Моя истинная суть

Короткий путь к тому месту, где мы оставили Кибу и Цумэ, был проделан в молчании. Я нервничала и знала, что Чеза это чувствует. Странно, но это знание почему-то утешало меня. Ну, вроде как она готова быть рядом со мной, когда мне это понадобится. Я чувствовала себя не так одиноко. Мы свернули за угол, и я с удивлением обнаружила парней на том же месте, где мы их оставили. И не похоже, что они тут распивали чаёк под тёплым солнышком. Господи, я уверена, что всё это время они просидели здесь, кипя от раздражения, которое с каждой минутой моего отсутствия превращалось во всё более ожесточённый гнев. Заслышав наши шаги, парни обернулись к нам. Я встретила взгляд Цумэ и просто примёрзла к земле. Чеза прошла вперёд, но остановилась, поняв, что больше не слышит моих шагов. – Тобоэ? Я... я просто не знаю, что делать. Серо-стальной самец смотрит на меня исподлобья своими золотыми глазами. Взгляд не свирепый, что, в общем, является добрым знаком, но это и не взгляд из разряда «о-боже-детка-я-по-тебе-скучал». Цумэ спрыгнул с края каменной стены, на которой сидел, и направился прочь... «Эээмм... он хочет... чтобы я шла за ним?» Я вопросительно обернулась к Чезе и увидела, что сзади к ней подходит Киба. Слишком сосредоточенный, чтобы заметить меня, он обнял её за талию. Дева Цветка оглянулась на него с широко раскрытыми вопрошающими глазами. – Киба? – Чеза... – он смотрел на неё с такой нежностью, что меня обдало жаром. Киба ласково зарылся носом в её волосы цвета сакуры и глубоко вдохнул аромат. От такой картинки я залилась краской и поспешно отвернулась. Я... думаю, мне не следует смотреть на такой интимный момент. – Эй. Услышав слева голос Цумэ, я невольно оглянулась. Он стоял вполоборота и подзывал меня одним пальцем. – Пошли. И на этот раз чтоб без глупостей. Хотя я знала, что не должна оглядываться, я всё же посмотрела на Чезу. Просто чтобы увидеть её успокаивающий взгляд или услышать какие-нибудь обнадёживающие слова. Я опять чувствовала то же, что и в первый раз, когда он хотел поговорить – панику и страх. Мне просто нужна небольшая моральная поддержка! – Всё хорошо, Тобоэ, – мягко поощрила Чеза и улыбнулась так широко, что зажмурилась. – Всё будет просто отлично. Поверь. Ну что ж, трудно подвергать сомнению слова Чезы. Я даже не успела её поблагодарить, как Киба повлёк её за собой вниз по улице... – Пойдём, Чеза. Я хочу кое-что тебе показать. ...и оставил меня наедине с Цумэ. – Пойдём. Я вжала голову в плечи, ясно слыша растущее недовольство в его голосе, и со страхом посмотрела на него. Сейчас он выглядел свирепо и немного раздражённо, но в целом не так ужасно, как я думала. Цумэ, поняв, что больше слов не требуется, отвернулся и пошёл одни боги знают куда, засунув руки в свои узкие, чёрные кожаные карманы. Со вздохом я последовала за ним на безопасном расстоянии, не в силах избавиться от ощущения, что иду на виселицу.

