Le Pari

Шаг навстречу?

Гарри шел по размокшей дороге, со злостью впечатывая каждый шаг в ее глинистую поверхность. Он возвращался из Хогсмида, где был в одном из трактиров на свидании с Юлисом, поставив все точки над «i», оставив последнего в одиночестве. Неопределенность ситуации когтистой лапой сжимала сердце. Что там по этому поводу говорил Блейз? У него было право выбора: быть счастливым самому или видеть, как счастлив его бой-френд? В последнем случае оставался горький привкус ощущения, что он что-то упускал… Когда-нибудь Юлис почувствует это, и тоже будет страдать. Блейз… это такая проблема. А может, и нет. Может быть, он на самом деле неплохой парень. Может, в прошлом он был слишком увлечен слизеринцем, чтобы теперь достойно выдержать удар судьбы, а не бежать от нее без оглядки. Может быть… Да с хера ли! – взвился Гарри. – Или я сойду с ума, или все разнесу к чертовой матери! Кожаные черные брюки тихо поскрипывали при каждом шаге. Красная водолазка была слегка коротковата, оголяя тонкую полоску светлой кожи на талии, и узка, рельефно очерчивая натренированное тело ловца. Слишком яркая, как вывеска бара «Red» - идеального места, где можно было утопить свое горе в стакане огневиски или повеселиться от всей души. Ночной бар был переполнен посетителями. Больно много народу, - проворчал Гарри. – Я только на минуточку заскочу к Ирвину. – Гарри принялся пробираться сквозь разношерстную толпу к барной стойке. – Пф-ф-ф-ф… какого тролля я делаю? Блядь! Я только пропущу один стаканчик и выкурю сигарету… Потом сразу домой. Ох, Блейз… Если бы ты занудным тараканом не засел в моей голове, то ноги б моей здесь сегодня не было… Он с любопытством кинул взгляд на танцпол, со стороны наблюдая за танцующими. Один из веселящихся заметно выделялся из толпы. Издалека он напоминал Забини… …? Блейз? Блейз! От осознания очевидного, Гарри покраснел. Если не сказать большего – от неожиданности у него едва не отвисла челюсть. На слизеринце были стильные черные брюки, и по всему было видно – парень страдал от жары: рукава белой рубашки закатаны по самый локоть, три верхние пуговицы расстегнуты. Он танцевал в самом центре круга. Со стороны казалось, где бы Блейз не находился, все пространство, окружавшее слизеринца, принадлежало ему одному. Не отрывая взгляда от площадки… Гарри растворился в плавных движениях сокурсника. К одинокому танцору, покачивая бедрами, подошла яркая блондинка. Глубокий вырез декольте открывал на всеобщее обозрение пышную грудь. Гарри пожал плечами. «Сука!» - процедил он сквозь зубы. Блейз, полностью увлеченный танцем, развернулся и… вдруг увидел Гарри… Едва заметно улыбнулся. Гриффиндорец был более сдержан: чуть дернулись уголки рта, легкий кивок головы. Быстро, быстро! Вали отсюда, Гарри. Пора делать ноги! Ретировавшись к бару, заказал у Ирвина – очаровательного молодого человека - «Blue Bayou». Вытащил из кармана пачку сигарет, щелчком пальца выбил из нее тонкий цилиндрик, чиркнул зажигалкой. Но Блейз не собирался отпускать его просто так. Протиснувшись между танцующими, он присоединился к гриффиндорцу. По-кошачьи проскользнул к стойке, слегка переводя дыхание после энергичного танца, уселся напротив и радостно поприветствовал его: - Привет, Гарри! Гриффиндорец вздрогнул и покраснел. Единственное, что он едва смог выдавить из себя, это спросить, нет ли у Забини зажигалки, поскольку его приказала долго жить. Ухмыляясь, слизеринский плейбой вынул из кармана спичечный коробок и непринужденно чиркнул спичкой. Яркий огонек затрепетал в тонких пальцах Блейза. Наклонившись, Гарри прикурил сигарету, попутно бросив чуть слышное спасибо. Блейз улыбнулся – Гарри выпустил сизоватую струю дыма в сторону. Слизеринец с видимым удовольствием втянул носом сизый дым, приподнимаясь со своего места и опираясь локтями о барную стойку. - Крышесносно! Ты так не считаешь? - улыбнулся Блейз. - В любом случае, это классно! В ответ Гарри протянул початую пачку, приглашая присоединиться, но Блейз, покачав головой, решил, что ему достаточно выпивки, заказав себе «Кровавую Мэри». От сигаретного дыма у него першило в горле. Отличное начало, Блейз, браво! – улыбнулся себе слизеринец, развалившись на стуле. - О! Обожа-а-а-а-а-а-а-а-аю эту песню. Не могу удержаться на месте, когда слышу ее!.. – Гарри не обратил внимания на разочарование, мелькнувшее в глазах Забини. Затушив окурок в хрустальной