Le Pari

Мистер Грей, пикник на обочине и время «Ч»

Жители Лондона по праву считали Гайд-парк зелеными легкими города. Воскресный день в середине октября выдался особенно теплым и приятным. Многие пары, идущие рука об руку, неспешно прогуливались по желтым аллеям, наслаждаясь красотой вековых деревьев и раскидистых кустов. Среди отдыхающих можно было заметить красивого молодого человека, с обожанием разглядывающего парня, пускающего мыльные пузыри… в форме звезд. - Посмотри, Блейз, как здорово! – воскликнул молодой человек, тряхнув растрепанными волосами. - Ага, получилась ничуть не меньше, чем твоя, - проворковал слизеринец, разворачивая его к себе лицом. Он задумчиво провел рукой по оранжевой звезде, украшавшей футболку – как всегда, слишком обтягивающую! – гриффиндорца, и коснулся легким поцелуем смеющихся губ. Блейз был рад, что его подарок – «Новинка! Мыльный пузырь – по твоему желанию!» - понравился Гарри. Парни медленно поднимались вверх по извилистой тропке, пока не увидели огромный круглый рекламный щит, сверкающий гирляндой огней, возле Кенсингтонского сада около статуи Питера Пена. Ярмарочные торговцы, воспользовавшись погожими деньками Бабьего лета, царившего в Англии, вовсю развели бурную торговлю. Гарри буквально уломал Блейза сходить посмотреть. Он обожал ярмарки. Вскоре они стали обладателями сладкой ваты: Гарри - белой, Блейз - розовой. От гонки на старых машинах Блейз благоразумно отказался, хотя Гарри, прыгая, вокруг него, словно десятилетний ребенок, пытался вовлечь друга в авантюру. В место этого, к обоюдному согласию, они направились побродить по дому с приведениями. Настоящих призраков катастрофически не хватало, вместо этого дом был полон жутких манекенов уродливых троллей, что привело в неописуемый восторг юных магов. Потом Гарри уговорил Блейза прокатиться на Американских горках – не слишком крутых, скорее их уменьшенной копии, но все равно достаточно высоких для парня, боящегося высоты. Однако слизеринец, пряча улыбку, согласился сопровождать Гарри. - Я делаю это только потому, что хочу, чтобы ты всегда любил меня. И чтобы одарил тысячью поцелуев за то, что я такой милый, - честно признался он, совершенно позабыв об идиотском споре. - Ой, да ладно тебе! Меня не проведешь! – хохотнул Гарри, но тут же виновато добавил: - А еще ты хочешь меня – давай будем честны друг с другом, у меня просто идеальное тело, - и когда ты получишь его, то оставишь меня… без сахарной ваты, Американских горок, заберешь все свои подарки… противный! Обойдешь все рестораны, куда водил, и пришлешь мне все счета! Блейз рассмеялся. Притянул львенка к себе и прошептал: - Знаешь, малыш, когда я заполучу твое роскошное тело – не стоит скрывать… у тебя безупречное тело, - я буду так увлечен, что и дня не смогу обойтись без тебя. Что бы ни случилось, - добавил он, целуя покрасневшего друга. Тем не менее, они прокатились на Американских горках: Гарри выл и кричал от восторга, когда в то же время Блейз, вцепившись в поручни мертвой хваткой, настоятельно молил Мерлина, чтобы весь этот ужас закончился как можно быстрее. А потом твердо и уверенно отказался от захода на второй круг, переключив внимание Гарри на тир. Смысл заключался в следующем: нужно было мастерски сбить как можно больше банок всего тремя выстрелами. Главным призом – десять сбитых банок – был… хм-м-м-м… плюшевый лев. Усмотрев в этом знак свыше, Блейз заявил, что он, как гордый рыцарь в сияющих доспехах, сделает все, чтобы заполучить трофей для своей прекрасной дамы. При одной только мысли, что ради него великолепный мужчина вступит в схватку со львом, Гарри радостно хлопнул в ладоши. В своих мечтах он уже видел величественного льва новым талисманом квиддичной команды красно-золотистых. Блейз взял три пули и попросил выставить мишени. Сосредоточившись, чувствуя влюбленный взгляд гриффиндорца, выстрелил… пуля пролетела в двадцати сантиметрах от цели! Гарри хмыкнул, только усилив разочарование слизеринца. Но тот с юмором вышел из положения. - Хм, это только начало, - Блейз расправил плечи. – Я не успел разогреться… - Ну-ну, - хмыкнул Гарри. – Грошовое успокоение. В прочем, для него совершенно не имело значения, выиграет Блейз или нет. Уже только этого было достаточно, чтобы сделать его счастливым на несколько дней или месяцев, а может и на годы! Но слизеринец, во что бы то ни стало, хотел сделать подарок Гарри! Он сосредоточился не на жизнь, а на смерть. Если бы взгляд умел убивать, то сейчас каждая банка была бы пробита насквозь… но руки не особо