Трудные времена

— Регулус! Регулус! — смутно слышу чей-то знакомый голос. Мама? Но я же умер. Значит, и она тоже?.. Не надо было подписывать записку в медальоне! Будь ты проклят, Тёмный Лорд! — Регулус! — почти кричит мать. — Что случилось, мама? — почему-то из горла вырывается лишь слабый сип. Ох… болит всё тело, все мышцы и косточки, о которых я даже не подозревал. Значит, я ещё жив. Похоже, Кикимер вытащил меня, а отец привёл в чувства. Как в детстве, когда я чуть не утонул в море. — Регулус, как ты себя чувствуешь? — спрашивает мать. Или не мать? Черты лица другие, более изящные, а голос мягче. Тётушка Лукреция? Она даёт мне чашу с каким-то отвратительным на вкус зельем, но зато голова сразу становится ясной. — Спасибо, уже лучше. — Слава Мерлину, мы так испугались… — Как я сюда попал? — спрашиваю, сообразив, где нахожусь. Это моя комната в Блэк-меноре, где я не был уже три года, после того, как дед разругался с матерью. Со стороны двери слышатся тяжелые шаги и стук трости. — Как он? — голос деда по-прежнему грозен. — Жизнь вне опасности, — отвечает тётушка, одновременно совершая надо мной несколько взмахов волшебной палочкой. — Но он очень слаб. Ему нужно хорошенько выспаться и пару дней принимать укрепляющие зелья. — С ним можно поговорить? — Я в порядке. — Хорошо, — лорд Блэк жестом отсылает дочь. Я кое-как сажусь на кровати, подложив под спину подушки, а дед устраивается рядом в кресле. — Когда я узнал, кому ты присягнул, то приказал двум домовым эльфам проследить за тобой. Они тебя вытащили из озера. Я хочу знать, почему единственный наследник рода Блэков выбрал столь экзотический способ самоубийства и почему он предал своего господина?! Вначале тщательно подбираю слова и постоянно сбиваюсь. А потом внезапно как прорвало, я изливаю душу, рассказываю обо всём. Как слушал разговоры о великом Тёмном Лорде, как верил в него, в его идеи нового мира... Про то, как я вступил в Организацию, про первые акции… Про осознание того, что Лорд — чудовище, как и многие из тех, кто идёт за ним. Как я случайно в семейной библиотеке откопал старинный трактат и понял, что именно имел ввиду Тёмный Лорд в одной из своих напыщенных речей. Лорд Блэк внимательно слушает меня, иногда задавая наводящие вопросы. Лицо его абсолютно спокойно, только с палочки, сжатой в побелевшей руке, несколько раз слетают зелёные искры. Заканчиваю рассказывать про поход в пещеру, и на несколько минут комната погружается в тишину. Дед сидит, закрыв глаза. — Распределяющая шляпа предлагала тебе Гриффиндор, — неожиданно произносит он. — Да… А как ты узнал? Я же никому не говорил… — Потому что это чисто гриффиндорские черты характера. Вначале куда-то лезть, а потом думать, как оттуда выбираться! Идиот! Ты хоть понимаешь, что это было самоубийство? Что ты уже должен лежать там, на дне озера, из-за своей глупости! Ты же расспросил домовика, ты же знал и про действие зелья, и про инферналов. Разве нельзя было приказать Кикимеру, чтобы он вытащил тебя? А записка? Тёмный Лорд вычислит тебя в два счёта — не так много у него слуг с инициалами Р.А.Б.! Но и это не единственные твои глупости! Ты хотя бы знаешь, как уничтожают крестражи?! Что, по-твоему, сумеет сделать домовик? Наколдовать Адское пламя? Аваду? Или раздобудет яд василиска? Или будет всю оставшуюся жизнь пытаться хотя бы поцарапать медальон?! — Я… я не думал… — Я и говорю — гриффиндорец. Они вообще не думают. Идут и гибнут. Что думаешь теперь делать? В самом деле, что мне делать? Напрашивается только один ответ, только одна цель. Но если бы я знал, как её осуществить… — Буду бороться с Тёмным Лордом. — Как, конечно, не знаешь… Был бы я моложе… сейчас из меня боевой маг никакой, — лорд Блэк тяжело вздыхает. — Подвижности ни к чёрту, реакция и память также… Везёт Альбусу… Но он всю жизнь по тёплым кабинетам отсиживался, лишь пару раз на бой выходил, а я… Решил — я же чистокровный, что мне будет… Вот и… Но знаешь, если бы я мог вернуться назад, я бы точно так же отправился на войну, и так же шел впереди… Потому что борьба шла за правое дело… Я терпеливо жду, пока дед закончит вспоминать. Тогда, в свою молодость, он поехал на континент за какими-то компонентами для зелий. И застрял там на несколько лет, решив внести свои пять кнатов в борьбу против Гриндевальда. Вернувшись, дед полгода отлёживался в Мунго, и с тех пор ходит с тростью… — Хватит, что-то меня