Le Pari

Странный День Святого Валентина

Есть люди, которые всегда создают впечатление Любимцев Судьбы. Без сомнения, Блейз Забини принадлежал к их когорте. Блестящий студент, многими уважаемый слизеринец, красив, как греческий бог… казалось, весь мир лежал у его ног. Никому бы и в голову не пришло, что у него могло быть что-то не так. И только сестра могла его поддержать в трудную минуту. И вот за каких-то несколько дней Блейз все потерял. Гарри не только не желал с ним разговаривать, смотреть в его сторону отказывался. Малфой, озлобившись из-за проигранного спора, обратил большую часть слизеринцев против своего бывшего любовника. Но что хуже всего… теперь и Амбер презирала Забини. Обнаружив брата в Большом зале, рейвенкловка на глазах у всей школы влепила ему звонкую пощечину, процедив сквозь зубы, чтобы он больше никогда к ней не приближался. Блейз пытался было объясниться с ней. Но сестра, демонстративно игнорируя парня, только бросала на него презрительные взгляды. Для нее он был сволочью, разбившей сердце ее лучшего друга. Блейз Забини стал тенью самого себя, но самым худшим было издалека наблюдать за Гарри. И то, это была лишь малая верхушка гигантского айсберга. За последние несколько недель гриффиндорец отдалился еще больше. Какое-то время он встречался с этим магглом – Мэттом. Но вскоре бросил его, не найдя в партнере того, что искал. Тогда, чтобы забыться, Гарри принялся строить вокруг себя непробиваемую прозрачную стену, почти каждую ночь, посещая второсортные кабаки, заводя весьма сомнительные знакомства, все глубже погружаясь в пучину безнравственности. К счастью, его ночные вылазки остановились на баре «Red», где он встретил красивого бармена, работающего там. Ирвал не обещал ему снять Луну с неба, но и этого было достаточно. Молодой человек был нежным, внимательным. Возможно, даже слишком. Порой его ревность зашкаливала, ударяя в голову. Но всякий раз, после приступа ярости, он смиренно каялся, и Гарри прощал… Из-за Блейза гриффиндорец потерял веру в любовь. Поэтому, он довольствовался тем, что ему предлагал Ирвал. Физическая боль глушила боль сердечную… Как в тот день, когда Забини оказался в «Red», и они как сумасшедшие целовались в туалете. Как в тот вечер, когда Гарри вернул все подарки… гриффиндорец преследовал одну цель: навсегда забыть того, кто украл его сердце, растоптав душу, поставив все это на кон гнусного пари. Но Судьба играла против них, так как упрямый слизеринец не желал сдаваться.

***

Чтобы достойно отметить День Всех Влюбленных, Хогсмид, и в особенности бар «Red», надел свои праздничные наряды. Был организован большой бал-маскарад, предоставив робким застенчивым магам возможность поведать о своей любви к тому или той, о ком грезили наяву. Те же, чьи сердца были разбиты, могли скрыть за масками свои истинные чувства, не омрачая общего праздничного настроения. Блейз пришел в бар в надежде развеяться, но увидев Гарри в центре толпы, облаченного в кожаный наряд, танцующего с рыженькой колдоведьмой - Джинни Уизли - он больше не смог отвести от него взгляд. К счастью, грифиндорец вряд ли мог догадаться о его присутствии, даже если почувствует на себе пристальный взгляд. Роскошный блондин с красно-фиолетовыми прядями волос и пурпурными глазами, обтянутый в бордовую кожу, переплетенную шнуровкой и из мелкой сетки – хищник на охоте, выслеживающий жертву. С каждой новой песней львенок менял партнера по танцу, даже не подозревая, какие сильные эмоции побуждал вокруг себя. Без сомнения, он был либо пьян, либо обкурен – возможно, и то и другое – чтобы вести себя столь развязно. Вполне закономерно, что маленький хищник заметил великолепного статного блондина, облаченного в красные цвета, - он направился в его сторону крадущейся, почти кошачьей походкой, предвосхищая добычу. Внутренне собравшись, Блейз позволил себя обнять. Слизеринец сознательно шел на риск. В любой момент Гарри мог узнать его под личиной и