слушались хозяина, и он упустил вторую попытку! Взрыв смеха Гарри вывел Забини из ступора. Не может быть все так плохо! Какое унижение! Тем более перед Гарри! Гриффиндорец был счастлив - Блейз не хотел обмана при помощи магии, он предпочел добиться успеха – или неудачи – собственными силами. Уж лучше достойно отказаться от плюшевого льва, чем заполучить его с помощью жульничества. И Гарри поощрил Блейза легким поцелуем в щеку, добавив, что теперь-то точно все получится… наверно. Блейз с тоской посмотрел на третью пульку, его последнюю надежду, угрожающим взглядом. - Ах ты сволочь! Или ты попадешь, куда следует, или я сожру тебя со всеми потрохами. Иначе, я прокляну весь твой чертов род до седьмого колена! Максимально сконцентрировавшись, он нажал на курок. Снова «молоко». Гарри едва подавил неудержимый хохот. Его веселило раздраженное лицо погрустневшего друга. - Кто бы мог представить, дорогуша? Ты был бы не в состоянии защитить меня в джунглях! - Но… - Блейз горестно вздохнул. – Я действительно хотел подарить тебе льва… - Да ладно, все нормально, - Гарри мягко приобнял его за плечи. – Ты сделал все что мог. - Я на самом деле ни на что неспособен… И не заслуживаю тебя. Даже этот гребаный плюшевый лев оказался не по зубам! - Эй! Разве это так важно?! Ну и хрен с ним, что у него отсутствует меткость. У Блейза еще немало припрятано тузов в рукаве, чтобы удивить своего львенка. Он был классным, компанейским весельчаком, но, самое главное, – честным. И это импонировало намного больше, чем какая-то красивая плюшевая игрушка. - Эй, молодежь! – прервал их ярмарочный торговец. – Держите, это для вас, - и протянул им маленького львенка цвета весенней листвы. – Он немного меньше главного приза и слегка зеленоват, но от этого не менее мил. Гарри поймал его, глаза сверкнули от возбуждения. Блейз недоуменно пожал плечами. Он позорно проиграл, тогда, почему? - Я люблю любовные истории со счастливым концом, - подмигнул продавец. Поблагодарив, парни тут же затеяли новый спор, какое имя больше подойдет малышу. О, это оказалось весьма трудной задачей! Дамби был отклонен с ходу, впрочем, как и Малфой. Зеленый львенок рисковал закончить свою жизнь либо в адском пламени, либо с иглами Вуду в маленьком тельце, прознай кто про такое имечко. - Хорошо, тогда почему бы не назвать его Травкой, раз уж ему посчастливилось быть зеленым? – предложил Блейз. - Э-э-э… Ну… - Или мистер Грей? - О! – воскликнул Гарри. - Ему подходит: мистер Грей! - Посмотри, он умеет говорить, - Блейз взял в руки зеленого львенка. – Добрый день. Меня зовут мистер Гррррррррреййй, - прорычал он, потряхивая игрушечной лапкой. - Здравствуйте, мистер Грей, - улыбнулся Гарри. – Цыпа, ты лучший! - Позвольте узнать ваше имя, – пробасил Блейз. - Аш, - чуть помедлив, произнес Гарри. - Аш... Можно, я тебя поцелую? – поинтересовался львенок. Гриффиндорец согласился, и плюшевая мордочка мягко ткнулась ему в щеку. - Было б неплохо, если бы Блейз сделал то же, - пробормотал Гарри. – Иначе этот ревнивый слизеринец обязательно устроит какую-нибудь пакость. Забини убрал игрушку и притянул Гарри к себе. - Похоже, я тоже заслуживаю поцелуй, - мурлыкнул он. - Кто тебе это сказал? - Странный зеленый лев. - Ну, если это сказал зеленый лев, значит, это правда. Он не умеет врать. Блейз приподнял его за подбородок, нежно обхватил губами губы, предлагая Ашу поистине Королевскую щедрость, чувствуя себя на вершине блаженства. Это было так здорово просто держать Гарри за руку – такого чистого, такого невинного… -… Можно один блинчик с шоколадом и взбитыми сливками, - попросил Гарри продавщицу. – А добавить немного каштанов? Если, конечно… Блейз рассеяно пропустил мимо ушей болтовню Гарри. Чувство вины всплыло на поверхность с новой силой. Он догадывался, какой удар получит гриффиндорец, когда узнает правду, и не мог решиться открыть ее. Возможно, существует какой-нибудь способ, чтобы он понял? Или… возможно, непреложный обет – всего лишь пустышка. Что произойдет, если он нарушит обещание, и расскажет ему о пари? Разлетится на тысячу осколков? Бред какой-то. - Держи, Блейз, - гриффиндорец протягивал ему блинчик с черничным вареньем. – Ничего, если я взял смелость сделать выбор за тебя? Я долго сомневался… - Без проблем… - отсутствующим тоном отозвался Блейз. - Что случилось? – зубы Гарри впились в поджаристый блинчик. – У тебя такое забавное выражение лица. - Да так… Есть кое-что… о чем бы я хотел с тобой поговорить. Это не просто, но действительно очень важно. Гарри пристально посмотрел на