Эффект Эхо

- Это. Что? - отчеканил Папа, взмахнув в воздухе, почти перед носом Джонса бумажкой с отпечатанным на ней текстом и швыряя на стол. Джонс наклонил голову, якобы рассматривая. - Вам плохо видно, агент? - язвительно уточнил Папа. Когда Папа пытался язвить, это означало одно - дело совсем плохо. - Так я вам зачитаю. "Общий сбор. Готовность ноль. Проблема Твикс". Это было отправлено с вашего телефона на телефоны рабочей группы. Судя по времени отправки, непосредственно в ходе нашей с вами предыдущей беседы. - СМС-шаблон, - с прохладным равнодушием пожал плечами Джонс. - Иногда сам отправляется. - Твикс - это, как я понимаю, мой предполагаемый рабочий материал? - проигнорировал попытку обвинить во всем телефон Папа. - Это - люди! - неожиданно резко процедил Джонс, теряя напускную холодность. - Это - человек и нечеловек, - исправил его Папа. - И по каким критериям вы их делите? Папа даже рот открыл от возмущения. И руками развел, мол, вам критериев мало? Но потом глубоко вдохнул, выдохнул, успокаиваясь, сокрушенно покачал головой: - Я не узнаю вас, агент. Что они с вами сделали? Да вы не стойте, присаживайтесь. Нам предстоит серьезный разговор... Джонс подтянул стул, намеренно громко и медленно волоча ножки по полу. Ножки издавали неприятный скрежет. Папа терпел. Джонс делал вид, что все так и надо. Уселся, закидывая ногу на ногу. Воззрился на шефа все так же - с холодным прищуром. В полной готовности огрызаться. Но Папа внезапно заговорил почти доверительно, проникновенно: - У нас с вами не самые простые отношения, агент Джонс. Никогда не были простыми. Я понимаю и принимаю это. Работа с вашим отделом всегда давалась мне нелегко. Потому что с такими ненормальными делами работать могут только... - ...ненормальные люди, - подсказал Джонс. - И контролировать вас с командой... - Папа вновь тяжело вздохнул, видимо, демонстрируя, насколько нелегко ему, бедняге, приходится со Спецотделом. - Но! - воздел указательный палец. Перст указующий. - Вы всегда знали, что к чему. И четко разделяли своих и чужих. - Я и сейчас разделяю, - холодно отметил Джонс. Папа неожиданно ударил ладонью по столу, и Джонсу показалось, что тот жалобно скрипнул в ответ. "Да что ж это такое? - подумал устало. - Не боги крыши проламывают - так начальство мебель разносит. Никакого бюджета на них не напасешься...". - Не разделяете, Джонс! - рявкнул тем временем Папа. - Вы запутались! Не бывает среди них своих! Людей среди них не бывает! Они навязывают нам свои игры и войны! Мы для них - хомячки, мать их! Поиграться - и выбросить! И наступить нечаянно! - Шеф, - Джонс поднял руку, требуя права задать вопрос. Папа хотел было продолжить орать, но наткнулся взглядом на поднятую руку, моргнул, будто внезапно осознавая, что он здесь не один. Кивнул, отдуваясь - эмоциональная тирада далась ему нелегко. - Вас лично кто-то из них обидел? Папа снова надулся, набрал в легкие воздуха, чтоб заорать что-то в ответ, и уставился на Джонса так, словно от убийства его останавливали лишь колебания, голыми руками его душить или попросту пристрелить. Но Джонса не пробрало. Ни почти отсутствующее, почти скучающее выражение лица не изменилось, ни пронзительно холодный взгляд. И Папа вновь сменил тактику. Откинулся на спинку кресла, тяжело вздохнул в очередной раз и сообщил: - Вы определенно переработали, агент. Вам нужно освежить голову. Освежить взгляд. Вы отстранены на время. Для вашего же блага. Вы и все ваши ненормальные птенчики. - Птенчик у меня, положим, один, - пробормотал тот, и Папа, выходя из себя окончательно - он всегда выходил из себя, когда он, большая шишка, человек-у-которого-все-под-контролем, не понимал, о чем речь, - рявкнул: - Значок и оружие! Джонс пожал плечами. Легким движением бросил на стол значок. Принялся доставать из карманов оружие. Оружия было много, доставал его Джонс, не спеша, складывая из всевозможных пистолетов-лазеров-ракетниц аккуратную кучку. Папа все это время постепенно надувался, но так и не взорвался. Пока Джонс не завершил процесс репликой: - Джедайский меч дома забыл. - Во-о-он! - заорал Папа, и тот, крутнувшись на каблуках, зашагал к выходу, чувствуя себя невероятно легко и начиная понимать Гарольда. И Локи. И Тома. Достать неприятного тебе человека - что может быть приятнее? Правда, у него пушка. Новая и очень нехорошая пушка.

