История Винсента Робертса

Нью-Йорк. Сентябрь 2010 года. Небольшое кафе «Sun Day’s» открывалось в десять утра, но жизнь внутри начинала кипеть еще до открытия. Сьюзен Шелтон пришла на работу и устроилась на своем месте в кафетерии за кассой. Кондитер и повар Жюльен принес поднос с пирожными, кексами и круассанами, расставлял на стеклянную витрину с охлаждением, чтобы посетители могли выбирать понравившееся. Сью вздохнула, украдкой поглядывая на парня брюнета со смешно взлохмаченными волосами. Тот опять воткнул наушники в уши и, немного пританцовывая, кружил по залу, протирал тряпкой столики, расставлял стулья, проверял салфетки, сахар, соль, перец и зубочистки. Он приходил одним из первых, иногда даже торчал под дверью, пока не появлялся директор. Работал парень добросовестно и хорошо, хотя поначалу Сью отнеслась к нему очень скептически. Она считала, что все юноши с такой симпатичной внешностью, как у него, тупые избалованные вниманием красавчики, с зашкаливающим выше крыши самомнением. Она даже не верила, что он продержится на работе дольше пары дней. Но на удивление юноша быстро освоился и даже вжился в коллектив. Ну да, конечно, стоило только ему улыбнуться, и все вокруг сразу теряли способность мыслить здраво. — Привет, Сью, — произнес парень, улыбаясь, когда прошел мимо нее на кухню. Женщина вымученно улыбнулась ему в ответ и проводила взглядом, а потом демонстративно помахала перед собой ладонью, разгоняя воображаемое облако феромонов. Даже взрослые зрелые женщины теряли голову, когда он выходил на смену. Директор нарадоваться не мог, все припевал, что из-за Винсента, такого хорошего, привлекательного и трудолюбивого, в кафе стало на десять процентов больше посетителей, а значит и выручка подросла. Сьюзен выдохнула. Когда Винс приносил ей счета, там чаевых иногда бывало больше, чем сумма заказа. За всю свою работу в «Sun Day’s» она еще никогда такого не видела. К тому же она точно знала, что выручка не сильно выросла. А все дело в том, что посетители приходили просто поглазеть на симпатяжку-официанта, попивая самый дешевый чай или кофе в течение получаса, а то и дольше. Самые умные могли сидеть вообще ничего не заказывая. Но, обычно, таких выпроваживал старик Фил, работающий в кафе охранником. По этой причине директор и держал хотя бы одного парня официанта на смене, поскольки Фил был уже совсем не в тех годах, чтобы справляться со своими обязанностями, но в силу приятельских отношений с директором еще держался на работе. Робертс на роль вышибалы, наверное, подошел бы больше: высокий, плечистый, спортивного телосложения, и очень сильный. Он как-то раз неосторожно чуть столик не сломал, всего-то рукой по нему хлопнув, когда в зале поднялся шум, собственно, из-за него же самого — пришли девочки старшеклассницы и просили его попозировать перед фотокамерой. Винсент выскочил в зал, промчался к двери, и повесил табличку «Открыто». Сью вздохнула, начался новый рабочий день и новое испытание. С ее рабочего места открывался отличный обзор, всю смену ей теперь наблюдать, как Робертс будет разгуливать по залу, обслуживая клиентов. Молодые парни ее не очень интересовали, в силу возраста, тем более такие совсем еще зеленые. Ей больше нравились другие, более серьезные и зрелые мужчины. Но все время созерцать, как под самым носом вертится мальчик в обтягивающей белой футболке с эмблемой кафе на груди, даже Сью выдержать спокойно не могла. Когда Винсент только появился в кафе, несколько месяцев назад, Шелтон начала подозревать, что он вампир. На то было много причин. Его на первый взгляд обычная, но почему-то очень притягательная внешность, например. Поначалу Сью даже подумала, что он разбалованный сыночек из богатой семьи, просто решил бунтовать, сбежав из дома. Сью поразил и британский акцент. Парень сказал, что долгое время жил и учился в Англии, но по документам он гражданин США. Подозрения подогревало и то, что Сью никогда не видела его обедающим или просто перекусывающим во время перерывов. А еще один раз он очень ловко поймал тарелку, слетевшую с подноса новенькой официантки. Обычный человек не мог двигаться с такой скоростью, по мнению Сьюзен. Правда, когда Винс стал работать в кафе, он и сам разнес вдребезги не одну тарелку и чашку. Мисс Шелтон вздохнула, заправляя за ухо мелированую прядь, выбившуюся из прически. Конечно же, ее подозрения не оправдались, хотя она не сдавалась. Для начала попробовала как-то невзначай потрогать парня, убедиться, что температура тела ниже ее, но оказалось, что Винсент вполне себе горячий юноша. Посмотрела, как он реагирует на кровь, когда одна из девочек порезалась об осколки — парень остался равнодушен. Но все подозрения окончательно развеялись, когда однажды в кафе пришел охотник на вампиров в длинном черном плаще, высокий брюнет с серыми глазами. Они с Робертсом о чем-то недолго разговаривали снаружи. Сью тайком подглядывала за ними. Вот такие мужчины, как тот сероглазый, ей нравились больше. Конечно же, вампир никак не мог приятельски общаться с охотником, это нонсенс в понимании Шелтон, и она отстала от Винсента. А вот тот охотник ей теперь все время не давал покоя. Очень уж хотелось хотя бы имя его узнать, но Сью не решалась лезть с такими вопросами к молодому официанту. Она периодически вздыхала, вспоминая