История Винсента Робертса

Несколько дней Робертса не было видно на работе. Джессика знала, что он теперь работает в ночную смену, под командованием этой вредной Лиз, а днем наверняка отдыхает. Девушка немного жалела, что сама она работала всегда только в дневную смену. После смерти жены, Брюс Саттен, души не чаявший в своей единственной дочери, не желал отпускать ее от себя далеко. Устроил работать к себе помощницей. Джесс всегда была у него на виду, и генерал Саттэн спал спокойно. Девушка за несколько недель привыкла периодически бывать на пятом этаже и заглядывать в библиотеку. Она сама не могла понять, почему ее так тянет посмотреть на Винсента. Если бы она не знала, что он на самом деле вампир, то никогда в жизни не догадалась бы. И ей до сих пор трудно было в это поверить. Если Рэй Адамс действительно выглядел грозно и ужасающе, то Винс наоборот, был совсем не такой. По привычке девушка снова подошла к библиотеке, она вовсе не ожидала увидеть там Винсента, но заглянув через стеклянную дверь, не могла отвести взгляд от его лица. Робертс был сегодня не один, перед ним сидел какой-то парень. Джессика сначала не узнала его, а потом, когда тот чуть повернулся, поняла, что это Ричард Паркер. Девушка еще стояла какое-то время в сомнениях, но решимости ей придало присутствие Рика. Джесс коснулась дверной ручки пальцами, и сердце чуть не ухнуло в самые пятки от волнения. Ей предстояло оказаться в одной комнате с Винсентом. Может быть, ей будет достаточно продолжать просто смотреть на него, любоваться им? Но как же хотелось снова услышать его голос. Девушка зажмурилась и, сильнее схватившись за ручку, открыла дверь. — Рик, привет, — произнесла девушка и, чуть набравшись смелости, добавила: — Винсент, и тебе привет. — Привет, — тихо произнес он, старательно делая вид, что поглощен выбором книги из довольно объемной стопки на столе. — О, Джессика! — радостно воскликнул Паркер и подвинулся, ножки стула противно скрипнули по полу. — Присаживайся. Что ты тут делаешь? Девушка подошла ближе к столу и присела на стульчик рядом. Она робко поглядывала на Робертса, который, похоже, с головой ушел в чтение. Даже книгу в руки взял, но держал ее вверх ногами! — Мимо проходила, увидела вас, решила зайти, спросить как у вас дела, — произнесла Джесс на одном дыхании. — У меня все просто отлично. Вот зашел почитать кое-что интересное. Хочешь взглянуть? — Рик протянул книжку девушке. Она рассеянно взяла том и пролистнула несколько страниц. На самом деле ей было вовсе не интересно что там написано, все здешние книги она уже прочла. Ее больше интересовало что бы еще такого спросить, чтобы Робертс сказал еще хотя бы одно слово. Она так старательно придумывала вопрос, что неосторожно провела пальцем по краю страницы. — Ой! — от неожиданности девушка вскрикнула и отдернула руку. На кончике пальца стала выступать кровь. — Ох, ну что же ты так, палец бумагой порезала, да еще такой старой, — удивился Рик. — Как ты только умудрилась? Внезапно Робертс сделал глубокий вдох и ненадолго закрыл глаза, как человек, почувствовавший очень приятный запах. А затем задержал взгляд на пальце Джессики. Только что до нее дошло, в чем дело. Кровь! Девушка испугалась и побледнела, она не знала, что делать, и как Винсент будет реагировать. Как она могла забыть, что сейчас находится в одной комнате со страшным монстром, который пьет человеческую кровь. Рик тоже замолчал и сжал руку девушки. — Извините, — прошептал Винсент и, медленно отложив книгу в сторону, поднялся из-за стола. Когда Робертс вышел из библиотеки, Джессика расслабилась, но тут же пожалела о своей оплошности. Теперь она лишилась возможности хотя бы немного поговорить с ним. — Рик, прости, я пойду в медпункт, — произнесла Джессика Саттэн и вырвала свою руку из пальцев Паркера. До конца дня Робертс так и не появился в отделении. Возвращаясь вечером домой, Джесс очень печалилась. Она считала, что виновата перед ним, она помешала ему и упустила шанс поговорить. Не нужно было вообще заходить в библиотеку. Она хотела извиниться перед Винсом за свою неуклюжесть, но теперь опасалась, что он вряд ли захочет ее слушать. Робертс редко появлялся днем в отделении в течение недели. Саттэн боялась, что он и вовсе не придет. Джесс решила, что Винсент избегает ее: он никогда не смотрел ей в глаза, уходил, если она появлялась рядом, не сказав ни слова или бросив лишь