друга. - Э-э-э… Начну с самого начала. Так будет лучше. Наверно, ты знаешь, что я… что мы с Малфоем были близки. - И? – сухо обронил Гарри. - Сначала… Как объяснить… Скажем так, что… Слизеринец потер висок, почувствовав неожиданно сильную головную боль. Мерлин, она была так некстати! - … однажды ночью кое-что произошло, - продолжил он, сжимая руками ставшую вдруг тяжелой голову. - Каким боком это меня касается? – Гарри все больше начинал раздражать нелепый разговор. У него было потрясающее свидание с Забини. Какого хера он должен выслушивать откровения про хорька Малфоя? Тем самым… из-за долбанного пари, в котором ты - главный приз, - хотелось ответить Блейзу. Но слова застряли в горле. - Мы… пошли. Потом… каким-то образом он вынудил меня… Голос вновь сорвался. Горло пересохло, глухая боль сжала сердце. Ему было очень страшно, когда он посмотрел на Гарри. Острое неприятие зеленых глаз при упоминании Драко сменилось…удивлением? Беспокойством? Блейз не был уверен, но и поводом расслабиться, поймав этот взгляд, тоже можно было назвать с большой натяжкой. Я должен ему рассказать. По-любому, – решил Блейз. Едва он раскрыл рот, как сильнейшее головокружение заставило слизеринца покачнуться. - Блейз! – закричал Гарри. Забини чувствовал, как что-то теплое потекло по подбородку, оставляя на губах характерный металлический привкус. Поднес руку к носу… кровь. Гарри перехватил блинчик из рук Блейза и попытался вытереть кровавые подтеки бумажной салфеткой. Как в трансе Блейз посмотрел на свои ладони, испачканные кровью. - Ничего не понимаю, - прохрипел он. – Я только хотел тебе сказать… Острый укол в сердце перехватил дыхание, резкая вспышка боли пронзила голову. Запаниковав, Гарри увидел, как из уха Забини потянулся тонкий кровяной ручеек. Подхватив друга подмышки, гриффиндорец попытался дотащить его до ближайшей скамьи. Но Блейз рухнул перед ним, как подкошенный. Гарри едва успел помешать ему упасть. Силы были не равны, и Блейз практически припечатал Гарри к земле, навалившись всей массой. Взгляд слизеринца затуманился и он потерял сознание. Призвав все свое спокойствие (паника в таком деле – плохой советчик), Гарри осторожно выбрался из-под тяжелого тела. Аккуратно перевернул его на спину и, повернув голову на бок, касаясь подрагивающими пальцами лица, убрал в сторону темную челку. - Блейз! Блейз, ответь… Слизеринец пребывал в глубоком обмороке. К ним подбежала продавщица блинчиков. При виде крови, она отправилась искать помощь. Увидев, что кровь и не думает останавливаться, Гарри впал в отчаяние. Держа руку на пульсе, он прислушивался к дыханию Блейза… с каждой минутой оно становилось тише. Через некоторое время к ним подошел мужчина. Представившись доктором, он присел около молодых людей. Быстро осмотрел Блейза, пока продавщица отгоняла любопытствующих зевак, столпившихся поглазеть на происходящее. Как мог, Гарри объяснил, что произошло. Между делом, доктор поинтересовался, нет ли каких наследственных заболеваний у его друга или же проблем со здоровьем. Гарри только пожал плечами. На самом деле, он мало чего знал о Блейзе… Только то, что слизеринец ненавидел замкнутые пространства и что всего каких-то полчаса назад они катались на Американских горках… и что Блейзу было очень плохо после их первого совместного полета на метле. Застонав, Гарри пальцами вцепился в свои волосы, яростно сжимая их в кулаки, сетуя, что, возможно, он своими собственными руками убил друга! - Не волнуйтесь вы так, - успокаивал его доктор, отсчитывая пульс Забини. – Он жаловался сегодня на головную боль? - Нет… Не думаю. - Он занимается спортом? - Да что вы… Доктор осмотрел кровоточащее ухо Блейза, а затем очистил его влажными салфетками, любезно предоставленными девушкой-продавщицей. Гарри робко поведал ему об аттракционе с горками. - Что ж, вполне возможно. Такое иногда случается. Скоро он придет в сознание. Словно в подтверждение сказанного, веки Блейза затрепетали и он тихо застонал. - Я здесь, птенчик, - прошептал Гарри, осторожно покачивая его. - Мой вам совет, - продолжил доктор, - как можно скорее проводите своего друга домой, и уложите в постель. Не мешкая, вызовите врача. Неизвестно, что на самом деле послужило причиной обморока. Если не провести обследование, то ситуация только ухудшиться. - В нашей школе есть квалифицированный врач, - бесцветно отозвался Гарри. - Это хорошо. - Спасибо, доктор… - Не за что, - улыбнулся мужчина. – Если бы я не пришел сюда со своей дочкой, то обязательно проводил вас в свой кабинет. Вы пешком, молодые