высокого охотника с отпечатком серьезного жизненного опыта на лице. Сильный, взрослый, зрелый мужчина, очень мужественный, несмотря на все же немного странную, слишком идеальную внешность. Определенно лучше, чем юный Винсент. Ей, разведенной женщине за тридцать, только и оставалось надеяться, что он хотя бы посмотрит в ее сторону. — Сьюзен… — протянул знакомый низкий, но мягкий голос, и женщина вздрогнула, выплывая их фантазий. Она только сейчас заметила, что перед кассой стоял Робертс. — А, что такое, Винсент? — спросила женщина, подобравшись. — Капучино и два круассана с клубничным джемом, — сообщил он. Сью лениво потянулась к кассе, пробила чек, вложила его в кожаную папочку и протянула парню. — Спасибо, — улыбнулся тот и умчался в зал. Шелтон заметила, что в кафе появились двое посетителей. Женщину обслуживал Винсент, а рядом с мужчиной крутилась Джулия. Утром обычно не бывало много клиентов, самый наплыв начинался во время обеда и вечером. Особенно в пятницу и по выходным. Сегодня как раз пятница. Сью надеялась, что на этот раз обойдется без происшествий. Когда Винс обслуживал клиенток на прошлых выходных, его чуть не изнасиловали прямо на столике. Не в прямом смысле, конечно. И это в стране, где каждый первый мог засудить за сексуальное домогательство, лишь за криво брошенный взгляд? Все женщины вокруг Винсента, будто афродизиаков наглотавшись, начинали сходить с ума. Но как ни странно, Винс реагировал очень сдержанно, часто успевал увернуться от наглых прикосновений и никогда не жаловался. — Хорош, — пробормотал Жюльен, задорно подергав завитыми усиками, и проследил взглядом за Винсентом. Тот ловко обогнул один из столиков и подошел к следующей посетительнице, только пришедшей в кафе. — И ты туда же, — фыркнула Сьюзен на француза. Повар у них, конечно, француз по происхождению, чем директор очень гордился. Родители Жюльена эмигрировали в Штаты еще до его рождения, и по-французски повар мог сказать разве что пару фраз, дабы произвести впечатление, но готовил он отменно. К обеду в кафе опять набились дамы из соседнего офиса. Робертс стоял к двери спиной, только украдкой бросил взгляд на зал и очень жалобно уставился на Шелтон, будто просил спасти его. Сью усмехнулась, поджимая губы, чтобы улыбка не выдавала злорадства. Нет, конечно же, она не злая, вот только почему-то Шелтон нравилось, когда Винса постоянно дергали дамочки. Доводили его до изнеможения. Сью порой неприкрыто хихикала, если офисные леди гоняли парнишку каждую минуту то за чаем, то за кофе, то еще за какой-нибудь мелочью под предлогом, что они забыли заказать. И каждый раз кто-то пытался его пощупать. Создавалось впечатление, что старые нимфоманки поспорили, кому же из них удастся совратить юного красавчика первой. Попытки их нередко выглядели грубоватыми и до жути банальными. Шелтон догадывалась, что Винсент ни за что не согласился бы ни с одной из них встретиться после смены, чтобы сходить в гости на «чай». Сью вспомнила, что в первый раз Робертс разбил целый поднос посуды из-за того, что его ущипнула за зад одна из посетительниц. Надо было видеть лицо Винса в этот момент. За всю разбитую посуду, естественно, вычитывали из зарплаты официанта. Хотя, у Робертса чаевых всегда больше, чем его заработок за день, раза в четыре. В конце дня Сьюзен всегда отдавала ему пачку купюр и немного завидовала. Стриптизеры в клубе и то меньше выносят за один вечер, раздраженно думала она. Но тут же одергивала себя — ей-то откуда знать, сколько зарабатывают стриптизеры? Пожалуй, она даже радовалась, что Винс начал у них работать. Он как будто скрасил скучные дни, всегда улыбался, был приветливым, отзывчивым, казался открытым, хотя никого близко не подпускал. Девочки официантки флиртовали с ним без конца, все надеялись на что-то, хотя Робертс как-то обмолвился, что у него уже есть девушка. Сьюзен неохотно в это верила. Ей казалось, что нормальный парень никогда не отказался бы пофлиртовать с кем-нибудь на стороне. Тем более такой смазливый, как он. У него девушек штук десять сразу должно быть. Как обычно бывает у всех разбалованных своей привлекательностью парней. Но Робертс мастерски игнорировал любой флирт с каким-то профессионализмом, что ли. И откуда у парня такой опыт в его… А сколько же ему лет? Сьюзен задумалась. Как-то ее не интересовал этот вопрос до недавних пор. Она была удовлетворена своим собственным выводом, что ему максимум двадцать три, не больше. Во время небольшого перерыва, Шелтон прошла в кабинет директора, пока тот отсутствовал, и залезла в картотеку с делами работников. Папку с документами Робертса она сразу же нашла и удивилась, увидев дату рождения. Оказалось, ему всего лишь двадцать один год. * * * Прошло несколько месяцев с тех пор, как я начал жить в Нью-Йорке. Никогда бы не подумал, что так быстро смогу освоиться в незнакомом, огромном и шумном мегаполисе, среди гигантских небоскребов. Раньше никогда не задумывался, что город расположен на нескольких островах, соединенных кучей огромных мостов. И впервые увидел настоящую Статую Свободы. Долгое время она вызывала восторг, а потом стала чем-то привычным. Чтобы меня не смогли легко вычислить, в Гильдии мне сделали новые права, по которым я являлся полноправным гражданином США. А еще изменили дату рождения, чтобы я не