короткое приветствие. От этого ей становилось еще хуже, и она не могла понять почему он так делает, хотя она и сама побаивалась подойти первой. В конце концов, он же вампир. — Джессика, что с тобой? — спросила секретарь отца, глядя девушке в лицо. — Последнее время ты плохо выглядишь. Болит что-нибудь? — Все хорошо, мисс Форест. Просто, я, наверное, немного устала, — неуверенно ответила Джессика. — Пойду, проветрюсь. Когда девушка вышла на крыльцо здания, она увидела его — Винсента. Парень стоял на обочине, глядя перед собой в одну точку, и выглядел очень одиноким. Сама не понимая зачем, девушка отошла чуть назад и спряталась за колонну, украдкой наблюдая за ним. — Робертс, твою мать! — послышался возмущенный крик появившейся откуда-то лейтенанта Джонс. — Сколько можно повторять одно и то же! Не разноси ты им головы в кашу! Это усложняет опознание! — Извини, я постараюсь стрелять в сердце, — ответил Винсент таким тоном, словно ему было все равно. — Ты все время извиняешься, только все равно делаешь по-своему! Ох, ну за что мне такое наказание! — не прекращала орать Лиза, тыча своим тоненьким пальчиком прямо в грудь Робертса, который смотрел на нее сверху вниз абсолютно равнодушным взглядом. — Извини… — На кой хрен мне твои извинения? Засунь их себе в свою тощую вампирскую задницу! Джесс сжалась, она достаточно хорошо знала Лизу, но та была сама на себя не похожа, такое ощущение, что она за что-то взъелась на Робертса и готова была разорвать за любой проступок. Девушка не понимала, какая разница, опознают этих тварей или нет, он же ведь жизни людей спасает. — Напортачишь еще раз, я с тебя спущу шкуру! — выкрикнула Лиз в лицо Робертса, и пошла в здание, бормоча себе что-то недовольно под нос. Робертс проводил взглядом лейтенанта и посмотрел в ту сторону, где стояла Джессика. Девушка смущенно спряталась за колонну и вздохнула. Когда она выглянула снова, то заметила только удаляющуюся фигуру Винсента. Прошла еще одна неделя, Робертса снова нигде не было видно, зато появилась Лиза, она чередовала ночные и дневные смены время от времени. Набравшись смелости, Джессика подошла к ней поговорить в столовой. Присев рядом с ней за столиком, Саттэн мило улыбнулась охотнице, которая уплетала котлету из курицы с таким аппетитом, что и самой Джесс захотелось попробовать. — Лиз, а где Винсент? — робко спросила девушка. — Понятия не имею, — злобно буркнула Лиза. — Жаль, — печально ответила Джессика. Лейтенант перестала жевать и внимательно посмотрела на генеральскую дочь, которая уже было поднялась, чтобы уйти: — А почему он тебя интересует? — А, это… — начала говорить девушка, не зная, что ответить, но через мгновение придумала: — Я хотела обсудить с ним те книги, что он брал почитать в библиотеке. — Ага, — задумчиво протянула Джонс таким тоном, что сразу стало ясно, она не поверила ни единому слову Джессики, — он сейчас под командованием Кремера, так что у него спрашивай. Саттэн печально вздохнула, перебирая пальчиками прядь своих светлых вьющихся волос. Лейтенанта Кремера сейчас выловить почти так же сложно, как и любого из ночной смены, то есть почти невозможно, а рабочий день Джессики заканчивается раньше, чем начинается ночное дежурство. Видимо, встретиться с Винсентом будет сложнее, чем кажется, да и хватило бы только смелости заговорить с ним. Пока Джессика предавалась размышлениям, Джонс быстро дожевала свою котлету, схватила поднос и убежала, оставив дочь генерала Саттэна в гордом одиночестве. Через несколько дней Робертс, наконец, снова появился днем в библиотеке. Он сидел все на том же привычном месте и читал книгу, но вид у него был такой, словно он даже не видит что читает. Периодически он очень тяжело вздыхал и тёр переносицу жестом очень уставшего человека. Джессике было больно смотреть на него. Ее трепетная душа сжималась. Неужели Винсент так сильно скучает по своему напарнику? Или ему настолько одиноко? Джессика не заметила, чтобы среди охотников у Робертса появились друзья, или хотя бы приятели. Он почти ни с кем не разговаривал. Да и вид у него был какой-то болезненный, необычно бледный, под глазами появились темные круги. Так продолжалось целую неделю, Винс приходил каждый день почти в одно и то же время и несколько часов проводил за книгами. Саттэн иногда и подходила к дверям библиотеки и подолгу наблюдала за ним, но заговорить не решалась. Однажды, когда она привычно