Счастливая примета

У каждого в жизни есть какая-то своя примета, которая приносит удачу – счастливая монетка, своеобразная причуда, а то и вовсе целый ритуал, несоблюдение которого (исключительно по вашему мнению), может привести к беде. У храмовников такие ритуалы были. Множество. И это несмотря на то, что Рыцарь-командор Грегор строжайше наказывал всех храмовников, пойманных за своими странными занятиями. Не сказать, чтобы они были так уж суеверны, просто работа обязывала – постоянный присмотр за магами выработал в чадах церкви особую систему, когда лучше перестараться, чем недоглядеть. Создатель присматривает за всеми, но помощь его не всегда приходит вовремя. А посему – отчего не спрятать в кармане «счастливую» монету для дозора без происшествий, почему бы не завязывать узелки на поясе, чтобы попытавшийся пролезть к вам демон пересчитывал их, пока вы не разберётесь с ним, и, наконец, почему бы всего раз в год не покинуть тайно башню для особо приятного ритуала под названием баня? Последнее, конечно, граничило с серьёзными нарушениями правил, но обычно всё удавалось провести тихо и ещё ни разу храмовники не попадались. И ведь, в самом деле, разве плохо отметить начало нового года чистыми и отмытыми? Тогда и весь следующий год ничто не запятнает их, не случится с ними ничего скверного, и всё будет просто замечательно. Примета такая. И чем чаще выпадали спокойные годы, тем больше верили в примету, тем рьянее исполняли ритуал – теперь просто отмыться в баньке на берегу озера Каленхад, заботливо натопленной Кестером, который и туда привезёт, и обратно, было мало. Сейчас Каллен как раз собирался совершить этот ритуал с самыми своими близкими друзьями – их у него было немного, но каждому другу он мог доверить свою спину. И впервые за всё время, он собирался пригласить в их тёплую компанию мага. Амелл не разделял любви Каллена к подобным развлечениям, считая, что все суеверия исходят из людской глупости и банального страха, а посему не достойны отнимать его время, да и время Каллена тоже. Именно поэтому, презрев все запреты, сегодня в полночь Дайлен и Каллен договорились о встрече. – Ты согласен выпустить меня отсюда, лишь бы я отправился с тобой, чтобы убедиться в том, во что я даже не верю? – маг был поражён, и если бы хорошо не знал храмовника, мог бы подумать, что тот сошёл с ума, или стал одержимым. – Выпустить только до рассвета, и только с определённой целью. Поверь мне, там здорово, единение душ, очищение как духовное, так и физическое… оттуда выходишь, как из Храма! – заливался соловьём Каллен. Амелл поморщился и, подумав, всё же согласился. – Если там настолько здорово, как ты описываешь, и никто не будет кидаться на меня и пытаться обратно утащить в Круг – может, я и погляжу, что там у вас за ритуалы проходят, – Дайлен усмехнулся и ушёл, пообещав непременно явиться завтра к назначенному месту. Каллен знал, что он придёт – если уж пообещал, то придёт непременно. Тут и примет не надо. Поздним вечером следующего дня, когда уже все маги собирались отходить ко сну, а храмовники заступали на ночное дежурство, они снова встретились – храмовник и маг. Неслышно проскользнули к выходу, где их уже ожидали. Трое храмовников обернулись разом, заслышав подоспевших Каллена и Дайлена издалека. – Вот это сюрприз, – проговорил один из них, высокий светловолосый детина с именем Эдвин. Амелл привычно втянул голову в плечи, на всякий случай придумывая уместный повод находится после отбоя тут. – Дай пойдёт с нами. Я хочу приобщить его к нашему Ритуалу, показать, как он действует. Иначе он отказывается верить во что-либо подобное. – И настаиваю на этом, – негромко, но отчётливо высказался маг. – Да это бы ничего, но я тоже кое-кого пригласил, – ответил Эдвин. – Она из послушниц, и боюсь, как бы не разболтала о том, что с нами будет маг. – Не волнуйся, Эд, не разболтает. Я тоже пригласил кое-кого. Вернее это она сама попросила… – третий храмовник, с именем Дастин, явно смутился. – Кого ты пригласил? – спросил несколько опешивший, от разрастающейся на глазах компании, Каллен. – Нерию… – осторожно выдавил друг, и, заметив побледневшее, а затем покрасневшее лицо собрата, вдруг тихо рассмеялся. Каллену же было не до смеха. – Но ведь это нарушение Ритуала, женщинам нельзя быть рядом с нами в такой ответственный момент. Они же всё испортят… – Не припоминаю, чтобы наличие двух симпатичных дам, могло что-то испортить. Особенно, если дело касается бани. – Дайлен взял себя в руки и, почувствовав, что наказывать и запрещать ему что-то