***

Откуда-то я всё же нашла в себе мужество приблизиться к Цумэ, чтобы идти рядом с ним. Но на этом моя смелость закончилась. Тишина, нависшая над нами, словно петлёй перехватила мне горло. Я чувствую, что молчание становится всё более зловещим, но не могу нарушить его. Не знаю, чувствует ли Цумэ то же самое, но меня от сгустившегося напряжения начинает мутить. Я не знаю, что сказать и надо ли вообще что-то говорить. Может, попробовать взять его за руку?.. Нет, идиотизм... Кажется, что бы я сейчас ни сделала, это будет неправильным... но идти просто так в такой неумолимой тишине... это просто невыносимо. Бррр... Сейчас луна уже начинает взбираться на небо, освещая некоторые здания сияющими лучами, в то время как другие теряются в абсолютной тени. Для нас, волков, в свете полной луны есть что-то особенное. Такая ночь не похожа на другие. В ночь, когда луна сияет в полную силу, она словно вызывает в наших телах какую-то химическую реакцию. Она возбуждает клетки наших организмов, и энергия появляется словно из ниоткуда. В результате в груди возникает то самое лёгкое щекочущее ощущение, от которого мы становимся слегка взвинченными. Но дело ещё в том... в общем, я слышала, что ночи полнолуния обычно являются лучшим временем для... для сп-п-паривания. Думаю, поэтому у волчиц цикл овуляции совпадает с весенним полнолунием. Но, в любом случае... Ощущение серебристых лучей, падающих на кожу... оно слегка отличается от всего, что я когда-либо чувствовала. Я хочу сказать, естественно, я и прежде наслаждалась светом полной луны, но сейчас ощущение совершенно особенное. Мне даже не с чем сравнить. Кожа немедленно покрылась мурашками, и сердце забилось быстрее. Цумэ ведёт нас по пустынной части города. Вокруг не слышно никаких звуков, и дома (если их можно так назвать) кажутся совершенно тёмными. Они наверняка пусты. Судя по всему, мы сейчас на окраине города, потому что за домами я могу разглядеть линию деревьев. Не знаю, о чём Цумэ собрался говорить, но для этого он уверенно уводит меня очень далеко от центра города. При одной мысли о предстоящем разговоре я начинаю нервничать. Не знаю, что и думать. Накануне я просто обмирала от мысли, что он собирается отказать мне... но после того, что сказала Чеза, я в полной растерянности. Не знаю. Может, для меня ещё не всё потеряно, а? Такое ощущение, что разговор может повернуться как угодно... Цумэ резко останавливается, и я тоже замираю в паре шагов от него. – Цумэ? – робко окликаю я. Он оборачивается, глядя на меня через свои тёмные очки. Странно, когда он успел их надеть? Хотя, какая разница... Тишина между нами кажется туго натянутой струной, и я испытываю непреодолимое желание сказать что угодно, лишь бы порвать её. Но не успеваю открыть рот, как молчание нарушает Цумэ. – Тобоэ, – говорит он. – Позволь спросить кое-что. Серо-стальной самец снимает свои тёмные очки и бросает на меня косой взгляд. У меня всё внутри немедленно начинает дрожать и таять, во всех смыслах. – Какого чёрта ты сбежала от меня? Его слова заставляют меня вздрогнуть, и я поспешно отворачиваюсь, пришибленная невыносимым чувством вины. – Блин... Цумэ, я... – резко прикусив губу, я сдерживаю рвущийся с языка конец фразы. От слов «мне очень жаль» меня уже саму тошнит. Но... мне и правда очень жаль, что я сбежала, как трусиха. Моё молчание бесит Цумэ ещё больше. – Какого хрена ты сбежала вот так, когда я специально сказал тебе идти за мной, а? – продолжает он, сузив глаза, и тон его голоса всё больше напоминает рычание. – У тебя с головой всё нормально, Тобоэ? Мне ужасно хочется сказать что-нибудь в свою защиту, но каждое слово Цумэ словно пощёчиной бьёт по мне, отчего начинает гореть лицо