Хроники несуществующего мира. Часть 1

Последний раз Джем проплывала по Мэршвольскому каналу на лате — маленькой лёгкой лодке из коры — больше десяти лет назад, участвуя в соревновании между деревнями. На решающем отрезке девчонка из Эльмы вырвалась было вперёд, но Джем опустила руку в воду и пожелала победить, и внезапно всякое сопротивление исчезло, и канал будто сам подхватил её и вынес к финишу. Во время празднования к ней подошла старая ведьма Аманда, увела в сторону, требовательно спросила: — Какое заклинание? Отпираться было бесполезно, и Джем сказала правду. — Не знаю… Никакое. Это была… просто мысль. — Просто мысль, — задумчиво повторила Аманда, внимательно глядя на неё. — Впервые вижу такую силу в такой маленькой девочке. Если сможешь её обуздать, будешь великой колдуньей. Почти два года Джем изучала основы магии под руководством Аманды, но та постоянно подчёркивала, что нужно обязательно ехать в университет в Маршанк, а потом дальше, в другую страну, к тем, кто помог бы ей овладеть заклинаниями высшего порядка. Тогда, конечно, в голову сразу пришла Бракада, а сложилось иначе. Джем шевельнула веслом. Она была очень рада предстоящей встрече с приёмными родителями, но ей всегда было в деревне немного… душно. Джем из Асатии, называли её все по настоянию Рэя и Лионны, хотя имя не было таталийским и оттого довольно странно звучало в этом сочетании. Она родилась в Элфрете меньше чем за два года до того, как империя дьяволов-криган с Пылающих островов вторглась туда и пробудила вулканы, спавшие тысячелетиями. Прекрасная зелёная страна погибла в огне, а уцелевшие элфретцы рассеялись по другим землям и стали называть себя ньердан — «живущие воспоминаниями». Джем ими не жила. Иногда видела сны, из которых, проснувшись среди ночи, помнила лишь потоки лавы, толпы бегущих людей и свой собственный невыносимый ужас. Рэй и Лионна оказались тем летом в Иземире случайно, направляясь в столицу — Удриар — на знаменитый континентальный фестиваль ремёсел. У их повозки сломалось колесо, и им пришлось задержаться в городке. Среди внезапно воцарившегося хаоса Рэй обнаружил Джем под горящими досками только благодаря странному серебристому туману, который клубился вокруг. Туман исчез, стоило таталийцу протянуть к девочке руки. Много лет спустя Аманда подтвердила, что магическая сила Джем защищает её самостоятельно. В Маршанк Джем приехала в яркой полумаске, которую Лионна сшила ей, чтобы скрыть шрамы на скулах и над бровями, оставшиеся после пожара. На вступительном испытании она представилась как Джем из Иземира и пользовалась этим именем до тех пор, пока не получила другое, громкое — Джем из Эмералдмора, Великая Колдунья Авлии. На правом берегу канала заросли поредели, и появилась Асатия — три ряда маленьких домиков на высоких сваях, соединённые между собой дощатыми настилами и подвесными мостами. На одном из мостов, болтая босыми ногами, сидел длинноволосый парень с удочкой. — Гляньте-ка, кто пожаловал! Неужели Джем? Джем недолюбливала Ниска — и подумать только, Лионна когда-то надеялась их поженить, — но услышать родной говор было приятно. Большинству других таталийцев, включая Вердиш, мэршвольская речь казалась рубленой, грубоватой. — Неужели узнал? Здорово, Ниск. — Рыбу распугаешь, — буркнул парень. Поддавшись порыву, Джем шепнула заклинание, и лат, медленно поднявшись из воды, завис в воздухе. Друидка легко выпрыгнула на мост. — Ничего с твоей рыбой не сделается, — сказала она и улыбнулась, увидев, как у Ниска расширились глаза. Он сложил пальцы в древний знак защиты от тёмных сил — бесполезное суеверие. — Выучилась заморским штучкам! — Эти вполне местные, из Маршанка. Третий курс университета… Рэй с Лионной в деревне? Ниск пожал плечами: — Ну вроде были. Третий ряд, второй домик слева. Джем быстро прошла по настилам, кивая и махая рукой соседям, и наконец оказалась у цели. От двери приятно пахло свежей древесиной — совсем