никто не собирается, осмелел. – Вот и посмотрим, – улыбнулся Эдвин, и компания, дождавшись запоздавших дам, отправилась к месту проведения Ритуала… то есть к бане. * * * У пристани их встретил Кестер, заметив, что в этот раз визитёров явно больше. – Пытаемся приобщить других к этой чудесной традиции, – попытался оправдаться Каллен, но паромщик только махнул рукой. – Мне-то что? Пару на всех хватит. Кстати, вас там сюрприз поджидает. – Какого рода сюрприз? – храмовник не любил сюрпризов, особенно таких. К тому же один из подобных сюрпризов сейчас сидел рядом с ним и исподволь наблюдал… вернее, наблюдала за ним. Это же надо было такому случиться, чтобы Нерия оказалась с ними в одной лодке! – Всё вам расскажи, – усмехнулся Кестер. – Приплывём – увидите сами. Остаток пути прошёл в молчании и предвкушении приятных ощущений от жарко натопленной баньки и берёзовых веников, заботливо заготовленных Кестером. Настроение, правда, немного портил тот факт, что им придётся разделиться – дамы не могли быть с мужчинами в одном помещении, это даже не обсуждалось. Наконец, они прибыли – лодка задела дном песчаный берег, и они вылезли из неё, помогая девушкам – жрице и магичке. – А место красивое, – проговорил, спрыгивая на песок, Дайлен. – Уверен, днём тут ещё лучше. – Можешь даже не сомневаться, – усмехнулся Кестер, привязывая лодку к какой-то коряге, выброшенной на берег. – Ну, идёмте. Сюрприз уже в бане сидит – отогревается. Замёрз, пока озеро переплывал. – Что? – снова удивился Каллен. – Так это кто-то из беглых магов? – Самый известный мне и сбегающий достаточно часто, – паромщик отпер двери бани, запертые на засов снаружи, и группа храмовников и магов ввалилась в просторный предбанник. За второй дверью, ведущей в баню, слышалось весёлое мелодичное посвистывание, а порой проступали и слова песни: «На речке, на речке, на том бережочке, мыла Марусенька белые ножки…» Каллен оглядел друзей и рванул дверь на себя. Из бани вырвался пар и окутанный в нём храмовник успел только различить светлую шевелюру и длинный нос. – Чтоб меня… это же Андерс! – воскликнул он, закрывая двери. – Верно, опять сбежал… И что с ним делать прикажете? – Да не волнуйся, Кэлл, мы же утром обратно вернёмся – вот и прихватим его с собой. А будет сопротивляться – так напоим. Есть тут, чем напиться, Кестер? – вопросил Дайлен. – А как же! – откликнулся радостно паромщик. – У меня тут в дому бадья с самогоном. На всех вас хватит и ещё мне останется. – Тащи! – довольно потирая руки, скомандовал Амелл, глядя на отвисшие от удивления лица храмовников и слегка опешивших дам, – Чую, весело у вас ритуалы проходят. Что же раньше не сказали, что у вас есть девчонки и выпивка? Ответом было молчание, и лишь из-за двери доносился очередной куплет андерсовой песни… * * * То, что произошло после, было самым запоминающимся в жизни Каллена ритуалом. Вечер и ночь пролетели быстро и весело – подпившие храмовники и примкнувшие к ним Дайлен и Андерс, очень душевно пообщались между собой, не забыв провести ритуальные омовения и хорошенько прогреться на полке в парной. Завернувшись в чистые простыни, они вышли в предбанник, где их поджидали раскрасневшиеся от хмеля и жары дамы. Нерия тут же подсела к Каллену и они проворковали всю оставшуюся ночь. Дайлен травил смешные анекдоты про храмовников, но никто не обижался, а Андерс, решивший, что помирать – так с музыкой, на бис спел несколько песенок не совсем приличного содержания, чем порадовал всех, включая уже нетрезвых дам… * * * Проснулся Каллен в лодке посреди озера, соображая, как он тут оказался. На нём не было ничего кроме простыни, а от воды тянуло жутким холодом, так что не было ничего удивительного в том, что он несколько раз чихнул, и плотнее завернулся в простыню. – И как это меня сюда занесло? – вопросил он окрестности, но в ответ не донеслось ни звука. Обнаружив в лодке весло, храмовник обвязался простынёй поудобнее и начал грести к высящейся вдалеке башне. Он ещё не знал, что в это самое время приходят в себя его друзья: Эдвин и Дастин в казармах, Дайлен и Лили в комнате мага, не подозревая, что к ним вот-вот нагрянет Йован, Нерия и Андерс – в своих постелях, и лишь только Кестер ещё преспокойно дрых себе на полке в бане, изредка всхрапывая во сне. Год вышел удачнее всех прежних, даже учитывая то, что Каллен всё-таки заболел и его выхаживали Нерия и Андерс, Дайлен тайком таскал ему деликатесы, а друзья-храмовники настойчиво требовали на следующий год продолжения банкета… Примета действительно оказалась счастливой!