пепельнице, он соскочил со своего места, взмахом руки приглашая Блейза присоединиться. Тот как бы нехотя покинул свое место и, покачиваясь в такт музыке, направился прямиком к Гарри, нарезая круги вокруг гриффиндорца. Гарри пытался проследить за его движениями, но не всегда успевал за действиями шатена. Гарри попытался подстроиться под движения Забини, не совсем понимая, куда тот клонит. Блейз спиной оперся о спину Гарри, пропуская свою левую руку между ними. Ладонь скользнула вниз и словно невзначай погладила ягодицы гриффиндорца. Слизеринец медленно развернулся, со спины обхватил Гарри за талию, сдержано дыша ему в затылок. Гарри невольно выгнулся, ощущая жар чужих ладоней. Сдерживая дыхание, он плотнее прижался к своему партнеру. Задержавшись всего на мгновение, Гарри слегка отстранился от него. -М-м-м-м-м… У меня кружится голова, Забини. Сохраняя дистанцию, слизеринец соблазнительно провел руками по своей груди, затем запустив пальцы в длинные волосы. Гарри был словно под гипнозом. Искуситель не остановился на достигнутом: запустив руку под рубашку, он не спеша потянул ее полы вверх, обнажая на животе тату, распаляя Гарри все сильнее и сильнее. Ловец почувствовал неприятную сухость во рту: Блейз побуждал его сделать первый шаг. Прикрыв глаза, змей продолжал ласкать свое тело, чувствуя нарастающее возбуждение льва. Наваждение длилось всего пару минут. Забини открыл глаза: его темные глаза поймали озорной блеск зеленых глаз. Развернувшись, Гарри прижался спиной к широкой груди Блейза, схватив того за руки и положив их к себе на бедра. Застонав от удовольствия, откинул голову назад, упираясь затылком в плечо партнера, и качнулся с ним в едином ритме. Приняв это за приглашение, слизеринец ринулся в наступление: провел правой рукой вдоль бедра гриффиндорца, а затем положил ее ему на грудь. Всхлипнув, Гарри подал вперед. - Останови меня, если я зайду слишком далеко… Иногда я растворяюсь в музыке… - Чувствуй себя как дома… - пробормотал Гарри. Осмелев, Блейз опустил ладонь на живот гриффиндорца. Задержавшись на уровне пояса брюк, скользнул за ремень, лаская большим пальцем его пупок. Горячее дыхание шевелило темные волосы, щекоча шею парня. Ему захотелось узнать – каков он, поцелуй ловца? Интуитивно, Гарри повернул голову. Губы оказались так близко…Змей опустил руки на бедра льва. Изумруды тонули в призывной глубине оникса. - Ты… Ты только не подумай ничего такого… Забини провел ладонью по взлохмаченным волосам. Его пальцы заметно подрагивали. - Гарри… есть кое-что, чего я действительно хочу… но… - Я не могу… Я не смею даже обнять его. Это так глупо, меня никогда не смущали подобного рода вещи! Прикусив нижнюю губу, он явно замешкался с ответом. Гриффиндорец приложил палец к губам своего спутника. - Тс-с-с-с-с, - прошептал он. Блейз был немного выше Гарри, и последнему пришлось приподняться на цыпочках, потянувшись за поцелуем. Нежное объятие… Легкое касание губ… Гарри скользнул языком по губам Блейза, вызывая ответную реакцию. Слизеринец вздрогнул. Опустив руку на затылок Гарри, он нежно, не торопясь ответил на поцелуй, будто смакуя экзотическое, но такое притягательное лакомство. Замерев всего на мгновение, в следующую секунду Гарри буквально набросился на него: руки гриффиндорца заскользили по телу визави – одна скользнула под рубашку, другая легла на упругий зад парня. Блейз выгнулся от жарких прикосновений львенка. Свободная рука скользнула по спине гриффиндорца вверх и властно вплелась в его волосы. Когда дыхание перекрылось на грани потери сознания, они, жадно ловя воздух, отстранились друг от друга. Гарри улыбался и вновь потянулся за поцелуем, невольно отираясь бедрами о Блеза. Забини, опустив руки на бедра Гарри, слегка сжал пальцы, даря нехитрую ласку сквозь ткань брюк. Ловец застонал от удовольствия. Оторвавшись от соблазнительных губ, переведя дыхание, Блейз переключился на шею Гарри, покусывая и тут же зализывая укусы на тонкой коже. Лев вскрикнул, из его горла вырвался хриплый рык. Улыбнувшись, змей передвинулся чуть ниже, быстро скользя умелым языком по ключице, «украшая» красными бутонами тело гриффиндорца. И чем болезненней был укус, тем сильнее вскрикивал Гарри. Жадные губы змея вновь вернулись к губам льва. Буквально в нескольких сантиметрах от них Блейз прошептал: - Теперь ты мой… Гриффиндорец не смог сдержать широкой улыбки. В темных глазах напротив поблескивал