Мне не нужен брат!

      Огромные тёмные тучи грустно плыли по небу. Птицы с криками пролетали над Истганским лесом, призывая солнце, которое никак не желало показываться и пряталось за тучами. Холодный ветер трепал верхушки деревьев. Вот-вот на землю был готов пролиться сильный дождь, чтобы смыть все следы пребывания живых существ в этом лесу и на дороге.       Первое, что увидел Фили, когда открыл глаза, это те самые чёрные тучи, скрывающие ото всех солнце. Гном медленно привстал и тряхнул головой. Перед глазами всё расплывалось. Фили протёр их, в надежде увидеть отчётливую картинку. Когда сознание, наконец, окрепло, Фили попытался вспомнить, где он находится и что произошло. В голове вспыхнули обрывки прошлой ночи: дриада… злые глаза её сестёр… они хватают Кили… нож, похожий на осколок…       Кили! Они же хотели убить его. Фили быстро, насколько это было возможно, вскочил и принялся шарить глазами вокруг себя. Он увидел перед собой огромное дерево, которые явно выделялось среди остальных. Оно одиночно стояло, не соприкасаясь с другими; огромные цепи опоясывали его до самой верхушки. Корни его немного выглядывали из-под земли. Фили осторожно обошёл это дерево, боясь прикоснуться или наступить на корни. Огромный ствол шевельнулся, и Фили подпрыгнул на месте. Дерево как будто дышало и мечтало избавиться от своих цепей. С трудом отведя взгляд от этого зрелища, Фили принялся звать брата, надеясь, что он жив: – Кили! Кили, где ты? – кричал Фили, срывая голос.       Светловолосый гном, спотыкаясь, побежал вперед. Он не знал дороги, не знал, куда бежит, но чувствовал в этом острую необходимость. Почему он жив? Что случилось? Эрифия же согласилась забрать его жизнь вместе с братом, так почему он ещё дышит? Снова вопросы и ни одного ответа. Что теперь делать и куда бежать? Фили всё бежал и звал брата, наивно надеясь на то, что младший брат отзовётся. Но ответом на испуганные крики Фили было воронье карканье. Гном метался от одного дерева к другому, срываясь на каждый шорох, пока вновь не увидел перед собой огромное отдалённое ото всех дерево. – Да что же это такое? – недоумённо прошептал Фили, опасливо косясь на него.       Вдруг в небе прогремел гром, и сверкнула молния. Гном поднял голову, и на лицо ему упали две крупные капли дождя. Погода была очень холодной, напоминала позднюю осень. С чего вдруг она так резко испортилась? Фили мог бы подумать об этом и посетовать на гнев Махала, но сейчас его голова была занята лишь одной мыслью – найти Кили. Гном снова почувствовал надежду, как тогда, когда они шли выручать брата из лап орков. Фили чувствовал, что не так всё должно закончиться, не так и не здесь. Но где же Кили? – Кили! – снова позвал старший, шаря глазами по округе. – Эрифия, где мой брат? Почему ты не убила меня? – Хватит кричать, гном! Всех зверей распугаешь! – раздался голос.       Фили замер. Он подумал, что это очередная игра его воображения. Гном подождал пару минут и сделал шаг к дереву, с которого, как показалось Фили, доносился голос. Листва шевельнулась, и кто-то завозился в ней. Фили хотел достать меч, но не обнаружил его на своём месте. Метательные ножи закончились ещё когда они сражались с орками, так что Фили был совершенно безоружен. У него были лишь его ловкие руки и вера в собственные силы. – Ну что, гном, успокоился? – снова раздался голос. Это был явно не голос Эрифии: скрипучий, сливающийся с шелестом листвы, он больше был похож на мужской. – Кто здесь? – спросил Фили, осторожно приближаясь к дереву, но голос заставил его остановиться: – Нет! Не подходи! Тебе нельзя приближаться к нашему дереву, гном! – Тогда сам покажись, не играй со мной в прятки! – ответил Фили, делая шаг назад.       