Серый вереск I. Проклятие Королей.

Есть зала в четвертой, северной башне, где обычно собирались гости для танцев и всей этой светской муры. Помещение было отделано белым перламутром с легкой ноткой зеленоватого тона. Для тех, кто бывал в западном шпиле, это могло бы показаться настоящим всплеском красок. Всего за полчаса северный зал был приготовлен к великому празднеству. Пока лорды и леди бродили по зимнему саду, Мергари и Морея сидели в покоях Риты. Невесту Мерсера Ровея и Аша быстро переодели в роскошное платье из темно-сливового бархата. Красные локоны девушки были тщательно расчесаны и забраны на затылке с помощью золотых шпилек. В ушах, оттягивая мочки, позвякивали рубиновые серьги. Девушка, немного нервничая, возлежала на мягких подушках и протягивала чудесное белое вино в ожидании хозяйки покоев. Сама Риша переодевалась в гардеробной. Ей надоело это напыщенное платье, и она искала что-то попроще. Нашла Рита свой идеал чуть ли не на другом конце света. Наряд был миленьким, но простым. Золотое воздушное платье с серебристым поясом, который неощутимо стягивал ей талию. - Расскажи, откуда ты? - попросила Марго, присаживаясь рядом. Торопиться было некуда, слуги еще не пришли. - Я родилась и выросла на самом северном из Фитских островов. Снег там мог пойти даже летом, а из окна моей комнаты виден был Извечный лед. Похвастаться мне особо не чем. Отец всю жизнь был рыбаком и возил товар сквозь проделанные огненными реками проходы к вашим берегам. Я редко с ним плавала, но с удовольствием слушала рассказы об этом месте. Иногда, чаще всего зимой, я просыпалась на рассвете и бежала в гостиную, чтобы посмотреть на то, как появляется в небе Алмазный город. Облака так причудливо складывались, что можно было различить отдельных людей. Ой, - запнулась Морея, - я, наверное, заболталась. - Нет-нет, - успокоила ее Риша, задумчиво глядя куда-то поверх головы. Ей вдруг вспомнились те утра, те облака над водохранилищем, которыми она жила все свое детство. - Однажды, совсем не давно, Мерсер решил отправиться на твои поиски. Отец к тому времени был наемником при этом дворце и за то, что согласился последовать за твоим братом, получил из рук лорда стяг. Своим гербом он выбрал двух рыб: белую с черными глазами и черную с белыми. Когда они возвращались с похода, то заехали к нам, где Мерсер меня и встретил. Девушка, окончив рассказ, отставила полупустой бокал и в тысячный раз огладила юбку. - Я очень рада за вас. Ты и Мерс прекрасная пара, - улыбнулась Рита. - Я очень на это надеюсь. Только вот... - Что? - Я же смертная. Мы долго не живем, - грустно напомнила девушка. - Я уверенна, что мы что-нибудь придумаем. В дверь постучали, и вошла принарядившаяся Аша. - Миледи, бал скоро начнется, - известила она. - Милорд ждет вас обоих. - Ты когда-нибудь танцевала на балах? - спросила Рита, вставая. - Нет, - покачала головой Морея. - И я нет, - хихикнула девушка. - Пошли. *** Зал северной башни преобразился. Освещенные тысячью свечей по мраморному полу плыли в танце, смутно напоминающем вальс, сотня, а то и больше пар. Мерсер, как истинный кавалер, принял обоих дам под руки и вышел с ними на верхнюю ступеньку лестницы. Маленький глашатай в смешном костюме подпрыгнул и, ударив жезлом об пол, прокричал на весь дворец: - Лорд Мерсер Лервор, наследник Южного пика и любимый сын Первородного Лервора. Леди Мергари Лервор, наследница Южного пика и любимая дочь Первородного Лервора. Леди Морея из рода Риакас, названная наследница и дочь Лервора Первородного. Невеста Мерсера Лервора. "Да уж объявил, так объявил" - подумала Рита, вставая рядом с Мерсом на самый край верхней ступеньки. Собравшиеся аплодировали, некоторые улыбались, но абсолютно все пожирали их глазами, оценивая каждый жест, каждую складочку наряда. И они выделялись: в своих ярких одеждах, среди всех этих холодных, чопорных лиц и цветов. На мгновение Риту захлестнула паника. Она никогда не видела