люди? Может вас подвезти? До вашей школы? - Э-э… Спасибо, не надо. Мы на машине. Сегодня я получил права, и мы хотели отпраздновать, - уверял Гарри. Вот была бы потеха, если бы он попросил этого замечательного человека подбросить их до Хогвартса – в Школу Чародейства и Волшебства, надежно укрытую от маггловских глаз средь руин на краю шотландских болот! - Ладно. В любом случае, будьте осторожны. Он помог Гарри довести Блейза до скамьи. Посоветовал немного переждать, пока головокружение полностью не отступит. Попрощался и направился к своей дочке, кормящей уток. Блейз чувствовал себя хреново. - Что случилось? – просипел он. - Ты… истекал кровью из носа и уха, а потом… грохнулся в обморок. - Дерьмово… - фыркнул Блейз. Что действительно послужило этому виной, он промолчал. Слизеринец попытался успокоить друга, сказав, что все нормально, и он совершенно не собирался отдать концы. Но Гарри чувствовал себя слишком виноватым. - Это моя вина! - причитал Гарри. – Сначала финт Вронского, потом Американские горки! Я чуть не убил тебя! - Нет же, - мягко успокаивал его Блейз. – Ты не смог бы этого сделать. В первый раз ты вывернул мне кишки наизнанку, но эти горки рядом с твоим финтом и близко не стоят. Просто… на меня навалилось слишком много проблем. Вот и сорвался! Мы сходим к мадам Помфри. Она сможет все исправить, ладно? Гарри мрачно кивнул головой. - У тебя часто случается… такое? – поинтересовался он. – Я имею в виду… кровотечения и проблемы с сердцем?.. - Не бойся. Я не собираюсь умирать от какой-то болезни. Хотя… есть одно обострение – Аш, но это не смертельно, - пошутил Блейз, надеясь вызвать улыбку на лице Гарри. - Надеюсь… Провести в раскаяниях всю оставшуюся жизнь – вот это полный пиздец… Гарри попытался отшутиться, но понял, что вряд ли ему это удалось. Беспокойство, плескающееся в глубине глаз, было слишком очевидно. Прижавшись, Блейз поцеловал его в висок. Слизеринец был вдвойне зол: он не только не мог признаться в своей подлости, но и должен довести ненавистное пари до конца. - Блейз… Мы расскажем все Амбер? Она должна знать… Забини вздрогнул. Он знал, что его сестра была в курсе их свиданий. Во всяком случае, она была вхожа в гостиную Гриффиндора и узнавала все новости в мгновение ока. Да и был ли в Хогвартсе такой слепец, который бы не заметил, что Гарри Поттер счастлив? Но она - тоже одно из звеньев цепи мерзкого спора, и Блейз не мог допустить, чтобы все повторилось вновь. С какой стороны не глянь, Малфой все предусмотрел! И если Блейз не хотел по этому поводу беспокоить Гарри, то сестру тем более. Он не мог им сказать: «В общем, не парьтесь, ребята, я реально хотел нарушить непреложный обет, данный Малфою, а так все просто зашибись!» - Слушай, - Блейз попытался сменить тему. – Давай сходим к Помфри. Пусть она скажет, серьезно это или нет, (а я уверен, что нет). И если колдоведьма что-нибудь обнаружит, то обязательно скажем Амбер. Но не раньше. Хорошо? Гарри согласно кивнул головой. Едва Блейзу стало лучше, они решили вернуться домой. Аппарировать Гарри побоялся, и парни на магическом автобусе доехали до «Дырявого Котла», откуда по каминной сети переместились в Хогсмид. Хоть и заняло это много времени, но было более безопасно. По возвращению в школу, Гарри проводил Блейза в Больничное крыло. Забини мысленно молил Мерлина, чтобы колдоведьма не обнаружила и малейших следов воздействия непреложного обета. Мадам Помфри молча выслушала его объяснения, а затем оставила на ночь в лазарете, уложив на кровать. Блейз с тоской наблюдал, как Гарри уходит, направляясь в Гриффиндорскую башню. Если сейчас на всем белом свете и было место, которое Блейз ненавидел всей душой, так это Больничное крыло со своими холодными жесткими кроватями и малоразговорчивыми пациентами. У него не было даже книжки, чтобы скрасить часы одиночества! Через час после того, как Помфри, сделав обход, величественно удалилась, Блейз почувствовал теплое прикосновение к щеке. Вздрогнув, он узнал руку своего львенка. Улыбнулся. Маленький зеленый львенок выскользнул из-под мантии невидимки и забрался под одеяло. Мягкие губы коснулись чуть приоткрытых губ… - Я не позволю тебе остаться в полном одиночестве, - прошептал Гарри. - Тогда, согрей меня, - Блейз приподнял край одеяла. - Но… мы еще увидимся! З… завтра? - Завтра будет новый день, - ответил Блейз. – Ты мне нужен сейчас… Гриффиндорца не нужно было упрашивать. Не снимая мантии-невидимки, он прижался к Забини. Издали никому бы и в голову не пришло, что в кровати находятся два человека.