наблюдала за Винсентом у дверей библиотеки, сзади кто-то подошел и положил руку ей на плечо, девушка от неожиданности вздрогнула и обернулась. — Что ты тут делаешь? — тихо спросила Лиза и прищурила свои серые глаза, недоверчиво глядя в лицо Джессики. — Ах, я … Хотела книгу почитать, но… — Врешь! Ты уже не первый раз сюда приходишь и смотришь на него. Уж не влюбилась ли ты в эту тварь? — грозно шипела Лиза. — Это не твое дело! — тихо возмутилась Джесс и вся порозовела от смущения. — Еще как мое, если это касается таких тварей, как он! Убирайся отсюда и больше не приходи! Иначе я все твоему отцу доложу, поняла? Саттен почувствовала, что слезы подступают к горлу. За что Лиза так злилась на нее? Ведь когда-то в детстве они были подругами, и Джессика думала, что уж кто-кто, а Лиза поймет. Еще чуть-чуть и Джесс разревелась бы от обиды и досады, но она точно не хотела, чтобы Джонс это видела. Джессика резко развернулась и бегом бросилась по коридору подальше от библиотеки и Лизы. И Винсента. Да, пора признаться хотя бы самой себе, она влюбилась в него. И что же теперь будет? Так же нельзя. Джессике нужен был совет, чтобы разобраться в своих чувствах. Она понимала, что ее чувства неправильные, что они запретны, но неужели это настолько невозможно? Не может быть, чтобы все было так сложно. *** Холодный ветер бил в лицо, заставляя зажмуриваться, и запутывался в длинных черных волосах. Белый снег становился алым под ногами. Все тело ужасно болело и ноги почти не двигались, но нужно было бежать, иначе будет хуже. До слуха донесся свист рассекаемого воздуха, Рэй развернулся, чтобы уклониться, но тут же левую ногу прошибла резкая боль с другой стороны. Охотник еле сдержал крик, вцепившись в огромный деревянный кол, выдернул его из ноги и отбросил в сторону. Ужасающий хриплый смех пронесся эхом по всему лесу. — Беги-беги, так намного веселее! Адамс осмотрелся вокруг, но он не смог разглядеть Лукаса, тот был слишком быстр и держался где-то в стороне, скрываясь за огромными елями. Он играл с Рэем, просто играл и наслаждался, причиняя боль. Лукас все продумал, он дождался пока Марк улетит по срочным делам и заявился сюда, в дом Марка на севере Норвегии. Первым делом Ван Холкам вцепился в Рэя и вытащил его на заснеженную поляну перед домом. Лукас с таким упоением наносил удары снова и снова, разбивая в кровь лицо своего двойника и вслух радуясь, что Рэй теперь не такой хрупкий, теперь с ним можно было поиграть вдоволь, теперь он не сдохнет, даже если разорвать его на куски. Адамсу еле удалось вырваться. Он сразу же бросился бегом в лес, в надежде спрятаться там и переждать. Но Лукас, как дикий зверь, выслеживал его везде и наносил удары исподтишка. Ему даже своих способностей применять не нужно было, он был намного сильнее и быстрее. Молниеносно передвигаясь по снегу, он крушил все вокруг, загоняя охотника все глубже и дальше в горы. Рэй снова услышал странный звук и притаился, прижимаясь к большому дереву. В воздухе что-то сверкнуло, охотник едва успел отклонить голову, как рядом с его ухом в кору дерева вошел нож по самую рукоять. Адамс снова побежал. Начинало темнеть, а воздух становился все холоднее, но, похоже, что Лукасу это не мешало. Он прямо на ходу вырывал целые деревья, ломал ветки, вытачивал из них колья и прицельно метал в охотника. Чем дольше Рэй бегал, тем больше понимал безысходность ситуации. Лукасу просто нравилось гонять его по лесу, издеваться над ним. Адамс уже начинал подозревать, что заблудился. От потери крови стала подступать жажда, а холод явно замедлял его движения и реакцию. Охотник даже не успел ничего надеть на себя: Лукас вытащил его из дома в одной рубашке, брюках и босиком. Все что у него было с собой, это единственный нож, который он берег на самый крайний случай. Рэй едва только научился пользоваться некоторыми своими способностями, но не мог толком контролировать их и пару раз получил от Марка подзатыльники за то, что ломал или разносил в щепки что-нибудь в его доме. Довольно трудно было контролировать именно главную и самую сильную его способность — управление электричеством. Кто бы мог подумать, что однажды Рэй станет повелителем молний. По крайней мере его так в шутку называл Маркус, а иногда дразнил, сравнивая с одним из древнегреческих богов. Рэю вовсе не льстило сравнение с Зевсом, он постоянно раздражался из-за этого, а Маркусу наоборот нравилось