дьявольский огонь. Властные губы накрыли покорные… Гарри качнулся навстречу, вплетая пальцы в длинные волосы Блейза, еще больше углубляя поцелуй. Спустя о-о-о-о-очень долгое время они оторвались друг от друга. - Ты утолил мой голод, Гарри, - прошептал Блейз, поглаживая пальцами лицо гриффиндорца. – Но при этом иссушил меня до дна! - О-о-о-о… Как я умудрился? – невинно-фальшиво удивился Гарри. Нагнувшись вперед, слизеринец уперся лбом в лоб Гарри. - Я сейчас умру от жажды, - пробормотал он, прерывая каждое слово поцелуем. - Пойдем, заберем наш заказ. - Как скажешь, босс! Бармен поставил на стойку их коктейли. Подхватив их, Блейз направился к свободным столикам бара. Выбрав самый дальний в темном уголке зала, усаживаясь на широкий диван, поставил на столешницу оба бокала. Гарри расположился напротив в небольшом кожаном кресле, как бы невзначай сообщил, что когда он приходит в «Red» в чем-нибудь красном, то всегда выбирает именно этот столик. Во-первых: этот столик находится далековато от центра, и поэтому редко бывает занятым. Во-вторых – именно отсюда открывается замечательный обзор на танцпол. Усмехнувшись, Блейз подметил, что его друг предпочитает наблюдать, чем действовать. - Любой танец говорит намного больше любых слов. В движении тело не способно солгать, это видно невооруженным глазом, в то время, как любые речи… Перегнувшись через стол, слизеринец схватил за руку Гарри и прошептал: - Мое тело говорит, что скучает по тебе… Потянув за собой молодого человека, он усадил его рядом с собой, а потом одним резким движением перекинув ногу через его бедра, уселся на колени Гарри, откинувшегося на широкую диванную спинку, сдерживая сбившееся дыхание в предвкушении удовольствия… Поцелуй в щеку… шею... дорожка по скуле… и вот жадные губы терзают, пожирают приоткрытый рот. Гарри скользнул руками под рубашку Блейза, опуская ладони все ниже и ниже, пока пальцы не протиснулись под пояс брюк. Раздался тихий стон. Поощряя дальнейшие действия, Блейз взял за руку гриффиндорца, опуская ее ниже на ягодицы. Гарри начал не спеша массировать их. - Ты сводишь меня с ума, - прошептал Гарри, глядя на распалившегося Блейза. - Надеюсь… Ты не сочтешь меня слишком торопливым?.. – спросил слизеринец, посасывая мочку уха львенка. - Нет-нет. НЕТ! Я и представить себе не мог, что когда-нибудь это произойдет. - Ты хочешь сказать, что ожидал нечто подобное? Гарри покраснел. - Блин… Почти два года… Ну… Ты нравился мне (Блядь! Да я хотел тебя!) - Я помню… - прошептал Блейз, лаская волосы Гарри. – Я думал, что ты вьешься вокруг меня, словно муха вокруг меда… - Придурок. Вокруг меда кружит пчела, а не муха. Муха летает вокруг нечто иного, - гриффиндорец рассмеялся, наблюдая обидчивость слизеринца. Сжалившись, Гарри проворковал: - Тогда… кто я? Маленькая пчела или гадкая муха? - Ты милая маленькая пчелка… - прошептал Блейз, целуя его. - А люблю… собирать твой нектар. - … И я люблю, когда ты собираешь, - простонал слизеринец. - Ах, ты-ы-ы-ы… сволочь! Забини расстегнул пуговицы на своих брюках и, прижав ладонью руку Гарри, лежащую на его ягодицах, промурлыкал тому на ушко, что тот многое еще не видел. Потянув руку вниз, просунул ее под резинку своих боксеров, и Гарри шумно выдохнул, почувствовав ладонью мягкость кожи. Блейз выгнулся от желания. Немного погладив, лев всадил в него свои когти. Оба мага качнулись, пьяные от желания. Блейзу хотелось заняться любовью. Здесь. На этом диване. В этом ночном кафе. Но он боялся вспугнуть партнера. Гарри хотел Блейза… Сколько раз он предавался мечтам, желая попасть в такую ситуацию? Но сейчас все было по-настоящему. И он решил получить все, что возможно. Он слишком долго ждал. Шепотом Гарри попросил Блейза немного отодвинуться. Едва слизеринец отстранился, Гарри воспользовался моментом, чтобы расстегнуть свои брюки. Слегка замешкав, Блейз поинтересовался: - Ты уверен, Гарри? - Более, чем… Его тело пылало. Он жаждал прикосновений Блейза. Ему хотелось, чтоб слизеринец покрыл его тело поцелуями… - Ты меня возбуждаешь, Блейз. – Гарри прижался к нему всем телом. Этого было достаточно, чтобы слизеринец начал действовать. В глазах сверкнули яркие искры. Рука от шеи до бедра скользнула вдоль тела и погладила внутреннюю часть бедра Гарри, приближаясь и ложась на заметную выпуклость последнего. - Давай же! Это прозвучало, словно львиный рык. Не отрывая от Гарри взгляда, Блейз