унесло в какие-то дали, — лорд Блэк встряхивает головой. — Покажи крестраж! — Кикимер! — зову домовика. — Хозяин Регулус! Вы живы! Кикимер плохой домовой эльф, он не спас хозяина, — вопли домовика, упавшего на колени, и начавшего биться головой об пол, наверное, были хорошо слышны и в холле поместья. — Хватит! Не смей себя наказывать! Принеси медальон! Кикимер, на мгновение исчезнув, возвращается с медальоном и снова пытается себя наказать: — Кикимер не выполнил приказ хозяина! — Стой! Я не сержусь, ты молодец, не потерял медальон… Не наказывай себя. А теперь иди домой… — Видишь, что ты с домовиком сделал? Так бы он и жил, с грузом вины, — лорд Блэк укоризненно смотрит на меня. — А каково было бы людям?! Твоей семье?! Краснею. Сейчас затея с походом в пещеру кажется мне невероятно глупой, дед прав, есть иные способы решить проблему… Но сделанного не вернёшь. — Очень символично, вместилище для души наследника Слизерина — медальон Слизерина, — произносит Арктурус, рассматривая крестраж. Потом он задумался, что-то вспоминая. — Память — странная штука. Могу забыть, что произошло на той неделе, но помню всё, что было лет тридцать назад. Регулус, лёгкой дороги ему на Авалон, — с опозданием понимаю, что дед говорит о своём младшем брате, — очень хотел его приобрести для своей коллекции. Вначале медальон увела у него из-под носа какая-то женщина… Он хотел выкупить, она заломила цену… Регулус взял деньги у меня, но женщина внезапно умерла, её отравил домовик — что само по себе довольно странно, а медальон пропал… Примерно тогда Том уехал путешествовать. — Том? — Том Реддл. Он учился в Хогвартсе в одно время с твоими родителями. Был частым гостем у нас в доме. Поллукс даже думал отдать за него Вальбургу — мол, свежая кровь, да ещё такая древняя, такая знаменитая, нам не повредит… Тогда я думал, что из-за этого Том и уехал — не нравилась ему твоя мать… — Кто это? — Вернувшись из путешествий, он взял иное имя, — внезапное осознание шарашит так, что выражение «соляной столп» уже не кажется маггловской сказкой. Тёмный Лорд гостил у нас. Мог бы стать моим отцом… — Вижу, ты понял, о ком идёт речь. Но тогда пропал не только медальон. Исчезла чаша, принадлежавшая некогда Хельге Хаффлпафф. Все реликвии — а у той женщины была неплохая коллекция, остались, а две, самые древние, самые ценные — исчезли. — Зачем ему чаша? — Три — сильное число. Это очень символично, разбить душу на три части. Если искать рациональные причины, то один крестраж могут найти, а два гораздо труднее… — Два крестража… Верно! Медальон символизирует связь Тёмного Лорда со Слизерином, а чаша… — Победу идей Салазара над прочими основателями. Вещь Гриффиндора подошла бы лучше, но и кубок Хельги сгодится. Ну что же... Два крестража. А может, не два? Думаю, Тёмный Лорд не отказался бы собрать артефакты всех основателей. — Ты не знаешь, какие реликвии остались от Гриффиндора и Равенкло? — Регулус бы тебе сказал точно, и Альфард… Лёгкой им дороги на Авалон. Археологи в нашем роду долго не живут. Слишком мы горячие, импульсивные, нетерпеливые, слишком пренебрегаем установленными правилами… Насколько я помню, от Равенкло ничего не сохранилось, а меч Гриффиндора должен быть в Распределяющей шляпе. — В шляпе? — видать, купание в озере не прошло для меня бесследно. Соображается с трудом. — Как меч может быть в шляпе? — Специальные чары, наследие Годрика. Достаточно истинному гриффиндорцу запустить руку в шляпу, как рукоять сама ляжет в ладонь. — Значит, Тёмный Лорд не мог достать меч. — Отчего же? Надо просто проявить храбрость. Я в молодости достал. На втором курсе залез в кабинет директора, думал позаимствовать шляпу для… розыгрыша и случайно достал меч. Правда, потом мне сильно досталось от директора. Им кстати, был тогда Финеас, мой дед. Странный человек — обладал многочисленным потомством, работал директором школы, но так и не научился понимать детей, относился к ним как к умудрённым летами членам Визенгамота… — Значит, медальон, чаша, меч… Три крестража — тоже символично. — Нет, думаю, вряд ли Том сделал ещё крестражи, кроме медальона и чаши. Два и так очень много. Даже один крестраж это больше, чем следует… — А не пропадали ли ещё какие-нибудь известные реликвии? — Поищи сам, тебе сейчас всё равно больше нечем заняться. В библиотеке полная подборка газет за последние два столетия. А пока давай обговорим план действий.