и уж тем более не стояла перед таким количеством народа. Мерсер ободряюще пожал ей руку. Что бы он сделал на ее месте? Улыбнулся? Легко склонив голову, она тоже улыбнулась, сквозь зубы, но все же. Её примеру последовала и Морея. Выждав минуту, они начали спускаться в зал. Музыка затихла, и толпа гостей расступилась, пропуская их к отцу, который ждал их на небольшом возвышении. Расступилась, чтобы потом вновь сомкнуться. Словно жадный рот. Лорд был одет в белоснежный камзол с крыльями-брошью на груди. Она скрепляла плащ: неимоверно красивый, из серебристого бархата. Опирался старик на изящную трость из черного дерева. Близнецы преклонили колени. - Встаньте, ибо вы хозяева торжества! - прогремел он. - Сегодня все огни горят для вас. Веселитесь. Словно по команде к Рише подскочил очень странный кадр и пригласил на танец. Знание отчаянно завозилось, вспоминая движения. Сама же девушка разглядывала это чудо природы, представившееся как Жентий, сын и наследник лорда Виперина - хранителя Западного пика. Жен был высок, необычайно худ, имел острый нос и жиденькие рыжие волосы. Он так смешно выкидывал свои ноги-палки, что Рише пришлось собрать всю силу воли, чтобы не засмеяться в голос. - Вы отлично танцуете, миледи! - воскликнул кавалер. Голос у него был до ужаса писклявый. - Спасибо, - выдохнула девушка. - Вы тоже. Наверное, это прозвучало слишком наигранно. - Вы чем-то недовольны, моя богиня? - суетливо осведомился Жентий. - Ох, нет! Просто душновато тут, не находите? - Конечно-конечно. Идите на террасу, а я захвачу бокалы и присоединюсь к вам. - Отличная мысль, - улыбнулась Мерри, а про себя добавила: "пижон". Пока она шла к стеклянным расписным дверям, её пару раз окликнул брат, кто-то предлагал свое общество, но девушка лишь вежливо отказывалась. Выйдя из зала, Рита оказалась в неком подобии сада. На скамейках миловались парочки, не обращая на неё внимания и, сорвав маленькую розочку с куста, Риша побрела дальше, остановившись лишь у мраморного парапета. Облокотившись на него, Марго стала всматриваться в горизонт, обозначенный тонкой алой полоской. Камень приятно холодил кожу и девушка, забыв обо всем, наслаждалась прекрасным пейзажем. Ночь выдалась теплая и безлунная. Однако звезды заполонили собой темный купол. - Вы прекрасно смотритесь на фоне города, миледи, - раздался за спиной тихий голос. Мергари поняла кто это еще до того, как кожи коснулся холод. Развернувшись на каблуках, она нос к носу столкнулась с Алесаром. Улыбнувшись, маг вдруг начал рассыпаться, словно песок. Через мгновение перед Ритой стоял совершенно незнакомый юноша. Светлые волосы неизвестного были туго стянуты на затылке, открывая симпатичное, но не более, лицо с мутно-голубыми глазами. - К чему весь этот маскарад? – осведомилась Рита, отходя на шаг. - Пусть будет так, - хмыкнул маг. – Я не был приглашен. - Тогда зачем пришел? До полуночи еще целый час. - Думаю, потому что соскучился. - Осторожно, - понизив голос до шепота, предупредила его Риша. – Я видела где-то здесь Интунерис. - Плевал я на неё, - выдохнул колдун, касаясь пальцами ее щеки. - Ты все еще хочешь этого ритуала? – спросила Риша, покачиваясь в его объятиях. - Для меня это важно, - сказал юноша, положив голову ей на плечо. - Тогда ладно. - Скажи, я тебе нравлюсь? – неожиданно для себя спросила его Марго. - Безумно, - хмыкнул парень. - А когда ты это понял? Вопрос явно был с подвохом. У Алеса могли бы сейчас спросить дату Первого Парения Света или трактовку заклинания Виренаа – и он бы ответил. А тут… - Когда увидел тебя в седле, - выдал маг. И это была чистая правда. В тот день солнце палило нещадно даже для Степного узла. Они выехали за пределы города: он, Аркаса и испуганная, нервная девочка без прошлого. Хватаясь за узду, как утопающий за соломинку она очень смешно закусывала губу и припадала к шее своей резвой кобылке. Алес тогда лишь посмеялся над ее неловкостью. Но Рита поразительно быстро