по-кошачьи соскользнул с его ног и опустился на колени. Хищная улыбка скользнула по губам. В зеленых глазах мелькнули вспышка откровенности. Смешавшись, Гарри едва выдавил из себя: - Что ты… Немым ответом Забини стал рывок брюк партнера вниз. И Гарри, прикрыв глаза, выдававшие его похоть, выдохнул: - Отсоси мне, Блейз… Пожалуйста… Блейз принялся рукой поглаживать его член, увеличивая давление. Гарри застонал. Едва он запустил пальцы в длинные пряди брюнета, Блейз стянул с него нижнее белье. Теперь Забини не видел перед собой никаких преград. Склонившись, он провел языком по всему члену Гарри от основания до головки, прежде чем полностью вобрать его в рот. Очумев от удовольствия, Гарри сжал в кулак руку у самых корней волос молодого мага. Другой вцепился в кожаную обивку сиденья, поймав похотливый взгляд Блейза. Он двигался медленно, вырывая каждым своим движением стоны любовника. Минет в исполнении Блейза можно было сравнить с поэмой: игра языком, нежное покусывание, умелое посасывание… Гарри задыхался. Обведя языком возбужденную плоть еще раз, Блейз выпустил ее изо рта, чтобы немного поиграть с головкой. - Соси! – приказал Гарри. Легким укусом Блейз довольно внятно дал ему понять, кто из них на данный момент является хозяином положения. Продолжая наслаждаться игрой, он вновь взял его в рот. Гарри всхлипнул и выгнулся дугой, двигаясь навстречу. Свободная рука слизеринца оставляла на коже любовника глубокие красные царапины, наслаждаясь поистине животным контактом. Опьянев от желания, Блейз вонзил ногти в бедро ловца. Тот дернулся и застонал от нетерпения. Ему нравилось это полузверство. Водопад непередаваемых ощущений: давление языка на член увеличилось, прижимая его к небу. Гарри больше не мог себя контролировать. Он взревел: -О-о-о-о-о-о-о-о-да-а-а-а-а!.. Слизеринец увеличил натиск, все глубже вжимая ногти в кожу, слизывая и глотая сперму, неровными струями бьющую в его горло. - Блейз… Блейз, это… че-е-е-ерт… Нажим стал еще мощнее, словно поощрение. - Блейз! Блейз! БЛЕ-Е-Е-ЕЙ-И-И-И-И-З а-а-а-а-а-а! Тело дрожало и билось в конвульсиях, из надорванного криком горла Гарри вырвался протяжный хрип. Он продолжал толкаться в рот любовника, который лихорадочно и чрезмерно возбужденно жадно глотал сперму. Гарри ловил ртом воздух, пока Забини медленно вылизывал головку его члена. - О-о-о-о-ох… О-О-О-ХХ! – простонал Гарри, перебирая пальцами длинные пряди Блеза, пряча за прикрытыми ресницами влюбленный взгляд. Блядь! Это было словно… Гарри понемногу успокоился. Он не ожидал такого от Блейза. Краснея, он, выдавив из себя подобие улыбки, тихо поблагодарил слизеринца. Блейз поцеловал глубокую рану, оставленную своими ногтями на бедре львенка. Помог поднять одежду, которую в диком порыве срывал несколько минут назад и, встав с колен, сел рядом с Гарри. - Прости, что поранил тебя, - извинился Забини. Гарри лишь улыбнулся. - Ну, что тут скажешь! Теперь я отмечен тобой! – сказал он, чуть приподнимаясь, показав глубокие царапины, вокруг которых наливался большой синяк - вот тут-то Блейз чертовски испугался: он был настолько огромен, что еще не скоро сойдет с тела ловца. – Тебе стоило оставить побольше опознавательных меток: «Собственность Блейза Забини». Гриффиндорец грустно усмехнулся собственной шутке. А что ему еще оставалось делать? Минет в первый же вечер… Невероятно! Невероятно? В… первый же вечер? Ох… - Зеленые глаза подернулись темной дымкой. Он нахмурился. - Не плачь, только не заплачь. Обеспокоенный резкой сменой настроения друга, Блейз, обняв Гарри за плечи, прижался к нему и спросил, что случилось? Блейз, должно быть, подумал, что я веду себя, как последняя шлюха. – В глазах стояли непролитые слезы. - Ничего. Все в полном порядке, - прошептал Гарри, прежде чем, не выдержав, уткнулся ему в плечо, не в силах совладать с собой. Блейз коснулся тыльной стороной ладони мокрой щеки, стирая слезы. - Что ж, коли так… Скажи мне, что тебя так взволновало… - Ты… Ты, наверное, подумал, что я… Такой доступный! – Гарри, пряча лицо, уткнулся в ладони. Слизеринец, прижимая его к груди, ненавязчиво гладил по взлохмаченной голове ловца. Но этот обыденный жест не мог успокоить парня. - Обычно я никогда такого себе не позволяю,- пробубнил он. - Конечно, нет… И, знаешь, я думал про себя точно так же, если тебя это утешит… Кроме того, мне кажется, что все вокруг считают меня блядью. Гарри поднял