Серый вереск I. Проклятие Королей.

Первая дорога – сидеть, ждать смирно. Быть каменно спокойным, быть абсолютно мирным, Только ветер знает, сколько нужно силы, Чтобы не слететь с катушек и ждать судьбы красиво!!! Второй выбор мне – стряхнуть пыль, сорваться! Извините, мол, но не могу остаться! И лететь, мчаться в неизвестность зимы, А как замёрзнуть просто знают звери и мы!!! А про третий путь не скажу ни слова. Он у каждого свой – раз и готово!

РOV Риты. Крепко держа меня за руку, Алес вышел из дома, в котором остались два мертвых человека. Солнечный свет, заливающий улицу, ударил по глазам, заставляя крепко зажмуриться. Что-то холодное коснулось щеки, и только тогда я поняла что плачу. Дорожки, оставленные слезами, от прикосновения бледных пальцев, заледенели, больно врезавшись в кожу. Пришлось открыть глаза. - Почему ты плачешь? - спросил мой освободитель жестами. - Я напугал тебя? Осторожно кивнув, я отвернулась. - Ну же! Нам надо спешить, нас ждут! - отчаянно замахал руками маг. - Кто? - Моя мать, - ответил Алес и добавил. - Клянусь, что не причиню тебе вреда. На меня это обещание мало подействовало, но пришлось пойти. Оставаться одной в незнакомом месте не хотелось. Мы долго брели по широкой улице, и чтобы отвлечься от грустных мыслей, я смотрела по сторонам. Город был поразительным. Здания, выстроенные из светлого камня, были украшены замысловатыми плетениями диковинных растений. От распустившихся огромных синих цветов веяло свежестью. Этот чудесный запах мешался с вонью и ароматами доносившихся из хлебопекарен, разбросанных по всему кварталу. По тротуарам прогуливались жители Степного узла. На дамах - изящные шелковые платья широкого покроя, а волосы зачесаны наверх и собраны в высокие прически украшенные цветами. Их спутники были одеты в темных цветов сюртуки и сапоги со шпорами. К широким ремням были прикреплены ножны со шпагами. Плащи мужчин мели собой мостовую и мне пришлось внимательно смотреть под ноги, чтобы не наступить на чью-нибудь мантию. Странно, но все было, так как и описывали это время сказочники и герои. Если бы не странные корабли, скользившие по воздуху над домами. Снизу они походили на древнегреческие триеры и их серебряные весла со свистом рассекали воздух. Послышался цокот копыт. Всадники приближались к нам со спины. Обернувшись, Алес громко выругался и втащил меня в щель между домами. - Кто это был? Почему мы прячемся? - спросила я, еле шевеля руками. - Твой брат. Он ищет тебя или твоих убийц, - ответил мой спутник и выглянул из укрытия. Мой брат?! Мой брат? Да я же всю жизнь была единственным ребенком в семье! Даже если предположить, что у отца кто-то был, то вряд ли из этого странного мира. Мир... У меня почему-то язык не поворачивался ограничиться просто городом. Какая-то часть души нашептывала, что Степной узел лишь малая и не самая значимая часть чего-то более великого, более могучего. - У меня нет брата, - уверенно заверила я Алеса. - Нет, - согласился он и махнул рукой, пойдем, мол, тебе все объяснят на месте. Идти пришлось не далеко. Через пару домов мы повернули налево и направились вниз по улице, к реке, шум которой слышался даже издалека. Впереди показалась высокая башня со стеклянной крышей. Из открытых окон доносилось пение, как будто из церкви. За "храмом" потянулись небольшие уютные магазинчики с внутренними двориками, в которых приветливо журчали фонтаны и шелестели листьями цветущие вишни. Зайдя в один из таких садиков, мы направились в самый дальний его угол к небольшому столику, стоявшему под одним из раскидистых деревьев. За ним сидела женщина, удивительная даже для этого мира. На ее бледном лице, словно угли, горели огромные зеленые глаза, волосы, черные пышные были заплетены в толстую косу. Одета она была в простое темно-синие платье, но даже в нем внушала трепет. Без лишних подсказок я поняла, что это мать Алеса. - Де ке акеасте маскараде, мама?