плюнуть в лицо, побелев от гнева и шипя сквозь зубы, как он его ненавидит. Еще хуже, если сам Блейз перейдет дозволенную границу и накинется с поцелуями на Гарри, выдав себя прикосновениями…Но он предпочел играть с огнем, наслаждаясь волшебным моментом, в ответ обняв утерянное сокровище. Тесно вжимаясь всем телом в партнера, Гарри уводил его вслед за собой, подчиняя магической мелодии. Он чувствовал себя на удивление счастливо, легко и спокойно. Таинственный незнакомец был единственным за весь вечер, кто смог подарить уютное тепло в нежных, еле уловимых объятиях. По залу поплыла новая мелодия, но гриффиндорец не спешил сменить партнера. Странный парень дал ему слишком много, чтобы так просто отказаться от него. Пальцы рук переплелись, и Гарри положил голову на плечо кавалера, растворяясь в музыке и в едином движении тел. - Когда я слышу эту песню, то закрываю глаза, - чуть слышно произнес он, - и вижу себя на ночном пляже, освещенном полной луной. Именно там я впервые услышал ее. Я чувствую, как свежий ветер охлаждает разгоряченное тело, - добавил он, едва Блейз вплел свои пальцы в его волосы, мимоходом лаская шею. – Легкий запах морского бриза. Шелест волн. Ощущаю мягкость песка под ногами. Как глупо, правда? Губы зудели – Блейзу безумно хотелось поцеловать его. Львенок казался таким красивым, столь хрупким. Он коснулся губами темных волос Гарри, не смея спуститься ниже, сдерживая прерывистое от нахлынувшего возбуждения дыхание. - Ты пахнешь морем, - шепнул Блейз в розовое ушко. - А ты… Ты словно южная ночь, - отозвался Гарри, пугаясь сильных чувств, зарождающихся к этому пугающему сильному незнакомцу в маске. – Пряный, страстный, немного сладковатый… жаркий, но не удушающий. Теплый… защищающий. Словно шелково-атласное покрывало, пронизанное цветами оранжа и фуксии. И мягкость под стопами – как ковер, раскинутый на песке… - Я твой мягкий ковер, - мурлыкнул Блейз ему на ухо, почувствовав дрожь, охватившую тело от того, что вызывает у Гарри столько фантазий. Гарри улыбнулся – слизеринец почувствовал еще больше беспокойства, не смея противостоять его очарованию, - и прикоснулся к груди партнера. На другой стороне танцпола Ирвал, наблюдая сквозь толпу за странной парой, со стуком опустил стакан на барную стойку. Кто этот мудак, что дарит ласки его Гарри? - Да, ты мягкий, - рассмеялся Гарри. - Это самый странный и красивый комплимент, который я когда-либо слышал. - Я очень странный, - произнес Гарри. - Обожаю странные вещи… - Блейз ласково взъерошил темные пряди. - Тогда, ты бы хотел заполучить меня, - хмыкнул гриффиндорец. – Но я слишком чувствительный, - мрачно добавил он. - Это упрек самому себе? Гарри с интересом посмотрел на незнакомца. Что этим хотел сказать таинственный красавчик? - Мы все сюда пришли, чтобы немного развлечься, - мягко сказал он. – Если ты хочешь заняться психоанализом, то на это потребуется целая ночь. А может немного больше! Скажи, а сам ты относишься к дарующим или берущим? – поинтересовался гриффиндорец. - Это… Это зависит от прошлого или настоящего. - Настоящее! – Гарри усмехнулся. – Кому нужно чертово прошлое?! Блейз опустил взгляд. Если бы они могли переписать прошедшее с чистого листа. Тогда ему не было б нужды накладывать на себя чужую личину, чтобы держать львенка в своих руках. Но что бы он ни говорил или не делал, прошлое всегда будет держать его в своих цепких лапах. Гарри не был склонен легко прощать обиды, если такое вообще можно простить. Тогда… Если прошлое для Блейза было тяжким бременем, что он нес в своем сердце, то именно оно мешало ему сделать шаг вперед. Оно словно чугунное ядро крепкими цепями держало его за ногу. Поймав мрачный взгляд партнера, Гарри почувствовал беспокойство, что был неправ в своих словах. - Ох... Да все нормально, - немного вымученно улыбнулся Блейз. – Я танцую с самым симпатичным парнем в этом баре, не стоит заморачиваться. Не смотря на видимую искренность слов, на душе