его злить. Но сейчас его способность была практически бесполезна, потому что Лукас держался на расстоянии и старался не попадать в поле зрения: хищнику еще не пришла пора показываться жертве. Когда стало совсем темно, Адамс так устал, что уже не успел увернуться от очередной деревяшки, что влетела ему в предплечье. Лукас, наконец-то, приблизился. Второй и третий колья попали Рэю в ногу и спину и он не удержался на ногах, упал лицом в снег, понимая, что уже не может больше бежать. Лукас его не убьет, но будет издеваться, пока Рэй не потеряет сознание от боли. Лукас снова хрипло засмеялся. Рэй услышал, как под его ногами хрустел снег, когда тот подошел ближе. Ван Холкам наклонился над охотником и провел пальцами по его спине, размывая свежую кровь. Потом он глубоко вдохнул ее запах и облизал свои пальцы. — Твоя кровь очень приятная на вкус, — тихо прошептал Лукас. Адамс не знал, как воспринимать подобное заявление, должно быть, как комплимент. По крайней мере, его кровь хотя бы попробовать можно без опасности для жизни. Хотя, в этот момент он пожалел, что не ядовит и этот ублюдок не сдохнет в страшных припадках. — Тебе, должно быть, очень весело осознавать, что у тебя есть обращенный, а у меня нет! — рыкнул Лукас, будто прочитав мысли Рэя, и, поднявшись, тут же со всей силы пнул его под ребра. Рэй знал, что это будет одной из причин ненависти Лукаса. Наверняка, он очень завидует и готов отыграться на нем еще и за это. Но Рэю было наплевать, что этот ублюдок будет делать с ним, лишь бы в его сумасшедшую голову не пришла идея убить обращенного Адамса, Винсента. Маркус предупреждал охотника, чтобы тот не подавал даже вида, что его это беспокоит, иначе Лукаса будет не остановить. Адамс отлетел к деревьям и врезался в какую-то высокую ель. От удара дерево захрустело и вывернулось из замерзшей земли. Охотник снова распластался на снегу и чуть слышно засмеялся, сплевывая кровь. Кажется, у него переломано несколько ребер, если не все. — Что смешного? — злобно зарычал Ван Холкам и, подскочив к Адамсу, снова хорошенько пнул его. — Да пошел ты… — прохрипел Рэй. Сил, чтобы двигаться, уже не осталось. От холода в жилах стыла кровь, а тело отказывалось двигаться. Похоже, только Лукас не мерз. Ну, конечно же, он, по крайней мере, был в ботинках и в куртке. Адамс ощущал, как начинала кружиться голова, а горло раздирало от нестерпимой жажды. Пробегав целый день по лесу, он потерял слишком много крови. Лучше было бы ему сейчас замерзнуть тут насмерть. Вот только, Винс, наверняка, очень расстроится. — Я смотрю, ты слишком смелый стал, как только оказалось, что ты Высший вампир? — снова заговорил Лукас. — Небось, очень обрадовался этому? Вот уж не думал, что такой мусор как ты когда-нибудь станет моим соперником. А ведь мне так нравилась твоя жизнь простого смертного. Мне так хотелось посмотреть, как ты состаришься и сдохнешь в полном одиночестве, спившись от горя! — Забавное у тебя хобби, — прошептал Адамс и закрыл глаза, приготовившись к очередному удару. Ван Холкам не заставил себя долго ждать, коротко размахнувшись, он вогнал в спину Рэю еще один деревянный кол. На этот раз с такой силой, что деревяшка пробила тело охотника насквозь. Адамс только захрипел от боли, во рту появился привкус крови. — Захлопни пасть! Как смеешь ты, отродье, смеяться надо мной?! Ты, лишь жалкая моя копия! Ни на что не годный клон из пробирки! Лукас ненавидел Адамса так сильно, что пытал бы всю жизнь, всю эту проклятую вечную жизнь. И теперь уж точно у них целые века на веселье, потому что Рэй теперь такой же бессмертный вампир, как и Лукас. Ван Холкам вытащил из-за пояса еще один кол и вогнал в тело ненавистного двойника, выбивая из него стон. — Тебя создали из моей плоти и крови те, кто лишил меня самого дорого. И ты будешь расплачиваться за это целую вечность! Но даже этого мне будет мало. Я отберу у тебя все, что тебе дорого. Абсолютно все! Я опорочу твое имя так, что ни один охотник не захочет даже говорить о тебе вслух. Я ненавижу тебя! — Взаимно, — отозвался Адамс, хрипя и сплевывая кровь. — Ты и так уже отобрал у меня все. — Нет, еще не все. Еще есть этот человек, что все время заботится о тебе. Глава вашей чертовой шайки охотников. Я все жду удобного момента, как бы его прикончить, но напасть на него в вашем гадюшнике я пока не могу. Вампир хмыкнул и замолчал ненадолго, он обошел Адамса вокруг и поставил