***

На следующее утро мадам Помфри с великой неохотой позволила своему пациенту покинуть стены лазарета. Вердикт колдоведьмы был категоричен: «У вас, мистер Забини, все признаки явного переутомления. Будьте предельно внимательны к своему здоровью». Под ее пронзительным взглядом Блейз поёжился. Если бы медичка хоть о чем ни будь догадалась, то тут же поспешила обо всем доложить Снейпу. А уж декану не составит труда докопаться до истины. Но самое ужасное – при таком раскладе Малфой выиграет пари, и тогда Амбер не спасет даже чудо. Нет, нет, нет… Сегодня только 17 октября. Крайний срок – вечер 12 ноября. Он влюбил в себя Гарри, но и сам не смог избежать этого чувства… Существуют такие вещи, которых нужно добиться естественным путем. Зная Гарри, вряд ли ему понадобятся три недели. Зато потом он сможет все объяснить своему львенку. И Малфой останется с носом… Хм-м-м, отвратительный план. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. В любом случае, вряд ли Гарри стал бы его обманывать. Допустим, и… Блейз мысленно чертыхнулся. Как же ему заполучить Гарри? Ладно, - подумал он. – Оставим это на потом, первоначально решив другую проблему… Во-первых, нужно создать романтичный настрой… а потом в лучших традициях драмы поведать Ашу историю пари. Иначе, если я этого не сделаю, то Малфой с удовольствием возьмет эту миссию на себя. Проблема была в том, что Блейз не видел Гарри вот уже целую неделю. В понедельник вечером Блейз провел свой первый радиоэфир, но гриффиндорец не смог прийти. Забини хотел провести передачу, посвященную молодежной моде. «Ты что, Блейз, стал законодателем мод?» - от этого вопроса у него сводило челюсти. Впрочем, течение недели они всё же пару раз пересеклись, но не более чем на час. Гарри с головой ушел в подготовку команды к новому квиддичному сезону, гриффиндорцы намеревались одержать верх во всех предстоящих матчах. Долгожданные выходные они провели в школьном парке. Всего лишь час. Слизеринец повесил на шею Гарри красивую серебряную цепочку, чтобы они могли чувствовать друг друга рядом даже на расстоянии. Блейз всеми силами пытался соблазнить Гарри на совместный пикник в ближайший вторник. Расписание тренировок львиной команды было жестким… поймав умоляющий взгляд друга, гриффиндорец согласился подарить ему вечер. Во вторник в девять вечера Блейз сидел на берегу Черного озера, раскинувшегося перед ним. Весь этот день – 25 октября* – он провел в сладком предвкушении. И это было здорово. Вечер обещал быть волшебным как для Гарри, таки и для него самого. Их «время Ч»… И если даже сегодня ничего не произойдет, ему хотелось, чтобы время, проведенное вместе, остался в сладких воспоминаниях его львенка. Звук шагов заставил его обернуться. Гарри… Сердце Гарри болезненно сжалось. Он чувствовал себя бесконечно виноватым за то, что последнее время слишком мало уделял внимания другу, будучи занятым исключительно своими проблемами. Теплый взгляд карих глаз, мягкая полуулыбка, терпеливое ожидание… И романтичный ужин на берегу озера. Как можно устоять? Гарри сдался. Краснея, он засунул в карман брюк тюбик с любрикантом и презерватив… на всякий случай. Потом потратил целый час, прихорашиваясь перед зеркалом. Он не хотел разочаровывать свою красивую змейку. Поэтому пропустил ужин, чувствуя сейчас себя безумно голодным! Но чем ближе Гарри подходил к озеру, тем больше задавался вопросом: почему Блейз выбрал такое уединенное место? Страшно. Сначала парень хотел отправиться на свидание на метле, но передумал, решив прогуляться пешком. Его тянуло туда словно магнитом, и в то же время хотелось бежать от этого места прочь, без оглядки. Издали Гарри заметил мерцание у подступов воды. Подойдя ближе, на его лице расцвела улыбка. Блейз сидел на большом пледе, уставленном всевозможными блюдами. Керосиновые лампы давали рассеянный мягкий свет. Десятки свечей, хаотично расставленных средь травы, на концах фитилей подрагивали огоньками. Пять голубых магических сфер источали тепло. Он увидел, как Блейз посмотрел на часы и поинтересовался, на сколько опоздал. Слизеринец был великолепен! Белая рубашка, черные брюки, обнаженные ступни ног (ботинки с носками мирно дожидались в стороне). Взгляд перекинулся на еду. Блейз накрывал сам: в центре стояло блюдо с бутербродами – довольно неказистыми, что говорило о том, что сделаны были собственноручно, - тем не менее, весьма аппетитными, дзадзики**, черри-томаты, красивый шоколадный торт, испеченный Амбер после трех неудачных попыток Блейза самолично справиться с этой задачей, клубника с взбитыми сливками, розовое шампанское. Иными словами, пир вашей мечты. Блейз поднялся со своего места, чтобы