было мерзко. Гарри всегда был проницателен к таким вещам. Схватив красавчика за руку, он потянул его вслед за собой к свободному столику, что послужило сильным разочарованием для бармена, который больше не смог наблюдать за парой. - Знаешь, - на ходу произнес Гарри, - ты мне нравишься. Ты заставляешь меня вспоминать об одном человеке… и своем желании! Блейз молча двинулся следом, ничего не понимая. Гриффиндорец подвел его к маленькому столику в самом углу зала, к тому самому, за которым они были в свой самый первый раз. Встав на колени, Гарри указал под диваном на паутину под сиденьем, в центре которой сидел красивый белый паук с черной полосой на спине и длинными красными лапками. - Это мой паук и его липкая паутина! Спеши загадать желание! Гарри весело улыбнулся, по-детски радуясь своей шутке. Найдя в этом свою прелесть, Блейз мысленно пожелал открыто встретиться с Гарри, и чтобы тот встретил его, не тая обиды и злости. - Я назвал его Блейзом, так звали моего бывшего, - Гарри поднялся на ноги, отряхивая брюки. – Он как паук, плетущий интриги, словно паутину. Из нее нелегко выпутаться. Я нашел его сразу после разрыва совершенно случайно, когда уронил платок. И когда я увидел тягучие нити, то загадал желание… - добавил он. - Какое было твое желание? - Поцеловать его в последний раз. Блейз прекрасно помнил тот вечер. Тогда он, найдя львенка в баре, думал, что, наконец, поймал его. Все оказалось приятным миражом. - К черту паука! Теперь у меня есть шмель! – Гарри устремил взгляд в глубину зала. – Я хочу развлекаться! Он вновь утащил Блейза на танцпол и увлек в танец. Его красивый партнер был настолько хорош, что у Гарри возникло желание не отпускать его. Отдавшись на волю музыке, он прикоснулся губами к шее незнакомца, пробуя на вкус. - Настоящая южная ночь, мурлыкнул он, не прекращая исследования. Подавив дрожь, Блейз прикрыл глаза. Он медленно умирал и воскресал вновь. А потом… Гарри делал это, потому что чувствовал, кто скрыт под маской, или же ему было все равно с кем? Было ли это неосознанной ошибкой? Руки двигались сами собой, скользнув по спине и бедрам гриффиндорца, подталкивая Гарри действовать более решительно. Стихли последние аккорды, уступая место новой композиции. Слишком знакомой… «Взгляд любви». Их песни. Той самой, под которую они поцеловались в первый раз. На мгновение они оба замерли, каждый со своей стороны проклиная ди-джея. Гарри – эта песня навевала слишком много воспоминаний. Блейз – он был на волосок от разоблачения. Гарри вцепился руками в партнера: его разум был наполнен Блейзом. Сложив все за и против, вперемешку с веселой вечеринкой, алкоголем и парой затяжек, он, наконец, понял, почему ему было так хорошо с этим человеком. Подняв глаза, затуманенные слезами боли и страха, он посмотрел на слизеринца. Все это же он смог прочесть в глазах, скрытых цветными линзами, и понял, что перед ним его цыпленок, прижимающийся к нему. Отвернувшись, он подавил непрошеные слезы. - Мой маленький паук… - прошептал он. - Тс-с-с-с, - утешая, Блейз нежно гладил его по голове. – Маленькие львята очень смелые. Они не боятся пауков. Не смотря на подбадривание, Блейз почувствовал, как несколько слезинок скатилось вниз по его шее. - Гарри… не стоит из-за меня плакать… Тем более в такой вечер… Он мягко отодвинул от себя парня и вытер соленые дорожки большим пальцем руки, а затем прикоснулся губами. Гарри не смог отказаться от предлагаемого поцелуя. - Уверен, что твое желание сбудется… - Надеюсь, - ответил Блейз, прежде чем завладеть губами своего львенка более нежно, более страстно. Гарри обнял его за шею, с жаром отвечая на поцелуй, тая от удовольствия. Не смотря на череду партнеров, которых он сменил после разрыва со слизеринцем, никто и никогда не целовал его так, как этот таинственный незнакомец. Оба «случайных» партнера ощутили сладостный вкус ностальгии, от которого трудно было отказаться. Романтичный настрой был разбит в одно