ногу ему на голову. — Но, знаешь, — начал шептать Лукас. — Есть еще один забавный звереныш, которого мне бы очень хотелось порвать на мелкие кусочки. Тот самый мальчишка, что теперь у тебя в подчинении. Я до сих пор не могу забыть его глаза, как он смотрел на меня. Этот сопляк не боялся сдохнуть ради тебя. Это было так забавно. Вот его я бы убивал очень медленно и с истинным наслаждением. Ведь он такой же кровосос и выдержит очень многое, пока я не оторву его голову. Даже удивительно, как такой слабак, как он, смог убить Хейгана. Да ему просто повезло, не иначе. Рэй промолчал, не хотелось провоцировать Лукаса, чтобы он прямо сейчас не сорвался с места и не побежал убивать Робертса. Ван Холкам отличается особой находчивостью, если дело касалось убийства и пыток. — О, чуть не забыл, — игриво произнес Лукас. Он убрал ногу с головы охотника и наступил Рэю на спину. Наклонившись над ним, схватил за правую руку и стал выворачивать. — До сих пор помню, как ты умудрился меня задеть своей игрушкой. Вот этой самой рукой. Жаль, что ты не можешь больше пользоваться своим мечом. Было бы забавно… — прошипел Лукас и дернул за руку так, что та с хрустом вышла из плечевого сустава. Адамс стиснул зубы, но смог сдержать крик. Он только наделся, что этому садисту скоро надоест, или, что сам охотник потеряет сознание. — Хотелось бы мне вырвать все твои поганые пальцы и выбросить, да вот незадача, сейчас ты их запросто себе назад прирастишь. Лукас стал с хрустом выворачивать пальцы на руке охотника, выгибая каждый сустав в обратную сторону. Рэй терпел, с шипением выдыхая воздух сквозь стиснутые зубы, но Ван Холкама это только еще больше взбесило. Подняв Рэя над землей, Лукас швырнул его в сторону так, что Адамс спиной сильно врезался в шершавый сосновый ствол, и едва сполз на снег, как Лукас снова подхватил охотника и швырнул в противоположную сторону. Адамс чувствовал, что его тело уже настолько изломано, что он не сможет и пальцем пошевелить, даже если очень сильно захочет. От холода и сильного истощения регенерация очень замедлилась. Лукас продолжал бесноваться, не обращая внимания ни на что, оглашая всю округу страшными рыками. Его ужасно бесило то, что Рэй даже не пытался сопротивляться. Немного запыхавшись, Лукас наконец-то притормозил и подошел к Адамсу, который уже почти не дышал. Ему казалось, что от боли он уже давно должен был отключиться, но сознание не хотело его покидать. Ван Холкам склонился над охотником и схватил его за горло, сжимая пальцами до хруста с явным намерением оторвать двойнику голову. Внезапно все вокруг как будто наэлектризовалось. Рэй начал понимать, что теряет контроль над собой, потому что его сознание, наконец, стало погружаться во мрак, невозможно было различить что реально, а что нет, но ему уже было наплевать. Лукас не сразу понял, что происходит. Он не успел отскочить в сторону, прежде чем сильный разряд яркой вспышкой проскочил между ним и охотником и отбросил Лукаса в сторону. Ван Холкам упал на снег, сжимая обожженную руку и рыча от боли. — Тварь! Что ты сделал?! — выпалил Лукас и, подскочив на ноги, пнул Адамса ботинком прямо в висок. Тот ничего не ответил, от такого сильного удара он наконец-то потерял сознание. Рэй пришел в себя от ощущения, что болит каждая клеточка тела, и едва слышно застонал, пытаясь пошевелиться, но не смог. Глаза не открывались, и охотнику на какой-то панически долгий момент показалось, что он ослеп. — Не двигайся, еще не все тело оттаяло, — раздался голос Маркуса. — Из-за того, что ты заледенел, регенерация остановилась. К тому же, в тебе столько заноз. Адамс тихо вздохнул, захотелось снова отключиться. Потому что сдерживать крики от боли было уже совсем не в моготу. Оказывается, что оттаивать намного больнее чем, если тебе ломают кости. Каждый чертов нерв отзывался дикой болью. — Потерпи еще немного, — шепнул Марк. Охотник ощутил прикосновение пальцев к своей коже, потом резкую боль и хруст, на пол упал кусок дерева, а Марк стал медленно вправлять вывернутые суставы. Адамс мог только стонать, сжимая зубы, но он был благодарен этому Высшему за помощь. Рэй ощутил запах крови и глубоко вдохнул. Марк схватил его за подбородок и поднял голову. На языке появился знакомый металлический привкус. Адамс глотал эту спасительную красную жидкость и вспоминал о том, как Винсент впервые заставил его пить кровь. И как потом Рэй с удовольствием