училась. Это случилось ближе к вечеру: внутри, будто все перевернулось и устроило массовые гуляния. В ту ночь засыпая, он видел на небе синие глаза. Маг так и не понял, что это было, пока не пришлось оставить ее одну. - Да ну? – рассмеялась девушка. - Флакарой клянусь! - Что вы делаете возле моей леди?! – раздался за спиной Алеса неприятный, бьющий по ушам голос. Выпустив из кольца рук Мерри, он медленно обернулся. Нахмурив свои тонкие брови, на него смотрел Жен. В руках ухажера блестели бокалы с вином. – Представьтесь! - Мое имя вам ни к чему, - с нажимом проговорил маг. - Я должен знать, кого вызываю на дуэль! – крякнул юный лорд. - Ну что ж… Временный облик стал растворяться и вскоре из бледного дыма выступил грозный в своем спокойствии колдун. Он него веяло страшным холодом, как в тот день на рынке. - Алесар… Крейсвер, Лорд-хранитель Высокого пика. - Выбирайте оружие, лорд Алесар, настойчиво сказал Жен. Видно было, как затряслись его руки. - Прекратите! – встряла Рита. – Немедленно! - Замолчи! – крикнул Жентий. – Он должен поплатиться за оскорбление! Этот визг стал последней каплей. Глаза Алеса потемнели, а волосы вдруг взвились, создавая ужасающий контур вокруг лица. - Никогда, - прошипел он, стискивая тонкую руку соперника, - никогда не повышай голос на леди Лервор. Понял? Упал и разбился бокал с вином. - Понял? – повторно спросил чародей, глядя, как рука лорда покрывается сероватой коркой. - Алес, отпусти его! – попросила Рита. – Пожалуйста. - Хорошо. Юноша отбросил Жентия от себя, словно куклу. Мальчишка растянулся на полу, но, вскочив, тут, же выхватил меч. - Не знал, что великий колдун всего лишь комнатный зверек! - Ах, ты! – начал, было, маг, стряхивая с плеча руку Риты. - Что тут происходит? Мерсер стремительно приближался к ним. Рядом поспешала взволнованная Морея. - Лорд Мерсер, - склонились соперники. - Что тут происходит? – повторил свой вопрос воин. Его внимательный взгляд остановился на колдуне. – Алесар, требую объяснений. - Мне нечего тебе объяснять, Мерсер, - ответил юноша. – Он оскорбил и меня и твою сестру. - Я уверенна, милорд Жентий не хотел никого оскорблять. Он просто перебрал вина, - попыталась объяснить подошедшая Интунерис. – Правда, милорд? Поняв, что выбора у него нет, наследник Западного пика отрывисто кивнул и, приняв свою спасительницу под руку, удалился в зал. Алес, остыв, повернулся к Рите. - Я не напугал тебя? – обеспокоенно спросил маг, прежде чем острие клинка коснулось его шеи. - Отойди от моей сестры, чародей, - тихо сказал Мерс. – Жи-во. - Не надо, - взмолилась Морея, но у воина не один мускул на лице не дрогнул. - Убери-ка меч, мальчик, - попросил маг, отводя ладонью лезвие. Вновь потянуло морозом. - Да прекратите вы, наконец! – топнула ногой рассерженная Риша. – Как дети! - Уходи, - велел ее близнец, не убирая оружия. Алес обернулся и посмотрел на девушку. - Иди, - кивнула она и безмолвно добавила. – Я приду. Колдун обратился в черную струйку дыма и улетел прочь. На террасе остались лишь близнецы и Морея. - Зря ты так, - разогнала тишину красноволосая. Воин поджал губы. Он не скоро смирится с глупостью поступка. - Как ты? Куда теперь? – спросил он, расслабив руку с мечом. - Ничего, - бросила Рита. – Я устала – пойду к себе. - Тебя проводить? - Нет, не стоит, - отмахнулась девушка и спешно покинула террасу. *** Боги милосердные! Да что же она такого им сделала? Интунерис кокетливо прикрыла личико веером и взмахнула ресницами. Несмотря на свое бедное существование, в прошлом, она неплохо обучилась этикету и всяким уловкам и дам, которым прислуживала. Она знала, когда улыбнуться, когда разыграть скромницу. Но, к сожалению теперь это ей не понадобится. Сцена, увиденная девушкой на улице, окончательно лишила её сил для борьбы. Инта лишь мысленно пожимала плечами, понимая, что Алесара не так уж просто получить. Маг оказался крепким орешком и на ее знаки внимания не обращал внимания. Когда