Влюбленная

Это было забавно, но стоило мне написать Эшли, что Новак ждет всех завтра у школы в десять утра, как тут же эта информация растеклась сообщениями остальным одноклассникам. Естественно, многие отреагировали бурно, не жалея эпитетов в сторону биолога, которые почему-то присылали мне, на что я лишь фыркала, отвечая на эти выпады с легкой долей раздражения и безысходности. Наш тихий, терпеливый с виду учитель горазд на выдумки, когда дело касается дисциплины и послушания. Иногда мне кажется, что он точно воевал или служил, такой у него тяжелый взгляд. А потом он открывает рот, и от потока информации, пусть и произносимой приятным голосом, вянут уши. Биология - та ещё гадость. Единственное, что я готова была терпеть, это Генетика. Задачки на определение цвета глаз, волос и прочего были очень даже ничего. В десять утра за воротами школы собралась приличная толпа, ну, человек двадцать, шестеро наших, все-таки, не пришли, несмотря на то, что Новак не поленился позвонить всем, чьи номера у него были, и пригласить на прогулку. Он спустился с крыльца к нам в своем плаще, на ходу махнув рукой. - Вижу, собрались не все, - сразу кивнул мне он, доставая из кармана своего плаща, в котором и Вселенная затерялась бы, блокнотик. - Кто? - Элис с температурой, будет справка. Говард и Джон уехали на соревнования, записка от тренера будет. Елена осталась дома по семейным обстоятельствам. Понятия не имею, каким. Джеки и Кэйт мне не звонили, - отчиталась я, держась поближе к Эшли, а не к Новаку, ну, так, на всякий случай. - Что ж, сами себе делают плохо. А мы все отлично проведем время, - Новак ободряюще посмотрел на кучку "амеб", столпившихся вокруг него и эпично хлюпнувших носами. Да, могу поклясться, такими угрюмыми их давненько не видели. Эшли все крутилась около меня, отчаянно пытаясь запутаться в моих ногах и сломать себе что-нибудь, лишь бы слинять отсюда. Все чуяли своими пятыми точками - впереди нас поджидает нечто. Мы простояли минут пять на остановке, чтобы сесть на маленький, оранжевый автобус и с гомоном поехать в лес. Несколько людей на задних местах удивились такому соседству. Большая часть нас успела сесть, другие же были обречены трястись тридцать минут до конечки, стоя. Новаку не повезло или же он уступил место кому-то, но он ехал стоя, нависнув надо мной. Так как стало жарко, он расстегнулся, и перед моим носом опять болтался этот галстук, только теперь из-за этого меня клонило в сон, будто от гипноза. Эшли сидела в наушниках, слушая музыку так громко, что я могу свои не доставать - все и так было слышно. Сзади четверо отчаянных парней играли в карты с каким-то дедушкой, видимо, живущим в стареньких домах у группы деревьев, занимающих большую часть оврагов. Новак посмотрел на меня как-то странно и, вдруг протянув руку, отчего я зажмурилась, уложил торчащую прядь моих волос. Я открыла глаза, подумав, что веду себя как вечно избиваемый подросток, и улыбнулась учителю, который уже вперил свой взор куда-то в окно. Как будто и не было этого. Внезапно лицо его чуть просветлело, и учитель громко призвал нас выскребаться из автобуса. Наши бренные тушки были очень рады, наконец, размяться, так, что мы с радостью попрыгали на снегу, кто-то даже кинул в друга снежок. Я боролась с развалившейся прической, пытаясь кое-как пригладить волосы, когда перед носом возник аккуратненький, маленький гребешок. - Амелия, приведите себя в порядок, и, ради Бога, расчесывайтесь хоть иногда, - подал голос Новак и удалился успокаивать двух моих одноклассников, решивших подраться. Я фыркнула, глядя на беспорядок на голове учителя, но гребнем воспользовалась. Нас всех заставили построиться, как на физ-ре, по росту. Новак прочел нам всем лекцию о том, что мы должны быть осторожны, а потом кивнул в сторону леса: - Сейчас там едва ли можно встретить зверей, что могли бы быть интересны мне и вам, так