Листва снова зашелестела и тот, кого увидел Фили, заставил его вздрогнуть.       Перед ним стоял старик. Его густая белая борода волочилась по земле, когда существо спрыгнуло на неё. Длинные светлые волосы старика были украшены листьями и веточками. Из волос торчали остроконечные уши, а глаза горели жёлтым цветом, как у Эрифии, когда она была в настроении общаться. Длинные когти на руках впивались в посох, который он держал. Старик разглядывал гнома и качал головой. – Ты боишься меня, гном? – прозвучал скрипучий голос. – Где мой брат? – вместо ответа спросил Фили. – Что здесь происходит и кто вы такой?       Старик опустил глаза, а второй рукой пригладил свою пушистую бороду. Такой бороде мог позавидовать любой гном. Вдруг из волос старика поползли разные жучки и букашки. Они стремительно спускались по его волосам, бороде, одежде и посоху. Спустившись на землю, насекомые полезли на то самое огромное дерево, с какого спрыгнул старик. Фили хлопал глазами, переводя взгляд со старика на дерево и обратно. Как же он жалел, что при нём не было его меча, с ним он чувствовал себя увереннее, а этот старик настораживал его. – Они боятся тебя, – как бы, между прочим, сказал старик, – вот и прячутся на нашем Священном дереве. Ты хочешь знать кто я такой, гном?       Фили молча кивнул, не сводя глаз со старика. Тот поднял в воздух свой посох и, задержав его там на секунду, ударил им о землю. Пошёл жуткий ливень. Огромные капли соприкоснулись с землёй, деревьями и травой. Фили приготовился почувствовать холодное прикосновение, но дождь не касался его. Старик тоже оставался сухим и ехидно улыбался. Над ними словно была не видимая крыша. Корни огромного дерева вдруг шевельнулись, подставляя себя спасительной влаге. Фили открыл рот, не зная, верить ли своим глазам или нет. Затем старик снова стукнул посохом, и дождь прекратился. –Я Король Дриоп, хранитель этого леса! Единственный обладатель посоха Жизни и Забвения. А ты, гном, видишь перед собой Священное дерево нимф. Мы охраняем его и весь лес от засухи и вырубки. Мы следим за порядком и покоем. Я и мои дочери. С одной из них ты хорошо знаком. Я говорю про Эрифию! – сказал старик, продолжая ехидно скалиться.       Фили не понравилась эта улыбка. Он ничего не понимал. Почему его не убили, и зачем Король нимф говорит с ним? – Да, я её знаю. Она помогла мне, а потом получила за это наказание от вас? Что с ней случилось? Вы превратили её в дерево? А где мой брат? Почему она забрала его жизнь? Я же вернулся… – затараторил Фили, непонимающе уставившись на Дриопа. – Нет, она не превратилась в дерево! – раздался голос позади Фили.       Гном обернулся и увидел перед собой Эрифию. Ему сразу бросилось в глаза то, что её рука стала нормальной. Никакой древесной коры. Она мило улыбалась, а глаза её светились жёлтым цветом. Фили впервые смог рассмотреть её при свете дня – зелёные волосы, с вплетенными веточками и листьями, огромные глаза и такие же длинные когти как у отца. Бледно-зелёная кожа светилась. – Эрифия… – выдохнул Фили. – Что произошло? Твоя рука. Она стала… нормальной!       Дриада звонко засмеялась и, прошмыгнув мимо Фили, прыгнула на священное дерево, повиснув вниз головой. – Ты знаешь, что твой брат должен был погибнуть в лесу в Синих горах? – спросил Дриоп, как будто не замечал свою дочь. – Да, Эрифия говорила мне… – ответил Фили.       