выглядел подозрительно. Иногда я сильно скучал по своей машине и жалел, что оставил ее в Лондоне. Пришлось снова вернуться к привычке ходить пешком или ездить на автобусе. Прямо как в старые добрые времена, когда я еще был человеком. В течение нескольких недель Даниэль Росс проедал мне плешь постоянными уговорами стать охотником. Поначалу я вежливо отказывался, потом игнорировал, чтобы не нагрубить, а после он и сам, видимо, смирившись со своим поражением, перестал часто беспокоить. Но от своей идеи так и не отказался, периодически напоминая о себе звонками. Рэй настоял на том, чтобы мы сняли квартиры поближе друг к другу, и ему не приходилось ездить через весь город, когда я проголодаюсь. Постепенно я почти смирился с тем, что пью его кровь, чувство вины немного притупилось. Он старался приходить ко мне раз в два-три дня, но из-за охоты иногда задерживался. На этот случай я попросил его оставить мне наручники. Так я мог бы сковать себя и бросить ключ в противоположный угол. Я, конечно, знал, что до такого может не дойти, но все-таки опасался. На всякий случай, Рэй приволок из запасов Гильдии парализующей дряни. Слабых вампиров одна инъекция способна обездвижить на срок от четырех до шести часов, насколько парализует меня — неизвестно. От экспериментов я отказался. К счастью, шприцы выглядели как обычные инсулиновые, так что я носил их всегда с собой, на всякий случай. Моя нынешняя квартира просто крохотная по сравнению с той, в которой я раньше жил в Лондоне. Едва удалось поместить на кухне небольшой диван, а в единственной комнате только кровать и шкаф, но меня вполне устраивало. Я сразу согласился на этот вариант из всех предложенных мне, потому что квартира напоминала мне самую первую, в которой я жил, когда меня выгнали из родительского дома. К тому же мне нравился вид из окна на Гудзон, хотя и далековато, но все равно видно. Порой, сидя на кухне, в полной темноте на подоконнике, я тосковал по старым временам, когда жил свободно и беззаботно, но ничего уже не вернуть. Работу себе я нашел довольно быстро, что очень удивительно в перенаселенном Нью-Йорке. На самом деле я никогда не любил работать в сфере обслуживания, но от вакансии не смог отказаться, когда понял, что заведение совсем недалеко от дома. Я стал официантом в небольшом кафе «Sun Day’s». График работы по двенадцать часов два дня подряд, но зато потом два дня выходных, да и платили прилично. Вернее чаевых у меня в конце дня выходило очень много. Директор довольно строгий, я часто получал выговоры и по шее, правда, увольнять он меня не спешил. А все дело в том, что я привлекал к себе много внимания, а поначалу, пока осваивался, разбил немного посуды. Официантки, с которыми я работал в одну смену, в первое время прохода мне не давали, постоянно приставали с расспросами о моей личной жизни. Пришлось сказать, что у меня есть девушка, чтобы они от меня поскорее отстали. Я не собирался заводить какие-либо отношения со своими коллегами, тем более с людьми. Нервишки пошаливали во время обеда, когда дамочки за тридцать прибегали перекусить к нам из соседнего офиса. Скрипя зубами, я терпел, когда они незаметно пытались ухватить меня за задницу, пока записывал заказ. Либо вежливость не позволяла нагрубить им, либо я просто слишком привык, что меня постоянно домогаются. Бизнес-леди любили дергать меня по любому поводу, иногда превращая обеденный перерыв в настоящий балаган, если они не могли поделить меня между несколькими столами сразу. Я мог часто перепутать их заказы или что-то уронить и разбить. И я снова получал выговор. Но зато они всегда оставляли довольно неплохие чаевые. Иногда я находил на салфетках или бумажках их номера телефонов, которые потом просто выбрасывал. Нередко, приходя домой после работы, я сразу валился с ног на кровать и мог так пролежать несколько часов без сна. Очень изматывало общение с большим количеством людей, я ощущал себя как выжатый лимон. Все мечтал поскорее найти какую-нибудь другую работу, но, к сожалению, ничего подходящего не подворачивалось. В Нью-Йорке вообще сложно найти хорошую работу. За все время, что я прожил в этом огромном городе, я понял, что вампиров здесь достаточно много. Рэй объяснил, что местный закон запрещал распространять информацию о том, что кто-то является кровопийцей. Дискриминация строго запрещена, хотя и не всегда можно уследить. Если вампир не нарушал закона, его не могли даже уволить, если разоблачат. Первое время я не мог поверить, что существуют такие правила. В Англии все совершенно не так, и стать вампиром, все равно, что подписать себе смертный приговор. Любой мог снести голову кровососу безнаказанно. Я будто очутился в совершенно ином мире, где мог вздохнуть спокойно, не боясь потерять работу, если кто-то из коллег раскроет мой секрет. В таком крупном мегаполисе оказалось несколько «правителей» Высших вампиров, но они все негласно подчинялись главному — Альберту Андерсону. И все соблюдали общие правила для всех. Когда я только переехал, мне пришлось встретиться с тем вампиром, который отвечал за район, где мы с Рэем поселились. Как ни странно, им оказался Андерсон. Его власть распространялась на Манхеттен и Бруклин. Адамс сам сопровождал меня, как представитель Гильдии. В Нью-Йорке для вампиров довольно жесткие правила, чтобы