Хроники несуществующего мира. Часть 1

Катберт уже видел, что отстоять Патрас не выйдет. Новые отряды бесов, магогов и порождений зла прибывали постоянно, а от адских гончих некуда было спрятаться. Весь ров и несколько проломов в крепостной стене были уже завалены трупами. Воины не ожидали такого стремительного и яростного нападения. Всё указывало на то, что первая атака была лишь провокацией, но, видимо, планы Эофола в последний момент поменялись. Гарнизон Патраса был слишком немногочисленным и оказался застигнут врасплох, и даже срочно прибывшие туда Катберт и Турис с наскоро собранным подкреплением уже не могли спасти его — только дать время жителям воспользоваться подземным ходом. Сначала конница смяла было нападавших — и тут же посыпавшиеся с неба молнии снова изменили ситуацию. Оглядываясь в поисках вражеского мага, Катберт увидел в отдалении женскую фигуру в красном, с достоинством восседавшую на лошади. Он попытался сбить её заклинанием, но она с лёгкостью отразила атаку, взмахнув рукой в длинной чёрной перчатке небрежно, будто отгоняла назойливую муху, и Катберт узнал её по этому движению. Призрак Врат Ревер уже начал маячить в сознании, но теперь, по крайней мере, можно было отдать разумный приказ. — Отступаем! — громыхнул Катберт. — Все назад! Уходим отсюда! Это Аш, — уже тише сказал он Турис. — И это очень, очень плохо. Я постараюсь задержать её, уводи остатки войска. Нужно организованное отступление. — Ясно! Катберт постоянно сталкивался с Аш на всём протяжении Первой войны, и тогда, в двадцать один год, у него заведомо не было сил и опыта, чтобы одолеть её. Раскалённый воздух обжигал лёгкие, столпы чёрной пыли ещё больше осложняли положение. Несмотря на обмотанную вокруг нижней части лица ткань, Катберт кашлял и задыхался. Похоже, Дьяволы с помощью магии расширили зону вулканического климата до самых Врат Ревер. — Да сделайте что-нибудь! — прорычал Оррин. Из-за пыли его лучникам не удавалось прицелиться, и, даже если кто-нибудь и решался выстрелить, стрелы уносило куда-то в сторону. Катберт не был уверен, что горстка уцелевших священников сможет нейтрализовать заклинания эофольцев: по крайней мере, себе он уже не доверял. Тем не менее, он упал на колени, закрыл глаза, сосредоточился на ощущении враждебной магии и направил свою волю на борьбу с ней. — Возьми меня за руку, — прошептала рядом сестра Адель, девушка не старше Катберта. Командира, опытного брата Эндрю, всего пару часов назад растерзала восьмая волна атаки. — Объединим силы. Другую руку Катберт в свою очередь протянул налево, Ксарфаксу. Пареньку было лет пятнадцать-шестнадцать, но его магическая сила впечатляла. Он мог многого добиться — если бы выжил. Совместными усилиями обжигающее облако было развеяно, и Адель, в чьих рыжих волосах появились седые нити, поднялась над руинами некогда белой, а теперь потемневшей от крови и дыма стены: — Вперёд! Передышка будет недолгой, надо смести их! Без пылевой завесы противник впереди был хорошо виден, и лучники с арбалетчиками смогли наконец начать стрельбу. Мечники под командованием Реймена Сордерсена выдвинулись с позиции; Катберт наблюдал за ними, укрывшись за фрагментом стены и готовясь помочь магией издалека. Сегодня он рисковал уже достаточно, ноги до сих пор мелко дрожали после предыдущей вылазки, и он понимал, что будет бесполезен в открытом бою. С отрядом Реймена отправились Лоинс и Аделаида. Не дожидаясь приближения эрафийцев, Дьяволы рванулись навстречу. От сотен бесов, передвигавшихся странными дёргаными скачками, зарябило в глазах. Летели огненные шары магогов, стремительно пикировали эфриты с пламенеющими щитами, раз за разом щёлкали кнутами владыки бездны, воскрешая новых и новых демонов. В общей свалке Катберт отлично видел Лоинса: вся его фигура будто светилась от постоянных вспышек целительных и защитных заклинаний. К несчастью, он представлял собой и лёгкую цель для эофольцев. — Прикрой его! — крикнула Адель. Катберт торопливо пробормотал благословение, потом формулу Щита, а Ксарфакс выставил силовое поле. Но у Дьяволов была Аш — Катберт разглядел её высокую фигуру в чёрно-красной накидке. Два резких взмаха руками — две молнии испепелили Лоинса и попытавшихся заслонить его своими телами рыцарей. На левом