она еще не выкрикнула в то утро имя Аркасы, шанс был. Малюсенький, с ноготь. Но был. А теперь нет. Теперь она должна была наслаждаться видом этого пижона. - Это не приятно, согласна, - прошелестел тихий знакомый голос где-то в голове. - Леди Аркаса? – одними губами молвила Инта, сильнее сжимая свой бокал. - Скучала по мне? - Я не… Я подвела вас… Я не… - Полно, дитя, ты всего лишь защищала себя. Это похвально. Девушка, словно наяву видела, как ведьма отмахивается от её объяснений. Мимо, под руку с Мерсером, проплыла Морея, тепло, улыбнувшись ей. Сил хватило лишь на жалкий оскал и легкий реверанс. - Ты видела моего сына, дочь? Дочь. Это слово заставило сжаться сердце. Её никто еще не называл дочерью с такой теплотой и гордостью в голосе. - Да, с Мергари. - Будь она не ладна, - негодование Аркасы больно ударило по вискам, заставив зажмуриться. – Ну что ж. Это ничего. Следи за Алесаром. Всегда и всюду будь словно тень. Поняла? - Да. Жентий пригласил ее на танец, но Интунерис отказалась, сославшись на головную боль, и вышла вон. Ей нечего здесь делать. Пока. *** Часы показали половину первого и Рита, встрепенувшись, кинулась к шкафу. Где-то далеко звенела музыка. Чертыхнувшись, девушка вытащила из самых недр свои темные бриджи и такую же рубашку. Нацепив их, она покрыла голову шарфом цвета Лерворов – черным с серебристой нитью. Выскользнув на балкон, Риша огляделась. Пусто. Пришедшие на место каблуков, сандалии скрадывали шаги, и Мерри беспрепятственно вышла на темную улицу через свой личный садик. Дорогу к Высокому не нашел бы только слепой. Даже плохо ориентирующейся в городе Марго не составило труда выйти на главную улицу и пойти по дороге вверх, на гору. Дворец Алесара и его матери встретил её сосущей темнотой окон и острыми шпилями. Кованые ворота раскрылись, и Рита вошла в сад. Кедры и сосны здесь сменялись пальмами и кактусами, но все это настолько гармонично было распределено, что казалось единым целым. Парадная дверь из западного тиса тоже открылась сама, пропуская гостью в величественный полутемный холл. Среди величественных колонн, на золотых шестах шелестели шелком знамена. Рише даже показалось, что здесь собраны все гербы всех домов. Хотя она и не представляла их истинное число. Лестница с мраморными перилами уводила ввысь, под витражную розу и там расходилась на две, предоставляя выбор. Немного потоптавшись, девушка свернула в восточный коридор. Вскоре он повернул на юг и из-под одной из дверей выскочил лучик света. Облегченно вздохнув, Марго открыла ее и вошла. Комнаты Алеса не могли похвастаться роскошью. Стены, отделанные светлым деревом, освещались лишь свечами, которые расположил на полу маг. Книжный шкаф и камин занимали всю ближайшую стену. На противоположной вовсю её ширь развернулось окно. Около него стоял, черный в сумраке, рояль и одинокое кресло. У четвертой же стены обнаружилась дверка поменьше, скорее всего в спальню. Сам колдун стоял у своего огромного окна и, сложив на груди руки, смотрел на дремлющий в ночной дымке город. Когда Рита вошла, он не обернулся. Лишь повел плечами, словно замерз. - Я… Мерс, - начала оправдательную речь гостья. - Забудь, - сказал Алес и, повернувшись к ней, улыбнулся своей редкой, но чудесной улыбкой. Острые черты смягчились, и он стал таким, как и запомнило его Знание. Что-то внутри Риты сжалось. - Ты готова? – взгляд его зеленых глаз-льдинок скользнул по расчерченному рунами полу. - Всегда готова, - отозвалась Марго, с ложной бодростью отсалютовав ему. Руки ее начала бить мелкая дрожь. Парень подошел и осторожно накрыл ее губы своими. - Ты справишься, - прошептал он, отстраняясь. - Ты тоже. Он встал в середину круга. В руке к ужасу девушки вдруг сверкнул нож и кожу ладони расчертил багровый порез. Капельки крови, противно хлюпая, закапали на пол. Руны загорелись. Ритуал начался. В комнату ворвался холодный ветер, и отчего-то запахло морем. Пепельные волосы Мерри тут же