Эффект Эхо

Том рассмеялся этому его “Нет”, нервно, с надрывом. Почувствовал, что смех грозит перерасти в истерику. Закрыл лицо ладонью, всхлипнул - сквозь смех. “Это все нервы, - подумал. - Нервы и усталость”. “Это все, потому что кто-то - истеричка”, - не согласился с ним внутренний голос. Локи потянул за руку - к себе. - Я не в том состоянии, - пробормотал Том, но оттолкнулся ногами от пола, забираясь на кровать, уронил голову ему на грудь, обнял. - Ты не в том состоянии, - эхом повторил Локи. Он часто так делал - повторял. Будто учился говорить, а, проговаривая, понимать. Привычно обнял одной рукой и то ли приказал, то ли разрешил: - Спи. Холодно и надменно. Божество дало добро на поспать. Глаза закрылись будто сами по себе, Том провалился в темноту, темнота обняла, убаюкала, уже из ее ватных объятий, растворяясь в ней, прошептал: “Спасибо”. Локи прикрыл глаза. Слушал его сердце. Смотрел в потолок. Глупая манера постоянно благодарить. Глупая манера любить. Верить. Глупый человек… А потом оказался на золотом мосту. И увидел на перилах ее. Сидела спиной, болтая ногами в воздухе. Говорила с колючей насмешкой. И он точно знал, какая сейчас улыбка играет на тонких губах. Продекламировала: - “Какие сны в том смертном сне приснятся, когда покров земного чувства снят?”. Локи скрестил руки на груди, холодно ухмыльнулся: - И ты туда же? Почему она такая маленькая сейчас? Она, огромная глыба заледеневшего могильного тумана, почему такая - почти как человек? - Я всегда буду рядом. Я всегда буду приходить к тебе поиграть, - Хель полуобернулась к нему. - Думал так просто от меня избавиться? - Это было просто? - все так же холодно удивился он. - Это было глупо, - прошипела она с неожиданной яростью. - Смерть не убьешь! - Ну, хоть в размерах уменьшилась, - пожал плечами Локи, и она мгновенно оказалась рядом - не подошла, не прыгнула, просто оказалась, прямо напротив, подаваясь вперед так, что ему пришлось отшатнуться, чтобы не столкнуться с холодными влажными губами. Выдохнула в лицо: - Ненавижу! И отстранилась, наклоняя голову набок, оценивая результат действий. - Ты хотела поиграть, - напомнил он, стараясь удерживать голос ровным. - Играй. - Бои-ишься, - протянула она, расплываясь в довольной улыбке. Локи презрительно поморщился, внутренне сжимаясь, готовясь к чему-то невероятно болезненному: иначе Хель играть не умела. Но она только отступила еще на шаг, продолжая рассматривать его, и тихо сообщила, даже будто бы немного удивившись: - А с тобой играть не нужно, - и улыбнулась тонко, с горьким сочувствием. - С тобой и делать ничего больше не нужно. Ни-че-го. Ты уже все сделал сам. - Неужели? - приподнял брови Локи. - Я думала, - она вновь легко запрыгнула на перила, уселась, теперь - лицом к нему, - что твой кошмар - нелюбовь твоего смертного. Я была неправа. Твой главный кошмар - его любовь. Локи шагнул к перилам напротив, опираясь о них, вновь скрещивая на груди руки. - Он привязан к тебе, он не может без тебя. Но с тобой… Ты же видел. Да, он видел. Глаза - красные, воспаленные. Лихорадочно блестящие. Слезы. И смех - сорванный. Как это у них называется? Срыв? Истощение? Человек будто надорвался. Будто взвалил на себя тяжелую ношу и не справляется с ней. Локи знал, что не справляется. Да, он видел. Может, и стоило послушать его тогда, когда просил уходить. Но тогда подумать о таком даже было бы странно. Тогда Локи не замечал, что он заигрался. Что оба они заигрались. Надо было уходить. - Вот ви-идишь, - протянула она, - спрыгивая, приблизилась на этот раз неторопливо, провела указательным пальцем по щеке, губам, чуть царапая длинным неровным ногтем. - Видишь? И тебе больно. И мне ничего не надо делать. Он кивнул, отвел взгляд, помолчал. Тихо сказал: - Одно радует. - Неужели? - в точности повторила его вопрос она, только чуть больше яда в голосе, и вместо льда - лезвия кинжалов реки Слид. - Ты ненастоящая, - он поднял на нее глаза, грустно улыбнулся. - Хель не поняла бы этого. Хель не дано. Значит, ты - всего лишь