и вся решимость куда-то девается. – Ей-богу, – продолжает он. – Сначала ты связалась с этим юнцом в городе, потом сбросила на меня свою бомбу в лесу, а теперь, когда я пытаюсь поговорить с тобой обо всём этом, ты убегаешь от меня вместе с Чезой, словно распоследняя психопатка! – Д-да, но Цумэ... я просто... – сделав глубокий вдох, я стискиваю кулаки. Господи боже, просто невозможно чувствовать себя ещё хуже, чем сейчас. – Я просто испугалась, ясно? Сердитый взгляд Цумэ немедленно сменяется выражением лёгкой растерянности, и он приподнимает одну серебристую бровь. – Испугалась... что ты несёшь? Чего испугалась? Я прикусываю щёку и отворачиваюсь. Господи боже, пусть только в этом тусклом свете он не заметит мой румянец. Я просто не осмеливаюсь сказать вслух: «боялась, что ты откажешь мне». Не хочу подталкивать его к подобной идее на тот случай, если он всё же не собирается этого делать. – Слушай, Тобоэ, – начинает он, видя, что я не намерена ничего отвечать. О боже, вот оно. По одному его тону я уже знаю, что он сейчас скажет. Он собирается сказать «нет». Сейчас всё будет в точности так, как я и представляла: Слушай, Тобоэ, ты конечно, милая и всё такое, но... и далее идёт перечисление причин, по которым он не желает быть со мной: А) ты слишком тощая; Б) у тебя слишком плоская грудь; В) ты неуклюжая и полная неумеха; Г) ты не в моём вкусе и вообще уродина; Д) всё вышеперечисленное. Но я не хочу убегать. Это лишь отсрочит вынесение приговора. Мой побег не поможет ему передумать... так что... делать нечего... я буду просто стоять здесь и позволю ему избавиться от с-себя... В глазах всё расплывается от невольных слёз, и лицо горит ещё сильнее. Я не хочу скулить и сильно сжимаю губы, чтобы не дрожали. Но я ничего не могу с собой поделать, кажется, что сердце просто разрывается на две половины. Словно в него впились длинные острые когти. Как я ни стараюсь, но две крупные слёзы скатываются по щекам. Остаток фразы умирает у Цумэ на губах, и он смотрит на меня в полном шоке. – Тобоэ? Ты какого чёрта плачешь? – Давай. Скажи это, – чуть не рыдаю я, уже и не пытаясь остановить льющиеся по щекам слёзы. – Скажи, что не хочешь меня. Что ты с удовольствием будешь с кем угодно, лишь бы не со мной. Ты же это хотел сказать, да? Губы Цумэ сжимаются в тонкую линию, и он мрачно смотрит на меня своими золотыми глазами. Не успеваю я даже маленький вздох сделать, как он в два шага покрывает расстояние между нами. – Нет, ты иногда меня реально из себя выводишь, ты в курсе? – шипит он, нависая надо мной, но за руку не хватает, как обычно делает в подобных случаях. – Ээ... ч-чего? «Что я такого сказала? Что я могла такого сказать, чтобы он так взбесился?» – Откуда ты, чёрт тебя подери, взяла всё это? Я хоть раз говорил тебе что-нибудь подобное? – Эээ... ну н-н-нет, но... Цумэ продолжает, будто не слыша меня. – Знаешь, кажется, я припоминаю один похожий случай, когда ты начала придумывать себе всякое дерьмо, которого не должна была придумывать, – он скрещивает руки на груди и возмущённо смотрит на меня. – Тебе напомнить, что тогда случилось? Я втягиваю голову в плечи, чувствуя себя всё ничтожней и ничтожней с каждой секундой. Нет, напоминать совершенно не нужно. Я точно знаю, о чём речь. Он имеет в виду тот раз, когда с нами была альфа-самка Маи из Сумеречья... или как там его та рысь называла... Тогда я придумала себе, что Цумэ интересуется Маи больше, чем мной. – Как я припоминаю, из-за твоих «предположений» мы вляпались в нехилые неприятности, – Цумэ выгибает бровь, с подозрением глядя на меня. – Скажи мне, твои предположения оказались верны в тот раз? Чувствуя себя ребёнком, которому делают выволочку, я отрицательно