А Гарри Поттер так не может

      Голод обострил обоняние еще больше, и на этот раз юноша отправился в крошечный магазин, похожий на один из тех, что стоят у заправок. В таких не ставили акустомагнитные деактиваторы, какие бывают у выходов из магазинов с более ценными товарами и пищат даже если ты ничего не украл. Их часто грабили, поэтому почти у всех кассиров под столом были припрятаны сюрпризы в виде биты или даже травматического пистолета, но обычно хватало обыкновенных камер наблюдения, которые устанавливали снаружи и внутри.       Проделывая это не в первый раз, Энди знал, куда следует смотреть, чтобы в камеру или зеркало не попало лицо, и довольно быстро пересек стеллаж со всякими печеньками, взял из холодильника пепси и прошел к кассе мимо единственного покупателя помимо него самого, который был занят выбором журнала с пометкой «для взрослых». В такое время даже в подобных, не пользующихся популярностью, местах людей обычно бывало гораздо больше. Молодой мужчина, который по возрасту подходил к той категории людей, с кем Энди мог зависнуть, но, ошивайся такой у школы, непременно вызвал бы подозрение у педагогического коллектива, не обращал никакого внимания на подростка, и, похоже, также не собирался отвлекаться в ближайшее время, так что Энди совсем не волновался, когда в одной руке протягивал деньги за банку газировки, а другую засовывал в карман куртки вместе с лишней мелочью, стыренными сигаретами и шоколадным батончиком. Кассир внимательно следил за ним, пока пересчитывал деньги и выбивал чек, и парень невинно улыбался в ответ, забирая оплаченную газировку и запихивая большой палец свободной руки в переднюю шлейку джинсов. На выходе он столкнулся с мужчиной, который, видимо, так ничего и не выбрал, кивнул на чужое «извини», уловив необычный, но приятный запах чужого тела, и пошел от него в противоположном направлении.       На достаточном расстоянии от магазина Энди полез за батончиком, но вместо него вытянул бумажку с нарисованным ослом. Подросток обернулся, выискивая поблизости шутника из магазина, а то, что это именно он украл у него украденную добычу, сомнений не возникло. Знакомого силуэта нигде не было, или же мужчина хорошо прятался, но искать его было бессмысленно – все равно чек был только на газировку, а сигареты по закону продавались только совершеннолетним.       Расстроенный, Энди вылил в себя остатки пепси и весь путь до дома решил пройти пешком, коря себя за то, что не почувствовал чужую руку в своем кармане. Еще никто до этого дня не посмел забрать у него ни одной вещи, даже ручки в школе, а теперь он чувствовал себя обставленным вдвойне, так как считал себя если не лучшим воришкой в городе, то отличным точно. И вот другой вор обворовал его, хотя стоило отдать шутнику должное – с чувством юмора у того было все в порядке. Даже умудрился оставить свой «автограф».       У дома его ждал нежданчик в виде того самого шутника. Он спокойно стоял, подпирая спиной достаточно высокий забор, защищающий от любопытных соседей, но не являющийся преградой для такого высокого мужчины, как он, который возвышался над ним на добрых три дюйма. Энди на свой рост не жаловался, потому что будь он выше, стал бы выглядеть как один из тех каланчей, у которых будто проявляется синдром Марфана. Единственным выходом для них было нарастить мышцы, чтобы выглядеть хотя бы стройно, а не как жертвы германской оккупации, но обычно результат из-за слишком быстрого обмена веществ становился виден минимум через год настоящих мучений в тренажерном зале. Мужчину, поедающего его шоколадный батончик, было сложно представить прыщавым дрищом, собирающим лбом все преграды на низких потолках – наоборот, он будто всю жизнь только и делал, что занимался своей внешностью и телом, хотя по мере приближения Энди разглядел у него трехдневную щетину, которую не заметил при столкновении. Да он вообще мало что заметил в тот момент.       - Спасибо за «Пикник». Отличный выбор, кстати. Люблю, когда много орешков, - сказал незнакомец и, доев последний кусочек, метким броском закинул скомканный фантик в личный мусорный бак семьи Уотсон.       - Ты, блин, кто такой и какого хрена за мной следишь?       На всякий случай Энди нащупал телефон и приготовился в любую секунду нажать на кнопку экстренного вызова.       - Может, познакомимся у тебя на кухне? Ты наверняка хочешь есть, а я тебе расскажу все в подробностях.       - Нет, ты объяснишься здесь и сейчас, иначе я звоню копам.       - В двух словах не получится. А некоторые моменты вообще могут оказаться слишком шокирующими, так что тебе будет лучше услышать их в уютной и привычной обстановке, все равно у тебя дома никого нет.       Сначала Энди не поверил, что мужик говорит это всерьез, принимая его слова за очередную шутку. Но тот смотрел на него в упор, ожидая приглашения.       - Иди к черту. Я серьезно, проваливай, и я, так и быть, забуду о том, что ты сделал у магазина, а потом приперся ко мне напрашиваться в дом. И тебя я тоже забуду.       - В твоих же интересах меня выслушать, и чем раньше, тем лучше. Но, похоже, я слишком рано пришел. Когда станет хуже, приходи в бар «Белый клык» и спроси Индиану или Ванессу. Индиана – это я, если что, - незнакомец отлип от стены и явно собирался уходить, оставляя после себя еще больше загадок.       - «Белый клык»? Постой, да кто ты такой? И что станет хуже? – интуиция буквально вопила внутри него, умоляя разведать у мужчины как можно больше информации. Догадки крутились в голове, но в них не хотелось верить. Не сейчас, не в данную минуту точно, пусть все ему расскажут.       - Я же сказал, в двух словах не объяснить.       - Это очередной прикол? Что теперь? Приклеишь мне на спину бумажку с надписью «лох» или подкинешь рога оленя?       - У меня не такая скудная фантазия. Но я действительно пришел поговорить с тобой.       - А художество в моем кармане – это тоже часть разговора?       - Это была проверка, которую по непонятным мне причинам ты не прошел. Но в этом уже предстоит разобраться мне. Так что ты решил?       - Ладно, пошли в дом. Но без глупостей, я держу телефон наготове, а у меня хорошая реакция, - мужчина со скепсисом посмотрел на него. – Тебе просто повезло тогда, теперь я буду следить за тобой внимательно.       - Только сильно не напрягайся.       Энди лишь фыркнул на это издевательство и вошел в калитку первым, чтобы отпереть дом. Как вежливый хозяин (а больше для того, чтобы не выпускать незнакомца из виду) Энди открыл перед гостем входную дверь и запустил того в коридор. По запаху было несложно определить, что в этой семье кто-то явно страдал от алкоголизма. Энди часто приходилось выносить после попойки отца допитые бутылки дешевого виски или пустые банки от пива, но они появлялись с завидной частотой и почти считались предметами декора. На секунду Энди испытал стыд за то, что позволил такому человеку, как его гость, увидеть подобное. К нему иногда приходили приятели, но их семьи и дома почти не отличались от его, а странный мужчина, чья странность скорее была загадочностью, явно жил в квартале покруче. Энди быстро подавил в себе это чувство, вспомнив, что ему плевать на мнение людей и что ему не нужно впечатлять какого-то незнакомца, строя из себя кого-то лучше, кем он не являлся на самом деле.       - Как тебя зовут? Я уже представился.       Подросток залез в холодильник и вытащил свой обед вместе с упаковкой апельсинового сока.       - Я Энди, а твое имя я уже забыл, - Энди запихнул тарелку в микроволновку и налил сок себе и своему гостю, не собираясь интересоваться у того, а любит ли он такой сок и сок вообще. Не хотелось отворачиваться лишний раз, пока он не поймет, что этому человеку от него нужно.       - Индиана.       - Окей, Индиана, я весь во внимании.       Запиликала микроволновка, оповещая, что обед разогрет, и Энди принялся за еду, с удовольствием подмечая, как Индиана провожает взглядом каждый съедавшийся кусок картофеля или мяса. Он мог бы предложить мужчине разогреть дополнительную порцию, но самоуверенность и наглость этого типа слишком раздражали, чтобы проявлять к нему благосклонность. Возможно, это было потому, что Энди сам такой же.       Не то чтобы для привлечения чужого внимания он бы обокрал интересующего его человека, но знал точно, что если кто-то сильно будет ему нужен, он превратится в сталкера и точно так же подкараулит у дома. Пока людей, заслуживающих такого отношения к себе со стороны Энди, у него не было, но заслужить его расположение было довольно просто – для начала не стоило вести себя, как заносчивый мудак. Индиана своеобразный кастинг не прошел.       - Вижу, твоя рука зажила полностью. Неплохо для новообращенного, тем более так скоро.       