поддерживать порядок, но я согласился соблюдать их. К тому же, Рэй заранее меня с ними ознакомил, и я не увидел ничего страшного в том, что не могу пить кровь в общественных местах, или пугать горожан по ночам. Все остальное оказалось совсем незначительным. Нарушителей могли выгнать из города, или убить, об этом меня тоже предупредили. Разговор с Андерсоном выглядел скорее как формальность, что-то вроде личного знакомства, и разрешение на проживание я получил без проблем. Когда я впервые увидел Альберта, он поразил меня. Высокий мужчина на вид лет тридцати. Длинные, ниже лопаток, совершенно седые волосы он собирал в хвост. Его лицо выглядело абсолютно безэмоциональным, будто он нацепил маску. Чем-то напоминал Адамса своей холодностью и отрешенностью. В глубине его бирюзовых глаз отображалась печаль, будто он видел всю горькую правду, прочувствовал боль целого мира. Я странным образом замирал, когда наши взгляды пересекались, казалось, он видит меня насквозь. С Акирой я не связывался со времени нашего последнего телефонного разговора. Несмотря на то, что я сильно скучал по нему, я не смог перезвонить. Боялся, что если Валентайн каким-то образом пронюхает, что мы с Юкимурой продолжаем общаться, то он попытается вытянуть информацию из него насильно. Конечно же, я подозревал, что Акира мог серьезно обидеться или обыскал полмира, но я не хотел втягивать его в свои проблемы. Я получал удовольствие от своей новой жизни, особенно в те дни, когда был полностью поглощен работой, и не оставалось времени для грусти. А выходные я проводил с пользой, и в целях ознакомления с городом и культурой Америки, устраивал себе экскурсии и бродил везде, изучал местные достопримечательности. Вскоре я понял, что различия между Лондоном и Нью-Йорком не такие уж и значительные. По ночам мне вообще казалось, что разницы и вовсе нет. В Нью-Йорке тоже промышляли охотники за головами, которым все равно, хороший ты или плохой: их волновали только деньги. Росс пытался отменить награду за головы вампиров, но, к сожалению, большинство его не поддержало. Такая традиция в Гильдии существовала с самого ее основания, и изменить это не так-то просто. Охотники и так едва смирились, приняв в свои ряды Адамса, который стал полноценным вампиром. Впрочем, даже если отменить награду, опасности меньше не станет. Некоторые убивали кровососов просто ради развлечения или из-за дикой неприязни. Вампира, на первый взгляд, очень сложно отличить от обычного человека. Но я все равно старался быть осторожным, чтобы не вызывать подозрений. Только другой вампир мог бы сразу меня отличить, но, к счастью, в моем окружении, на работе их не было. Адамс вдруг вспомнил, что он местный и решил опекать неопытного и наивного меня. Начал пугать байками про опасности ночного Нью-Йорка и просил не выходить из дома поздно вечером. На что я наплевал, и бегал в какой-нибудь ночной клуб, полагая, что самые интересные и полезные новости можно узнать именно там. Рэй, конечно же, знал об этом. Пару раз мы даже поругались: я получил подзатыльник, Адамс заработал хук справа в челюсть и мы помирились. Во всяком случае, он успокоился, перестал постоянно цепляться ко мне, и твердить об осторожности. Наверное, понял, что бесполезно. На самом деле, по ночным клубам я ходил редко, в основном предпочитал сидеть дома. В холодильнике я всегда держал про запас свежую кровь для Рэя, который после укусов выглядел неважно, а иногда, совсем не двигался. Я чуть лучше научился сдерживать свою жажду и старался сильно его не истощать, не доводить до обморока, но не всегда получалось. Потом Рэй пил кровь за нас двоих, пытаясь восполнить потери и утолить собственную жажду. Я представить не мог, как ему удавалось постоянно терпеть, и даже виду не подавать, что ему неприятно или надоело. Пытался с ним несколько раз заговорить на эту тему, но он либо затыкал мне рот, либо просто игнорировал. Прошло много времени, но я так и не смог понять Адамса. Он сильно изматывал себя работой, без сна и выходных пропадал целыми днями на охоте. Его иногда посылали в другие штаты на очень сложные и опасные задания, а возвращался он обычно выжатый как лимон. Последний месяц он только ненадолго заходил ко мне, и почти сразу же убегал. Но бывало, он настолько уставал, что просто валился с ног и засыпал у меня дома. Его меч я все еще держал у себя, надежно припрятав за шкафом, а Рэй даже не спрашивал о нем. Иногда возникало желание предложить Адамсу попробовать снова взять в руки Черный Клинок, но я решил подождать, пока он сам этого не пожелает. Прошло три дня с тех пор, как Рэй приходил ко мне последний раз. За все это время он ни разу не позвонил, так что я понятия не имел, когда он появится снова. Я начал нервничать, попытался дозвониться сам, но нарвался на голосовую почту. До конца рабочего дня осталось всего полчаса. В холодный пятничный вечер народу в кафе набилось очень много, и не находилось свободной минуты, чтобы присесть и перевести дыхание. Не хватало времени даже подумать о подступающей жажде. Меня постоянно дергала парочка девушек, которые через каждые минут десять заказывали что-нибудь небольшое, и предлагали присесть с ними, познакомиться, но я отказывался, ссылаясь на сильную занятость. Когда меня позвали в очередной раз, я чуть не заскрипел