новая, Рэй, наконец, собрался поменять. Джем постучала в эту новую дверь и, не дожидаясь ответа, распахнула её. — Рэй! Лионна! Оба выскочили навстречу. Рэю недавно исполнилось сорок один, в его тёмных, до плеч, волосах появилась седина. Лионна, на год младше, ничуть не изменилась и оставалась маленькой кругленькой «пышечкой». Они чуть не задушили Джем в объятиях ещё на пороге. — Вот неожиданность! — смахнула слёзы Лионна. — Ты бы предупредила… У нас из еды только вчерашнее. — Не важно! Умираю с голоду. Лионна поспешила к очагу. — Я была не уверена, получится ли отплыть пораньше, чтобы вас навестить, поэтому и не стала предупреждать, — пояснила Джем. — На самом деле я всё равно… совсем ненадолго, — она вздохнула. Говорить это было трудно. — Что такое? — сразу встревожилась Лионна. Рэй сидел молча, внимательно глядя на приёмную дочь. — Я в Таталии по делу… Помните, я спрашивала про Рёбра? Они дружно кивнули. Джем связывалась с ними магическим образом и задавала много вопросов: не было ли недавних слухов о проклятьях, нежити, нехороших местах и подозрительных артефактах. Увы, тогда ничего выяснить не удалось. — Так вот, меня послали на поиски, и я должна найти артефакт раньше некромантов. Лионна ахнула, Рэй нахмурился. — За тобой гонятся некроманты? — выдохнула женщина. — Не за мной, за Рёбрами. Так что засиживаться некогда. Я заглянула буквально на пару часов, потом отправляюсь дальше на север. — Джем, — сурово произнёс Рэй, — во что тебя втянули эти авлийцы? Она поколебалась, не зная, рассказывать ли приёмным родителям всю правду, которая напугала бы их и расстроила, потом сказала: — Некроманты могут собрать из нескольких частей очень мощный артефакт Доспехи Проклятого, с которым станут почти непобедимыми. Это общая проблема, Рэй, и авлийцы просто взяли её решение на себя. Я — одна из полководцев Авлии, а кроме того, без ложной скромности, их сильнейший маг. Со мной у них куда больше шансов предотвратить сборку Доспехов. Круг друидов надеялся, что при обнаружении артефакта Джем сможет уничтожить его на месте, защитившись своей уникальной магией. Но это-то знать Рэю и Лионне точно было не нужно. — Есть новости из Влючтона? Говорят, на границе опять неспокойно? — Проклятые варвары, — пробормотал Рэй, отхлебнув из кружки. — Понятно… — это сильно осложняло ситуацию. Джем вздохнула снова. — Слушайте, когда вернусь, напомните мне, чтобы оставила несколько постоянных заклинаний. Они облегчат вам жизнь, и довольно надолго. — Сначала вернись, — совсем мрачно сказал Рэй. — Рэй! — укоризненно воскликнула Лионна. «Они не переживут, если со мной что-то случится», — поняла Джем. И пожалела, что поддалась чувствам до того, как выполнила задание.

***

Влажный болотистый берег Таталии был неприветлив. Тамика остановилась и с опаской принюхалась: пахло сыростью и немного тухлятиной. Вокиал тоже поморщился. — Не нравится мне тут. — Да, климат нездоровый. — Не нам опасаться, — отрезал лорд Нагаш. — Вместо того чтобы ныть, шли бы уже дальше. Хотя лорд Моандор поручил руководство этим небольшим, но чрезвычайно важным предприятием Тамике, непосредственно за поиск Рёбер должен был, конечно, отвечать некромант — лич Нагаш. Долго обсуждалась возможность взять с собой Амулет Гробовщика и проводить ритуал поиска, используя его как компас, но Моандор признал это слишком рискованным. Единственный артефакт, имевшийся в распоряжении Дейджи, стоило там же и сохранить. Поэтому Нагашу предстояло идти более долгим и кровавым путём, а Тамике и Вокиалу — защищать его и обеспечивать… материалом. Говорили, на самом деле Нагаша звали не так, и много сотен лет назад он был джинном. «Спелись, наверно, с Видоминой», — угрюмо подумала Тамика. — Повежливее, лорд, — сказала она вслух и с ожесточением принялась рубить мечом спутанные лианы, мешавшие пройти. Нагаш не сразу двинулся следом, чтобы не угодить под замах. Замыкающим был Вокиал, который через несколько минут шёпотом