Двенадцать храмов

Хоть Святилище некими особо идейными Святыми и считалось оплотом нравственности, почему-то всегда получалось так, что лучшие идеи к ним приходили в самых аморальных ситуациях. Проще говоря, на безобразных пьянках. Так случилось и в тот раз. Именно на очередной вечеринке у Маниголдо, где-то между всеобщим братанием и сном под столами, Альдебаран, Сизиф и Аспрос и придумали шахматный турнир. Проблема действительно стояла остро: в физической силе, ловкости, силе Космо и способности его воспламенять все Святые соревновались охотно и постоянно. С интеллектуальными битвами все обстояло куда хуже, а ведь ум и тактическое мышление были просто необходимы любому Святому! Тем более, шахматы были полноценной имитацией стратегического планирования в бою. Сложив все эти факторы вместе, троица тут же загорелась идеей провести полноценный чемпионат Святилища по шахматам. На следующий день они поняли, почему главными пострадавшими от любых инициатив всегда бывали собственно инициаторы: Его Святейшество Сейдж идею одобрил, однако организацией велел заняться самим Альдебарану, Сизифу и Аспросу. Все трое вздохнули, переглянулись и пошли разрабатывать правила. Желающих участвовать в турнире набралось видимо-невидимо, но тут организаторы столкнулись с неожиданной проблемой: далеко не все те, кто записался, вообще умели играть в шахматы. Почесав в затылках, троица поставила рамки: в чемпионат проходил каждый, кто смог продержаться против Аспроса больше пяти ходов. Для всех остальных решено было создать необязательные занятия по шахматам и другим интеллектуальным играм – но уже после турнира. – Не так-то много участников, – оценил Альдебаран, просматривая списки после окончания отбора. – И все золотые Святые прошли, что примечательно. – Даже самые тупые из нас, как оказалось, умеют играть в шахматы, – пробормотал Сизиф. – Жаль, что я, как организатор, не могу тоже поучаствовать. – Такова наша судьба, – философски откликнулся Аспрос. – А что до участников... Меня вон Юдзуриха, подруга Шиона, удивила, хорошо играет! И Регулус. Сизиф, это ты его учил играть? – Нет, – тот покачал головой. – Я вообще не думал, что он умеет. Наверное, это Илиас. – А он почти поставил мне шах, но отведенное на отбор время закончилось. Даже жаль, что мы не доиграли ту партию. – Кстати, насчет Регулуса, – Расгадо посмотрел Сизифу в лицо. – Ты вообще считаешь правильным ставить его в один турнир со взрослыми? Может, стоит выделить отдельно соревнования подростков? – Какое-то предубеждение у тебя, – тот покачал головой. – Да и кто соревноваться-то будет, всех умеющих играть подростков всего – Регулус и Юдзуриха? Ах да, если засунуть в эту категорию и Шиона с Доко, которые наверняка за такое обидятся, будет четверо. – Я согласен с Сизифом, – сказал Аспрос. – Если Регулус получил доспех, значит, у него столько же мозгов, сколько и у нас. Ну да, не все из нас светочи разума... – ...некоторые просто яблоки жрут, – вставил Сизиф. Аспрос не обратил на это внимания. – Но отделять Регулуса только лишь из-за возраста мне кажется несправедливым. Если кого-то и исключать за несоответствие рамкам соревнования – то Дегеля. Расгадо и Сизиф недоумевающе уставились на него. – Он поставил мне мат, – буркнул Аспрос и пригорюнился. – Регулус сделал Асмиту вчистую! – в храм Стрельца ворвался размахивающий списком Аспрос. – Шах и мат в семь ходов! – Да ладно, – удивился Сизиф. – Он, кстати, очень расстроился, что ты не пришел посмотреть, – уже спокойнее сказал Аспрос. – А