мгновение, когда чужая властная рука вырвала Гарри из мягких объятий Блейза. - Я вас случаем не побеспокоил? - зло проскрежетал Ирвал в лицо своему неверному партнеру. От неожиданности Блейз вздрогнул. Гарри едва успел открыть рот, когда тяжелая пощечина опрокинула его на пол. Блейз бросился ему на помощь. От удара кожа на нижней губе лопнула и по подбородку потекла струйка крови. Щека опухла. Танцующие вокруг люди поспешили отступить назад – никто не желал быть втянутым в чужие разборки, и тем самым испортить себе приятный вечер. - Ты что творишь, придурок, - накинулся Блейз на Ирвала. – Какого тролля ты его ударил? - Все нормально, Блейз, я в порядке! Оставь меня в покое, - коротко прервал Гарри, поднимаясь на ноги и разворачиваясь к бармену. – Если ты еще хоть раз прикоснешься ко мне хотя бы пальцем, я разорву тебе ебало, понял? - Блейз? Блейз – твой бывший? Ты, шлюха портовая, весь вечер подбиваешь клинья и вертишь задом у меня на глазах, и с кем, со своим бывшим? - Он не мой бывший! Я был только предметом спора! И еще, я подбиваю клинья к кому хочу! И вообще я НИКОМУ не принадлежу! От этих слов Блейзу почудилось, что в его сердце по самую рукоять вонзили острый клинок. Мнимая мягкость гриффиндорца развеялась как дым. Крошечная искра надежды слизеринца на восстановление отношений с Гарри после убийственных слов погасла. - Значит, ты берешь все, что тебе нравится, - шепотом произнес Блейз. – Игрок пари желает тебе приятно провести вечер. Гарри уже не слышал его слов. Держа путь в сторону раздевалки, он затерялся средь веселящихся магов. Твою ж мать… - пронеслось в голове. Ирвал проследил взглядом за раздраженным львенком и еще больше разозлился, бросившись за ним вслед. Железной хваткой вцепился ему в руку и поволок в сторону подсобки. Никто внимания не обратил на «семейную сцену». Гарри сопротивлялся, как мог, но бармен был выше его на голову, да и телосложение у него было атлетическое. Заметив, как за Ирвалом и Гарри захлопнулась дверь, Джинни не на шутку встревожилась. Она знала, что новый парень ее друга бывал часто жесток, чему свидетельствовали синяки и ссадины на теле Гарри. Девушка бросилась в раздевалку, чтобы взять волшебную палочку, и со всего маху налетела на Забини, успевшего накинуть на себя зимнюю мантию и повязаться слизеринским шарфом – промозглый февраль наслаждался своими правами, обдавая лица прохожих ледяным ветром и колючим снегом. - Куда несешься, рыжая? – удивленно спросил он, глядя на взволнованную Уизли. - Этот урод… Он уволок Гарри в подсобку, - быстро пробормотала она, ища в карманах своей мантии палочку. Позабыв о своем намерении оставить Гарри в покое, Блейз бросился ему на помощь. Простое заклинание Alohamora заставило замки отпереть дверь. Забини накинулся на Ирвала, держа перед собой волшебную палочку. Гарри лежал на полу. На второй щеке красовался след от удара. Не сдержавшись, Блейз со всего размаху ударил кулаком по носу ублюдка, тут же нанося второй удар в солнечное сплетение. - Experliamus! – голос девушки раздался совсем рядом, отбрасывая бармена в сторону от озверевшего Блейза, отводя от слизеринца возможность непреднамеренного убийства. От греха подальше. Тот был в сознании – по крайней мере, казалось так. Подскочив к бармену, Блейз схватил его за ворот рубашки и хорошенько тряхнул, приставив кончик волшебной палочки к его горлу. - Если ты, сука, еще хоть раз назовешь Гарри шлюхой, то на своей шкуре познаешь, что значит истинная боль, - прорычал он, прежде чем обернуться к гриффиндорцу. - Ты как, Гарри, нормально? - Да… Спасибо, - ответил он, пребывая в состоянии шока. - НЕТ, это не правильно! – закричала Джинни. – Почему ты до сих пор с ним? Так больше не может продолжаться! Блейз нахмурился. Как? Значит, это не первый случай, когда на Гарри поднимают руку? Он вопросительно посмотрел на Поттера, но тот опустил взгляд. Тогда он обернулся к Ирвалу. - О чем говорит эта малышка, - спросил он