Wolves in the North

Солнце нещадно пекло наши спины, потому что мы шли по открытой местности. Для группы, состоящей из более 50 человек, мы двигались довольно медленно, но Йорена, кажется, это не волновало. Я с еще несколькими другими шла пешком, в то время как большинство передвигались в повозках. Я была не против этого, но и не в восторге. Вечер только наступил, а казалось, что мы шли вечность. Мы действительно передвигались очень медленно. Я чувствовала усталое и тяжелое дыхание мужчин, окружавших меня. Мои ноги начали болеть – с того момента, как мы покинули Королевскую Гавань, мы не делали остановок; только разве для справления нужды. Во рту у меня был странный привкус. Пот продолжать стекать с меня и попадать в глаза, мешая видеть. Но как неудобно бы мне не было бы, я не стану тормозить всех. Чем раньше я попаду домой, тем лучше. Я представила, как кинусь в объятия матери. Ох, как же я по ней соскучилась. Я не думала, что такое возможно, когда мы только приехали в Королевскую Гавань, но это действительно так. Я скучала по ней. Но не так, как по отцу. Кровь, так много крови. Опускается меч, голова падает и катится и кровь, кровь, кровь. Она повсюду. Крики, визги, кровь. Хлопки, плач, кровь. Я не услышала, как кто-то позвал меня. Воспоминания о казни отца накрыли меня с головой. Эй, - прозвучал знакомый голос прямо мне в ухо. Я подпрыгнула. - Извини, - сказал юноша, отходя от меня. О, да это тот самый парень с темными волосами и голубыми глазами. – Я подумал, что ты не в курсе, потому что ни на что не обращал внимания. - Да, - я подошла к нему ближе. Он посмеялся и сказал: - Йорен говорит, что мы почти на месте. Остановимся только на ночь. - Отлично, - ответила я. - Я подумал, ты захочешь узнать. - Я слышал его, - соврала я. - Нет, не слышал. Я не собиралась с ним спорить. - Нет, слышал. А теперь заткнись и оставь меня в покое, - он отстал, за что я была очень благодарна ему. Но через несколько секунд я поняла, что было бы лучше не говорить ему такого. В конце концов, он просто хотел предупредить меня. "Ты - волк", - крутилось у меня в голове. А волки не позволят собой управлять. "Сейчас ты - Арри, мальчик-сирота", - зазвучал другой голос. "Но несмотря на это, ты все равно волчица Винтерфелла." "Заткнись." "Ты знаешь, что я прав." "Да, но все равно заткнись." "Неужели я схожу с ума?" – спросила я себя. "Скорее всего." С наступлением темноты мы перешли с грунта на мягкую землю, и Йорен решил остановиться в этом месте на ночлег. Все буквально повалились на землю. Лагерь был разбит, группа молчала. Я отыскала ручеек поблизости и собиралась уже глотнуть из него, как услышала шепот позади себя: - Эй, - я обернулась, и мои плечи тут же упали. Парень с темными волосами и голубыми глазами. "Боги праведные, что ему опять нужно?" - О, это ты, - в моем голосе прозвучала досада. Хорошо. Он, кажется, не заметил этого. А может и заметил, но виду не подал. - Йорен сказал нам спать в группах. И сейчас я точно знаю, что ты этого не слышал. Мы вне пределов слышимости. - Хорошо, - ответила я. – Так ты хочешь быть в моей группе? - Ну, ты единственный здесь, кого я знаю, - ответил он. - Ты не знаешь меня. - Я с тобой говорил больше, чем с другими. Я вздохнула: - Ладно, хорошо. Позже уже ночью я обнаружила, что люди действительно разбились на группы, располагаясь по кругу. Мне не повезло иметь в своей еще и пухлого мальчика и его тощего друга. Я сказала им, что если они не будут приставать ни к парню с темными волосами, ни к ко мне, то мы поладим. Я легла на спину, прислушиваясь к храпу мужчин. Луна светила прямо над нами, давая яркий свет. Я вспомнила о письме Томмена и, перевернувшись на живот, достала его из-за пояса штанов. "Арья, Я знаю, ты запуталась и я знаю, что ты потрясена и расстроена, и если бы я сейчас был бы рядом, тебе бы захотелось ударить меня. Мне нужно объяснить тебе некоторые вещи. Я дал тебе это письмо, потому что не могу рассказать все лично, и о чем жалею. Твой отец пришел ко мне через несколько дней после того, как я рассказал тебе, что он ищет бастардов отца. Я тогда не понял, зачем он пришел, но он дал мне несколько указаний. Он сказал мне, что если его казнят, я должен буду увезти тебя из Королевской Гавани. Он сказал отвести тебя к Йорену, с которым, как я подозреваю, Эддард тоже говорил. Он также знал, что я не смогу увезти и Сансу с тобой из-за ее помолвки с Джоффри. Я ничего не понял тогда, но я доверял твоему отцу. Я всегда верил Дому Старков больше, чем своему собственному. Твой отец больше ничего мне не сказал, но он хотел только лучшего для тебя и твоей семьи. Он сказал, что я - единственный, кому он может доверить твой побег из Королевской Гавани. Я больше ничего не знаю, Арья. Когда я писал это письмо, я думал, что оно принесет тебе некоторое подобие спокойствия, но если это не так, разорви его и пусти по ветру. И еще я понял, что скорее всего не увижу тебя вновь, но я хочу, чтобы ты знала, что ты была бы замечательной женой, и если бы у меня был бы выбор, я выбрал бы тебя из всех женщин. Я желаю тебе только лучшего, Арья. Оставайся собой, потому что та, кто ты есть сейчас, это девушка, в которую я влюблен. Томмен." К тому моменту, когда я закончила читать письмо, слезы ручьями текли из моих глаз. Я сложила письмо и снова убрала за штаны. Я повернулась на бок, обрадованная тем, что никто не видит мое лицо. Слезы продолжали стекать вниз, капая на мягкую землю подо мной. Я радовалась, что никто не может видеть тех кошмаров, которые наверняка приснятся мне сегодня.