Эффект Эхо

Боги умирают дольше. Болезненнее. Или кинжал Сурта попросту не попал Фрейру точно в сердце. “Кинжал Хель”, - тут же исправил себя Том. От этого оружия нет спасения. И выхода потом тоже нет. Он знал, он помнил. Фрейр тихо застонал, открыл невозможно синие, полные пронзительной боли глаза. - Это кто? - деловито поинтересовался, подошедший Стрелок. - Фрейр, - глухо ответил сидящий на полу, все еще безвольно привалившийся к стене Том, глядя в глаза своему убийце и своему же спасителю, не ощущая, как ни странно, ни страха, ни благодарности, только жалость. Бездонную, безграничную жалость. Локи уже отпустил вана и тоже неотрывно изучал. И Том впервые за очень долгое время не мог понять, о чем он сейчас думает. Что чувствует. Чувствует ли что-то. Лицо вновь было восковой маской, губы - плотно сжаты, в глазах - прозрачные льдинки. Локи был рядом, но Том не видел Локи. Только запах, очень слабый мятный запах. И уже совсем не дрожащие тонкие пальцы, которые тот возложил на грудь умирающего - то ли чтоб помочь, то ли добить. Впрочем, во взгляде Фрейра было столько боли, что сейчас эти действия были бы тождественными. Фрейр с видимым трудом сосредоточил взгляд на Локи, рывком выбросил руку, схватил за локоть, пытаясь то ли подняться, то ли приблизить его к себе. Но тот не пошевелился. Спросил холодно: - Почему не позвал? - Ты… бы… - каждое слово давалось Фрейру с трудом, - пришел? - и полные побелевшие уже губы искривились в болезненной улыбке. Локи бросил быстрый взгляд на Тома, и тот понял - Локи и у него спрашивал. Или в принципе - только у него. - Ло… ки, - произнес Фрейр уже совсем тихо и снова потянул к себе, но Локи перевел взгляд на вцепившуюся в него руку, обхватил запястье и легко сорвал захват, презрительно поморщившись. “Он же спас меня! - захотелось закричать Тому. - Он меня спас, когда ты не смог! Что же ты делаешь?!”. Но он не закричал, а попросту взял вана за другую руку, глядя тому в глаза, почти физически, кожей, ощущая, как колются льдинки во взгляде Локи. - Прости, - выдохнул Фрейр, откидываясь назад и безвольно опуская веки. - Все хорошо, - тихо ответил Том, сжимая его ладонь, - все хорошо. - Нет, - одними губами ответил тот и дернул к себе, на этот раз Тома, и тот послушно наклонился, а Фрейр все так же, почти неслышно, неразборчиво, с последним усилием, проговорил. - Сурт. Хель. Рагнарек. И разжал пальцы. Том выпрямился. И снова вспыхнул невероятно яркий свет. Такой яркий, что пришлось жмуриться, а когда открыл глаза, увидел - Фрейр исчез в этом сиянии. На полу, между ним, Локи и все еще стоящим рядом Стрелком, лежал кинжал Хель. Том тихо выругался. - Что он сказал? - все так же холодно не спросил - потребовал выдать информацию Локи. - Сурт, - ровно проговорил Том, не в силах оторвать взгляда от кинжала, - Хель. Рагнарек. Вскинул голову и наконец посмотрел Локи прямо в глаза. Ничего не изменилось в его лице. Ровным счетом ничего. Только что-то еще острее и без того режущих льдинок скользнуло во взгляде. На миг. И снова - холодная статуя. Как будто чужой. Невероятно далекий. Совсем незнакомый. “Да что же с тобой?!” И так же ровно, без тени эмоции, будто проговаривая себе, повторил эхом: - Рагнарек… И резко встал. - Локи… - позвал Том. Тот прошелся по комнате, как совсем недавно ходил Том. Впрочем, нет, не так. У него была совсем другая походка. Мягкая, скользящая почти. Как все его движения - выверенная. Ни одного лишнего жеста, ни поворота головы. Ровная спина, взгляд - прямо перед собой. Будто танец. Раз-два-три шага, крутой разворот. Руки - за спиной. И напряжение выдают лишь сцепленные пальцы рук да все тот же острый взгляд. Том перевел взгляд на Стрелка, после - взглядом же указал на дверь. Когда тот открыл было рот, чтоб возмутиться, применил свое секретное оружие - просяще поднял брови, доверительно заглядывая в глаза. Стрелок чуть слышно пробормотал себе под нос ругательство, отпустил наконец пушку, так же неуважительно, как это делал Гарольд, и вышел из номера. Том перевел взгляд на Локи. Дело было совсем плохо. Так плохо, как уже давно не было. Его нужно было расшевелить. Достать из-под толщи льда, пока не задохнулся там наедине с собой. “И по шее же, - напомнил внутренний голос. - Про шею не забудь… Да не в том смысле, Томас! Соберись!”