качаю головой. – Но ты опять начинаешь что-то там себе придумывать, словно и в тот раз была права. Тц... даже не знаю, с чего я так удивлён, – цинично говорит Цумэ. – Не похоже, что ты когда-нибудь выучишь урок. Он недолгое время молчит, затем упирает руку в бедро для большей вескости своих слов. – Завязывай с этим пессимистическим дерьмом. Это уже не смешно, в конце концов, и честно говоря, тебе совершенно не идёт. И в следующий раз поговори с кем-нибудь, прежде чем строить всякие дикие предположения. Я что-то неразборчиво мямлю и согласно киваю головой, по-прежнему не отрывая глаз от земли. «Но... погодите-ка минутку... в этот раз я опять что-то не то придумала?» – Так... это значит... то, что я сказала тебе тогда, в Лесу Смерти... значит ты... Цумэ скрещивает руки на груди, глядя куда-то в сторону. – ...ты чувствуешь то же самое? – договариваю я и чувствую, как моё сердце воспаряет из той ямы отчаяния, в которую только что погрузилось. Ведь Цумэ не стал бы говорить такое, если бы хотел отказать мне? Думаю, что нет... Но я хочу услышать от него ответ. Без увиливаний и очередных догадок. Я хочу узнать, прямо здесь и сейчас, что он чувствует. Я буду ждать ответа всю ночь, если потребуется. Несколько минут Цумэ просто стоит, глядя куда-то вдаль. Ему всегда было трудно откровенно говорить о своих чувствах. По тому, как он долго собирается с духом, могу сказать, что сейчас ему очень трудно подобрать слова. Я пытаюсь быть с ним терпеливой, но... это ожидание просто убивает меня! Внезапно уголок его рта ползет вверх и Цумэ криво усмехается. Я задерживаю дыхание, просто чтобы убедиться, что мне ничто не мешает расслышать его ответ. – Кого я к хренам обманываю? – вздыхает он. – Да, похоже, что так, верно? – говорит он больше самому себе, чем мне. Чуть слышно вздохнув, я смотрю на него круглыми глазами. – Т...ты это серьёзно? Вот оно!.. Я не ожидала, что он... но он сказал это! Он сказал «да»! Я просто не в силах сдержать счастливую улыбку, моё тело будто обретает собственную волю. Одним нетерпеливым, резким прыжком покрыв оставшиеся сантиметры между нами, я обвиваю свои руки вокруг него. – Эй! Тобоэ! – раздражённо вскрикивает Цумэ, едва не упав от силы моих объятий. – Успокойся уже, к дьяволу! Но я не могу. За всю свою жизнь я ещё никогда не была так счастлива. Я наслаждаюсь ощущением близости его тела и прижимаюсь к нему ещё крепче. Наконец-то, отныне и навсегда, я могу обнимать его, не чувствуя неловкости или неуверенности. Осознание того, что я люблю его и он тоже любит меня... от этого вся моя нервозность тает, сменяясь невыразимо приятным чувством. Тепло его тела согревает меня сквозь одежду, проникая до самого нутра. Я утыкаюсь лицом в его куртку и чувствую, как его руки медленно, но верно обнимают меня в ответ. Моя нижняя губа начинает дрожать, поскольку я вот-вот снова расплачусь. Я... я просто так счастлива! Несколько сверкающих капель срываются с ресниц, скользят по щекам и впитываются в майку Цумэ. Я не успеваю стереть слёзы, как Цумэ нежно берёт меня за подбородок, заставляя посмотреть в его чарующие золотые глаза. Он смотрит на меня сверху вниз, и на его точёных губах сияет такая редкая, ослепительная улыбка. – Что я тебе говорил насчёт этого дурацкого скулежа, Тобоэ? – спрашивает он, мягко стирая одинокую слезинку с моей щеки тыльной стороной ладони. – Кажется, я уже говорил тебе, что обо всём позабочусь, и тебе не нужно ни о чём переживать... Его голос затих, поскольку мы утонули в глазах друг друга. Я чувствую, как его губы тянутся к моим, и тянусь в ответ. Скользнув руками по его груди, я обнимаю его за шею, сцепив пальцы в замок, закрываю глаза и замираю в ожидании... А потом я