(К чему этот маскарад, матушка?) - спросил мой провожатый на своем языке. - Врей са еа а вёцут адеверате? Еу ну импротива, дар ин сентиментул дуке вей сине,(Хочешь, чтобы она увидела меня настоящую? Я не против, но в чувство приводить будешь сам.), - улыбнулась женщина и повернулась ко мне. Чехарду мыслей прервал звонкий мелодичный голос, раздавшийся прямо в голове. - Здравствуй, Маргарита. Приятно видеть тебя в добром здравии дитя, - произнес голос на чистом русском языке. Я непременно бы упала, если бы Алес не подхватил меня и не вернул в стоячее положение. - Да, я знаю. Это немного неожиданно, к тому же ты голодна и устала, а про страх я вообще молчу. Ты не стесняйся, садись, я не кусаюсь, - сказал голос и мать Алеса ободряюще улыбнувшись, указала мне на только что появившийся стул. - Вы знает мой язык? - удивилась я, стараясь успокоить нервную дрожь в руках. - Милая, мне известен не только твой язык, - заверила меня женщина. - Я Аркаса Вула. - Аркаса Вула, - протянула я, стараясь запомнить. - Молодец, - кивнула новая знакомая и обратилась к сыну на своем языке. - Ести абус-о ла ун курс де афакери?(Ты ввел ее в курс дела?) Алес пустился в объяснения. Рассказ его был длинным, но он не сбивался и вел себя уверенно. А я, сидя рядом с его матерью, смотрела по сторонам и почти уснула, но взгляд мой наткнулся на зеркало. Боже милостивый! Нет, я, конечно, всякого навидалась, но чтоб такое! Пора начать ругаться матом. Из зеркала на меня смотрела, удивленно хлопая длинными ресницами, незнакомая девушка. Синие глаза особенно выделялись на бледной коже. Губы дрогнули, и на подбородке проступил шрамик. Ладно, хоть что-то не потерялось. А волосы? Боги, я что седая?! От этой, а может и не этой, мысли закружилась голова и я стала крениться в сторону, быстро сокращая расстояния между головой каменными плитами. Ой, нет, только не сейчас! От падения меня спасла довольно цепкая рука Аркасы. Холодными, как и у сына, пальцами, она сжимала мое запястье и улыбалась. Ободряюще так, мило. Но почему-то меня эта улыбка испугала еще больше. - Почему я седая? – спросила я, принимая исходное положение. В сознание стеклянным вихрем ворвался звонкий колючий смех. - Тебя ведь не только это интересует, дитя? Столько вопросов и все без ответов. Бедная моя девочка. Прежде чем выслушать меня, подумай, хочешь ли ты этого? – пропела женщина. - То есть остаться в этом мире? – не поняла я. - Выслушать и принять мой рассказ, как должное, - уточнила ведьма. – А про дом забудь. Ты мертва. - Мертва, - повторила я, шепотом. - Да, - кивнула Вула. - Ладно, расскажите все. - Мы находимся на континенте Ролсав, которым управляет Черный совет. В этом совете заседают сто тысяч присяжных. Но их обитель отсюда далеко на юге, за двумя горными хребтами. Охраняют цитадель Совета двадцать городов: восемнадцать на побережье и два на границе с Северной пустошью. Степной узел второй из этих крепостей. Но мой рассказ пойдет о дальнем Севере. За третьей горной грядой на много миль вокруг не сыщешь следа человеческого, однако, у самого моря, окруженный огненными реками стоит город бессмертных – Алмазные пики. Он охраняется четырьмя башнями: Северной, Южной, Восточной и Западной. Это скорее замки, которыми правят лорды-хранители. Хранителем Южной башни, или пика, является древнее семейство Лерворов. Давно, несколько столетий назад у нынешнего правителя замка родились чудесные дети-близнецы. Мальчик и девочка. Оба с глазами голубе неба и волосами белее снега. Мать их, как гласят песни, превратилась в снег, даровав детям свое бессмертие. Сила мальчика была заключена в волосах, сила девочки – в сердце. Шли годы. Дети подрастали, окруженные лаской и любовью. Лорд Лервор ничего не щадил для своих чад. Забредавшие в его замок барды выходили, прославляя красоту маленькой леди Мергари. Красоту, но не доброту. Сердце девочки было словно из камня. Считалось, что так сила бессмертия охраняет себя. Так или иначе, она оставалась истинной хозяйкой