зубами, начиная медленно закипать. — Вы хотите заказать что-нибудь еще? — произнес я, пытаясь улыбаться как можно более непринужденно. — Да, мы бы хотели еще по одной чашечке зеленого чая, — ответила блондинистая особа, невинно хлопая глазками. — Хорошо, скоро принесу, — дружелюбно улыбнувшись, я собрался уже уйти. — А можно еще тебя заказать? — спросила вторая девушка, с рыжеватыми волосами. — Извините, но, нет… — обронил я, развернулся и ушел за чаем. Интуиция подсказывала, что скоро я получу еще один выговор за то, что эти милые особы уже сорок минут просиживали диван, гоняя чаи и пытаясь меня склеить. Мне несказанно повезло. Не успел я обслужить этих юных леди в очередной раз, как шеф попросил помочь с тяжелыми ящиками на кухне, поэтому заказ отнесла Джулия. Пока я вертелся возле холодильников, рабочий день подошел к концу. Еще минут пятнадцать после закрытия кафе мы потратили на протирание столов, расстановку стульев и мытье пола. Я почувствовал, как задрожали руки, но пытался держаться. Вспомнил, что на всякий случай у меня есть шприц. — Винс, там к тебе пришли, — произнес шеф, мистер Саммерс, когда заглянул в раздевалку. Я как раз успел переодеть футболку и закрывал свой шкафчик. — Хорошо, — выдохнул я облегченно. Единственный, кто мог прийти — это Рэй. Больше никто в Нью-Йорке меня не знал, друзей и приятелей я не заводил и не собирался. Надеялся только, что это не одна из очень навязчивых поклонниц, которой очень хочется оказаться у меня в постели. Натянув куртку, я выбежал через заднюю дверь на улицу. Точно, это оказался Адамс. Он стоял недалеко от входа и странно напряженно улыбался. — Прости, задержался, да еще телефон разрядился, — произнес он. Когда я оказался близко и почувствовал его запах, у меня сразу закружилась голова, а клыки выступили и уперлись в нижнюю губу. — Ничего, идем скорее домой, — процедил я сквозь сжатые зубы. Только сделал шаг и почувствовал, что меня, как пьяного, повело в сторону. Голова загудела, и я не мог ни о чем думать, кроме как выпить хотя бы глоток его крови. Мысленно я умолял себя продержаться еще минут пятнадцать, пока не доберемся до квартиры. — Погоди, — произнес Рэй, чуть придержав меня рукой. — Ты едва на ногах стоишь. Это опасно. — Нет, — произнес я. — Не тут, не могу. Нас могут увидеть. — Уже темно, никто не увидит. Рэй схватил меня за руку и прижал к себе, я уткнулся лицом в его шею и чуть не застонал от соблазна впиться в него зубами. Уже и вправду очень темно, время приближалось к одиннадцати часам, переулок освещал лишь бледный фонарь с главной улицы. Адамс прижался спиной к стене кафе, чтобы устоять на ногах. Я прокусил его кожу, цепляясь руками за пальто, пытаясь бороться с неимоверной жаждой, чтобы остановиться прежде, чем Рэй упадет без сил. Я с ума сходил от вкуса, запаха, даже цвет его крови будоражил, поэтому оторваться не представлялось возможным. * * * Сьюзен задержалась: долго возилась с документами, даже все официанты разошлись, хотя Винс обычно уходил одним из последних. Женщина вышла из раздевалки и столкнулась в коридоре с директором. — О, Сью, захвати с собой вот этот пакет, выбрось. А то все уже вынесли, а этот случайно забыли. Винс так быстро убежал, вроде к нему кто-то пришел, — мужчина протянул ей маленький черный пакет, завязанный узлом. «Пришел? Кто? Не может быть…» — пронеслось в голове Сью. Она тихо разочарованно вздохнула. Не успела увидеть того охотника — кто бы еще мог прийти так поздно. — Конечно, — ответила женщина, взяла пакет и направилась к задней двери. Когда она взялась за дверную ручку, то замерла — снаружи кто-то был. Она едва смогла рассмотреть силуэт через маленькое окошко в двери на уровне глаз. Шелтон потянулась рукой к выключателю и свет погас. Так видно гораздо лучше. В темном переулке стояли две фигуры: высокий парень и второй, чуть пониже ростом. Она узнала их, хотя и очень плохо видела улицу. Точно, Робертс и его друг - охотник. Тот самый. Они о чем-то разговаривали, но слишком тихо, ни слова не разобрать. Охотник внезапно схватил Винсента за руку и дернул на себя. Сью задержала дыхание. Высокий парень чуть отступил назад, прислонившись к стене спиной, и они оба почти растворились в тени, но все равно по бликам на кожаной одежде стало заметно, как тесно они прижимались друг к другу. Охотник с силой сжал пальцами ткань куртки на рукавах Робертса. Лиц не было видно, но Сью почему-то показалось, что они… целуются. Женщина выдохнула, чувствуя, как ком подступает к горлу от осознания еще одного жесточайшего облома в своей жизни. Ну почему ей никогда не везло с мужчинами? Очередной мужчина ее мечты оказался занят. И кем же? Этим смазливым официантом. Так вот какая девушка у Винсента на самом деле. Вот почему он так спокоен, когда женщины рядом с ним расплываются лужицей. Шелтон решила, что ее это не касается. Через пару минут парни оторвались друг от друга. Высокий тяжело положил руку на плечи Винсенту, и они направились в сторону улицы. Когда парочка совсем скрылась, Сьюзен вышла и, пытаясь всеми силами подавить предательски подступающие слезы, побрела к мусорному баку. Если бы только можно было заставить себя ничего не чувствовать, она с удовольствием сделала бы это. * * * Когда мы пришли ко мне домой, Рэй сразу же направился в комнату, а я забежал на