фланге сияла, будто солнце, Аделаида, и расходившиеся от неё волны ледяной энергии опрокидывали эофольцев, как шахматные фигурки после игры. Это продолжалось недолго: Аш не могла не обратить на неё внимания. Эрафийская атака рассыпалась. Мечники в тяжёлой броне мало что могли противопоставить стремительно возникавшим из пустоты дьяволам и, осознав это, начали отходить. Их, разумеется, преследовали; поняв, что терять больше нечего, Катберт задал жару. Вместе с оставшимися священниками он вызывал молнии, проклинал, ослеплял и замедлял вражеские полчища, чтобы дать эрафийцам время хотя бы для организованного отступления. Аш и другие еретики пытались нейтрализовать эти заклинания, и ему приходилось максимально сосредотачиваться, напрягая всю свою волю. Сначала это удавалось, но Катберт смертельно устал. Всё чаще ему приходилось отказываться от борьбы, а один раз он даже не смог отвести от себя огненный шар — успел лишь вскинуть руку, защищая лицо. Преследователи настигли оставшихся мечников у самой стены и смяли их, впечатали в неё, растоптали, а затем хлынули на стрелков. Рукопашная с длинными ножами и пронзительными воплями была совсем недолгой. Катберт бессильно привалился к обгоревшему зубцу. У Ксарфакса дрожали губы. Остальные тоже застыли — бледные, отчаявшиеся. Адель устало улыбнулась. — Я молюсь Триединому Богу, и он внимает мне. Я — проводник его могущества, и его энергия течёт сквозь меня. Его именем я благословляю вас, братья. Теперь, убедившись, что Турис приступила к эвакуации, Катберт крикнул что было сил: — Эй, Аш! — она повернулась и сразу заметила его. Кивнула, тронула поводья, начала медленно приближаться. — Воображаешь, что Врата Ревер повторятся? Даже не надейся! — Брат Катберт. Всё ещё храбрый жрец, пусть уже и не молодой. Что скажешь? Покарал ли меня твой бог? — Аш не стала дожидаться ответа, и хорошо, потому что у Катберта его не было. — Шанс победить у тебя не больше, чем был тогда. — Что ж, это сделает кто-нибудь другой. — Какая убеждённость в голосе! А кто? Твоя белокурая подружка, которая сейчас пытается угробить остатки армии? Из-за стены как раз выдвинулась группа алебардщиков, лучников и монахов под предводительством Турис. Девчонка нарушила приказ и вместо того, чтобы контролировать отступление, подготовила эту безрассудную атаку! С горсткой солдат против Аш! Катберт почувствовал, как волосы встают дыбом. — Турис! Назад! Тебе с ней не справиться! — Верно подмечено, — усмехнулась Аш, делая плавные пассы. Это не было похоже на боевое заклинание, и Катберт решил, что эофолка задумала какое-то ментальное воздействие. Догадка подтвердилась, когда все лучники дружно замерли, повернулись в обратную сторону и обстреляли союзников. Кто-то упал, остальные рассыпались по укрытиям, ругаясь и не понимая, что происходит. — Это гипноз! — воскликнул Катберт. — Ну так сними его! — Сейчас! Катберту понадобилось полминуты, чтобы одолеть волю Аш. Лучники дали последний залп и опять замерли, потрясённо переглядываясь. Катберт обернулся к Турис и с ужасом увидел, что в её левом плече торчат две стрелы, а в боку — ещё одна. — Вот так, — пробормотала девушка, начиная оседать на землю. Катберт неуклюже спрыгнул с баррикады и бросился вперёд. Турис завалилась набок, замерла, скорчившись. Он хотел перевернуть её, чтобы лучше видеть её лицо, и в то же время боялся причинить ещё больше боли. — Турис, спокойно, — начал он и сорвался, не смог сохранить тон. — Раны не смертельные, я обещаю, не вздумай умирать! Аш вполне могла бы сейчас разделаться с обоими, и, увидев, как она подняла руку, Катберт крепче стиснул пальцы Турис. Но это был лишь насмешливый прощальный жест: оставляю, мол, тебя наедине с твоим горем, не торопись, позже увидимся. Прежде, чем Катберт успел отдать приказы уцелевшим, Аш исчезла. Пощадила его — снова. На руинах Врат Ревер он, полубезумный от страха и отчаяния, закрывая собой Адель и Ксарфакса, орал ей в лицо: «Я — Катберт! Во мне — Триединый Бог! Он охранит меня и всех вас покарает!» — и ещё что-то бессвязное. Аш оглядела его с головы до ног, улыбнулась и ответила: «Может, и покарает, храбрый молодой жрец. Но я думаю, твой бог слаб — если вообще существует. Подожди немного, и ты тоже это поймёшь. А пока ступай: кто-то