поприветствовать Гарри, одарив его долгим чувственным поцелуем. - Прости за опоздание, - Гарри расположился на пледе. – Я должен был хоть как-то укротить свои волосы. - Хм, вижу, - поддразнил Блейз, привычным жестом запуская пальцы в непослушные пряди друга. - У тебя тут роскошный банкет! - Я подумал, что ты проголодался… Блейз протянул тарелку с бутербродами, возвышающимися, словно Пизанская Башня, от чего гриффиндорец хихикнул. - Они участвовали в сражении? – рассмеялся Гарри. - Ну конечно, давай, потешайся надо мной! Доставь себе удовольствие. Пусть они и неказисты на вид, зато невероятно хороши на вкус. Вот что имеет значение. - Но… я пошутил, - извинился Гарри, устыдившись своего поведения, боясь обидеть друга. – Я тронут, что ты сделал их сам. Угостишь МЕНЯ одним из своих шедевров made in Zabini? Блейз подхватил один из бутербродов и осторожно, дабы тот не рассыпался, приблизил его к губам львенка. Гриффиндорец бойко откусил здоровенный кусок, тщательно пережевал, анализируя состав предложенного блюда. - Ну что, съедобно? – забеспокоился Блейз. - Хм-м-м… С хлеба срезаны корки: это хорошо. Французский майонез: великолепно. Чеддер… Его можно заменить и голландским, - весело заметил Гарри. - Ветчина… Хм-м-м, учитывая тонкость нарезки и аромат – итальянская: белиссимо! Корнишоны: ням-ням, просто объеденье. - Правда? - мурлыкнул Блейз. – Ты любишь корнишоны? - Еще как! – усмехнулся Гарри. Блейз прикусил губу. Романтический момент был упущен. Он взял следующий бутерброд и протянул его Гарри. - Этот с индейкой и корнишонами. Но тебя ожидает… нечто иное. Хмыкнув, Гарри съел второй бутерброд, пусть еще более уродливый, но более вкусный, чем предыдущий. Они неторопливо ужинали до тех пор, пока Блейз не заметил полную луну, зависшую над озером. - Гарри…Знаешь, я настаивал на сегодняшней встрече с тобой по двум причинам. Во-первых, - ворковал он, оставляя поцелуй на руке парня, - я соскучился по тебе. А во-вторых… Скажем, я хотел разделить этот момент с тобой, чтобы показать… как ты мне дорог. Ему хотелось сказать: «Как я люблю тебя», но до тех пор, пока он чувствовал себя узником пари, с его уст это прозвучало бы ложью. Пусть он на самом деле искренне любил, Забини хотелось дождаться того времени, когда он сможет сказать это открыто. - Если ты пойдешь со мной, то я покажу тебе нечто такое же прекрасное, как и ты, - поднявшись на ноги, Блейз подал Гарри руку. Они подошли к кромке воды. Блейз встал за спиной Гарри, обнял его, сцепив руки в замок на животе, и, упершись подбородком о его плечо, указал на центр озера. Там, в темных глубинах, рождался бледно голубоватый отблеск. - Просто молчи и смотри… - шепнул он на ухо. Рассеянный свет в танце закружился по водной глади озера, сплетаясь в причудливые арабески. Отблеск луны упал на ее поверхность, и в эту минуту словно дрожь пробежала по воде, выпустив из глубин сотни мерцающих шаров. Пред взорами двух юных магов разыгрался целый балетный спектакль, наполненный хрустальным перезвоном. Некоторые шары отделились от общего танца и подлетели к молодым людям. Гарри улыбнулся, наблюдая, как феечки, размером не больше его ладони, принялись порхать вокруг них. Одна, более озорная, чем ее подруги, коснулась кончика носа гриффиндорца и в то же мгновение вновь присоединилась к сестрам, направляющимся в сторону Запретного леса. Казалось, деревья покачивались от радости, принимая под своё покровительство новых жителей. Вскоре шелест крыльев волшебных существ стих. И теперь молодые люди слышали только тихое стрекотание сверчков и биение своих сердец. - Это мой подарок для тебя в знак того, что тебе понравились мои бутерброды, - после долгой паузы прошептал Блейз. – Ты такая же редкая драгоценность, как эти феи. Он коснулся губами оголенной шеи, вкладывая в поцелуй клеймо: «Я люблю тебя» - то, о чем не решался сказать вслух. - Спасибо. Это было красиво… - наконец взволнованно ответил Гарри. - Именно поэтому я хотел встретиться с тобой сегодня, - объяснил Блейз. – Сегодня полнолуние, время рождения озерных фей. Теперь меня никто не сможет упрекнуть, что я слишком легкомысленно отношусь к предмету Уход За Магическими Животными, - шутливым тоном добавил он. Все еще находясь под впечатлением, Гарри позволил увести себя на прежнее место и усадить на плед. - Хочешь чего-нибудь еще? – поинтересовался Блейз. - Если подумать, то это наше третье свидание, - глаза Гарри блеснули зеленым огнем. Взгляд гриффиндорца, брошенный в сторону Блейза, был голодным… но отнюдь не от недостатка еды. Слизеринец почувствовал, как воздух вокруг них потеплел, и улыбнулся. Гарри взял его за руку и погрузил один из пальцев Блейза