кухню за пакетами крови. Я замер на пороге комнаты, когда увидел, как Адамс раскинулся на моей кровати без сил. Конечно же, он устал, сразу после того как вернулся, ко мне приехал, даже не передохнул. Я решил оставить его в покое. Все равно я выпил уже достаточно, чтобы продержаться еще немного. Присев на стул рядом с кроватью, я наблюдал за мирно спящим Адамсом и все не мог никак понять, для чего он так изматывает себя, зачем не спит так долго. Сам я тоже не отдыхал давно, но только потому, что боялся засыпать один. Иногда я просил Рэя остаться со мной, потому что когда он находился рядом, мне не снились кошмары, и я был уверен, что он сможет остановить меня, если что-то пойдет не так. Стоило только взглянуть на шею Адамса, и я невольно сглотнул, ощутив новый приступ жажды. Не хотелось кусать его, пока он спит. Зажав себе рот рукой, я ушел на кухню и, скрутившись калачиком под пледом, лежал на диване, схватившись за горло. Тяжело находиться с Рэем в одной комнате, очень хотелось крови, когда я ощущал его запах, когда слышал его дыхание и биение его сердце. Сдержаться очень сложно. Зазвонил телефон и, вытащив его из кармана, я увидел номер Росса. — Ты решился? — веселым тоном выпалил в трубку Даниэль, когда я нажал на ответ. Я чуть слышно зарычал, но взял себя в руки, чтобы не ляпнуть что-нибудь едкое. — Рэй опять вымотался так, что едва ноги передвигает, — тихо произнес я. — Неужели нельзя не нагружать его так сильно? Он же тоже может устать! — Я его вовсе не нагружаю, он сам помимо основных обязанностей берется за любую предложенную работу, — ответил Росс. — Но ты прав, это уже слишком даже для него. Я пытался его отговорить, чтобы он не напрягался, но это бесполезно. — А приказать ему? — Он не слушает меня, я пробовал, — грустно вздохнул Даниэль. — Завтра у меня выходной и я попробую уговорить его остаться дома. Силком заставлю, если понадобится. — Как хочешь, — выдохнул Росс. — Только силой его удержать будет очень трудно. — Что-нибудь придумаю, — пробубнил я и нажал отбой. Под утро я уже начал кусать губы, пытаясь болью отвлечься от мыслей о крови Адамса. Казалось, что лучше бы он пошел домой отсыпаться, а не ко мне. В конце концов, я еще смог бы потерпеть, но было бы гораздо проще одному, без постоянного соблазна. От внезапного прикосновения прохладных пальцев ко лбу, я дернулся и открыл глаза. Рэй проснулся, но выглядел он все еще неважно. Адамс двигался так тихо, что я даже не услышал, как он оказался рядом. Его серебристые глаза смотрелись слегка потускневшими от усталости. — Пойдем, — тихо шепнул охотник и потянул меня за собой, заставляя подняться с дивана. Когда мы зашли в комнату, Рэй задернул шторы на окне, а затем расстегнул и снял рубашку. Стоило ему сесть на кровать, и я рванул к нему, повалил и впился зубами в шею. Адамс слегка дернулся, но не издал ни звука, хотя я знал, что сделал ему больно. Но я довольно долго терпел и просто уже не мог сдерживаться. Я прокусывал его шею снова и снова, потому что раны очень быстро затягивались, старался быть очень аккуратным, хотя и не всегда получалось. Вскоре, я почувствовал, что если выпью еще немного, то Адамс не сможет двигаться. Мне очень хотелось еще, и не потому, что я голоден, просто его кровь для меня как наркотик. Я остановился и уткнулся лбом ему в плечо — не хотелось встречаться с ним взглядом. — Прости меня, — прошептал я и поднялся с кровати. — Не нужно каждый раз извиняться, — тихо ответил Рэй. Я ушел на кухню за кровью, уже точно знал, сколько ему нужно, чтобы утолить свою жажду и восстановиться после истощения, но взял всего пару пакетов. Когда я снова вернулся в комнату, то застыл в дверях. — Ты ведь не уйдешь сразу же? — спросил я. — Мне нужно, — тихо прошептал Рэй, приподнимаясь. — Нет, не нужно, отдохни еще немного, останься со мной хотя бы до вечера. — Я не могу. — Почему? Зачем ты так изводишь себя?! — начал злиться я. — Чтобы стать сильнее, — тихо ответил Рэй и протянул ко мне руку. Я бросил ему один пакет с кровью и тяжело вздохнул. Я догадывался, что все-таки придется сдержать его силой. Адамс открыл пакет и начал пить. — Зачем тебе становиться сильнее? — Тебе этого знать не обязательно… Я не выдержал и зарычал от раздражения. Он все еще продолжал винить себя во всем. Пытался нести один весь тяжелый груз и не желал поделиться с кем-нибудь. Такое самопожертвование начинало выводить из себя. — Перестань! — выкрикнул я. — Ты что, не понимаешь, что можешь однажды упасть на улице от усталости?! Или того хуже, свалишься во время охоты! Тебя же убьют! — Ты волнуешься за меня? — тихо хмыкнул Рэй, оторвавшись от пакета, и едва заметно улыбнулся. — Я беспокоюсь, чтобы ты не погиб так глупо… — Ах да, тогда тебе нечего будет есть, — неприятно съязвил охотник и отбросил пустой пакет на пол. Вот это разозлило меня окончательно, я подскочил к нему и от души приложил кулаком по лицу. Рэй откинулся обратно на кровать и заулыбался. Я заметил, что разбил ему губу. От вида крови меня слегка передернуло, и я успокоился. Бросив еще один пакет в охотника, я зарычал и вышел из комнаты. Присев на пол в прихожей, я вздохнул и задумался. В конце концов, давно стало понятно, что он слишком упрямый, и если уж что-то вбил себе в голову, то уже не переубедить. Рэй вышел следом за мной через