холодно. – Ты его уже бил? ОТВЕЧАЙ! – закричал Блейз. - Да, он бил его, - ответила за бармена Джинни. - Это не так, - голос Гарри сорвался. – И это – МОЯ проблема… Моя проблема… Бормотание сменилось рыданием. Присев рядом, Джинни обняла Гарри, прижала к себе и принялась утешать, как могла. Все внимание Блейза вновь было направлено на Ирвала. - Слушай меня внимательно и запоминай хорошенько, ты… - тихо прорычал он, чтобы не услышал Поттер. – Слышишь, как он плачет? Я больше никогда не хочу услышать подобное… Если ты еще хоть раз сделаешь хоть что-нибудь, что причинит ему боль… Поверь, я лично вырву твое сердце и заставлю сожрать! Оттолкнув от себя бармена, он резко поднялся. У Гарри было травмировано запястье. Джинни оказывала другу посильную помощь. Отправляясь за льдом, чтобы наложить его на вывихнутую руку, придерживая Гарри за пояс, Уизли поблагодарила Блейза за содействие. Ирвал тяжело поднялся на ноги. Последствия заклинания, брошенного девушкой, не прошли бесследно, однако бармен бросил в сторону Блейза взгляд, полный высокомерного презрения. - Если ты не хочешь, чтобы он ходил налево, тебе следовало лучше заботиться о нем, - каждое слово Блейза было тяжелее булыжника. - Странно, но когда мы были вместе, он не искал приключений на свою задницу на стороне. Подумай об этом! - Я, по крайней мере, на него не спорил, - парировал Ирвал. – И… он всегда возвращается ко мне. Вряд ли это можно сказать про тебя… - Будущее покажет. Не думаю, что после произошедшего он останется с тобой. - Да, оно покажет, - отозвался Ирвал, мрачно улыбаясь, подумав, что Гарри знавал и худшие времена. И все равно возвращался. Блейз послал ему убийственный взгляд и ушел вслед за Гарри и Джинни, ожидавших его у входа бара. Гриффиндорцы собирались вернуться в Хогвартс. Джинни, словно наседка, - видимо, это в генах всех Уизли женского пола, - хлопотала вокруг Гарри, умоляя бросить жестокого любовника. В конце концов, она попросила Блейза повлиять на упрямого Поттера. - Гарри достаточно взрослый человек, чтобы самому принимать решения, - грустно улыбнулся слизеринец. – Знать, что он делает, и самому отвечать за свои поступки. - Давайте! Разорвите мое сердце, добейте меня окончательно, - с гневом прервал их Поттер, расталкивая в стороны, поспешно покидая стены некогда уютного бара. - ГАРРИ! Крик Джинни остался без ответа. Блейз выбежал на улицу, чтобы догнать гриффиндорца, но тот уже исчез с поля зрения. Вероятно, улетел на метле в известное ему одному… - ну, почти одному, - место. Блейз равнодушным взглядом скользнул по пустынной улице, прокручивая в голове горькие слова Гарри: Давайте! Разорвите мое сердце, добейте меня окончательно. - Блейз… - Джинни осторожно коснулась его рукой. – Не принимай близко к сердцу то, что он говорит, он совсем не это хотел сказать… - А что хотел? Сказать, как я целовал его? - Между прочим, да! И не только это. Девушка осторожно повела его по темной улице деревни. - Я никогда не говорил, что люблю его… - голос Блейза дрожал. – Но ведь это не так легко сказать, да? - Не совсем… исключительно для вас, мальчики. Блейз почувствовал головокружение. Отпустив руку Джинни, он прислонился к стене, борясь с подступающей к горлу тошнотой. Все произошло слишком быстро. Слишком горькие чувства терзали душу. Было слишком много сожалений. - Знаешь, он мне все рассказал, - после долгого молчания, наконец, произнесла Джинни. - Да? – ответил он устало. – Тогда, ты должна меня возненавидеть… - Должна признаться, это было подло, то пари… Мы с Амбер просто голову сломали, зачем вы это сделали? - Это… Драко. Сначала он напоил меня… Потом мы курнули… и… он предложил это пари. Ставки были слишком высоки, - Блейз спрятал лицо в дрожащих ладонях. – Это мой самый худший поступок, который я сотворил за всю свою жизнь! - Держать пари на живого человека подло… - голос Джинни оставался полным сострадания. - На двоих – еще хуже. Но я согласился до того, как понял