во взбитые сливки, а затем приблизил его ко рту. Обхватил губами, слизывая языком сладкое лакомство. - Нравится? – хмыкнул Блейз. - Сосать твой палец? Да, - отозвался Гарри. - Маленький паразит… Распаляясь, Гарри коснулся руками брюк Блейза и принялся их расстегивать. Мерлин. – Блейз закрыл глаза. – Я сейчас сдохну от желания. Не думай о мерзком пари, думай только о нем… - А так как это наше третье свидание, - ворковал Гарри, покусывая мочку уха слизеринца, - то теперь я не прослыву легкодоступной девицей, если мы зайдем дальше… - Ты бесподобен, догадывался об этом? Рука Блейза скользнула под футболку и погладила теплую, приятную на ощупь кожу парня. Губы соединились в легком, перерастающем в страстный, поцелуй. Руки запорхали, освобождая от одежды визави, предоставляя жаждущим ртам обширное поле деятельности. Кожа к коже… они наслаждались, впитывая аромат друг друга. Гарри отстранился, потянувшись за чашкой со взбитыми сливками. Окунул в нее руку, затем нанес крем на подрагивающий от возбуждения член. Чувственно облизал пальцы, приглашая Блейза присоединиться. Слизеринец улыбнулся, произнеся со вздохом, что это чертовски здорово, поскольку он обожал взбитые сливки. Устроившись меж ног Гарри, он принялся слизывать крем, тщательно очищая яички, затем медленно скользнул языком вверх, обхватывая головку губами, лишая гриффиндорца остатков разума. - Ты сделал это… - прохрипел он, когда ловкий язычок Блейза слизнул последние сладкие капли. Потом из горла вырвался еще один стон – слизеринец захватил его член полностью в рот,- и со свистом втянул в себя воздух, когда одна рука Блейза обхватила его яички, а другая скользнула меж ягодиц, настойчиво лаская сфинктер. Ему хотелось нечто большего: постанывая, он потерся о ласкающие пальцы любовника, чтобы Блейз понял… Забини, не подозревая о желаниях Гарри – зная, что тот был девственником, - уловил сигнал и медленно ввел в него палец. Стон удовольствия приятно ласкал слух, поощряя к дальнейшим действиям – медленным и глубоким. ЕГО львенок на самом деле был удивительным и… сладким! Конечно, Блейз догадывался, что Гарри порой тоже необходимо «спускать пар», и все же он сумел сохранить свой первый раз для того, кого действительно любил. Однако это не мешало ему предаваться эротическим мечтам. Иногда отсутствие опыта может принести немалую пользу. Умелый язык и горячий рот Блейза заставили Гарри жаждать более острого удовольствия – второй палец присоединился к первому. Блейз, повинуясь приказу желанного тела, ввел его глубже. Если любишь – пойдешь на все! Гарри выгнулся и протяжно застонал, став от этого еще красивее. Он слышал, что Блейз во многом просто виртуоз, но чтобы так! Блейз выпустил изо рта член Гарри и всем телом скользнул вверх, ловя губами губы. Ладонь скользнула по раскрасневшемуся лицу, большой палец прошелся по подрагивающей нижней губе. - Ка-а-айф… - простонал Гарри, покраснев от смущения. Воспользовавшись моментом, Блейз ввел пальцы еще глубже, вызвав у Гарри непроизвольный всхлип. - Что ты говоришь? – язык провел влажную дорожку по шее любовника. - Возьми меня. – Гарри плавился от удовольствия. - Твое желание - для меня закон, - выдохнул Блейз, прикрыв веки, пряча плескающуюся в карих глазах похоть. Гарри потянулся к своим брюкам, вынимая из кармана презерватив и смазку. - О, кто-то серьезно позаботился о будущем, - поддразнил Блейз. - Скорее, о своей заднице… - усмехнулся Гарри. - Хочешь помочь? – Блейз разорвал серебристую упаковку. С поразительной ловкостью Гарри натянул на его член презерватив и, пользуясь моментом, впился губами в губы. Затем растянулся на пледе, впервые осознав – вот оно! ОН собирался заняться любовью с Блейзом! Слизеринец щедро нанес смазку на пальцы и скользнул ими меж ягодиц любовника. - Уж не сон ли? – задумчиво прошептал Гарри. - Это не сон, малыш, - мурлыкнул Блейз. Закончив подготовку, он нежно и очень медленно вошел в любовника. Приподняв Гарри за бедра, одним плавным движением вошел на всю длину. Равномерно покачиваясь вперед-назад, он переполнялся нереальными ощущениями, смакуя каждую секунду, проведенную с Гарри, шепча его имя при каждом движении. Переплетенные пальцы… Звучавшие в унисон стоны… Блейз занимался любовью так, как ни с кем и никогда прежде, до появления Гарри. Нежно, страстно и… главное, с любовью. Чувствуя отдачу, опьяненный телом любовника, Блейз постепенно наращивал темп, стиснув Гарри в объятиях, буквально пожирая губами губы жестким, голодным поцелуем, усиливая толчки все быстрее и быстрее. Тихие всхлипы львенка переросли в протяжные стоны, сменяясь рычанием по мере того, как волны наслаждения пронзали его тело. Блейз просунул