Пика и отцовского сердца. Но пришло время расставания. Брат Лервора, живущий у Южного берега решил растопить лед в груди племянницы и попросил дозволения отправить Мергари в его вотчину. И лорд дал согласие. В назначенный день из ворот Южного замка отправился в сторону гор небольшой отряд солдат. Но даже воины не способны защищаться от Судьбы. Девочка умерла в дороге с пронзенным насквозь сердцем. И как все её предки превратилась в снег. - Красивая легенда, - кивнула я. – Но от меня-то чего нужно? - Взгляни на себя, милая. Ты - она, - ухмыльнулась Аркаса. Конец POV Риты. - И что теперь со мной будет? – испуганно пролепетала девушка, накручивая на палец прядь чужих-своих волос. - У тебя три пути: первый – отправиться с нами на Север, в Алмазные пики и до конца своей жизни играть роль Мергари Лервор. Второй: ты можешь остаться здесь или идти куда вздумается, выучиться местному языку, поступить на работу к какому-нибудь господину и навсегда остаться простой служкой. И наконец, я могу вернуть тебя домой, где тебя, красивую и нарядную, положат в деревянный ящик и засыплют землей. В двух из трех вариантах ты останешься жива, в обоих – ты никогда не увидишь родных, в одном – у тебя появится шанс начать все заново и не с пустого места, прошу заметить, - объяснила ведьма. - То есть если я пойду с вами, то обрету новою семью? Но ведь это, же обман. Отец той девочки знает, что она мертва, верно? С другой стороны её ищет брат… Значит, они не до конца уверенны в ее гибели. Но врать людям, втираться в доверие с помощью горя?! Извините, но меня не так воспитали! – заявила Рита, вставая. – И вообще, зачем вам это?! - У Южного пика всегда должна быть хозяйка, - прошелестела Вула. – Кровная. Иначе бессмертие покинет народ Алмазного города, и все они превратятся в пыль, ибо слишком долго жили. Зараза уже отравляет тамошний воздух. Древние гибнут, словно простые мужики, забвение крадется за древними знаниями, хотим мы того или нет. - Но… - К тому же ты нам обязана жизнью. Так будь добра не растрачивай её впустую. - Но я не знаю языка, обычаев! Я вообще ничего не знаю! - Не волнуйся, поэтому поводу, Маргарита. До пиков путь не близкий. В дороге ты обучишься всему: манерам, речи, истории и письму, - успокоила её женщина. – Итак? - Да, я согласна, - вздохнула Риша. *** Лервор, старый и слабый, ходил по комнате, держась узловатыми, морщинистыми руками за стены. Неверной поступью он добрел до окна и выглянул во двор. Тренировались на манекенах воины, лекарь зашивал какому-то парнишке рану на щеке. Все было как обычно. Как вечность и вечность назад. Замок жил, но его владыка нет. Лорд остался один. Сын умчался, хватая руками дым невероятных надежд. Дочь мертва. Но мертва ли? Что же он за отец, если не идет до конца во имя своих детей? Идти… Последнее время он и до двери дойти не в состоянии, не то что… Что-то скрипнуло, словно приоткрылась дверь. Старик с трудом повернул голову. В комнату вплыла стройная девушка с черными прямыми волосами. - А, это ты, Инутерис, - вздохнул лорд, отходя от окна. - Как вам спалось, милорд? – поинтересовалась девушка, помогая господину сесть в кресло. - Мне опять снились мои дети, - улыбнулся Лервор. - Вам стоит быть пожестче с милордом Мерсером, мой господин. Нельзя же вечно искать то, чего уже нет? - Нельзя, - согласился лорд. – Ты славная девушка, Интунерис. Я бы хотел видеть тебя в кругу своей семьи. - Это приятно слышать. - Скажи дитя, как ты относишься к моему сыну? – спросил старик, вскидывая густые брови. В сердце девушки выла буря. Мерсер… По нему все девки в городе сохли. Конечно, он богат, могуществен, красив. С таким, как за каменной стеной будешь. Но была маленькая проблема. Интунерис его не любила. Совсем. Однако нельзя же из-за чувств лишать себя будущего? - Он прекрасный человек, мой господин, - произнесла девушка, наигранно, смущаясь. - Отлично, милая. Значит, по возвращению домой его будет ждать приятный сюрприз.