истинную цель. После этого я не мог пойти на попятную. - Что было на кону? Блейз колебался всего секунду. Не смотря на всю доброту, Джинни отшатнется от него, когда узнает правду. Но эта тайна с каждым днем становилась все тяжелее. И сердцу становилось все больнее. - Амбер, - с трудом выдавил он. - То есть, Амбер? – недоуменно переспросила Джинни, глядя, как по щеке слизеринца катится одинокая слеза. - Это были Гарри и Амбер… - Вот же сука этот Малфой, - пробормотала Джинни, подавая Блейзу платок. – А ты придурок, - накинулась она на него. - Как ты мог поспорить на это?! Она же твоя сестра! - Да я и не хотел! – защищался Блейз. – Я хотел обо всем рассказать Гарри. Возможно, он бы согласился мне помочь. Но я не смог из-за Непреложного Обета! - Знаешь, если бы он узнал, то орал бы так громко, что его могли б услышать за версту! Но… для него это было бы поводом вернуться, - добавила она. – Он всегда готов всем помочь. Покидая Хогсмид, они пошли по дороге, ведущей в Хогвартс в полной тишине. Через какое-то время Блейз вновь заговорил: - Я не позволил бы Драко даже коснуться ее. Сначала бы я убил его, а потом себя. Во всяком случае, большего я не заслуживаю. - Понимаю, Блейз… Твоя сестра такая милая. Но все равно, кому-то ты тоже причинил боль. И он тоже весьма хрупок. Он слишком чувствителен. - Спасибо, что напомнила, а то я чуть не забыл, что разбил ему сердце, - угрюмо заметил Блейз. - Есть еще одна проблема, - продолжила Джинни. – Боюсь, он снова вернется к Ирвалу. И это не в первой. Полагаю, вряд ли его можно назвать взрослым. Он так и не научился делать правильный выбор. Блейз чувствовал, что гриффиндорка пыталась ему кое-что сказать. Она хотела, чтобы он помог Гарри выпутаться из разрушительной связи. Но как? - Чего ты от меня хочешь? – напрямую спросил Блейз. – Если я к нему подойду, то он просто плюнет мне в лицо. - Да не знаю я! Может… ну… через Амбер? Возможно, это его успокоит. - Тогда он будет презирать меня еще больше. Держать пари, да еще на свою собственную сестру… Какое еще чудовище способно на такое? - Но ведь тебя Малфой напоил… - рассердилась девочка. – Я говорю тебе об этом только потому, что он все еще любит тебя. Поэтому он и настаивает на кабальных отношениях с этим идиотом. Блейз замер на месте, выпустив руку девушки. Правильно ли он расслышал? Обернувшись, она посмотрела на Забини – в ее глазах плескалось удивление. Слизеринец стал еще бледнее, чем был – цвет его лица практически ничем не отличался от цвета снежных хлопьев, поваливших с неба. - Он… Он все еще любит меня? – осмелился спросить Забини. – В самом деле? - Да… - просто ответила девушка. – Как ты думаешь, почему он ответил на твой поцелуй? А эта глупая сказочка про паука, откуда она, как ты думаешь? Кроме того, если ты не заметил, кое-что он тебе не вернул… Лукаво улыбнувшись, девушка пошла дальше. Они были в десяти минутах ходьбы от замка. Джинни торопилась попасть в школу как можно скорее, поскольку на улице было очень холодно. Блейз последовал за ней, словно маленький щенок, привлеченный бабочкой, сгорая от любопытства услышать вторую часть рассказа. По крайней мере, ей удалось изгнать грусть из его сердца. Взамен, она вложила в него немного надежды и мужества, чтобы спасти Гарри от пагубного влияния Ирвала. Это слегка походило на манипуляцию… но она делала это, желая добра обоим мальчикам. В конце концов, если бы парни не были так глупы и поговорили друг с другом прямо и искренне, то вряд ли они нуждались бы в девушке, протягивающей обоим руку помощи. - Что он хранит? – спросил Блейз. - Плюшевого льва, которого ты выиграл на ярмарке… Мистера Гроара или как там его… - Мистера Грея? - Да. Он повсюду таскает с собой этого бедолагу. Она посмотрела на Забини, ожидая его реакции на новость. Бинго! Казалось, он обрадовался как никогда. Слизеринец обнял девушку за плечи и тесно прижал к себе. - Джинни, ты моя маленькая, не знаю, что бы я делал без тебя! Что