***

Локи сжал пальцы Тома на своем плече еще сильнее - почти до боли. Откинул голову назад. Так и не открыл глаза. Что-то происходило. Том чувствовал, как он напряжен. Как слегка дрожит. Позвал тихо: - Локи... Но ответить бог не успел: - Хвост, - сообщил Стрелок. Спокойно, буднично, будто сказал, что за хлебом пойдет. Или что погода испортилась. Будто за ним каждый день гоняются. Впрочем, откуда Тому знать, как часто за ним гоняются? И Локи ответил - ему: - Знаю, - чуть слышно, но тоже удивительно спокойно. Будто все интонации растерял. Чувства. Будто и нет Локи, а сидит перед Томом говорящий манекен. Только рука дрожит. И дышит тяжело, часто. И немного четче стал угадываться едва уловимый до этого мятный запах. - Машина, мать их за ногу! - неожиданно выдохнул Стрелок. - Что "машина"? - напряженно спросил Том, хотя уже в общем-то понял. Конечно, машина. Он отлично помнил манеру Джонса тыкать свои жучки повсюду, где Том появлялся. А в машине он появлялся так часто, что Джонс даже своего человека туда умудрился ткнуть. Но, вероятно, и жучков не пожалел тоже. - Надо избавиться, - сообщил Стрелок, проигнорировав вопрос. И Локи повторился: - Знаю, - и снова глубоко вдохнул, и снова до боли сжал пальцы. - Сломаешь, - сквозь зубы Том. - Потерпи, - мягко попросил Локи и снова заговорил, только на этот раз - совсем по-другому. Не изменил ни позы, ни громкости речи, только звякнуло железо в голосе, и Том понял - это уже не ему. И очень ощутимо прочувствовал разницу. И вновь вспомнил: это бог сидит рядом. Для него - "Локи", для прочих смертных - "ваше асгардское величество". Или - "йотунхеймское". Тут уж - как величество скажет. - Кому ты веришь больше всего? - спросил Локи. - Никому, - фыркнул Стрелок. - Тогда начинай. Сейчас. Все, что я говорю, выполняй в точности. - Дай мне хоть одну причину, - попросил Стрелок. - Я - бог, - отчеканил Локи, но потом все же снизошел до объяснения, потому что в ответ ему недоверчиво хмыкнули. - Я многого не могу, но я все еще вижу куда больше вас. Понял? Том понял. Локи закрыл глаза, чтоб не мешала картинка перед ними - он ощупывал пространство вокруг. Потому был так напряжен. Потому дрожал. И пальцы сжимал, будто требуя поддержки. Ему было тяжело. Но он видел. - Понял, - нехотя кивнул Стрелок. - Вперед, - скомандовал Локи. И машина послушно пошла вперед. - Право, - и тот - сразу видно, что умеет делать все в точности, не думая, - выкручивает руль, они влетают в подворотню и несутся по узкой улочке. - Стоп, - визг тормозов, Тома швыряет, он почти ударяется о спинку сиденья, но Локи удерживает его дернувшуюся было руку на своем плече. Мимо пролетает машина, и Локи снова командует: - Вперед. Машины по улице мчатся с такой скоростью, что чудом удается проскочить, нарушая все возможные правила. - Налево. Вперед. И, несмотря на красный сигнал светофора, снова: - Вперед, - и снова проскакивают. - Налево. - Оторвались, - отмечает Стрелок. - Еще нет, - не соглашается Локи. - Нет времени. Право. Вперед. Медленней, - и ловит момент, чтоб объяснить. - Надо сменить машину. Лево. Стоп. Разворот. - Курсы экстремального вождения, мать их, - бормочет Стрелок, выкручивая руль, а Тому думается, что это даже не курсы экстремального вождения - это