должен рассказать, что здесь произошло». — Обидно… от своих… — выдохнула Турис. — Знаю, знаю… Ничего. Я тебя вытащу, — Катберт расположил ладони над сердцем девушки и принялся нараспев читать заклинание, привязывающее душу к телу. — Я… нет… только не магия, — Турис сделала вялую попытку отодвинуться. Катберт качнул головой и продолжил читать заклинание. — Не смей использовать чёрную магию! Не смей превращать меня в ходячего мертвеца! Катберт вздрогнул, как от удара. Её подозрения были не совсем безосновательны. После Врат Ревер в молитвах он действительно разочаровался и начал заигрывать с тёмной, разрушительной магией. Конечно, это не могло кончиться хорошо, и последовавшая трагедия навсегда отрезвила его. Люди шептались, и он относился к этому философски, но слышать такое от Турис — от Турис! — было невыносимо. — Тише, тише, — Катберт вымучил улыбку. — Это не чёрная магия. Это целительство, всего лишь простенькое заклятие. Никакой чёрной магии, — и вдруг выпалил: — Я люблю тебя. Катберт любил Турис молчаливо и безнадёжно с тех самых пор, как впервые увидел её совсем ещё молоденькой девчонкой на открытом турнире в Корнерстоне. — Кто это? — спросил он у своего соседа. — Будто родилась в седле! — Это Баркхорн, — ответил тот. — Турис Баркхорн, наша гордость. С семьёй ей, правда, не повезло: крестьяне… Довольно зажиточные, и всё равно — трудно будет пробиваться. Катберт сразу понял, что должен помочь ей в борьбе с этой несправедливостью. Турис быстро привязалась к нему как к наставнику и старшему другу, но замечала ли и другие оттенки его отношения? Во всяком случае, до этого момента он никогда не озвучивал своих чувств. Взгляд Турис на мгновение прояснился. — Значит, всё совсем плохо? — Нет же, нет, молчи. Сейчас… И Турис замолчала.

***

Аш задумчиво провела кончиками пальцев по разложенной на старом деревянном столе карте Эрафии. Инициатива Ксирона не удивила, но раздосадовала. План Пир требовал доработки, особенно в отношении возможных неприятностей с Конфлюксом, и всё же объективно был достаточно логичен и мог увенчаться успехом. А вот что мог категоричный приказ «Сжечь им там всё Пограничье!», так это с большой вероятностью привести к катастрофе. — Госпожа! Гонец его высочества! Гонец был человеком, покрытым толстым слоем грязи и крови, которые практически скрывали лицо. Едва дыша, с трудом переставляя ноги, он добрёл до стола и склонился в поклоне. Аш торопливо взяла письмо из его протянутой руки и резким жестом приказала убираться. От вони запершило в горле. Несколько строк, написанных неровным почерком, велели срочно отступать обратно в Эофол. «Неужели протрезвел?» — раздражённо вздохнула Аш. — Навоевались, возвращаемся. Вышли разведчиков. Телохранитель отдал честь и исчез за дверью, но буквально через минуту заглянул обратно. — Ещё один гонец, госпожа! От госпожи Нимус. Нимус тоже провела разведку — боем. Удалось захватить в плен авлийского друида и таталийскую ведьму, у которых, судя по всему, были влиятельные покровители в Эрафии. Настроение Аш немного улучшилось. — Добрые вести, Афог. Давай посмотрим, что тут осталось в погребах. Угости гонца как следует. — Да это вскроется уже через пару дней! Это государственная измена! Злостное неповиновение! Ты что наделала?! Ксарфакс махал руками, метался по комнате. Пир давно не видела его в таких растрёпанных чувствах. — Спокойно! — поморщилась она. — Эйдан мастер маскировки. Никто его в жизни не опознает, а значит, не смогут и допросить. Путаница, внезапная война, пойди найди следы. А Ксирон уж который день не просыхает, и доверия ему ноль. Скорее всего, именно в винном погребе Ксирону и пришла мысль объявить наступление. Не сказать, чтобы Пир предполагала такое развитие событий, но смутные подозрения всё-таки заставили её остаться в столице. Не прислушайся она к интуиции — сидела бы сейчас в своём замке, ожидая сигнала, который не должен был прозвучать. А так Эйдан отвёз Аш поддельный приказ, и возникшая неразбериха могла дать эрафийцам шанс продвинуться в Эофол. — Нельзя просто ждать у моря погоды, Ксар. Этим мы не добьёмся ничего. Ксарфакс не ответил. Пир снова почувствовала укол сомнения: была ли она права, сделав ставку на него? Но именно сейчас, конечно, было поздно что-либо менять.