Энди замер с поднесенной ко рту вилкой. У мужчины напротив не было сейчас волчьих глаз, но то, КАК он смотрел, полностью совпадало со взглядом в парке в воскресенье, а тот взгляд подросток не забудет никогда. Изучающий, настороженный и будто читающий мысли, словно они огромными буквами написаны у Энди на лбу.       Первый удар кулака был неожиданным для обоих – тело подростка само желало задать хорошую трепку тому, кто посмел его изувечить. Одним быстрым рывком парень оказался рядом с Индианой. Сокрушающей силой Энди не обладал, но разбить губу и заставить чужие зубы шататься у него всегда получалось отлично. Второй удар уже был более поставлен и пришелся на скулу с другой стороны симпатичного лица, придавая тому еще большую брутальность. Решив, что с него достаточно, Индиана удержался на месте только из-за того, что успел схватиться за стол и поймал занесенную для третьего удара руку Энди, усадив буйного парня на место.       - Я еще могу понять первый удар, ну, второй, а дальше нахуя бить?       - Ты, урод, людей жрешь! – глаза Энди метали молнии, и если бы можно было убивать взглядом, от Индианы осталась только кучка пепла.       - Полегче в выражениях, это не я.       - А кто? Тогда только ты был!       - Я не знаю, кто он. В тот вечер ты помешал мне это узнать.       - И я ещё виноват?       - Мне жаль, я не хотел, чтобы с тобой так вышло.       С долей восхищения и удивления Энди наблюдал, как наливающиеся кровью синяки и раны на лице мужчины от костяшек его кулаков рассасываются за считанные секунды. Удивляться в его положении чему-то подобному было само по себе удивительно, ведь у него самого за ночь затянулась рана гораздо серьезнее, но он чувствовал, что впереди его ожидает еще много странного и необычного. Надежды на то, что все его предположения о разыгравшемся воображении верны, рушились буквально на глазах. Его укусил настоящий оборотень.       - Это можно как-либо обратить? Заклинание там, или зелье?       - Прости, я забыл взять свою волшебную палочку, - Энди захотелось ударить его еще раз. - Это как вирус, передающийся через слюну и по наследству, от которого еще не нашли лекарства. Никакой магии нет, только подобные «заболевания». Когда-то давно оборотни имели переходную форму между волком и человеком, и понадобилось несколько тысячелетий, чтобы мы смогли превращаться в волка и обратно в человека полностью. При полной луне легче всего превратиться, и когда ты обратишься в первый раз, то после сможешь принимать облик волка в любой момент. У нас меньше месяца, чтобы я обучил тебя всем тонкостям и правилам жизни моего мира.       - Класс. Просто высший класс. Смогу нюхать чужие задницы и лизать собственные яйца, всегда об этом мечтал, - Энди поставил локти на стол и принялся массажировать пальцами виски. Он переваривал услышанное и думал над вопросами, которые следует задать заранее.       - Зато твой жизненный цикл увеличится в три раза. Будь ты оборотнем с рождения, смог бы прожить лет пятьсот. Я из таких, и нас называют истинными.       - И сколько же тебе лет? – прищурив глаза, чтобы лучше видеть, Энди попытался прикинуть возраст собеседника. Себя он уже давно не считал ребенком, а мужчина даже при наличии щетины тянул максимум лет на двадцать шесть.       - Мне сто шестьдесят четыре года.       - Выглядишь моложе, - подросток слабо представлял себе, чтобы кто-то смог прожить столько, сохранив при этом такую внешность.       С позапрошлого года он втайне мечтал никогда не взрослеть телом, чтобы к нему всегда относились снисходительно, а через десяток лет не смотреть в зеркало с отвращением, замечая все больше проявляющиеся признаки старения. Он вовсе не собирался запускать себя, отращивая живот, как у отца, и будто специально не причесываться, чтобы было лучше видно полысевший затылок, но с возрастом всем приходится тратить все больше времени на себя и свой вид. Зубы, кожа и волосы теряют свою яркость, эластичность и блеск, и далеко не у каждого на счетах хранится приличная сумма, которую ежемесячно отстегивают голливудские звезды своим врачам и стилистам.       - Когда мне исполнилось 25, настал самый расцвет моей силы, и таким я останусь надолго. Твой же организм еще недостаточно крепкий, тебе придется потратить пару лет для его развития. Когда окончательно приспособишься и немного подрастешь, это станет началом твоих возможностей. Контролировать себя и сдерживаться придется всю жизнь.       - Кстати о контроле. Что-то я не заметил его в парке, когда ты пытался меня убить.       - Не убить, а подчинить. Я не хотел никого обращать, но впервые моя звериная сущность взяла надо мной верх из-за человека, и я не знаю, почему. И так же не знаю, почему при столкновении ты никак не отреагировал на меня, а я не почувствовал в тебе оборотня, хотя точно знал, что укусил именно тебя. Прирожденные оборотни кусают кого-то только тогда, когда хотят собрать свою стаю, а те, кого они укусили, сразу видят в укусившем своего вожака, но не ты. Будь ты девушкой, я бы объяснил твое нежелание признать меня проявлением сущности альфа-самки, которые сами выбирают себе пару и стаю, а так остается лишь строить предположения. Скорее всего, дело полностью в тебе.       Из этого выходило, что если раньше Энди был другой среди обычных людей из-за своего нежелания сближаться с кем-то и вливаться в коллектив, а теперь еще из-за укуса, вдобавок он отличается от себе подобных лишь потому, что ни он их, ни они его каким-то образом не могли почувствовать. Конечно, это круто - быть не таким, как все в обоих мирах, но только если это не принесет больше проблем, чем пользы.       - Я могу собрать свою собственную стаю? Теперь я опасен для своей семьи и людей в целом? У тебя есть другие, кого ты обратил? И вообще, в городе много оборотней?       Вопросы сыпались один за другим, и вместо того, чтобы в панике носиться по дому и обвинять Индиану в поломанной жизни, ему хотелось как можно больше всего узнать. Наверное, у обращенных после укуса возникает какой-то психологический щит, не дающий им впасть в истерику, либо же это была персональная реакция его организма. Как бы там ни было, он был готов ко всему.       - Мы не нападаем на людей, только в целях самообороны, но если такое случится с тобой… Я не имею на тебя влияния, чтобы после превращения подавить твои инстинкты, а потому тебе придется несладко. В главе стаи всегда стоит истинный оборотень, потому что мы гораздо сильнее обращенных, и если ты захочешь стать вожаком, то любой истинный тебя убьет. Так что собирать собственную стаю для тебя самоубийство в чистом виде. Пока что я принадлежу стае своего старшего брата – она единственная в этом городе, в ней восемнадцать человек, включая меня. Еще этот неизвестный, который убивает в парке, но он точно не из стаи. Ты единственный, кого я обратил, потому как никогда не стремился обзавестись командой несмышленых юнцов, за которыми придется постоянно присматривать. Но поскольку я тебя укусил, это значит, что я вынужден уйти из своей семьи и основать свою собственную. Скорее всего мне удастся убедить брата, что с тобой все вышло неумышленно, и ты первый и последний обращенный мной. Тогда нам позволят остаться в городе, иначе мне придется или бросить своему брату вызов, или уехать как можно дальше.       - Какие-то у вас звериные правила. Вы же люди, ну, по большей части, зачем все эти вызовы и изгнания? Все можно решить мирным путем. Я же могу прийти к твоему брату и сказать, что я с вами.       - Это правила, и правила созданы не просто так. То, что я укусил тебя, а не какую-нибудь девушку для продолжения рода – уже само по себе вызов. Я показал всем, что хочу, чтобы подчинялись не брату, а лично мне, и это значит, что я претендую на место старого вожака. Только то, что им является мой брат, дает мне возможность хотя бы объясниться перед ним.       - Все равно жестоко. И что нам делать? Твоя стая меня не примет, потому что меня укусил ты, а не вожак, ну, или пока ты не победишь его и станешь главным. Из нас двоих стая какая-то никакая, потому что я тебе не подчиняюсь, свою собрать у меня тоже не прокатит, а уезжать из города в ближайшие годы я точно не собираюсь.       - Я знаю только то, что не собираюсь бросать тебя одного, так что хочешь ты этого или нет, будешь держаться рядом со мной. Тебе нечего опасаться.       - А как же охотники на оборотней? Кто-то должен был узнать о вас за все время ва… нашего существования. И если охотники приедут из-за убийств в парке, они наверняка выйдут на твою стаю. Или только на тебя. Или даже на меня. А я не хочу валяться где-то в лесу, нашпигованный серебряными пулями.       - Мы живем в этом городе уже сто лет еще с тех пор, когда во главе стаи стоял мой отец. Ты думаешь, мы позволим уничтожить себя, а полиция спокойно отреагирует на каких-то охотников, посмевших разгуливать тут, отстреливая нас? И рассказы про серебро – выдумки людей, но вот выжить после пули в сердце никто не сможет, как и с отрубленной головой. Об этом можешь не волноваться, это место полностью под нашим влиянием.       Энди знал только одну семью в своем городе, чья власть и влияние подходили под описание Индианы. О них знали мало, но их знали все, и если обративший его мужчина был тем, о ком он думал, то перед ним могли открыться такие новые перспективы, о которых он только мечтал.       - У тебя фамилия случайно не Берджесс?       Индиана усмехнулся и пододвинул к себе тарелку Энди, в которой оставалась большая часть обеда, которую тот так и не смог доесть после своего порыва помахать кулаками, настолько он втянулся в беседу. Впрочем, Энди абсолютно не возражал против такой наглости – все равно все уже остыло, а в холодильнике было достаточно еды. Тем более после догадки о тот, кто перед ним сидит, подросток испытал некоторый трепет перед мужчиной.       - Верно.       - Ты не похож на нашего мэра города. В смысле, что-то схожее конечно есть, но вы скорее как дальние родственники. Выходит, что ты – брат Абеля Берджесса? – Индиана кивнул. - Странно, я не помню, чтобы твое имя звучало хоть где-то.       - У нас с ним разные матери, а я отошел от политики еще много лет назад – не люблю, когда в личную жизнь лезут с камерами в попытках разузнать о каждом следующем шаге. Меня можно считать белой вороной в нашей семье, но это не значит, что обо мне совсем ничего не известно. Предпочитаю вести дела с европейцами.       - Значит, вот благодаря кому у нас столько больниц европейского качества, а в школах дополнительно ввели еще один иностранный язык? Нефиговый вклад в развитие города.       - Рад, что ты в курсе.       - И чем же ты занимаешься в свободное время? Борешься с преступностью? Выполняешь секретные задания?       У себя в воображении подросток слабо представлял Индиану в костюме, темных очках и пистолетом за поясом. Не то чтобы это было невозможно - очень даже возможно, - но Энди не верил, что такой самец (это слово само напрашивалось на язык) с такой же беззаботностью, с какой жевал стыренный у него батончик, сможет хладнокровно нажать на курок. Ну, или загрызть - все же он волк.       - Не все так интересно и захватывающе. Когда не езжу заграницу - занимаюсь своим баром, которым владею пополам с напарницей. Она работает там барменом, я уже говорил. Ее зовут Ванесса.       - Постой, тебе почти двести лет, у тебя влиятельная семья, куча связей и все такое, но ты просто владеешь баром? Что такого должно было случиться в твоей жизни, чтобы быть поближе к выпивке?       - Несчастная любовь, разбитое сердце и прощальный секс, - Энди собрался сказать пару утешительных слов и что-то вроде: «Прости, чувак, я не хотел бередить твою старую рану», но Индиана широко улыбнулся и продолжил: - Шутка. Мне просто нравится создающаяся там атмосфера. Люди расслабляются, откровенничают, слушают выступления молодых групп. Иногда попадаются весьма занятные личности. Если хочешь, можем заглянуть туда по пути, а я заодно улажу там кое-какие дела.       - Я никуда не собирался, вообще-то.       - Время поджимает, и раз ты все же выслушал меня сегодня и все понял, а я на это надеюсь, тебе следует показаться стае, иначе они решат, что это ты грызешь по ночам человечину. - Для пущего эффекта Индиана поклацал зубами, пережевывая последние куски картошки.       - Я же еще даже не превращался!       - Они-то этого не знают. Запах выдает в тебе волка, и несмотря на то, что его можно скрыть, лучше этого не делать, рано или поздно тебя все равно вычислят. Я подожду здесь, пока ты одеваешь что-то более… приличное. Хотя бы смени эти рваные джинсы.       Подросток его мысленно послал, попытавшись изобразить на лице все, что думает о чужом мнении по поводу его крутых дырявых джинсов, которые держались на нем только благодаря ремню. Не то чтобы он был таким тощим, просто современная мода призывала носить все обтягивающее, а Энди не хотел выглядеть «сладким мальчиком».       Он сменил куртку на «праздничную» толстовку с изображением скрещенных мечей на спине, вместо подранных джинсов натянул обычные, с кучей карманов до самых колен, зачесал отросшую челку набок, становясь похожим на участника какого-нибудь бойз-бэнда, и отправился вниз – покорять новый мир.