* * *

Не по душе мне это, как и деду. Но в одиночку мы не сможем остановить Тёмного Лорда, а, значит, надо примкнуть к какой-то силе. Я не люблю ни министерство, ни Дамблдора. Но из двух зол всегда выбирают меньшее. И для Блэков это Орден Феникса. — Здравствуйте, Регулус, — профессор Дамблдор пунктуален. Старые, дребезжащие при каждом бое часы, висящие рядом со стойкой в Кабаньей голове, показывают ровно пять часов вечера. Внешне директор абсолютно спокоен, можно даже сказать — расслаблен, но я уверен, у него хватает мыслей и предположений о нашей встрече и её возможных последствиях. Жаль только, пробить его ментальный щит мне не по силам… Да и в дуэльной схватке директор размажет меня по стенке. — Здравствуйте, профессор, — жестом прошу его следовать за мной. Лестница, ведущая на второй этаж к номерам, скрипит немилосердно, заставляя морщиться от издаваемых ею звуков. Пройдя по коридору, явно давно не видевшего уборщиков (ясно, что домовиков здесь быть не может), первым захожу в номер, который снял для разговора с директором. Этот номер, надо сказать, довольно… специфичен. Дело в том, что его чаще всего снимали влюблённые парочки — старшекурсники, поэтому значительную часть помещения занимала большая кровать. А в стены были встроены первоклассные заглушающие заклятья. Собственно, из-за них я этот номер и выбрал. Накладываю ещё несколько дополнительных заклятий, защищающих от подслушивания и подглядывания. Потом взмахом палочки трансфигурирую кровать в два мягких кресла. — Вы знаете, профессор, кто я. — Допустим, — Дамблдор, прищурившись, разглядывает меня в упор сквозь свои очки-половинки. Не пойдёт, директор… Я хоть и не преуспел в легитименции, но окклюмент довольно неплохой, отец постарался. Да и у Лорда по-другому нельзя… — Меня не устраивает то, что делает Тёмный Лорд. Мой род решил бороться с ним. — И вы хотите, чтобы я защитил вас от Волдеморта? — меня передёргивает от этого имени. — Профессор, нам не нужна ваша помощь — защита нашего родового гнезда возводилась на протяжении шести с половиной веков, на днях она была дополнена чарами Фиделиус. Я хочу вступить в Орден Феникса, чтобы бороться с Тёмным Лордом. — Вот как? Регулус, чем вы докажете, что вы не шпион Волдеморта? — огромным усилием воли пытаюсь сохранить спокойствие, когда Дамблдор вновь называет Тёмного Лорда по имени. — Сэр, я знаю местоположение штаб-квартиры Тёмного Лорда, — Дамблдор чуть заметно кивает, — и схему первых двух линий защиты. — Это мне известно. У меня есть схемы первых четырех линий защиты загородной резиденции Лестрейнджей, — директор оценивающе смотрит на меня. Он это знает?! Откуда?! Похоже, я сделал правильный выбор… — Программу обучения новых слуг Волдеморта я тоже знаю. — Имена внутреннего круга. Малфой, Лестрейнджи, Розье… — Долохов, Треверс, Крэбб, Гойл, Нотт…— глаза Дамблдора опасно блеснули. — Может, вы пообещаете мне шпионить за Волдемортом? — Нет, я не могу к нему вернуться, это невозможно, — почти все мои козыри биты. Есть ещё один, но это туз. — У меня есть ценная информация о самом Тёмном Лорде. — Надеюсь, это не его настоящее имя или что-то подобное? — Нет. Это секрет его бессмертия. Туз — он туз и есть… Через пару минут в номер входит тот старик из бара, чтобы скрепить для нас Непреложный обет. …Я поклялся бороться с Тёмным Лордом и не раскрывать никому тайн Ордена Феникса, а Дамблдор в ответ пообещал, если потребуется, защитить меня и мою семью. Непреложный обет не панацея, даже я знаю несколько способов обойти его, пусть и очень дорогой ценой. Но другого выхода нет… — Сэр, Волдеморт создал крестражи, — наконец раскрываю главную тайну Лорда. — Крестражи?! — Дамблдор аж подскакивает с кресла. — Это ценная информация! Значит, он выбрал именно этот способ… Жаль… — Мне удалось раздобыть один из крестражей, медальон Слизерина. — Вы считаете, что их несколько? — Да. Второй — это чаша Хаффлпафф, — скрывать не имеет смысла, Дамблдор обязательно раскопает всю информацию о медальоне и наткнётся на упоминание о пропаже чаши. — Больше мне ничего не известно, включая расположение чаши. Но, думаю, это какой-то древний артефакт. — Вы правы, Регулус, — соглашается Дамблдор. — В ту ночь, когда отец Волдеморта был убит, якобы дядей Тома, пропала одна старинная вещь. Кольцо Гонтов. В Хогвартсе на старших курсах Том носил его на пальце… — Сейчас он ходит без колец. — Верно. Регулус, я принял решение. Вы войдёте в Орден Феникса, но сосредоточитесь целиком на поиске крестражей. Я поделюсь с вами информацией.... — Хорошо. Для большинства придумаем легенду. Например, я ищу старинные артефакты для борьбы с Тёмным Лордом. Непобедимые мечи, сверхмощные палочки… — Дары Смерти, — загадочно улыбается Дамблдор. — Почему бы и нет? Я буду действовать скрытно, или вы представите меня Ордену? — А вы бы хотели официально числиться в Ордене? — Да. Мне надо встретиться с братом…