вниз руку, лаская член Гарри в такт своим движениям. - Гарррррииии… - простонал он. Голос дрогнул в приближении оргазма. – Гаааариии…. Гаррриии! Склонившись над любовником, впился зубами в его плечо, сдерживая крики. Наслаждаясь подрагивающей кожей возлюбленного, чувствуя учащенное дыхание удовольствия – предвестника приближающегося блаженства. Их одновременно накрыло волной чистого кайфа, позволив впасть в состояние нирваны, превратив секунды в вечность. Блейз мягко упал на любовника, утомленный судорожным дыханием и быстрыми ударами сердца. Приподнявшись на локтях, расставив их по обе стороны от головы Гарри, нежно посмотрел на него, сдвигая прилипшие длинные пряди волос с мокрого лба. - Гарри, - прошептал он, дурея от счастья, что с этого момента был свободен от всех обязательств и мог любить так, как хочется, выиграв ненавистное пари, которое не должен был заключать ни при каких обстоятельствах. - Это было здорово, - выдохнул гриффиндорец. - Действительно, замечательно… Губы соединились в самом нежном, самом сладком, самом трепетном поцелуе, словно крылышко феи, продлевая волшебный момент, соединяющий два горячих сердца. Блейз наконец-то решился произнести самые заветные слова, мечтая поведать их вот уже много дней: «Я люблю тебя», как… - Бра-во! Бра-во! – Каждый слог сопровождался громким хлопком. Забини замер на полуслове. Голос, который был ему слишком хорошо знаком, заставил оцепенеть от ужаса. - Не стоит разбрасываться словами! Жаль, что все шоу мне пришлось наблюдать издалека. – Губы Драко скривились в презрительной усмешке. Слизеринец двигался в их сторону нарочито медленным шагом, наслаждаясь замершими от неожиданности любовниками. Он последовал за своим дорогим Забини и терпеливо подождал, пока не наступит нужный момент, чтобы эффектно выйти из своего укрытия на краю Запретного леса. И правда, проиграть пари, чтобы увидеть, как Поттер теряет остатки самообладания – о, это стоило того! - Разве ты не должен был пригласить меня, Блейз? – продолжал Малфой. – Технически ты не выиграл, так как должен был уложить его в «свою постель! Но я – благородный игрок. Тем более, ты одержал верх на неделю раньше установленного срока! Браво! Единственный минус: у тебя слишком ограниченный словарный запас, – добавил он, разочарованно надув губы, передразнивая Блейза: - «О, Гарри! Гарррииии!» Кажется, гриффиндорец действует на тебя деградирующее. Побелев от ярости, впадая в панику, Блейз взглядом умолял Драко, чтобы тот ушел. Почему? Как он там оказался? Ледяной, пронзающий арктическим холодом взгляд Малфоя впился в глаза Гарри. Как в раскрытой книге в них читались растерянность и непонимание. Голосом, полным спокойствия, без каких либо эмоций он нанес последний удар по гриффиндорцу: - Знаешь, Гарри, что ты был всего лишь предметом пари? Теплый взгляд зеленых глаз превратился в кромешный лед. Малфой не только позволил себе испортить столь чистый, волнующий момент, разделенный Гарри с партнером, так еще и устроил из этого целое представление, выползая из своей норы, словно мерзкий змей! Если бы у него оказалась в руках волшебная палочка, то Главный префект Слизерина в момент превратился бы в гадкого слизня! - Закрой свой поганый рот, Малфой! Мелешь что попало, - зло прошипел он, заслоняя собой Блейза. - Ох, да неужели?! – издевался Драко. – Почему бы тебе не спросить у своего… любимого? Гарри повернулся к Блейзу, будучи уверен в своей правоте: - Малфой ебанулся? Что за хрень? Взгляд Блейза был… виноватым, словно пощечина. - Блейз? – Гарри не на шутку встревожился. – Твою мать, не молчи! Скажи что-нибудь! - Гарри… я… Голос слизеринца сорвался. Он не мог сказать ему правду перед Малфоем! Одна за другой, все его мечты о жизни в любви и согласии рядом с Гарри разбивались на мелкие осколки, превращаясь в пыль. Среди всех прочих неприятных событий Гарри вдруг осознал, что сидит перед Малфоем абсолютно голым. Он отрешенно потянулся за одеждой. Если бы Блейз не молчал! Сказал что-нибудь! Все, что угодно! Наконец способность говорить вернулась к Забини, но это совершенно не успокоило Гарри. - Заройся, Малфой! – прошипел он на однокурсника, затем повернулся к любовнику: - Гарри, - голос был полон отчаяния. – Я клянусь… - Чем клянешься, Забини? – презрительно прервал Драко, наслаждаясь созданной своими руками ситуацией. – Что не было никакого пари? Каждое слово, словно надгробный камень вставал между любовниками. За одно мгновение мир перевернулся, остановив время, наполняя его душной липкой гнетущей тишиной… ---------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- ** тот самый дзадзики: http://www.greek-kitchen.com/content/view/101/47/