Король кивнул. – Тогда ты знаешь, почему он не погиб! В том лесу обитают тёмные нимфы. Они жестоки, коварны и самолюбивы. От них гибнет природа. Но они не были такими раньше. Любая нимфа может стать тёмной, стоит ей хотя бы раз убить, хотя бы раз. Гномы, орки, люди – все вы начали охоту на нас в своё время. Вы уничтожили столько природы, столько душ. Но потом тёмные нимфы не стали ждать, когда смерть настигнет их. Они стали убивать, защищать свои деревья, своих дочерей, сёстёр и королей. Вокруг их Священного дерева даже трава не растёт. Кровь их короля почернела, и они лишают жизни каждого, кто смеет нарушать их покой. Мы не горды и уважаем наших собратьев, не смотря на тот тёмный путь, которым они пошли. Мои дочери были в том лесу в день, когда Кили увидел Священное дерево. Клориан, король тёмных нимф собирался убить его. Он увидел гнома с луком и ни секунды не раздумывал о том, плохой он или хороший – любой, кто приходил туда, должен был умереть. Но твоему брату повезло. Моя дочь сжалилась над ним. Она не дала королю убить его и поплатилась за это своей жизнью. Её звали Этария. И в тот день они там были вместе с Эрифией…       Фили открыл рот. Эрифия же сказала, что «кто-то» спас Кили. Она даже не сказала, что сама там была и всё видела. – Эрифия, так ты была там! Почему сразу не сказала? – воскликнул Фили.       Дриада перестала улыбаться и подтянулась на дереве. Глаза её снова загорелись бордовым цветом. – Он убил её, Фили, убил мою Этарию. И всё из-за Кили. Зачем он пришёл туда? А ей стало жалко его. Но после того, как Клориан покончил с ней, я запомнила его лицо. Запомнила Кили. А когда орки гоняли его по лесу, я его не узнала. Он был не похож на себя. Иначе я бы прикончила его вместе с орками! – вспыхнула Эрифия. – Молчать! – вдруг прогремел голос Дриопа. Он был таким страшным, что Эрифия вмиг умолкла. – Глупая девчонка! Не говори того, чего не ведаешь! – Прости, отец, – вымолвила дриада, опустив глаза. А Дриоп продолжил: – Да, Эрифия видела всё это. Этария была моей младшей дочерью. Её дерево потеряло жизненную силу и погибло вместе с ней. Мы оплакивали мою бедную дочь. Но Эрифия. Она хотела мести, хотела убить того, из-за кого погибла Этария. Кили она, правда, сначала не узнала. Орки обращались с ним как с добычей, которую собирались сожрать на ужин. А потом она увидела тебя и совершила ошибку своей сестры – она пожалела тебя. Мы с дочерьми следили за вами, боялись, что вы обидите наш лес, но вы ничего плохого не сделали. Из ваших разговоров мы поняли, кто вы. А потом Эрифия помогла тебе. И она почувствовала на себе всю силу моего гнева. Я навсегда привязал её цепью Прочности к её собственному дереву. Она бы никогда не смогла покинуть наш лес. Но потом ты снова вернулся, гном. И она вновь помогла тебе, не ведая, кого спасает. Она хотела отнять твою жизненную силу и заключить её в погибшем дереве Этарии. За это я сам решил превратить её в дерево. Но потом ты вернулся, чтобы расплатиться с долгом и привёл с собой брата… – Я не приводил, он сам увязался за мной, – перебил Дриопа Фили. – Не перебивай меня, гном! – повысил голос король, и Фили быстро замолчал. – Так вот! Кили пришёл вместе с тобой. И она узнала его. Гнома, которого спасла её сестра и погибла. Она передумала отнимать твою жизненную силу и решила убить Кили. Убить его плоть, что означало вступление на путь тёмных нимф. Девчонка не ведает, что творит. А ты, Фили, – Дриоп подошёл к гному и прикоснулся своей когтистой рукой к нему, – почему ты не ушёл, когда она отпускала тебя? – Я бы ни за что не бросил своего брата одного, – горячо ответил Фили.       