растрепались. Потоки воздуха устремились к центру круга и, завывая, как тысяча чертей, объяла фигуру чародея какой-то едва различимой серой дымкой. Неожиданно его затрясло, как в припадке и он упал на пол. Быстро метнув взгляд на часы, чтобы засечь время, Рита быстрее ошпаренной кошки кинулась в центр и упала на колени. В Кругу действительно господствовал маленький торнадо. Он взвивал пряди волос девушки, заслоняя обзор. Взяв аккуратно руку Алеса, Риша взглянула на него. Маг как будто перестал принадлежать этому миру. Его лицо сделалось похожим на незавершенный портрет акварелью. И только по-прежнему оставались нормальными, но смотрели они теперь гораздо дальше, обшаривая самые темные углы. Что-то затрещало, словно ломались тонкие ветки, и рядом с Ришей на колени опустилась молодая женщина с темными волосами. Ее грустная улыбка почему-то заставляла задуматься о прекспертиве свернуться где-нибудь в калачик и поплакать. Одной рукой незнакомка коснулась пальцев юноши, и Марго кожей ощутила неимоверный холод, исходящий от полупрозрачной кожи. Другой рукой женщина начала задумчиво перебирать недвижимые в этом ветряном колесе черные волосы мага. - Кто вы? - спросила Рита, крепче стискивая руку юноши. В своем сне он хмурился и кривил вопросительно губы. - Меня зовут Сея, дитя, - отозвалась она шепотом. - Я мать Алесара. - Вы призрак? - слова, словно горох, сыпались и отскакивали от нее. - Можно и так сказать, - усмехнулась леди. - А я... - Я знаю кто ты, Рита. И я рада, что мой сын нашел тебя. Удивление не пришло. Наверное, она просто разучилась удивляться. - Где он сейчас? - словно сама к себе обратилась Мерри. - Далеко. На юге. Дома. Рита взглянула на часы. Прошло двадцать минут. - С ним все в порядке? - Да. Но я прошу тебя: какой бы он не принял после этого выбор, поддержи его. Хорошо? – голос Сеи на мгновение оборвался, ухнув в пустоту. - А что он может выбрать? *** Он вновь очутился на той скале. Снова об камни билось море, серое и холодное, будто жидкая сталь. Горизонт багровел от восходящего солнца. Этот кровавый свет разгонял небесную тьму и затмевал собой крупные, с бусину звезды. Свежий ветер принес крики чаек. На скалах, среди волн развернулись птичьи базары. На этот раз он был один. Алесу стало жутко. Его манила пугающая красота этого места, его суровость. Маг бы, не задумываясь, оставил родной домом и поселился здесь. Но разве не это его дом? Алесар повернулся. Оказывается, за его спиной бушевало не менее завораживающее море. Такое же серое, но с зелеными прорехами. Оно полнилось тысячами запахов, которые, смешиваясь с соленым воздухом, уносились куда-то вдаль и разбивались о высокий холм, на котором высилась строгая фигура замка. Он напомнил колдуну спящего героя. Вот-вот проснется, сбросит с себя оковы сна и станет таким же прекрасным, как и прежде. К скале вела единственная каменная тропинка, но и она уже стала скрываться под напором живучего вереска. Недолго думая, Алес пошел вверх. Движения его были замедленны и, дойдя до раскрытых настежь и обгорелых ворот, он порядком устал. Двор представлял собой идеально ровный квадрат. Сквозь плиты, покрытые сажей, пробивался на свет бурьян, а черные от копоти стены уже облюбовал вьюнок, делая замок частью скалы. Было тихо, и в воздухе носился легкий, едва уловимый запах гари. Фонтан в середине двора давно уже пересох и в верхней чаше нашли себе приют птицы. Двери в само здание отсутствовали, и Алес беспрепятственно вошел внутрь. Темный коридор встретил его звенящим звуком, лишь отдаленно напоминающим тишину. Окна были выбиты, и в залах свободно гулял ветер. Поднявшись по каменной лестнице, маг оказался в Главном Чертоге. Местами пол отсутствовал, и на месте прогалин зияли черные, уходившие в пустоту, дыры. У другой стены, под облезшим и выцветшим гобеленом, изображающим серебристую ветвь на зеленом поле, на высоком месте, впившись в подлокотники сухими, обтянутыми