почему ты не явился? – С Его Святейшеством разговор был, в том числе и о нашем турнире. А остальные как? Аспрос заглянул в листок. – Юдзуриха наголову разбила Шиона, а Дегель победил Доко. Альбафика поставил пат Кардиа, и мы с Расгадо долго думали, присуждать ему победу или ничью, но Кардиа сам признал себя проигравшим, сказав, что еще не хватало в полуфинале с Дегелем встретиться. Остальные еще не играли. Ах да, забыл: у нас тотализатор. – Маниголдо? – спросил Сизиф. – А кто ж еще. – Предупреди его, что если Его Святейшество это накроет – мы ничего не знали, пусть сам выкручивается. Еще какие-то новости? – Никаких, – Аспрос свернул список в трубочку и спрятал в карман. – Но есть вопрос. Все-таки, где Регулус научился так играть? Если он продолжит разносить взрослых с той же легкостью, что Асмиту сегодня, это ранит их самолюбие. – Их проблемы, – Сизиф усмехнулся. – Я всегда говорил, что он очень умен. – Так это все-таки ты научил его играть в шахматы, – Аспрос проницательно прищурился. Сизиф только рукой на него махнул. Ко всеобщему изумлению, победная серия Регулуса на Асмите не прервалась. В четвертьфинале он совершенно неожиданно для всех красиво победил Эль Сида, которого считали кандидатом на финал и на которого в тотализаторе Маниголдо ставили очень охотно. В полуфинале он должен был сразиться с Альбафикой, и все с нетерпением ждали этой игры. – Дядя Сизиф, – сказал Регулус вечером накануне, сидя на обеденном столе и болтая ногами. В руке он держал грушу и с аппетитом грыз ее. – Я тут подумал... Может, мне выйти из шахматного турнира? – Для начала – слезь со стола, – велел Сизиф и принялся разливать похлебку по тарелкам. Он часто кормил племянника, а заодно – и друзей, которые приходили в гости или которым было лень готовить самим. Самостоятельная жизнь с юных лет не прошла даром. Регулус пожал плечами и перебрался на стул. – А теперь объяснись, – Сизиф поставил тарелки на стол и начал нарезать хлеб. – Я же случайно в полуфинал прошел, – жалобно произнес Регулус, обгрызая грушу. – Ну сам посмотри, кто там кроме меня? Господин Дегель – самый умный в Святилище. Господин Альбафика – один из самых умных в Святилище. И Юдзуриха, а она ухх! – он сжал кулак, пытаясь таким жестом показать все "ухх" Юдзурихи. – И я. Вместо меня должен быть кто-то поумнее. Сизиф вздохнул и отложил нож. Он прекрасно понимал, что чувствовал племянник – сам побывал в шкуре маленького несмышленыша, младшего брата прославленного героя Илиаса. Но Регулусу было еще сложнее. В детстве Сизифа у него были Аспрос, Расгадо, потом Эль Сид, с которыми он был равен, и которые точно так же, как и он, пытались получить золотые доспехи. Регулус же пришел двенадцатым в уже сложившуюся компанию, да еще и оказался в ней самым младшим. Неудивительно было, что он чувствовал себя лишним и предпочитал проводить время со своими ровесниками – бронзовыми Святыми. – Если ты прошел в полуфинал, значит, ты не глупее их, – попробовал успокоить племянника Сизиф. – Тебя уже сейчас все уважают, и даже если ты проиграешь Альбафике – все всё равно будут знать, что ты умный и отважный. Регулус тяжко вздохнул, взял ложку и принялся угрюмо ковыряться в своей тарелке. – Илиас не сдавался, – осторожно сказал Сизиф, и тут же понял, что совершил ошибку: брата упоминать не стоило. А так он, похоже, еще больше расстроил и так печального Регулуса. Тот повесил нос, а ложка в похлебке стала двигаться еще медленнее. – Папа научил меня играть в шахматы, – пробормотал он. – Но я никогда не играл