несколько минут, присел на корточки и потрепал мои волосы привычным жестом, будто так делал всегда. — Не дуйся, — хмыкнул он. — Я пошутил. — Пожалуйста, останься, хотя бы до вечера, — произнес я, понимая, как сильно не хочу, чтобы Рэй жертвовал собой ради каких-то своих высоких целей. В благодарность за все, что он сделал для меня, я тоже хотел проявить немного заботы. — Только не плачь, — тихо прошептал Рэй и хмыкнул. Я зарычал и врезал ему кулаком в живот. Еще чего, размечтался, чтобы я еще плакал из-за него! — Придурок! — со злостью прошипел я. Адамс согнулся, схватившись за живот, зашипел и закашлялся. Мне стало немного легче, когда я выпустил пар. Хмыкнув, я развернулся и пошагал на кухню. Пора бы заняться и своими делами. Устроившись на диване, включил ноут и полез проверять электронную почту, хотя на самом деле мне никто не напишет. Охотник зашел следом, залез в холодильник, вынул еще пару контейнеров донорской крови и устроился напротив меня на стуле завтракать. — А ты почему не на работе? — произнес Рэй, открывая один из пакетов. — Во-первых, сейчас восемь утра, — монотонно произнес я, — а во-вторых, у меня сегодня выходной. Рэй ничего не ответил, продолжил дальше пить, уставившись в окно с задумчивым видом. Давно вертелась в голове идея, что нам стоило бы снять одну квартиру на двоих, так было бы проще и мне, и ему. Но я не знал, как об этом сказать. К тому же, именно Адамс предложил жить отдельно, и я не стал противиться, ведь в этом случае не будет никакой личной жизни. А она у меня вообще есть? Я даже подружку себе завести не мог. — Может нам снять жилье на двоих? — начал я неуверенно. — А то ты дома так редко появляешься, просто жаль, что твоя квартира простаивает. — Ничего страшного, мне все равно деньги больше некуда тратить, — пробурчал себе под нос Рэй. — Тебе же тогда не придется ходить никуда, просто сразу же сможешь идти домой… Адамс повернулся и внимательно посмотрел на меня. Я не мог понять, о чем он думал, но выглядел он слегка удивленно. Рэй молча поднялся со стула и ушел в прихожую, а через полминуты он вернулся и кинул на стол передо мной ключи. — Как хочешь, можешь перебираться, у меня все равно две комнаты, — безразлично произнес охотник и сел обратно на стул. У меня челюсть отвалилась. Я не знал, что у него двухкомнатная квартира. И зачем было снимать такую большую, если он все равно там почти не живет. Деньги некуда девать?! Мне бы так! — Зачем же тебе две комнаты? — удивленно спросил я. — Других вариантов поближе не нашлось. — Ты бы мог сказать сразу! — Мне казалось, тебе не нравится жить со мной. — Сейчас все иначе! — раздраженно прошипел я. — Мы больше не враги! — Хм, вот как, — задумчиво протянул Адамс и как-то хитро глянул на меня. Рэй прав, я раньше действительно раздражался, но в большинстве случаев не из-за него самого, а потому что он трогал мои вещи без разрешения. Но теперь почти ничего не осталось, и я давно привык, что Адамс пользовался моими вещами. — Хорошо, поехали, посмотрим твою квартиру, — выдохнул я. — Ты сам справишься, адрес ты знаешь, а мне пора… — произнес Рэй и поднялся со стула. Я подскочил и перегородил ему выход, лихорадочно соображая, как же его задержать. — Нет, один я не поеду, только с тобой, — нервно произнес я. — Так ты все-таки еще не отказался от идеи, чтобы я провел целый день с тобой? Но я не могу, у меня куча рабо… — Нет! — выпалил я, перебивая Адамса. — У тебя сегодня нет никакой работы. Я уже предупредил Росса. Рэй долго сверлил меня взглядом, видимо, переваривая услышанное и решая, убивать меня или не стоит. — Ну, ладно, — выдохнул он обреченно. — Но только до вечера. — До полуночи! — выпалил я сразу же. — Почему до полуночи? — Ты можешь сказать, что у тебя вечер начинается с трех часов дня, так что я уточняю сроки, — я побежал одеваться, пока Рэй не успел ничего возразить. Я чуть не лопнул от удовольствия, что удалось уломать Адамса побыть со мной целый день. Не знаю, с чего именно меня так распирало, но даже его серьезная мина не могла испортить моего приподнятого настроения. От моего дома до его пешком всего десять минут, и всю дорогу мы оба молчали, говорить о чем-либо не хотелось. Просто шли рядом, задумчиво созерцая городской пейзаж. Когда я зашел в его квартиру, то сразу обомлел. У меня появилось ощущение, что в доме периодически ночевали бомжи. На кухню похоже никто не заходил с тех пор, как квартиру сдали, толстый слой пыли покрывал все поверхности. В одной из комнат вообще ничего не было, кроме голых стен, а во второй сиротливо стояла одинокая кровать, и по виду на ней вообще никто не спал. — Мда… — выдохнул я, подбирая с пола в комнате черную рубашку. Квартира очень даже неплохая, не считая того, что она выглядела так, словно в ней никто не жил. И Рэй не посчитал за комнату проходной зал. Вид, открывающийся из окон, оказался вполне приемлемым, хотя я немного волновался, потому что раньше никогда не жил на двадцатом этаже. Мысленно я прикинул, что можно купить из мебели, чтобы квартира не казалась такой пустой. К своему удовольствию, я заметил, что ванная комната довольно просторная и даже есть отдельная душевая кабинка. Не придется воевать и ждать своей очереди. — Как тебе? Или снять другую квартиру? — спросил Адамс и зашел на кухню, когда я стоял у окна и созерцал