желтой, болезненной кожей, руками сидел некто. Он был не молод, черная, как смоль, борода была когда-то коротко и аккуратно стрижена, но теперь свисала клочьями до самых колен. Грязные космы падали на суровое, острое лицо со знакомо поджатыми губами. Голову венчал венок из серебряных цветов с изумрудными листьями. Многим бы показалось странным видеть почти женское украшение на воине, но Алес не мог не заметить, как корона придавала мужества тонкому, аристократичному лицу. На скрип половиц человек открыл темно-серые глаза и взглянул на гостя. - Сын. Голос лорда был скрипучим и слово он будто выплюнул. Алес поежился. - Отец. - Ты мертв? – вопрос резко рубанул по ушам. - Нет, я жив. Я могу колдовать, - объяснил маг. - Почему ты здесь? - спросил мужчина, разглядывая в упор сына. - Мне нужны ответы. - Ответы? – лорд рассмеялся и его смех до краев наполнил тесный зал. – Ответы?! Зачем они тебе, бессмертный лорд? - Я хочу знать правду. Почему наш замок сгорел? – насупившись, упрямо молвил Алес. Губы призрака вытянулись в ниточку. - Я расскажу тебе, - отрезал он и протянул худую костлявую руку. В одно мгновение зал преобразился. Дыры залатались темным, полированным деревом, прогнившие балки окрепли и с них теперь свисали гордые знамена. В Чертоге прибавилось народу, но все они были размыты, как лицо женщины, которую старик не видел лет пятьдесят. Толпа шепталась, кто-то смеялся, играли музыканты, а факелы весело потрескивали. По окнам барабанил теплый летний дождь. На возвышении теперь стояло два трона. Один огромный, резной был украшен ветвями вереска, другой же изящный и светлый украшали яркие ленты. Прогремели трубы и музыка оборвалась. Гости смолкли. В раскрытые двери вошла пара. Молодой лорд влюблено глядел на свою спутницу, не обращая внимания на съехавший с головы венец. Девушка, не отрывая взгляда от него, любовно гладила совершенно плоский живот. - Долгие лета леди Сее и её сыну! – крикнул кто-то, и восклицание волной прокатилось по залу волной. Когда правители заняли свои места, вновь заиграла музыка. Люди стали подходить к паре, желая им и их ребенку счастья, поднося дары. Все смеялись и шутили. Одна женщина поднесла своей леди темный плащ с вышитой на нем птицей в кольце из вереска. Когда поток дарящих кончился, к ним подошла высокая дама в синем. Алес задохнулся от удивления. Сквозь него смотрела Аркаса Вула в своем любимом мираже. Черная, с сединой, коса лежала на плече тяжелым кнутом. Зал вновь погрузился в тишину, но теперь она давила на собравшихся, как камень. Стража у дверей схватились за мечи. - Могу поздравить тебя, Сея! – воскликнула Ведьма насмешливо. – Сын! Это так замечательно! Значит, ритуал прошел успешно? - Да, - голос девушки дрогнул, и она вцепилась в мужа. – Успешно. - Зачем ты пришла? – в голосе лорда звенела сталь, почти такая же смертоносная, как и та, что поблескивала в его руке. - Зачем я пришла?! – Аркаса обращалась не то к залу, не то к себе самой. – За платой, конечно же! Ведь я исполнила уговор. Мужчина щелкнул пальцами, и слуги внесли огромный кованый сундук. Когда его раскрыли, даже у гостьи жадно сверкнули глаза. Ларец лопался от золота. - Ты смеешь оценивать жизнь своего ребенка золотом? – ситуация явно её рассмешила. – Мне нужна жизнь! - Милорд, - стражник в красивых доспехах наклонился к нему. – Любой из вашей гвардии отдаст себя, не задумываясь. Только укажите. - Почто мне твои вояки, Крейсвер? Мне нужна она! – изящный пальчик указывал на дрожащую от ужаса Сею. - Нет, - голос Крейсвера даже не дрогнул. – Никогда. Алес обернулся и посмотрел на то, что осталось от его отца. В глазах-искрах мелькнуло сожаление, но дух повел головой: смотри, мол. - Негоже… - Стража! – рявкнул лорд, и солдаты бросились на Вулу. Та, погрозив пальцем, растворилась в черной дымке как раз в тот момент, когда пика должна была распороть ей шею. Сея залилась слезами, уткнувшись в плечо мужа. Дальше картины замелькали