чувствую, как по моим губам растекается тепло от нежного прикосновения губ Цумэ. Что-то взрывается внутри меня, эмоции накрывают волной, грозя просто разорвать меня на кусочки. Должно быть, Цумэ чувствует то же самое, потому что обнимает меня ещё крепче, отрывает от земли и начинает кружить. Я вскрикиваю от неожиданности, чувствую его улыбку, касающуюся моих губ и, не в силах сдержать радости, счастливо смеюсь в ответ. Цумэ мягко опускает меня на землю, и наши губы отрываются друг от друга с мягким чмокающим звуком. Я из-под полуопущенных ресниц заглядываю в его дымчато-золотые глаза. Цумэ проводит по моей щеке жёсткой подушечкой большого пальца и от этого всё моё тело начинает дрожать, как и всегда. Только на этот раз это скорее успокаивающее и любящее ощущение, чем таинственное и волнующее. – Тобоэ... – тихо произносит он, и его голос густой и сладкий, как мёд... как цвет его глаз. Я наслаждаюсь тем невероятно приятным ощущением, что дарят мне его объятия, и не чувствую ничего, кроме любви. Но внезапно мне кое-что приходит в голову... – Но... подожди-ка минутку! Если ты хотел только сказать мне всё это, зачем привёл сюда? – спрашиваю я, оглядывая ветхие дома вокруг нас. Он чуть ухмыляется уголком рта. – Ну, назови меня романтиком или как хочешь, но мне кажется, о таких вещах лучше говорить наедине, понимаешь, о чём я? – О... – ну, это полностью всё объясняет. – Да, пожалуй, ты прав. Я об этом не подумала... Ну что, вернёмся к остальным? – улыбаюсь я и, не давая Цумэ времени на ответ, делаю шаг в сторону... ...но он продолжает крепко меня держать. Я поднимаю на него свои янтарные глаза, полные невысказанного вопроса. – Цумэ?.. – Знаешь, Тобоэ, – ещё шире ухмыляется он. – Это не единственная причина, по которой я притащил сюда твою извиняющуюся задницу... Я в замешательстве хмурю брови, и где-то в груди появляется очень странное чувство. Улыбка Цумэ переходит в волчий оскал. «К чему это он клонит?.. Под другой причиной он... имеет в виду...» – Я подумал, что мы могли бы официально стать парой... ну, знаешь, раз и навсегда... Проходит несколько минут, прежде чем до моего недогадливого, наивного мозга доходит смысл его слов. Но когда я, наконец, соображаю, что скрывается за его волчьим оскалом, к моему лицу, кажется, приливает вся имеющаяся у меня кровь. – П-погоди минутку, Цумэ. Т-ты г-г-говоришь о... – Да. Об этом, – серый волк наклоняется и запечатлевает на моих медово-каштановых волосах целомудренный поцелуй. – Я серьёзно, Тобоэ. Я хочу, чтобы мы стали настоящей парой. Хочу поднять нас на новый уровень, чтобы для каждого стало кристально ясно – ты принадлежишь мне и только мне, – свои последние слова он сопроводил ревнивым рычанием, от которого я затрепетала. – Ээ... т-ты имеешь в виду, что... вот прямо сейчас? Цумэ смотрит на меня сверху вниз, выгнув бровь. – А ты не хочешь? – Н-ну, я просто... я-я... – я всё таки выбираюсь из его объятий и обхватываю себя руками. «Что мне ответить? Хочу я его или нет? Если честно, мысль о... об этом с Цумэ не то чтобы не привлекает меня... на самом деле...» Застенчиво покосившись на Цумэ, я оглядываю его с головы до ног. Он замечает мой «тайный» взгляд и горделиво встаёт, чуть выставив одну ногу вперёд и положив руку на бедро, для более выгодного просмотра. Он высокий, поджарый и загорелый. Его короткие серебристые волосы восхитительно контрастируют со смуглой кожей и сияют, словно лунный свет. Разодранная на плечах куртка дразняще демонстрирует литые мускулы... Моё тело вспыхивает желанием при одной мысли о возможности увидеть Цумэ обнажённым... и подо мной. Чем больше я смотрю на него, тем шире становится его улыбка, сияющая, словно звёзды на небе. И его