самая долгая попытка самоубийства в его жизни. Потому что проезжают на красные, вылетают на встречку, тут же разворачиваются и под фанфары лихорадочных сигналов со всех сторон несутся навстречу еще одной почти неминуемой гибели. "Точно отстанут, - пробормотал внутренний голос. - Решат, что сами убьемся. Какой, однако, хитрый план". - Лево, - говорит Локи и совсем тихо добавляет, - вниз. Всё. Машина влетает в подземный паркинг. Локи разжимает пальцы, его рука безвольно соскальзывает вниз. - Локи! - Том испуганно тряхнул его за плечо. Тот не ответил, а Стрелок ударил по тормозам, выпрыгнул из машины, на ходу выхватывая из-за пазухи два пистолета, раскинул руки в стороны, одновременно делая два выстрела. Покосился на Тома, уже тоже выскочившего следом, бросил: - Камеры. Но Том не слушал. И несмотря на то, что внутренний голос привычно забормотал: "однако, вовремя... ничего, что вас уже успели заcнять?", рванул дверцу рядом с Локи, облегченно выдохнул встретившись с ним взглядом, схватил за руку, выдергивая наружу. Локи шатался, но на ногах стоял. Стрелок присел у ближайшей машины. Пояснил, не оборачиваясь: - Чтоб не сразу поняли, на какой тачке мы свалили. И уже щелкнул замком, когда неподалеку возмущенно выкрикнули: - Эй! Том обернулся, все еще придерживая Локи под руку. Охранник, решительно шагавший в их сторону, замер с открытым ртом. Перевел взгляд с одного на другого. Обратно. Рот закрыл и попытался даже будто что-то сказать, но получилось только нечто вроде имитации аквариумной рыбки. - Кажется, нас знают, - тихо сообщил Том. Локи распрямил плечи, протянул свободную руку - за вторую все еще держал Том, помогая устоять, - ткнул в него пальцем, потом этим самым пальцем демонстративно поманил к себе. - Мне его... - тихо начал Стрелок. - Нет! - тут же рыкнул Том и удивленно покосился на Локи, потому что хором с ним, в унисон, прозвучало точно такое же, разве что куда более спокойное: - Нет. А когда парень подошел, Локи возложил свободную руку - ему на плечо и сообщил: - Это галлюцинация. Ты ударился головой. Тот в очередной раз шевельнул побледневшими губами, и на этот раз у него даже получилось сказать: - Я не бился... - Бился, - ухмыльнулся Локи и неожиданно, резко, подался вперед, дергая того за плечо к себе и ударяя лбом. Парень рухнул, как подкошенный. Локи - почти. Том с трудом удержал, уже двумя руками. Тихо выругался себе под нос. - Готово, - сообщил тем временем Стрелок, открывая дверцу, и Том на этот раз впихнул-таки пребывающее в полубессознательном состоянии божество на заднее сиденье, влез следом, обхватил за плечи, удерживая. Машина тронулась. Локи прикрыл глаза, дышал чуть слышно, почти неуловимо. Слегка подрагивали веки. И почти не пахло мятой. "Ты не умрешь, - неожиданно подумал Том, упрямо, будто убеждая его, себя, всех вокруг. - Ты будешь жить вечно". Осторожно поднес руку к бледному лицу. Дотронулся - обжигающе-холодно. Вслух повторил: - Ты будешь жить вечно, - коснулся пальцами губ, и будто в ответ на это прикосновение Локи чуть заметно улыбнулся. Том отдернул руку, а бог тихо-тихо выдохнул: - Забыл сказать... - Что? - спросил Том. Локи улыбнулся чуть шире и, не открывая глаз, все еще тихо, но крайне самодовольно протянул: - Та-даааа!