быстрее. Урожай на полях погиб в последний месяц, и зима привела с собой страшный голод. Крейсвер сам варил беременной жене похлебку из ремней. Ведь они делались из телячьей кожи. Он и его жена похудели и побледнели. В волосах прибавилась седины. А живот молодой леди продолжал расти. Несколько раз отправлялись в Черный Город гонцы, но либо не возвращались, либо ничего не привозили. Язычникам Предхребтовья Совет объявил холодную войну. Весна принесла лишь ясные холодные дни и больше ничего. Воздух звенел и словно назло лорду доносил крики его жены. Ближе к полуночи они смолкли, и перед троном предстала молодая рыжая повитуха. - Говори, - разрешил Крейсвер, не поднимая головы. - Чудесный мальчик, милорд, - пискнула она. - Что твоя леди? - С ней все чудесно. Затем снова побежали дни. Несмотря на голод, маленькому лорду доставалось все, чтобы он рос здоровым. Их с матерью окружала невиданная для такого времени роскошь. Но однажды все изменилось. Они спустились с гор, катя бочки со смолой, которые, поджигая, скидывали на луга близ замка и во двор. Метались люди и тех, кто выбегал за ворота налетчики тут же насаживали на копья. Мать и ребенка вывели через черный ход к берегу чистого ручейка, где их уже ждал человек с лошадью. Замок пылал, поглощая всех и вся. - Я умер с твоим именем на устах, Алесар, - разрушил тишину призрак. - Почему ты не ушел к Уфельде? – спросил юноша, поборов рвотный позыв. - Я ждал тебя, - просто ответил мужчина. – И ты пришел. Чего ты хочешь теперь? - Вернуться сюда, отстроить замок, возродить это место, - выпалил маг, глядя, как алые языки пламени беснуются у стен. - Я горжусь то… - слово лорд не договорил. Алес с ужасом уставился на фигуру в седле темного скакуна. Из-под плаща на них смотрела Аркаса Вула. Смотрела не так, как в той зале, словно сквозь стекло, а вполне осознанно. Что-то дернуло его за руку, и маг вынырнул. Он лежал в комнате, где и был перед началом ритуала. На него со слезами в синих глазах смотрела Рита, закусив губу. Когда она увидела, что Алес пошевелился, то не выдержала и разревелась. Приподнявшись, он обнял её за трясущиеся плечи и, притянув, к себе поцеловал. Боги, как же он не хотел оставлять её. Боги, помогите. Вдруг раскрылась дверь и на пороге показалась Аркаса. За спиной её маячила Интунерис. Одного взгляда хватило юному колдуну, чтобы понять: она знает. Покрепче обняв Ришу, он взметнулся черной струйкой дыма и вылетел сквозь приоткрытое окно, смешавшись с ночной тьмой. Они стояли на крепостной стене, прижимаясь спинами к холодному мрамору. Марго что-то вскрикнула и прижалась к нему всем телом. Алес отстраненно смотрел на реку, несущую свои огненные волны на север, и гладил светлые волосы девушки. Стоило чародею раскрыть рот, как Мерри вскинула заплаканное лицо. - Нет, не говори ничего, прошу, - взмолилась она. - Почему? - Я все знаю. Ты должен идти, но прошу тебя, просто обними меня пред тем, как… - Марго не договорила и снова заплакала. - Я вернусь, обещаю. За тобой, - пообещал Алес, стискивая ее в объятиях. – Ты станешь моей леди. Риша согласно всхлипнула. - Пиши мне, - попросила она, уткнувшись в его рубашку. - Каждый день, любимая. Она отстранилась, чтобы взглянуть на него. «Никогда, - пообещала себе девушка, - никогда не забуду» Внизу залаяли псы, почуяв чужих, и Алесар, последний раз поцеловав, Риту прыгнул со стены, обратившись соколом. Слезы перестали катиться по щекам, и всхлипы застряли где-то в горле. Осталось только завыть, но вместо этого Мерри просто села на самый край и завела печальную, как её будущее, песню. Выл над пламенным потоком ветер. Он несся на юг, вслед за одинокой птицей, донося терзающие сердце слова:

Позабытые стынут колодцы, Выцвел вереск на мили окрест, И смотрю я, как катится солнце По холодному склону небес, Теряя остатки тепла. Цвета ночи гранитные склоны, Цвета крови сухая земля, И янтарные очи дракона Отражает кусок хрусталя - Я сторожу этот клад.