глаза... о боже, его глаза... они смотрят на меня так, словно видят прямо сквозь одежду. Вся эта красота передо мной и само предложение Цумэ заставляют гореть мои щёки и пылать чресла. Не могу сказать точно, дело ли в том мускусном аромате, что всегда окружает его, или в тепле его тела, что только что прижималось к моему... или может в полной луне, сияющей над головой и придающей смелости, но... меня не очень смущает предложение Цумэ. Однако... Всё движется слишком быстро! Я хочу сказать, охренительно быстро. Мы буквально только что признались друг другу в любви, а он уже хочет... – Ээээмм... – ною я и тереблю свои волосы. «Я не знаю, что делать. Я хочу его, но... чувствую, всё это будет слишком быстро!» «Но так обстоят дела, Тобоэ, – убеждает меня другая половина моего разума, древний голос моих инстинктов. – У волков всё происходит не так, как у людей. Волки живут недолго. Ваши чувства друг к другу совершенно очевидны, а в такие трудные и неспокойные времена, как сейчас стоит ли тратить драгоценное время? Вы должны стать парой, должны подтвердить свой союз. А потом можешь делать всё так медленно, как захочешь». Я закусила губу, чувствуя растущее напряжение между нами. Чем больше я молчу, тем тяжелее становится тишина. Мысли скачут у меня в голове, как теннисные мячи. Цумэ терпеливо стоит всё в той же позе и наблюдает за мной с ожиданием. «Он ждёт, Тобоэ... Ну же, отвечай ему!» Я понимаю, что мои слова решат исход этой ситуации и навсегда изменят статус наших отношений. Вес принятого решения давит на грудь, и просто невозможно выдавить из себя хоть слово. «Скажи уже что-нибудь! Давай, просто скажи это!» – Д-да! – слово срывается с губ раньше, чем я успеваю это понять, и я изумлённо застываю с открытым ртом. Поспешно и запоздало прикрываю рот рукой и поднимаю ошеломлённый взгляд на Цумэ. Он смотрит на меня с лёгким удивлением, но это выражение быстро пропадает, сменяясь развратной ухмылкой. «О боже... я сказала... назад уже не отмотать...» Цумэ медленно идёт ко мне, и мои колени начинают дрожать от страха. Но я остаюсь на месте. Хватит убегать. Я устала от этой своей привычки. Время встать... и ответить за свои слова. Цумэ остановился в паре шагов от меня, и я в замешательстве посмотрела на него. – Знаешь... – сказал он. – Я уже очень долгое время как следует не охотился. Даже не могу припомнить, когда я в последний раз преследовал нечто настолько меня интересующее... – при одном упоминании об охоте его клыки стали более заметны. Он подошёл ко мне, но на этот раз я отступила, напуганная странным блеском в его золотых глазах. – Ты понимаешь, о чём я, Тобоэ? – Эээ... а-аамм... т-ты... хочешь поохотиться на меня? – я почувствовала себя круглой дурой, когда сказала это. Произнесённые слова показались мне совершенной бессмыслицей. Цумэ медленно кивнул. – Правильно. Я не люблю, когда добыча достаётся так легко. Когда хорошенько постараешься, чтобы получить что-то, удовольствие от победы гораздо больше, – Цумэ замолчал и осмотрел меня с головы до ног. – И тебе станет гораздо легче, если мне придётся погоняться за тобой, прежде чем получить... Я... правильно ли я расслышала? Действительно ли он сказал то, что мне кажется, он сказал? Ещё минуту назад он велел мне прекратить убегать от проблем... а теперь говорит совершенно обратное... Цумэ быстро шагнул вперёд, и из моей головы мгновенно вылетела вся эта чушь. Я поспешно отпрыгнула подальше. – Беги, Тобоэ, – он оскалился, показывая заострённые клыки. От этого безумного блеска в его глазах, от властного голоса альфа самца внутри меня словно что-то лопнуло. Крутнувшись на каблуках, я бросилась бежать в сторону того леса, что виднелся в просветах между домами.