за фигня? – подумала она весело. - Обещаю, я вырву Гарри из лап этого чудовища! Я больше никогда не заставлю его страдать… - Смотри мне, Забини, - строго предупредила она. – Не смотря на то, является Амбер мне подругой или нет, если ты причинишь ему хоть малейшее зло, я раскромсаю тебя в пух и прах, развеяв твой пепел по ветру! Блейз тихо рассмеялся, осторожно взял лицо девушки в ладони и оставил на ее губах легкий целомудренный поцелуй. - Ты воплощение Любви, рыжая, даже если порой с твоего языка срываются острые шипы. Тому, кто завоюет твое сердце, сказочно повезет. - Еще не родился тот человек, кому я отдам свое сердце, - рассмеялась она. - Не зарекайся. Любить – это так прекрасно… Даже если от этого очень больно… Джинни нежно погладила его по щеке. - Да я и не отрицаю, - ответила она. – Знаешь… Я все это говорю не для того, чтобы помочь Гарри. Я говорю это только потому, что это правда. Я уверена, вы должны быть вместе, - подумала она, не решаясь произнести вслух. - Он посылал всех к черту, когда Гермиона забрала у него твой Рождественский шоколад. Мы же не знали, от кого он, понимаешь? Если б ты видел, как он бегал за ней по гостиной, пытаясь отобрать, крича: «Давай заставим Малфоя его попробовать? Если он умрет, то никто и не заметит!» или «Может, сама его попробуешь, Герми?» Он действительно очень расстроился… - Если бы ты знала, как я по нему скучаю, - вздохнув, Блейз представил расстроенную мордочку львенка, выпрашивающего шоколад. - Это была наша ошибка? - Да… Все равно, что обидеть щенка или котенка… - Котенка, который еще и говорит! Красноречиво! – Джинни тихо рассмеялась. - И даже мурлычет, - продолжил Блейз, не понимая подтекста девушки. - Ах, да? И… это приемлемо для Поттера? – спросила она, поддразнивая. Блейз покраснел. Обычно, разговоры о сексе не вызывали у него никаких затруднений. Но говорить о подобном, когда это касается Гарри да еще в придачу с одной из его лучших подруг… - Ты был у него первым, - продолжила она, не смотря на молчание молодого человека. - Знаю… Я хотел бы быть для него единственным, но это так эгоистично с моей стороны. - Да… Уже слишком поздно… к сожалению. Особенно с этим гавнюком, который вынуждает его слишком часто… - мрачно процедила Джинни, откашлявшись. – Что-то я заболталась. По любому, здесь наши пути расходятся. Молодые люди не заметили, как подошли к тайному ходу, ведущему в общежития. - Лучше б ты мне об этом не говорила, иначе я точно закончу свои дни в Азкабане за убийство… - Нет, этим ты проявишь свою невнимательность к Гарри, - вздохнула Джинни. – Тогда он точно совершит какое-нибудь преступление, чтобы присоединиться к тебе. Блейз улыбнулся, взял девушку за руку и коснулся губами запястья. - Спокойной ночи, принцесса. Спасибо за то, что ты есть. - Ах, эти современные мужчины, - улыбнулась Джинни. – Но ты не в моем вкусе. - Предпочитаешь себе подобных? – поддразнил Забини. - Кто знает… Она отняла руку и, хитро подмигнув, направилась в сторону Гриффиндорской башни. Блейз мечтательно посмотрел ей в след. Возможно, еще не все потеряно? Аш, мой малыш… Обещаю, что сделаю все возможное, чтобы тебе было хорошо, клянусь… С этими мыслями он отправился в Подземелья. В эту ночь сны его были наполнены поцелуями маленького львенка…

***

Эта зима была самой худшей в жизни Блейза. Тем не менее, с теплыми весенними деньками надежда вновь расцвела в его сердце, как первые подснежники в школьном парке. Спустя неделю после Дня Святого Валентина во время завтрака он получил небольшую записку: «Спасибо. Г.» Амбер подошла к нему в тот же день, заявив, что никогда не простит его… за исключением, если Гарри будет счастлив. Но она навсегда останется его сестрой, и если Блейзу потребуется помощь… она будет рядом. Она и словом не обмолвилась, что Джинни все рассказала и ей, и Гарри, и о подлинной ставке пари. В конце концов, он должен снова завоевать Гарри. Уже это Блейз посчитал благоприятным знаком…