голову, смахивая с ресниц слезы. - Не говори так, Блейз. Судорожно вздохнув, Гарри склонил голову на плечо друга. - Обними меня. - Ты невероятен, - прошептал слизеринец, заключая Гарри в кольцо сильных рук. - Ты тоже. И ты не блядь, запомни. - Если б я мог сказать правду, - прошипел сквозь зубы Блейз. – Блядство, я влип по самые яйца. Я хуже самой дешевой портовой проститутки. Я – игрушка. Манипулятор. Как я могу открыть ему правду? - Знаешь, - прервал его размышления Гарри, - это как в той песне «ll Fly with You»: рядом с тобой мне все по плечу. Неважно, что у тебя было в прошлом. Настоящее – вот что имеет значение. - Полагаешь, что настоящего вполне достаточно? Но… что, если прошлое преследует меня? – Мое очень близкое прошлое, которое является моим настоящим и моим ближайшим будущим: Малфой. - Тогда… Avada Kedavra! Слизеринец рассеяно кивнул головой, соглашаясь, что предложение весьма не дурно. Погруженный в невеселые думы, он не заметил, как Гарри верхом устроился на его коленях и, обнимая, уткнулся носом ему в шею. Расслабившись, Блейз растворился в его объятиях. Мерлин, мое сердце сейчас разорвется. Это неправда! Этого просто не может быть! Я не могу влюбиться в него! Только не в НЕГО! Слизеринец пропал, попав в свою собственную ловушку. Впервые он не знал, что делать. В порыве честности, он попытался очернить себя в глазах ловца. Не влюбляйся в меня, Гарри… - Я доставлю тебе кучу неприятностей, Гарри… Я – извечный источник проблем. - Ты хоть представляешь, кому ты это говоришь? Перед тобой генератор проблем! Не веришь? Можешь спросить у моих друзей! Блейз даже не улыбнулся. Озадачившись, львенок примолк. Я…Я просто мальчик на одну ночь? Правильно? Именно это он мне пытается сказать? Громко вздохнув, слизеринец переплел свои пальцы с пальцами друга. - Ты… Ты думаешь, что у нас возможно совместное будущее? – осмелился спросить Блейз, краснея. - Да… Разве… Разве нет? - Хотелось бы… - вздохнул слизеринец. Гарри нахмурился. Что Блейз имел ввиду? Инстинктивно он напрягся, готовясь к худшему. Блейз посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся. - Нет, я просто уверен в этом. Гарри, ты хочешь пойти со мной? Я имею в виду… реальные отношения. Просто… ты и я? Впервые за много лет Блейз Забини, развратник и соблазнитель без каких либо моральных принципов, испытал страх. Страх быть отвергнутым. Он не мог дышать. Казалось, что сердце тоже замерло. Давай же, скажи «да!». Он застыл в длительном ожидании. Хотя ловец ответил практически мгновенно, для опытного ловеласа секунды показались часами. - Да-а-а-а-а! Брюнет судорожно вздохнул, и сердце вновь заработало в привычном ритме. Осторожно взяв Гарри за подбородок, он поцеловал его уже как своего бой-френда. Тем хуже для Малфоя. Я исполню обещанное в условленный срок, и пусть он сдохнет, я же буду наслаждаться своим маленьким львенком. Хотел бы я рассказать ему обо всем, и он поймет… Наверное… Может быть? - Слышишь… - прошептал Гарри. - Что? - Я люблю тебя, Блейз. - Мой львенок… Ты слишком мил. - И слишком доволен тем, что теперь являюсь твоим парнем! - Правда? Почему это? – поддразнил его слизеринец. - Ты слишком ярок, - усмехнулся Гарри. – И безумно хорош! - Я рад быть твоим парнем… - Ах, да? Почему? - Потому что ты очень знаменит! – подмигнул Блейз. - Ты знаешь, моя тайная любовь, о которой я говорил вчера, это – ты. Это плохо?.. Но слизеринец не у спел ответить: Гарри снова стал сам собой – непрерывный поток слов сам собой выходил из него с удивительной скоростью. Он поведал о своей - АХ! – самой страшной тайне: он предпочитал одеваться в том самом магазинчике в Лондоне, - что иногда до бешенства злило Юлиса, - приводя все тот же гриффиндорский аргумент: «Хиппи никогда не наденет новую одежду. Только подержанный товар!» - Так ты хиппи? – хихикнул Блейз. - Неа-а-а-а-а, но мне нравилось доводить его! Скажи, я тебе понравился… в коже? - Еще-е-е-е бы, так бы и изнасиловал на месте, - мурлыкнул Блейз. - А… точно! Я не ложусь в постель в первый же вечер. Меня еще стоит заслужить, молодой человек, - усмехнулся Гарри, ведя себя словно подросток после первого поцелуя. - Не волнуйся… Я знаю, как очаровать тебя. Между тем… Уже сам факт того, что я могу коснуться твоей руки, переполняет меня. И Блейз целомудренно погладил руку Гарри. - Не её ли ты гладил всего минуту назад. -Да? Я задумался, прости, - тихо засмеялся Блейз. И