пил ее из рук Робертса. Так она казалась ему намного вкуснее, но дело было не только в этом. — Ну, уж прости, что это всего лишь я, — фыркнул Марк. Охотник чуть не подавился и захрипел. Дурацкая привычка Маркуса слушать чужие мысли раздражала его. Да это могло вывести из себя кого угодно. Мысли на то и мысли, чтобы оставаться скрытыми от посторонних. Прошел час, прежде чем тело Рэя полностью оттаяло. Все это время Марк сидел рядом, помогая выдергивать из него всякие щепки, обломки и колья. Жажда была просто невыносимой, Адамс выпил литров пять, если не больше. Очень много энергии ушло на заживление страшных ран. Помимо этого еще пришлось доставать мелкие занозы, но большая часть из них сама вышла из тела при регенерации. — Где Лукас? — спросил охотник, оглядываясь по сторонам. Он не чувствовал его присутствия поблизости. Зато смог рассмотреть, что находится в доме Марка, в одной из комнат, и повсюду были кровавые лужи. Похоже, процесс оттаивания проходил очень долго и что растапливали настоящую глыбу льда. — Сбежал в неизвестном направлении, — меланхолично протянул Марк, присаживаясь на корточки рядом с Адамсом и протянув ему большое полотенце. — Пришлось попотеть, чтобы найти тебя в горах. Далеко же ты забрался. — Спасибо, — пробормотал Адамс и поднялся с пола. Он все еще пошатывался, но до ванной добраться смог. Он тут же сбросил с себя остатки разорванной в клочья одежды и полез под теплый душ. Рэй довольно долго стоял под струями воды, пока она не стала абсолютно прозрачной, без примеси крови. Почему-то вспомнился эпизод из прошлого, как Винсент был в похожем состоянии после встречи с Лукасом. Его тело тоже было все изломано, но, по крайней мере, не замерзшее. Ему было так больно, а он даже звука не издал. И как потом жажда крови почти полностью затмила его рассудок. Его крик до сих пор пробирал до дрожи при одном воспоминании. Адамс вышел из душа, замотавшись в полотенце, и пошел в свою комнату. По пути он встретил Пьера с ведром и шваброй. Француз выглядел очень подавлено. — Прошу прощения, — прошептал русоволосый мужчина, склонив голову перед Адамсом. — Ничего страшного, — ответил Рэй. Пьер находился в доме в тот момент, когда прибежал разъяренный Ван Холкам, но он не мог ничем помочь Рэю. Лукас убил бы его сразу же, стоило бы ему только вмешаться или хотя бы слово сказать. Адамс не винил его ни за что, он все равно не смог бы ничего сделать. Зато, похоже, вызвал Маркуса раньше времени. От тех вещей, что были на нем в день приезда, уже ничего не осталось, одежда довольно быстро пришла в негодность, когда начались тренировки и у него стали проявляться способности. Мобильный зажарился к чертовой матери чуть ли в первый же день, а новый покупать пока не имело смысла. Марк оказался довольно щедрым, и через некоторое время, благодаря ему и Пьеру, у Адамса снова была удобная одежда его любимого черного цвета. Когда Рэй оделся и спустился вниз на первый этаж в зал, Марк как раз сидел в своем любимом кресле, и увлеченно что-то читал на ноутбуке, попивая вино из серебряного бокала. Дом Марка, как ни странно был из деревянных бревен, и вся мебель в нем тоже была из дерева. Адамсу нравился этот дом, он был теплым и уютным, хоть и совсем скромным, по сравнению с замком Августа Ротшильда в Румынии. Охотник присел на диван напротив камина и расслабленно вздохнул. Трудно было поверить, прошел-то всего месяц, а он уже так привык к этому тихому и спокойному месту. Поначалу он даже не знал, как реагировать на то, что Марк позволил ему жить в своем доме, да еще и сам вызвался его всему учить и тренировать. Марк утверждал, что каждый из Высших вампиров уникален и ценен по-своему и потеря каждого из них настоящая утрата. Они должны помогать друг другу, а не враждовать или убивать. Оказалось, что это обычная практика, когда кто-то из древних Высших берет под опеку молодого и неопытного Высшего вампира, чтобы помочь ему и всему обучить. — Можешь отдохнуть пару дней, — внезапно заговорил Марк, отрывая Адамса от его размышлений. — Твое тело еще не полностью восстановилось. И хотя все раны затянулись, ты истратил очень много сил. Так что от тренировок не будет сейчас никакого толка. Охотник повернулся к камину и посмотрел на огонь. В этот раз от отдыха он не откажется, потому что и так чувствует себя не очень хорошо. Отвечать что-то вслух не было смысла, Марк и так уже знает все. Через