. - Локи, - произнес тихо, поднимаясь, пошатнулся, удержался, схватившись за стену. Локи продолжал ходить. Раньше - подхватывал, чуть что. Теперь - даже не взглянул. - Локи! - Том позвал настойчивее. - Да? - отозвался тот, все так же, не глядя, меряя ровными шагами комнатушку. - Надо поговорить, - сообщил Том. - Говори, - задумчиво бросил. Будто какие-то важные мысли занимали его. Куда более важные, чем Том со своими разговорами. Нужно было сделать несколько шагов, встать на пути и хорошенько встряхнуть за плечи. Только вот шагни Том сейчас вперед - упадет. И не факт, что Локи обратит на это внимание. Совсем другой Локи. “Все было слишком хорошо”. - Ты кем себя возомнил? - жестко спросил Том, и Локи остановился очень резко. Так же резко развернулся к нему. Том непроизвольно вжался в стену, потому что показалось, что сейчас его снова будут убивать. На этот раз - свои. Но Локи замер. Просто смотрел. Просто лед во взгляде. Пуленепробиваемый лед. - Ты считаешь, что я чего-то не пойму? - продолжил Том, не меняя тона. - Что с чем-то не справлюсь? - Ты о чем? - спросил Локи, глядя прямо в глаза так, что становилось не по себе. Хотелось поежиться. А то и вовсе спрятаться. А можно и сквозь пол провалиться. Как будто это Том у него во сне сердце вырвал, а потом заставил об этом забыть. - О своих проблемах с памятью, например, - сообщил Том, выдерживая колючий взгляд. В конце концов, не впервой. И где-то за этим взглядом есть Локи. Его Локи. Его личный бог. Должен быть. Не может не быть. Разувериться в нем в очередной раз будет предательством уже даже не его - себя. Локи прищурился. Спросил, наклоняя голову набок: - А что у тебя с памятью? - Прекрати, - устало попросил Том и даже глаза прикрыл, но тут же открыл, потому что в ушах зашумело, и пол под ногами поплыл. - Прекрати играть со мной. Это же я, Локи. Ты помнишь, что это я? А Локи глаза закатил. Это было неожиданно. Театрально. И очень неприятно. И уже вполне откровенное заявление: у меня тут важные мысли, а ты своим нытьем меня отвлекаешь. - Локи, - почти угрожающе произнес Том. - Прекрати ломать комедию! - Это ты прекрати, - тут же отозвался он. Вздохнул, вскидывая голову на миг к потолку, будто с мыслями собираясь, и Том снова засмотрелся на шею. “Надо что-то делать с нашим либидо”, - задумчиво констатировал внутренний голос. И снова встретились взглядами, и наконец сквозь лед прорвалось, пробилось еще что-то. Что-то такое, что совсем недавно видел в глазах Фрейра. То ли жалость, то ли… Том чуть не рассмеялся внезапному пониманию. Да виноватым он себя чувствует! И прячется за своими льдами от чувства вины! - Том, - проникновенно, с напором, обозначая, что сейчас его нужно слушать очень внимательно, сказал Локи, уже снова совсем чужой Локи, но Том увидел все, что ему нужно было видеть. Мельком, правда. И снова пришлось приложить немного усилий, чтоб убедить себя в том, что не показалось. Что не придумал очередное оправдание для Локи, что у Локи и впрямь есть оправдание. - Фрейр сказал “Рагнарек”. - Ты вырвал мне сердце, - ответил Том, один в один копируя интонацию, и вот теперь уже точно увидел, вне всякого сомнения, увидел все. Локи вздрогнул - дернулся, как от удара. Вскинулся. Тут же отвел взгляд, кивнул, моргнул, будто смахивая блеснувшие в глазах слезы, глухо произнес: - Ты вспомнил, - вновь глянул на Тома, чуть заметно, болезненно усмехнулся и добавил. - Поэтому ты не позвал. “Да звал я тебя!” - захотелось выкрикнуть Тому, но сам вдруг понял - не звал. Думал о нем, но не звал. Только вот раньше ему казалось, что Локи услышит его, даже если просто подумать. А оказалось, не слышит. Или только сейчас не услышал? - Ты не слышал, - тихо сказал Том. Локи снова усмехнулся, уже заметнее, и заметнее стала горечь. Отвел взгляд, кивнул, будто сам себе, согласился: - Я не слышал. И шагнул назад. Усмешка все еще оставалась - почти гримасой боли. И смотрел - тоже с болью. И прощался. В который, черт побери, раз. И очень невовремя поплыло перед глазами, ноги подогнулись и зашумело в ушах. Том не был уверен, успел ли он сделать шаг, как собирался. Может, даже шагнул. Может, этим и спровоцировал приступ слабости. А может, не успел даже. Он не был уверен ни в чем - совсем темно стало, совсем нехорошо. Он только последнюю мысль запомнил: о том, что раньше Локи всегда подхватывал.