гриффиндорец вновь продолжил свой монолог… … Наверное, Амбер будет рада за них обоих. Ведь в той благотворительной акции они участвовали вместе. Блейз тут, Блейз там. Она сначала была такой милой, а потом вдруг стала очень раздражительной. Не умолкая ни на минуту, Гарри сменил тему. Ему было стыдно, что он с подозрением и недоверием относился к слизеринцам. Ведь среди них встречаются смелые и честные. Ой, а какие это были пирожные! Объ-е-де-ни-е! Как соорганизатор акции и капитан квиддичной команды он попробовал все пирожные. И Блейз по праву стал победителем! В основном были сделаны лимонные пироги. Меренги таяли во рту. Но разве у Блейза было время на их приготовление? Нет, он делал мадлены, а не какие-то там кексики… Блейз открыл, было, рот, в надежде сказать, что это была первая в его жизни выпечка, не то что делать что-то более сложное, в конце концов, он не какой-то придорожный трактирщик… но разве можно было пробиться сквозь поток красноречия? Возможно, Гарри был опоен зельем Болтовни? Нет… похоже, это его естественное состояние… Мерлин, Гарри, если бы такое зелье существовало в природе, ты бы определенно довел своего собеседника до самоубийства, - вздохнул слизеринец, пытаясь повернуть разговор в нужное ему русло. То есть, на тот момент, где они остановились. Но, нет, растрепанный болтливый львенок на его коленях уже вещал о чем-то другом: - … но это не являлось веской причиной игнорировать или следить за тобой. Я действительно вижу зло везде, когда речь идет о вашем серпентарии! - Ответь, какую ты использовал возможность, чтобы подцепить мою задницу, а?! И, кстати, да, змеи частенько оправдывают свою репутацию, так что лучше быть осторожным… Вот оно, искусство попадать в лапы Забини. Блейз, крепче обхватив Гарри за талию, устроился поудобнее. Опустил руки на его ягодицы, потерся кончиком носа о его нос, а затем мягко поцеловал. Ему нравился тихий шорох кожаных брюк Гарри. Он не смог удержаться от соблазна: свободной рукой он вновь начал поглаживать бедро парня. Тот тихо застонал.Это та-а-ак прекрасно целоваться с ним, чувствуя прикосновения. Должно быть, он… Твою мать, от его рук жар разливается по всему телу, я не могу здраво мыслить… Гарри мысленно усмехнулся, чувствуя заметно-ощутимое возбуждение Блейза. Слизеринец мягко разорвал поцелуй. Чувствительно облизал губы. Его глаза сверкали, а голос был хриплым. - Гарри, если ты действительно хочешь, чтобы я оставался джентльменом, то тебе не следовало так сильно прижиматься ко мне… По крайней мере, своей очаровательной попкой! - Мне нравится быть близко к тебе… Мне нравятся твои прикосновения, и я не люблю никакие пошлые разговоры о сексе! – влюблено ответил гриффиндорец. Вместо ответа Забини еще крепче прижал его к себе, словно хотел слиться с ним, превратившись в одного человека с телом Блейза и душою Гарри. - Не волнуйся. Я умею быть терпеливым. Я пошутил. Дикая страсть погасла в темном взгляде, уступив место нежности, граничащей с азартом, возрождая в них что-то доселе неведомое. Терпение. Львенок воспринял это признание весьма игриво, пообещав на всю катушку использовать терпение своего любовника. Последний пожал плечами. - Ты сломаешься быстрее меня, - безапелляционно заявил он, лаская спину Гарри. – Скоро ты будешь умолять меня, чтобы я занялся с тобой любовью. Тот вздрогнул. Сама идея заняться любовью заставила смутиться. Зато с его помощью в глазах слизеринца плотские утехи выглядели теперь в совсем ином цвете. Не трахаться. А заняться любовью. Заняться любовью… Какие прекрасные слова, впервые Блейз имел в виду именно это: заняться любовью. Ему хотелось кричать от радости, но невинная фраза, словно острый кинжал, вырвала его из задумчивости. - Держим пари? Гриффиндорец хихикнул. Но тут же приложил к его губам палец, не позволяя ответить. И не заметил, как в глубине темных глаз поднимается чернота. Резкая перемена настроения Блейза заставила Гарри попытаться быстрее успокоить его. - Эй! Забудь. Я просто пошутил! - Ненавижу пари. - Ты прав. Я никогда не стал бы спорить с тобой. Я никогда не иду на спор, если не уверен в выигрыше. - Но… знаешь, иногда ты бываешь уверен в стопроцентной победе, когда вдруг судьба делает крутой поворот, меняя весь расклад. И в этом мало приятного, - произнес Блейз, пропуская через пальцы волосы Гарри. - Я хочу, чтобы ты знал кое, что… Я очень дорожу тобой, львенок. - Я не хочу потерять