мое подсознание. Ход, хороший в любом случае. Даже если он не прав, даже если Хель пришла в его сон собственной персоной, “Хель не дано” - это сильный удар. И вот она уже дергается, будто обожглась, отдергивает руку от его лица, губы презрительно кривятся, но не говорит ничего. Слова что ли подбирает? - Шекспира процитируй, - холодно посоветовал Локи, взирая сверху вниз - совсем она маленькая. - У тебя неплохо получается. - А как больнее? - неожиданно звонко, звеняще спросила она. - Когда в темноте и среди боли или сейчас? Осознавая то, что ты сделал с ним? Продолжаешь делать? А ведь вы из разных миров, Локи. Вам не нужно было встречаться. Вам не стоило быть рядом. Никогда. От этого - только хуже. Но теперь и без этого никому из вас… Внезапно его тряхнули за плечо, и рассыпался золотыми искрами мост, и последним, что он видел прежде, чем проснуться, был еще один ее дикий оскал, прощальный. Том всегда чувствовал, когда Локи снились кошмары. Правда, на этот раз был не кошмар - что-то другое. Что-то нехорошее. Локи распахнул глаза, просыпаясь мгновенно. Уставился в потолок. Том не успел увидеть, что именно мелькнуло во взгляде, прежде, чем тот подернулся пеленой безразличия. Локи все лучше учился владеть собой. Локи все лучше справлялся с ночными кошмарами. “Дневными”, - исправил себя Том, бросив короткий взгляд в окно. Солнце было еще даже не в зените - только начало подниматься над вершинами деревьев. Значит, спал он совсем мало. Шум в голове стал уже привычным явлением, как и общая слабость, и казалось, что не выспится уже никогда. Впрочем, думалось сейчас не об этом, сейчас сердце вновь колотилось с удвоенной силой, потому что снова было страшно за него. И видел, что за демонстративно безразличным, даже презрительным немного взглядом Локи прячется. А значит, есть от чего прятаться. Но через миг бог повернул к нему голову, и взгляд ожил, и в нем вспыхнула знакомая уже давно смесь из нежности и жалости. Хватит на меня так смотреть, подумал Том. Как на смертельно больного, честное слово. Я не болен! Если из нас двоих кто и болен, то не я. - Плохой сон? - спросил Том тихо. - Плохой сон, - глухо ответил Локи и перевел вновь изменившийся взгляд на потолок. - Расскажи, - попросил Том, осторожно коснувшись кончиками пальцев его скулы и тут же отдергивая руку. Как будто нельзя было этого делать. Он часто так касался: быстро, неожиданно, коротко - и назад. Наверное, потому что на подсознательном уровне ощущал, знал: он не имеет на это права. Локи не для того создан. Не для того существует, чтоб лежать сейчас здесь и смотреть в потолок, забросив одну руку за голову, а второй, только что обнимавшей его, теперь просто лениво придерживать. Холодный, равнодушный. Великое надменное божество. Мраморное произведение искусства. Совсем в другой плоскости. Совсем в другом измерении. Измерениях. Он не с ним сейчас. Он не хочет говорить с ним. Где-то далеко, один на один со своими мыслями… Ну, уж хренушки. Не теперь. Не после всего. - Рассказывай, - настойчивее потребовал Том, садясь на кровати, глядя на него сверху вниз. Локи перевел на него несколько удивленный взгляд. Коротко усмехнулся: - Пустяки. Тебе нужно спать. - Рассказывай! Локи вскинул брови. Требовательный и жесткий Том всегда вводил его в легкое замешательство. Но слушаться он явно не собирался. - Ты будешь со мной говорить, - упрямо сообщил Том. - Я мало сказал? - неожиданно резко, раздраженно спросил Локи, тоже садясь, оказываясь близко, прямо напротив, глаза в глаза. - Да ничего ты не сказал! - сорвался Том. - Как не говорил, так и не говоришь! - Тебя не от Хель спасать надо было, - теперь неожиданно жестко сообщил Локи, не отводя ледяного взгляда. - От меня. С самого начала. “Ну, приехали, - пробормотал внутренний голос и пожаловался Тому. - Опять. Оно опять осознало, что оно - вселенское зло”. - Еще одно слово… - угрожающе процедил Том. - Я - бог… - начал Локи, а дальше Том действовал машинально. Просто захотелось ударить его. Изо всех сил. И так как под руку