Андерсона или Росса Марк иногда получал известия о Робертсе. Пока ничего серьезного с ним не случилось, но Адамс не мог за него не волноваться, зная, что тому угрожает нешуточная опасность сразу с нескольких сторон. Недавно пришли плохие вести, что Королевский Орден активизировался и они, похоже, начали потихоньку подтягивать свои силы в Америку, но никаких конкретных действий пока не предпринимали. Марк говорил, что пока Робертс находится среди охотников, они вряд ли рискнут на него напасть. Иначе это будет как объявление войны Гильдии, а у них пока вряд ли хватит духу на это. Росс уж точно не спустит им этого с рук. Вампиры не могут тронуть их, потому что тогда это будет серьезным поводом, чтобы разгорелась настоящая война, так как будет брошен вызов против церкви и люди не смогут закрыть на это глаза. И так было довольно трудно решить мирным путем тот конфликт, что был спровоцирован Хейганом в Лондоне. Именно по этой причине Совет решил держаться в стороне и приказал Высшим не вмешиваться, потому что последствия таких действий были бы ужасающими. Юкимура чуть не поплатился жизнью за то, что ослушался, но только благодаря влиянию своей сестры до сих пор может дышать. И Совету было наплевать, что мог погибнуть всего лишь один обращенный вампир. Но чтобы избежать непредвиденных последствий Росс получил распоряжение от Совета убрать того вампира, что попался в руки Королевского Ордена. Адамс начал осознавать, что все, что он делал до сих пор, было с самого начала спланировано Советом. Что Гильдия охотников на самом деле лишь инструмент в их руках. Люди и охотники видят лишь одну сторону медали. Древние вампиры позволяют им убивать себе подобных, чтобы контролировать свою популяцию и не довести человечество до полного истребления. Иначе они сами погибнут. А люди не знают даже половины той правды, что происходит в мире. И теперь Рэй не представлял, что ему делать, зная все это. — Кстати, Эрика, — прошептал Марк и повернул голову к темной стене. — Что ты хочешь себе в подарок на Новый год? Адамс от неожиданности дернулся, он не чувствовал ее вообще. Рэй не мог понять, чувствует ли ее Марк или определил ее присутствие просто по ее мыслям. — Я буду рада любому подарку от Вас, — отозвалась девушка, но так и не показалась. Марк хитро улыбнулся, Рэй понял, что он своим вопросом спровоцировал Эрику, она наверняка сейчас думает о том, что бы она хотела получить. По крайней мере, сам Адамс именно так бы и поступил. — А ты что хочешь? — спросил Маркус и улыбнулся еще шире, глядя на Адамса. — Ничего, — холодно ответил охотник и отвернулся. Ему действительно ничего не нужно было, подарки он получал всегда не очень охотно и сам их не делал уже давно. Охотник прикрыл глаза и подумал о том, что хотел бы получить в подарок Винсент, если бы был рядом. Наверняка, ему уж точно чего-то хочется. Хотя, Рэй не был в этом уверен. Он знал о Робертсе очень мало, тот никогда о себе ничего не рассказывал, а Адамс и не спрашивал, не хотелось тревожить его воспоминания о прошлом. Рэй даже не знал когда у Винсента настоящий день рождения, а не тот, что указан в его поддельных правах. — Двадцать пятого апреля, — тихо прошептал Марк, как будто просто так это сказал. Охотник удивился, в правах Винса стоит настоящая дата, но год явно не тот, иначе было бы подозрительно, что он выглядит так молодо. Рэй напрягся, вспоминая, сколько же тому на самом деле лет. — Двадцать шесть, — произнес Марк, и Рэй мысленно отметил, что напарник младше него всего на год. — Откуда ты?… — недоговорил Адамс и, взглянув на Марка, все понял. Тот развернул к нему ноут и Рэй увидел, что там целое досье на Робертса. — Что это? — спросил охотник, сощурившись. — Хобби Нерона. У него целая база на всех вампиров, с которыми он сталкивается. Раньше он это все записывал на бумаге, когда еще компьютеров не было. У него целые библиотеки были, с манускриптами и свитками. Но, знаешь, вообще опасно держать такую картотеку, если она попадет не в те руки, будет много проблем. — И что там еще написано? — тихо спросил Адамс. — Все что он смог откопать на Робертса через свои источники. Хотя Нерон в последнее время часто любит эксплуатировать для таких целей близнецов Михаэля. Они даже не против, как и сам Михаэль. Лишь бы это не мешало работе и не угрожало их жизни. Марк задумчиво уставился на экран и замолчал. Адамс насторожился. — Довольно