Дриоп усмехнулся. – Этот Фили действительно не бросил. А тот, что всегда ненавидел его? Он бы остался? Мы, нимфы, чувствует вас. Мы видим, как вы относитесь друг к другу. Каждое существо испытывает чувства по отношению к другому существу. Твои тёмные чувства по отношению к брату не исчезли – они лишь притупились, уступая место жалости. Эрифия почувствовала это, поэтому предложила избавить Кили от мучений, избавить от тебя! – Это неправда! – вспыхнул Фили, сбрасывая руку Дриопа. – Они не притупились – они исчезли. Я уже не тот гном, которому не нужен был младший брат! Я понял, что готов умереть и за него и вместе с ним. Потому что мы братья, мы – семья…       Дриоп улыбнулся. Он посмотрел на свою дочь – она тоже улыбалась. Но, чему? – Я увидел это, Фили! Увидел этот огонь самопожертвования. Может твои темные чувства и исчезли – это решать только тебе, вчера я увидел проявление совсем других чувств. Именно тех, о которых ты сейчас сказал. А моя глупая дочь их не увидела. Она так хотела получить моё прощение, что не думала ни о чём, кроме этого. Мы не делаем ничего просто так, Фили. Но всё зависит от нас самих – ты сам спас себя, брата и мою дочь. Если бы ты не вернулся, Кили бы умер, потому что зелье стало бы отравой. Эрифия нашла бы тебя и непременно убила бы, став при этом тёмным низким существом. Такое могло бы произойти вчера ночью, но не произошло. Ты сказал, что твоё место рядом с братом, и ты был прав. До последнего вздоха вы будете с ним вместе. В тот самый день. Ты должен помнить, гном, что жизнь не вечна. А ваша с ним жизнь – и дня короче. Я отпускаю вас, гномы! – закончил Дриоп. – Где же мой брат? – спросил Фили, умоляюще глядя на него.       Дриоп снова улыбнулся. Он поднял свой посох и, прежде чем ударить его о землю, произнёс какие-то слова. Фили почувствовал головокружение, а потом всё померкло, облачая мир в черные краски забвения.

***

      Фили проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Открыв глаза, гном увидел испуганное лицо брата, который пытался привести его в чувство. – Фили! Слава Махалу, ты жив! Я так испугался! Ты почти не дышал, я думал, что ты…        Фили не дал брату договорить и крепко прижал младшего к себе. Из голубых глаз потекли слёзы, впитываясь в рубашку Кили. – Кили, брат, ты жив, ты здесь. Это я за тебя испугался! – сказал Фили, даруя брату свободу и вытирая слёзы. – Фили, что произошло? Дриады, они же хотели убить нас. Почему мы здесь? Где они? – спросил Кили, непонимающе хлопая глазами.       Фили смотрел в его огромные наивные карие глаза, гладил по волосам, а потом снова прижал к себе, не веря, что они рядом. – Я всё расскажу тебе, братишка, обязательно расскажу! Но сейчас нам лучше уйти, хорошо? – спросил Фили.       Кили кивнул. Фили схватил его за руку и потащил прочь. Не успели они пройти десяти шагов, как послышались крики. Гномы насторожились. Кто бы это мог быть? Они спрятались за дерево, боясь снова встретить нимф. Но это были не нимфы. Это были гномы во главе с Торином. Кили сразу выскочил из укрытия и бросился Торину на шею. – Балрог вас подери, сопляки! Где вы были? Мы всю ночь вас ищем! – кричал Торин, обнимая Кили. – Где твой брат?       Фили не заставил себя ждать и вышел из укрытия. К нему подошли Двалин и Вейг. Вейг без лишних церемоний просто повис на нём. Двалин похлопал его по спине. Торин выпустил Кили и подошёл к старшему племяннику. – Где вы были? – сурово спросил он. – Я снова за вас испугался и уже такое начал думать… – Прости, дядя. Мы пошли за дровами и заблудились. Всю ночь проблукали в этом лесу и только к утру нашли нужную дорогу. Прости меня, дядя…       Торин схватил Фили и крепко прижал к себе, не слушая, что он говорит. Фили улыбнулся. Теперь всё будет хорошо, думал Фили, глядя на улыбающегося Кили через плечо Торина. Всё будет хорошо!