против таких... таких... – Таких же, как ты, – неожиданно для себя самого сказал Сизиф и сел рядом. – Ты думаешь, нам не было по тринадцать лет? Думаешь, мы не смотрели с восхищением на тех, кого считали сильнее нас? А как мы удивлялись, когда оказывалось, что мы не хуже!.. – он потрепал племянника по голове. – Тебе даже легче. Тебя очень многие поддерживают. – Правда? – Регулус поднял взгляд. Сизиф кивнул, не покривив душой. После победы над Эль Сидом ставки на Регулуса в тотализаторе Маниголдо возросли втрое. Многие совершенно искренне хотели, чтобы он победил. – Правда. Поэтому ты пойдешь в полуфинал и всем покажешь! Регулус криво усмехнулся и отправил в рот ложку похлебки. Посмотреть на финал шахматного турнира собралось все Святилище. Организаторам пришлось изощряться, огораживать стол с доской шнурами и устраивать зрительские места. Возле Маниголдо было настоящее столпотворение: хоть он и закончил принимать ставки с началом игры, ему все равно пытались всучить деньги. К столу с финалистами были допущены только организаторы и Кардиа. Последний после возмущенного: "Сизиф будет подсказывать Регулусу!"– был позван в качестве наблюдателя от Дегеля. Все четверо попарно стояли за спинами финалистов и наблюдали за игрой. – Ты достойный противник, – Дегель сделал ход слоном. Регулус оглянулся на Сизифа и снова склонился над доской. – Вы тоже, – ответил он, размышляя. – Давай, мелкий, – пробормотал Аспрос. – Хоть кто-то должен поставить его на место. – Хочешь, я тебя обниму? – парировал Дегель. – А то ты ко мне еще с отборочных игр как-то неравнодушен. Аспрос фыркнул. Регулус передвинул своего белого коня и замер в ожидании. – Давай, Дегель! – Кардиа стиснул кулаки. – Ты самый умный, не подведи! Тот никак не отреагировал на поддержку, он уже тянулся к ферзю. – Шах. Регулус испуганно обвел взглядом болельщиков. – Я сейчас придумаю... – Давай, ты можешь вывести короля из-под шаха, думай! – не вытерпел Сизиф. Регулус наморщил лоб и задумался, что-то бормоча под нос. Через минуту его лицо прояснилось, и он сделал ход ладьей. – Умно, – оценил Аспрос. – Если Дегель сейчас побьет эту ладью, он потеряет ферзя. – Это подсказка! – возмутился Кардиа. – Это комментарий! – в один голос возразили судьи. – Нет, это подсказка! – упорствовал тот. – Регулус мог и не додуматься до этого, если бы не вы! – Да это элементарщина! – горячо возразил Сизиф. Ругаться с Кардиа не хотелось, но он всегда выступал так невовремя! – Сам посмотри на доску! – Я смотрю на доску и вижу, что если ферзь Дегеля будет на позиции ладьи, у Регулуса будет выбор между тем, чтобы съесть его и опять подставиться под шах от слона или самому выставить шах конем, не трогая ферзь! – А это не подсказка, да?! – возмутился теперь уже Аспрос. – Мы вроде хотели... – Вы первые начали подсказывать! – Вы можете заткнуться? Я пытаюсь думать! – воззвал Дегель, но в поднявшемся гаме его никто не услышал. – Расгадо! – Сизиф обернулся к другу за поддержкой. – После этого пассажа с тактикой я требую удалить Кардиа за шнур за грубое нарушение правил! – Еще чего! – завопил Кардиа. – Ты просто хочешь убрать меня как последнюю помеху! Чтобы я не мешал тебе племянника к победе привести! – Да не рассказывай мне сказки, я не дурак! Ты явно хотел этим Регулуса подставить! Ты ему подсказывал, что, надеялся, что его дисквалифицируют?! – Ты идиот, Сизиф?! Я доказывал, что первым подсказал Аспрос! – Сизиф, – Дегель тронул его за рукав. – Я знаю, ты не любишь Кардиа, но честное слово – ему не хватило бы