тебя. - Я тоже дорожу тобой! Ты отдаешь себе отчет: я пришел сегодня сюда, чтобы отпраздновать свое одиночество, в итоге обзавожусь другом! Да еще каким другом! - Твое одиночество? - Да! Мое одиночество, сэр. Чуть погрустнев, Гарри объяснил, что нынче в полдень он расстался любовником. Блейз не знал, что думать: плакать или смеяться. Но за все, что произошло с Гарри, он чувствовал на себе ответственность. - Смеешься надо мной? – усмехнулся Гарри. – Ты нагло флиртуешь со мной, полагая, что я все еще с Юлисом, а потом вот так просто отсасываешь мне. - Да… но только потому, что мне этого хотелось. Да и тебе тоже… Или я ошибаюсь? Нет, Блейз не ошибся. Но он не позволил бы себе столько вольностей, если бы до сих пор оставался с Юлисом. Но последние дни он действительно хотел Блейза. И всякий раз отступал. В любом случае, это было бы не честно по отношению к его любовнику. Улыбаясь, Блейз ласково потрепал его по щеке. - Это то, что мне действительно нравится в тебе… Ты очень честен. И… прямолинеен. Настоящий глоток чистого горного воздуха! - Просто я знаю, что правильно, а что нет, - парировал Гарри. - Это умно, мистер Поттер. Упивайся своей властью надо мной! Гарри намотал длинную прядь Блейза на указательный палец, затем распустил ее и вновь намотал. - Ты так красив… Похож на кукольного мальчика, - прошептал Гарри восхищенно. Блейз усмехнулся, а Гарри продолжал: - Иногда ты кажешься мне нереальным. Однажды ты стоял под лучами солнца – это было великолепно. От тебя исходило сияние. Ты весь лучился. - Спасибо, - тихо отозвался Блейз. - Я часто говорил себе, что в день твоего рождения не феи кружили над твоей колыбелью. - А кто? – спросил Блейз. - Ангелы. Гарри не заметил, как легкая дрожь скользнула по телу его партнера, он просто продолжал говорить: - Один одарил тебя сладкими губами. Другой - великолепными шелковистыми волосами… Третий ангел дал тебе темные как ночь глаза, словно чернила, чтобы ты мог слагать длинные поэмы. Последний ангел наградил тебя гладкой кожей, к ней можно прижаться, чувствуя ее тепло. Ты мой ангел. Блейз был взволнован таким признанием. Нежная улыбка играла на его губах, когда он кончиками пальцев касался губ Гарри. Затем он тронул их губами, и они обнялись, прижавшись друг к другу так тесно, словно боялись разрыва друг с другом. Да. С Гарри все обыденные вещи действительно смотрелись по-другому. Слизеринец запустил свои пальцы в волосы Гарри. Уткнувшись лицом в шею гриффиндорца, он едва слышно прошептал: - Впервые в жизни я хочу позаботиться о ком-то… Нежно любить… Ласкать… Укачивать возле своего сердца… Теплая слеза обожгла шею гриффиндорца. Приподняв за подбородок голову Блейза, Гарри подушечкой большого пальца смахнул каплю с его длинных ресниц. - Не надо плакать… - Это не слезы, - выдохнул Блейз. – Это растаяло мое ледяное сердце… - Прекрасная новость. - Да, - согласился Забини, и улыбка осветила его тонкие черты. Яркий блеск изумрудов слегка угас. Стоит ли им скрывать свои отношения? Блейз предпочел бы ответить «нет», но, возможно, в данный момент лучше скрыть это. Мне нужно сначала решить все проблемы с Драко,- размышлял Забини. Ловец попытался скрыть свое разочарование за шутками, но срывающийся голос выдал его с головой. - Тебе придется подождать меня некоторое время, прежде чем ты заполучишь меня целиком, - сказал он. – Только так! - Это не серьезно, - возразил слизеринец. - Я дам тебе…(Гарри сделал вид, что задумался) три месяца! Вот ваше наказание, мистер Забини. - Я подожду, пока ты будешь готов… Даже если на это понадобиться десять лет, я буду ждать все десять. - Десять лет? Ой, но, для меня это слишком до-о-олго! - Тогда пусть все идет своим чередом. Как ты считаешь? - Блейз был согласен на все. Однако у него в запасе оставалось всего три недели. Конечно, Гарри просто развлекался, предложив три месяца чисто от фонаря. Ситуация накалялась все сильнее и была для Блейза, словно ком в горле. - Вот уж нет. Как-то ж я должен наказать тебя! - Делай что хочешь… - вздохнул Блейз. - Я упрямый. Иногда становлюсь сущим ребенком! - Мне нравится, когда ты дурачишься. - Даже с безобразной желтой шляпой? М-м-м-м, я мог бы наказать тебя по-настоящему. Либо ты появляешься в школе в этой дурацкой шляпе, либо… Мы не будем скрывать наших отношений. Настроение у Гарри резко упало. - Нет, блядь, это какой-то дурацкий дебилизм, - горько заключил гриффиндорец. - Да