, вернись ко мне! Его пустые глаза опустились на предмет, который я положил ему в руку. Несколько минут он смотрел на него без всякого выражения. Но затем темные брови нахмурились, и на лице его на смену отрешенности пришло растерянное выражение, а в глазах мелькнуло узнавание: - Мое кольцо... - Я хранил его, потому что всегда ждал твоего возвращения, - сказал я, сжав его руку, - даже если не говорил, даже если не показывал - я всегда ждал тебя... Прошу тебя, пойдем со мной... Пойдем домой. Его пальцы медленно сжали перстень. Шум вокруг нас нарастал, по полу расползались огромные трещины. Один за другим куски его обваливались и падали в бездну, которая, словно какое-то огромное чудовище, метр за метром пожирала это место, оставляя взамен черную пустоту. - Бильбо... Взгляд Торина с каждой секундой начал проясняться все больше. Он ошеломленно взирал на меня, напоминая мне испуганного, потерянного ребенка. - Это и правда ты... - проговорил он недоверчиво. Он медленно опустился рядом со мной на колени. Я протянул ему свою руку: - Возьми меня за руку, - попросил я, глядя в его синие глаза. - Возьми мою руку, и мы вернемся домой... - Домой? - переспросил он. Потом, помолчав, неуверенно добавил: - Ты... ждешь меня? - Я жду тебя больше всех, Торин... Он все так же растерянно смотрел в мои глаза: - Но ты не остановил меня... Почему ты не остановил меня тогда? - вдруг произнес он с тоской. - Почему дал мне уйти? Мои плечи опустились. - Я... я не знаю, - промолвил я, не зная, как выразить словами свое раскаяние. Мои слова тонули в грохоте и хаосе, который в любой момент мог поглотить нас обоих. - Но больше я никогда не отпущу тебя, - сказал я громко, твердо глядя в его глаза. - Клянусь. И не уйду отсюда без тебя. Крепко обхватив обеими руками его лицо, я не отпускал его взгляд: - Вспомни тех, кто любит тебя, вспомни свой настоящий дом, - воскликнул я с отчаянием. - Ты должен вернуться домой! С жутким ревом каменные стены Эребора рушились, превращаясь в груду огромных камней, осыпаясь в бездну под нами, и только небольшое пространство, на котором мы находились, еще оставалось нетронутым. Трещины уже подползали к моим ногам. - Дом... - выдохнул Торин, глядя в мои глаза. Я уже не слышал его голоса, только видел, как шевелятся его губы, и как вспыхнули, оживая, глаза. - Мой дом... Я видел, как каменный трон рядом с нами начал разваливаться, превращаясь в прах, уносимый прочь ветром. Торин обхватил меня руками, крепко прижимая к себе. Я опустил голову ему на плечо, положив свои руки на широкую спину. Нас поглощала тьма. Это был конец. Но сквозь рев и хаос я успел услышать его голос, прозвучавший, словно откуда-то издалека, над моим ухом: "Я выполню свое обещание... Я вернусь к тебе." Медленно открыв глаза, я уставился в знакомый потолок. Поморгав и неловко приподнявшись на локтях, я недоуменно нахмурился. Прищурившись от яркого света, я посмотрел на стоявшего рядом с кроватью, на которой я лежал, Элронда. Рядом стоял Гэндальф, и оба они молча смотрели на меня со встревоженными лицами. Комнату заливали косые яркие лучи солнца. Через несколько секунд я все вспомнил. В панике обернувшись назад, я замер. Не веря собственным глазам, я смотрел на Торина, синие глаза которого были сейчас открыты и устремлены на мое лицо, а на губах играла хоть и слабая, но улыбка. Я не мог вымолвить слова. Мое горло сдавило. Опустив глаза, я увидел, что он держит мою руку. Мои пальцы были в запекшейся крови, а кожа на руках была в глубоких порезах и ссадинах. Должно быть, лицо мое тоже представляло сейчас печальное зрелище. Я осторожно сел, не отнимая руки и не отводя глаз от его лица, которое уже не выглядело безжизненным и приобрело более здоровый цвет. Я никак не мог отвести взгляд и все смотрел и смотрел на него, не веря, что он снова улыбается мне, и позабыв про то, что мы не одни. - Худшее уже позади, - услышал я мягкий голос эльфа и снова оглянулся на него, благодарно улыбнувшись, - вам все же удалось спасти его, мистер Бэггинс. - Его взгляд выражал удивление. - Это просто чудо, что вы смогли оба вернуться назад. Вы пробыли за Гранью три дня, и мы уже потеряли всякую надежду. Но теперь с ним все будет хорошо. - Три дня? - пораженно переспросил я его. Мне казалось, что я провел там от силы пару часов. - Я позову Балина и остальных, - сказал Гэндальф, улыбаясь, и направился к запертым дверям, - они ждут вестей все эти три дня. Наконец я могу осчастливить их этой радостной новостью. Я, посмотрел на Торина и, наконец, позволил себе робкую улыбку. Только нам двоим было известно, через что нам пришлось пройти. Я чувствовал биение его сердца. У меня появилось ощущение, будто мы теперь единое целое. Так оно и было, ведь отныне в нем жила часть моей души... - Как ты себя чувствуешь? - тихо спросил я, с нежностью глядя в его синие глаза, в которых читались понимание и безграничная мягкость. Он глубоко вдохнул воздух грудью, словно заново почувствовал жизнь, и, улыбнувшись, хрипло проговорил: - Как будто я вернулся домой...