что, я предлагаю пройти до лыжной базы и покататься. Идея понравилась единицам. Тут же нашлись умирающие от болей в животе, раздались протесты "больных по жизни". Эшли попятилась к остановке, с надеждой глядя на отошедший автобус. Мол, возвращайся поскорее. - Скажи, что у меня ПМС, - подруга достала из моей куртки мой проездной. - Спасибо. А то денег не взяла. Не злись, тебе не идет. Я только открыла рот, чтобы начать протестовать, как Смит скрылась в толпе отпросившихся, на них уже числились не политые цветы, грязные занавески в школе и дежурства в столовой, гарантирую. Мистер Новак выглядел раздосадованным, когда осталось только десять человек. - Где Смит? - заметил отсутствие моей сумасшедшей биолог. - Инопланетяне пригласили на свидание? Или может, зубы выпали? Или, о, конечно, у нее бабушка рожает! - Нет, у нее женские проблемы, - пробормотала я, чувствуя, что подруге не повезет. - Ладно, - казалось, Новак расстроился из-за того, что многие ушли. - Оставшиеся, пойдемте скорее. Я люблю лыжи, люблю ощущение скорости, когда едешь с горы, правда, я немного неуклюжа, поэтому чистая езда для меня нечто неземное. Из нашей десятки я была самым неумелым лыжником, и Новак это заметил, подъехав ко мне. - Если трудно, Амелия, можешь уйти, - он поддержал меня за локоть, когда я чуть не потеряла равновесие от неожиданности. С этого дня он перестал нам пренебрежительно "выкать". По крайней мере, тем, кто остался с ним и веселился по-настоящему. Эдакая элита Новака. Он задавал нам вопросы, а мы отвечали, спрашивать у него о чем-либо не решаясь. В один из кругов на лыжне он и предложил мне оставить их компанию. На что я оглядела учителя с головы до ног и помотала головой, подметив, что у него от холода покраснели нос и уши, смотрелось это все комично. - Неа, я останусь, - проглотив слюни и перестав стоять, разинув рот, я попыталась вытереть перчаткой текущий нос. - Замерзла? - Нет, просто, даже не знаю, на радостях что ли. Давно на лыжах не ходила. Меня папа как-то водил на стадион, когда я ещё мелкая была, а потом уже у него времени не осталось, чтобы вот так, погулять, только домашние посиделки, - и зачем я ему это рассказываю. - Хорошо, если замерзнешь, иди на базу - пей чай, - он оттолкнулся и поехал дальше, а я вздохнула, выпустив облачко пара изо рта. - Мистер Новак, а Вам вопрос можно? - догнал учителя Альберт, громко задав вопрос, чем привлек всеобщее внимание к себе и биологу. - Ради этого я вас всех и позвал. Раз уж я ваш классный руководитель, должен же я узнать вас получше. А вы - меня. Слушаю, - несмотря на тираду, он нахмурился, чувствовалось, что он не любит говорить о себе. - Мы вот с Роуз поспорили, что вкуснее: пончики или круассаны. Знаю, вопрос дурацкий, но вот... Вы что скажете? - Намек понят, - Новак фыркнул, в очередной раз поймав меня, чуть не проехавшую мимо компании, разогнавшись слишком сильно. - Пошли, перекусим. Уже стемнело, когда я вышла из автобуса, а следом вышел Новак. Я изумленно моргнула, глядя на него, на что учитель ответил прищуром. - Амелия, ты что же, живешь неподалеку? - Да, а Вы? - Как видишь, - он пожал плечами, топнув ногами, чтобы сбить снег с ботинок. - До понедельника. - До понедельника, - ответила я, глядя, как он удаляется в сторону дома, чтобы войти в подъезд. - Скажи, ведь сегодня мы неплохо провели время? - внезапно обернулся Новак, застав меня врасплох. - Ну, семь из десяти, точно, - я неловко улыбнулась, чувствуя, как снег на джинсах тает, оказавшись в теплой городской черте. - Иди уже, а то примерзнешь, - Новак хмыкнул и вошел в подъезд. Я развернулась и пошла домой с самой идиотской улыбкой на лице из всех возможных. Этот человек все больше мне нравился. Неплохой, оказывается, из него классный. *** Сорри за задержку, у Автора затяжной, серьезный кризис, из которого я всеми силами пытаюсь вылезти. Спасибо, что читаете) Жду отзывы.