признался: — Такое впечатление, что из каждой ямы может вылезти какая-нибудь тварь. Тамике тоже так казалось. Уж чего-чего, а тварей, которые прячутся в ямах, в Таталии хватало. На них она сполна насмотрелась во время последней кампании. Вокиал тогда выполнял другие задания и до болот так и не добрался. — Спокойно. Только гидры и могучие горгоны по-настоящему опасны. Но гидр, во-первых, очень мало, а во-вторых, они такие огромные, что мы их сразу заметим. С горгонами, конечно, сложнее, но там главное — не смотреть в глаза. В крайнем случае всегда можно улететь. Чем меньше внимания привлечём, тем лучше. Нагаш глухо фыркнул, почти как те самые горгоны. Тамика поджала губы и снова рубанула мечом. Наконец, впереди показался расчищенный участок. На настилах стояли десятка два примитивных деревянных хижин с плоскими крышами и копошились существа, напоминавшие собак, которые вдруг вздумали ходить на задних лапах. Гноллы… Тамика по ним не скучала. — Они нас раньше времени не учуют? — спросил Вокиал. — Нет, — коротко ответил Нагаш, видимо, позаботившийся о магической маскировке. Дейджцы затаились. Время тянулось медленно. Тамика подумала, что, будь они живы, у всех уже давно затекли бы спины и ноги. Где-то крикнул виверн. Из деревни доносился равномерный стук молота, запах дыма и коптящегося мяса. Никто из гноллов не отделялся от других, не шёл в сторону зарослей. Тамика нетерпеливо шевельнулась, и Нагаш повернул к ней свой древний, тусклый череп. — Мы теряем время, лорд. Поставьте барьер вокруг деревни, чтобы не разбежались, тут дел на пять минут. Нагаш медленно протянул руку, вытянул костлявые пальцы. Один из гноллов, возившийся с примитивным инструментом возле крайней хижины, настороженно поднял голову, принюхиваясь. Нагаш повёл рукой влево. Гнолл, будто марионетка, развернулся туда же, пошёл, всё ещё сжимая в руке то ли зубило, то ли что-то подобное. Тамика окинула взглядом соседние хижины, но никто из остальных гноллов, похоже, не заметил странного поведения соплеменника. Таталиец был уже совсем близко. Вокиал сделал знак: сейчас? Выждав ещё несколько ударов сердца, Тамика кивнула. Нагаш сжал кулак, и гнолл застыл на месте, задохнулся, вскинул обе руки к горлу. Вокиал бесшумно скользнул к нему, вцепился в запястья и заломил их за спину. Мужчины опустились на мох, сопротивление гнолла быстро слабело. Наконец, его глаза закатились и язык свесился из пасти. Вокиал плавным движением обошёл таталийца и взвалил себе на плечи. — Назад, — шепнула Тамика. — Тем же путём. В глазницах Нагаша вспыхнули и погасли красные огоньки. Небольшой островок твёрдой земли выглядел более или менее надёжно, а главное, они смогли бы заранее увидеть приближающихся таталийцев или животных. Тамика хмыкнула: не то чтобы между теми и другими была большая разница. Мёртвый гнолл лежал с раскинутыми руками. Нагаш закончил чертить вокруг него странные символы и теперь сыпал ему на грудь порошок, напоминавший пепел. Вокиал не сводил с лича глаз, и Тамика слегка ткнула его в бок. Смотреть надо было по сторонам. — Восстань, — сказал Нагаш, бросив последнюю щепоть пепла. — Восстань, мой слуга, и открой мне свой разум. Гнолл резко дёрнулся. Вокиал тоже подскочил, схватившись за меч. Для вампира, столько лет называвшего Дейджу своим домом, он явно видел слишком мало таких ритуалов. — Р-р-р-ра, — мотнул головой гнолл. Нагаш нагнулся и ухватил его за верхнюю челюсть. Долго смотрел в остекленевшие глаза, потом резко оттолкнул, и таталиец растянулся на земле — пустая, бесполезная оболочка. — Какой-то провидец живёт дальше к северу, — сообщил некромант. — Его многие знают. Обещает «артефакт воинской славы» тому, кто выполнит его задание, но задания разные, и ни у кого пока не получилось. Примерно понятно, куда идти, но скоро «языки» понадобятся чаще. За мной. Тамика первая шагнула на тропу. — Не совсем, лорд. За мной. За ними Вокиал аккуратно стащил тело гнолла в трясину.