нет, не такой уж это идиотизм – только вопрос времени… Прошу, дай мне немного времени. - Хм… Я всегда подозревал, что у змеенышей не все так гладко. Они лестью вотрутся к тебе в доверие, чтобы потом укусить. - Это точно, - мрачно подтвердил Блейз. - Я ничего не скажу. Никому. - Обещаю тебе, это не продлится слишком долго… Не успеешь сказать «квиддич», как мы вместе за одним столом будем завтракать в Большом зале. Гарри скороговоркой произнес : - «Квиддич!», но ничего не произошло. В зеленых глазах полоснула боль. Тогда Блейз тихо попросил: - Гарри… поцелуй меня, пожалуйста. Если можно заниматься любовью только через поцелуй, то два мага в этот вечер занимались именно любовью. У этого поцелуя был вкус любви, с большой щепоткой страсти, существенно сдобренной мягкостью. Поцелуй завершился. Вздохнув, Гарри поинтересовался, могут ли они встретиться в ближайшее время? Можно отправиться в Лондон и весело провести время, нет? Да, конечно! Поход в парк развлечений, кино, концерты, каток. В этот раз Гарри не собирался проигрывать. Гарри потерял счет времени, когда внезапно его взгляд упал на часы. - Твою ж мать! - воскликнул он, подпрыгивая на коленях Забини. - Уже так поздно! Блядь, я ни за что не встану завтра рано утром… Хотя это уже не имеет значения. - Тогда собираемся? – Блейз был разочарован, но вдруг его лицо прояснилось. Идея! – А завтра вечером я приглашу тебя в ресторан. Идет? - Убеди меня остаться, и я останусь, - хихикнул Гарри. - Это будет не вполне разумно… и мне тоже нужно завтра рано встать. - Это ты-то разумен? - Хитро прищурился Гарри. - Я –нет, но ты… да. - О-о-о-о! И ты поверил в эту наглую ложь? Не знал, что ты так наивен. Гарри прижался к Блейзу, вдыхая аромат его парфюма. Я не могу переспать с тобой, даже если сдохну сейчас от передоза спермотоксикоза… прости… В свою очередь Блейз, обняв, нежно гладил его по волосам. Он не кривил душой, когда говорил, что ему достаточно просто держать гриффиндорца в своих объятиях, пусть многим не очень была б по вкусу такая перспектива… Поцеловав в лоб, он мягко оттолкнул его от себя: - Иди, тебе пора. Гарри застонал. Но Блейз не думал отступать. - Завтра мы сходим в пиццерию, а потом проведем вместе столько времени, сколько тебе захочется. Идет? - Ням-ням! – воскликнул львенок, облизываясь. - Да! Вполне! Блейз осторожно спихнул его с колен. Ругаясь сквозь зубы, Гарри неохотно поднялся. - Дуй в кровать и быстро спать. Или ты предпочитаешь завтра свалиться со своей метлы и сломать ногу, вместо того, чтобы провести вечер вместе со мной? - Знай, что Гарри Поттер НИКОГДА не упадет с метлы, - улыбнулся ловец. - Быстро в койку, негодный мальчишка! – Блейз сопроводил свои слова довольно болезненным шлепком по заднице. - Эй! Я не противный! – воскликнул Гарри, отскакивая назад. Пожав плечами, Гарри добежал до гардероба, где от всей души чмокнул в щеку девушку, подавшую ему куртку. Все это время Блейз неотрывно следил за ним взглядом. Это словно проклятие, Блейз. Ты должен заполучить его как можно скорее, - сказал он сам себе. Не выдержав, он рванул за ним следом. Снаружи Гарри немного замешкался, прикуривая сигарету, когда сзади громко хлопнула дверь. - Ни хрена себе! Не думал, что ты проводишь меня! Хорошо, давай попрощаемся здесь. Вынув из кармана маленькую метлу, достав волшебную палочку, произнес заклинание, и она приняла свой первоначальный вид. Не торопясь оседлал ее. Гарри не стал предлагать Блейзу прогуляться вместе, поскольку тот был слишком легко одет для полета. Во всяком случае, слизеринец еще долго не примет любезное приглашение гриффиндорца полетать вместе. Ему вполне было достаточно последнего раза. Чиркнув спичкой, он сделал глубокую затяжку, выпуская в ночное время сизую струйку дыма. - А мой поцелуй на прощание? - удивился Блейз. Гарри опустил метлу на землю, стянул перчатки и шагнул к слизеринцу. Поднявшись на цыпочки, обвил руками шею Блейза. - Увидимся завтра… - прошептал он. - До завтра, львенок, будь осторожен! Гриффиндорец уверенно обхватил руками отполированное древко метлы, оттолкнулся от земли и на огромной скорости взлетел в ночное небо. Курить во время полета… Браво, мистер Святой Поттер! Блейз вздрогнул от пронизывающего холода, но ничего не мог с собой поделать, кроме как думать о Гарри. Эти мысли согревали его сердце. Он возвратился обратно в бар, не в состоянии скрыть глупую улыбку на лице.