подвернулась только лежащая рядом подушка, Том ударил подушкой. Локи секунду ошарашено смотрел на орудие избиения. Поднял взгляд на Тома. Том тоже растерянно смотрел на подушку, которую все еще сжимал в руках. - Ты идиот, - сообщил Локи серьезно. И Том рассмеялся взахлеб, откидывая назад голову, а потом и вовсе уткнувшись в подушку, в очередной раз рискуя скатиться в полноценную истерику. А Локи спрятал лицо в ладонях. Он никогда не смеялся громко. И не разобрать было, что именно с ним сейчас происходит - плачет или смеется. Скорее всего, все сразу. И именно это удержало от истерики Тома - обнял его, притягивая к себе. Откинулся назад, укладывая на грудь, как совсем недавно укладывали его самого. Локи всхлипнул еще пару раз. Пробормотал со сдавленным смешком: - Идиот, - и затих. - Спишь? - спросил Том через какое-то время. - Нет, - ровно ответил Локи. - Локи… - Да? - Что ты отдал? Локи молчал, и Том объяснил, хоть и был уверен в том, что Локи и так все понял: - Что ты отдал Одину в обмен на тот парад? - Он не может контролировать мою силу, - тихо ответил Локи, и в голосе вновь сквозило то самое презрение, которое появлялось там всегда, стоило упомянуть имя верховного бога. "Как же тебе было тяжело...", - вновь подумал Том. А Локи продолжал. - Он боится ее. Мы заключили договор. Я… - чуть слышный смешок. - Я теперь никуда не денусь, Том. Я просто не могу. Никуда не могу отсюда уйти. Я больше не вижу троп… - Локи… - растерянно прошептал Том, чувствуя, как вновь становится трудно дышать и в очередной раз не понимая, как реагировать. Пытаясь не демонстрировать, что почти задохнулся, захлебнулся в нахлынувшей волне огромного облегчения: он больше не рассыплется в руках, превращаясь в дым. Не уйдет. Будет рядом. Но ему-то каково? - Есть возможность этот договор обойти? - деловито поинтересовался, как только восстановил дыхание. - Пока не вижу, - тихо ответил Локи и усмехнулся. - Я вообще теперь плохо вижу… "Очки купим", - неожиданно решил внутренний голос. - Постой, но тебе же было важно все то… Вот то, чего я не понимаю. Асгард-месть-трон… Локи вновь бухнулся на спину, забрасывая руку за голову, глядя в потолок. Сообщил задумчиво: - Я этого не говорил, а ты этого не слышал, но мне кажется, из Тора тоже выйдет неплохой правитель. - Но все равно, - Том попытался поймать рассредоточенный взгляд. - Это же… Это как в одной комнате тебя запереть. Без окон. Как в чулане. Как… - С тобой, - перебил Локи, все так же рассматривая оказавшийся не в пример интересным потолок. - Что? - не понял Том. - Не просто запереть в комнате. С тобой запереть в комнате. Это - совсем другое. - Но это же навсегда! Навсегда! Что будет, когда я… - Том оборвал фразу. Но Локи понял. И перевел наконец взгляд. И улыбнулся неожиданно мягко. Сказал неожиданно спокойно: - А ты не умрешь. Ты будешь жить вечно. Том смотрел в его глаза. Взгляд - изумрудный, острый. Легкая улыбка - контрастным мазком. Мятный запах - смысл жизни. Взмах ресниц. Локи. - Ты веришь мне? - спросил Локи. - Да, - соврал Том. Локи еще несколько секунд смотрел в глаза, улыбка стала шире: - Ты все-таки отвратительный актер. - Я? - удивился Том. И передразнил в очередной раз. - "Ло... ки". - Скажи еще раз, - потребовал Локи. - Ты - невозможный, - честно сообщил Том. И тоже улыбнулся. - Я - бог, - пожал плечами Локи. - Ты - бог, - согласился Том. И вместе с его словами в комнату ворвался невероятно яркий свет полуденного солнца, выглянувшего из-за облака и решившего в очередной раз напомнить Локи, что здесь - его дом. Охватило золотым сиянием, будто лицо схватило в ладони и порывисто поцеловало. И изумрудами полыхнули его глаза. Том мгновение любовался, потом - последовал примеру светила. Затемнение. Титры: Отдельная благодарность моим любимым женщинам из коммуналки. Самая отдельная - Такхизис. Спасибо всем, кто был с нами. От автора и участников процесса. Вы - лучшие! Без вас нас бы не было. Не расходитесь. Впереди, как обычно, послетитрия, парочка удаленных сцен и немного бонусов.