вид. — Вполне, — ответил я и повернулся к нему. Вообще у меня даже в мыслях никогда раньше не возникало, что когда-нибудь я буду жить в одной квартире с другим мужчиной, причем он будет гораздо большей свиньей, чем я. Его квартира выглядит даже хуже, чем моя холостяцкая берлога. Раньше в моей огромной квартире, в Лондоне, всегда прибиралась Кэтрин. Я едва мог представить себя со шваброй в руках. Может съехаться вместе — не очень хорошая идея? Меня мой собственный скромный свинарник вполне устраивал. Но я же сам предложил, значит теперь уже поздно отступать. Хорошо, что еще еду готовить не придется. — На следующей неделе тогда перевезу свои вещи, разберусь со старой квартирой и переберусь сюда, — сказал я, рисуя на пыльном столе квадрат. Я понимал, что вряд ли у меня получится заставить Рэя прибраться даже в своей комнате и туда мне лучше вообще не заходить, чтобы не получить психологическую травму, если из-под кровати выглянет пыльный монстр. — Хорошо, я сделаю тебе копию ключей, — ответил Адамс. По его хитрому лицу я понял, что крупно попал. Похоже, ему пришла в голову та же мысль, что теперь я тут буду вместо служанки прибираться, поддерживать чистоту и уют. Меня слегка передернуло. Я ему жена, что ли? После осмотра квартиры я решил, что лучше всего вернуться ко мне. Особых планов все равно не было, я просто хотел целый день лениться, валяться в постели и смотреть кино. Рэя такой вариант, видимо, тоже устраивал, поэтому он сразу же завалился на мою кровать, умудрившись занять все свободное место. Пришлось ютиться на кухне, в обнимку с теплым ноутбуком, укутавшись в плед. С каждый днем на улице становилось все холоднее, в воздухе чувствовалось приближение осени. Учитывая, что я родился и вырос в Англии, то сырой и промозглый климат был для меня вполне привычным. Когда я снова заглянул в комнату, Рэй спал. Я накрыл его одеялом и решил хоть раз побыть наглым: подвинул его и упал рядом, чувствовал я себя немного уставшим. Сам давно не спал, но не хотелось терять время. Я боялся, что Рэй проснется и, воспользовавшись моментом, сбежит. Я очнулся только когда ощутил, как Адамс зашевелился. — Не уходи… Пожалуйста… — прошептал я, пытаясь бороться со сном и одновременно схватив его за руку, но я слишком устал. — Хорошо, — прошептал Рэй в ответ, и я провалился в сон. Казалось, что поспал я всего чуть-чуть. Проснувшись, я подхватился и стал осматриваться по сторонам. К своему удивлению, я обнаружил, что Адамс дремлет рядом, сверху на одеяле. Посмотрев на часы, я немного удивился, время перевалило за полночь. Решив не будить Рэя, я прилег обратно, укутавшись в одеяло плотнее, и повернулся к нему. Лицо Рэя выглядело очень спокойным и умиротворенным, когда он спал. Хотелось, чтобы он всегда был таким. Я лежал примерно час, пытаясь его не разбудить, а потом нестерпимо захотелось к нему прикоснуться. Мне очень нравился его запах, и я чувствовал, как им пропиталась вся моя постель. Я невесомо притронулся пальцами до его прохладной щеки, потом очертил линию подбородка, провел по шее, немного отвернув воротничок рубашки. Возникло желание приблизиться к нему еще, и снова ощутить вкус крови. Я выбрался из-под одеяла и потянулся к нему, вдыхая аромат кожи, запуская пальцы в волосы. Так сложно устоять... — Кусай… — тихо прошептал Адамс и, схватив меня за воротник футболки, притянул ближе. От неожиданности я дернулся, но вырваться не смог. Стало не по себе от смущения, я стал задыхаться от концентрированного аромата, а Рэй держал меня довольно крепко, не давая вырваться. — Ну же… — выдохнул охотник и чуть приоткрыл глаза. — Я не могу… отпусти! — зарычал я и снова дернулся. — Тогда это сделаю я, — выдохнул Рэй и, перевернув меня на спину, навалился сверху. Когда его прохладные губы коснулись моей кожи на шее, я дернулся, шумно выдохнул и весь сжался. Иногда создавалось впечатление, что Рэй тоже очень хочет меня укусить. Я бы позволил ему, потому что он все время терпит мои укусы, но не мог выкинуть из головы неприятные ассоциации с Валентайном. Я боялся, что ужасное прошлое повторится снова. Рэй отстранился, и обеспокоенно посмотрел на меня, но я не сопротивлялся, а ждал. Пусть даже будет неприятно и больно, ради него я смогу стерпеть. — Ты выглядишь так, как будто сейчас умрешь, если я тебя укушу, — выдохнул Адамс и слез с кровати. — Если хочешь, я… — Не заставляй себя, — ответил Рэй и ушел в прихожую. Я слышал, как он собирался и шуршал одеждой. Мне стало так стыдно, что я даже побоялся выйти из комнаты и посмотреть ему в глаза. Почему все так сложно? Почему мои прежние страхи не дают мне спокойно жить до сих пор? Я никогда не смогу забыть весь ужас, через который пришлось пройти, как бы далеко я ни пытался сбежать. — Я перезвоню, — тихо произнес Адамс и ушел, захлопнув за собой дверь. Продолжая сидеть в одиночестве в темноте, я подумал, что обидел его. Сделал неприятно, когда он увидел, как мне противно от того, что он собирался укусить меня. Но я также не мог понять, зачем ему это нужно. Просто попробовать, каково это? А если ему понравится вкус моей крови? Если он захочет укусить меня снова? Если будет постоянно это делать, смогу ли я выдержать? Упав обратно на кровать, я закрыл глаза. Захотелось закричать от собственного бессилия и трусости. Почему мне так больно?