хулиганское у него прошлое, — протянул Марк. — Столько приводов в полицию в нетрезвом виде, драки… Адамс тяжело вздохнул и приложил руку к лицу. В этом весь Робертс, он, похоже, даже сейчас не изменился. Кулаки поразмять он мастер. Особенно если вспомнить первые дни, когда они только начали работать вместе, когда охотились на Хейгана. Он сначала кулаками машет, а потом разговаривает. Ну, или стреляет, а потом задает вопросы. — А вот это уже интереснее. Похоже, его обратили в двадцать один год, потому что начиная с этого момента на него вообще ничего нет. Словно он исчез. Валентайн хорошо постарался замести все следы. — Неудивительно, учитывая, чем он занимался все это время. — Бывает и хуже, — печально произнес Марк. — Ему, можно сказать, еще повезло. Окажись он в руках Вонга, работал бы как шлюха за дозу и закончил бы свою жизнь с оторванной головой в канаве уже через пару месяцев. Хотя, с его характером даже быстрее. Рэй слышал о Вонге, и даже видел его недавно. Этот Высший из Гонконга содержал целый район-бордель, где творился полный беспредел. Но эта территория являлась его личной и охотники туда даже не совались. Адамс только по слухам знал, что там происходило и не хотел бы там оказаться даже в качестве гостя. Все эти удовольствия ему явно не по вкусу. Но, если судить по реакции Винсента, по его припадкам, почему-то Рэю казалось, что Валентайн не далеко ушел от Вонга. Адамс посмотрел задумчиво на Марка. Тот наверняка знает обо всем, что творится в голове у Винсента. Они ведь уже встречались. Точно мог бы много чего рассказать. — Он не хочет, чтобы кто-то знал о его прошлом. Если он сам не желает тебе ничего говорить, то я не имею права раскрывать его секреты. — Неужели? — ядовито спросил Адамс и прищурился, глядя в серьезное лицо Марка. — У меня тоже есть представление о некоторых нормах морали и свои принципы. Так что я ничего не могу тебе сказать. Охотник вздохнул и отвернулся. Марк вовсе не шутил. Он хоть и знает все на свете, но лишнего болтать не будет. Похоже, Рэй так никогда и не узнает, что же на самом деле скрывает Винсент и что творится у него внутри. Особенно в те моменты, когда он пытался покончить с собой. Единственное, что пока можно было сказать, это то, что он пережил что-то очень страшное. Скорее всего, Валентайн часто наказывал его, мучил и избивал. Похоже, даже просто так, ради собственного удовольствия. И судя по всему, пил его кровь, раз Робертс так этого боится. Рэй мог бы приказать ему рассказать все о себе, но он поторопился и сказал, что не будет приказывать. Слово свое нарушать он не собирался, но теперь ему казалось, что он поступил глупо, зная Робертса. Судя по тихому смешку Марка, он тоже был такого же мнения. Был и еще один способ узнать все, можно просто воспользоваться их связью, спровоцировать Винса что-то вспомнить, и заглянуть в его мысли. Но Рэй еще даже толком со своими способностями не справился, а проделывать такие фокусы, тем более у него не было возможности учиться. К тому же, если он сделает что-то не так, Винсент все поймет и будет очень зол, как минимум. — Он сломает тебе челюсть, — прокомментировал Марк. Рэй фыркнул и попытался представить себе какую-нибудь гадость. Единственное, чего хотелось бы Адамсу, это оказаться дома. А дом его сейчас был в Нью-Йорке, рядом с Винсентом. Рэю нравился этот город и Робертсу, судя по всему, тоже. Он столько времени проводил, прогуливаясь по улицам. Винс довольно быстро освоился и выглядел очень довольным, когда устроился на работу. Ему нравилось жить как простому человеку, и Рэй хотел, чтобы так и оставалось. Время от времени, Адамс подходил к кафе, где работал Винсент, и наблюдал за ним, или присматривал, когда тот бродил по городу. Но скрывать свое присутствие было настолько тяжело, хватало лишь на несколько минут, а потом приходилось уходить. Все было просто замечательно, но объявилась Лиза Джонс. Она и так изрядно портила ему жизнь своими вечными недовольством и приставанием. А потом еще и наговорила Робертсу всякой чепухи, поэтому тот решил все бросить и стать охотником. Рэй жалел, что сразу ничего не понял, когда Робертс спросил его о напарнике. Нужно было еще тогда отговорить его даже думать о такой глупости, как вступление в Гильдию. Но Винсент очень упрям, за что его все время хотелось поколотить. Адамс тяжело вздохнул и потер виски пальцами, начинала болеть голова и клонило в сон.