коварства на такой план. Разошедшийся Сизиф не обратил на него никакого внимания. Дегель повернулся к Регулусу. – Есть предложение: спокойно доиграть, пока они ссорятся. Поддерживаешь? – Поддерживаю, – пискнул Регулус, которому было явно стыдно за свою роль в поднявшемся скандале. Дегель взял черного короля. – Рокировка, Регулус, – объявил он. Тот крепко задумался над следующим ходом, а ссора тем временем продолжалась. Сизиф и Аспрос наступали на Кардиа, тот не оставался в долгу, обвиняя их в нечестном судействе: – Да вы с самого начала ему подыгрываете! Победа над Эль Сидом была... – ...полностью справедливой! А вот победа Дегеля над Юдзурихой в полуфинале... – Сизиф сделал паузу и ехидно добавил. – Помнится, ты тогда тоже за спиной у него стоял? Ну и как, это ты подсказал ему тот гамбит, приведший Юдзуриху к поражению? Такого поклепа Кардиа стерпеть не мог: он зашипел, как кот, сжал кулак и изо всех сил врезал Сизифу в челюсть. – Хватайте его, он буйный! – крикнул тот, давая сдачи. С другой стороны на Кардиа накинулся Аспрос, но тот еще с детства практиковал раздачу тумаков превосходящему количеству противников: ему удавалось драться с обоими разом. Впрочем, недолго: Расгадо позвал Эль Сида, тот выхватил из толпы зрителей Маниголдо, и втроем они растащили драчунов. – Пусти меня, – вопил Кардиа, вырываясь из захвата Маниголдо. – Он оклеветал меня и Дегеля, я это так не спущу! – Пусти! – поддержал его Сизиф, борясь с Расгадо. – Я его еще не научил себя правильно вести! Кардиа плюнул, выругался и махнул ногой, надеясь его пнуть. Однако попал он не в Сизифа. – Ой, – сказал он, и вокруг стола в секунду наступила мертвая тишина. Дегель медленно поднялся со своего стула, фигуры свалились с его коленей и попадали на землю. Выглядел он при этом так внушительно, что живо напомнил прежнего Водолея Креста – тем, кто его знал. – Так, – ледяным голосом произнес он. – Пока вы тут ругались, дрались и выясняли, кто прав, мы пытались играть. Но сейчас вы еще и доску перевернули! – Я не хотел, – еле слышно проговорил Кардиа и замолчал. Регулус поднял на Сизифа глаза, в которых уже начали собираться слезы. – Дядя, ну как же так... Ну я же почти придумал! – Регулус, – резко велел Дегель. Тот взглянул на него с надеждой. – Пошли, приглашаю тебя в свой храм. Там сыграем по-человечески. – Но как же турнир? – опомнился Расгадо. – Ребята, вы можете переиграть эту партию! – Я сдаюсь! – рявкнул Дегель. Теперь тишина опустилась не только на компанию в центре, но и на первые ряды зрителей, расслышавших его крик. – Я сдаюсь! – Дегель ткнул пальцем в недоумевающего Регулуса. – Он победитель! Пошли, юное дарование, – уже спокойнее позвал он. – Я все-таки хочу с тобой доиграть. Они медленно двинулись вверх по направлению к храму Водолея. Удивленные зрители – не все видели драку и падение доски – живо обсуждали произошедшее. Сизиф, Аспрос и Расгадо глупо хлопали глазами – такого исхода никто из них не ждал. Угрюмый Маниголдо подсчитывал, кому и сколько он должен. Воспользовавшись его задумчивостью, Кардиа вырвался из захвата. – Эй! – крикнул он вслед уходящим. – Но почему ты не захотел переиграть? Дегель обернулся. – Потому что я-то к вашим выходкам привык, а Регулус нет. И то, что он хладнокровно продолжал играть, когда рядом все вопили, делает его достойным победы. Регулус пораженно уставился на него, а Дегель усмехнулся и двинулся дальше, думая о том, что из этого мальчишки мог выйти толк... если бы получилось оградить его от излишне буйных товарищей.