Не осуждайте нас

В тот момент, когда Вы рассмеялись над чужой мечтой — Ваша мечта начала смеяться над Вами… Серж Гудман ___________________________ Кто бы мог подумать, что две недели – это настолько мало. Я вспоминаю, как ярко они пролетели перед моими глазами. Словно старую кинопленку я кручу те дни, в которые он забирал меня после уроков. Я выходила за широкую стеклянную дверь университета и видела его лицо. Он улыбался при взгляде на меня, и мы на несколько секунд просто замирали. Смотрели друг на друга, пока я не кидалась ему на шею с громким смехом. Мы проезжали по парижским дорогам, болтали о глупостях. Однажды он провел меня на крышу какого-то дома среди ночи, и мы лежали там, на холодном бетонном полу и смотрели на звезды. «Если бы хоть одна из них упала, я бы знала что загадать» - думала я, лежа на его руке, но этого все равно не случалось. Каждый огонек оставался на своем месте и даже не думал шелохнуться. Жак стал куратором моих проектов. Я и слова больше не слышала от Павла. Все было, как в старые времена. Двадцатипятилетний мужчина рассказывал мне все о фотографии. Мы ходили по самым старым закоулкам Парижа и снимали незначительные мелочи. Так просто, глупо и красиво. А потом наступила ночь перед защитой последнего проекта. - Ну, все, я спать, - Сказал Вадим, подбирая с пола свой ноутбук. Я подняла на него свои глаза и только коротко кивнула, готовясь остаться совершенно одной. - Все будет нормально, у тебя классный проект, - Мой друг улыбнулся и положил свою ладонь поверх моего плеча. - Спасибо, - тихо сказала я, - твой тоже. Мы улыбнулись друг-другу и Вадим направился к двери. - Софи, - рука Вадима уже лежала на дверной ручке, когда он произнес мое имя, - ты не боишься прощаться? – Он повернул на меня свое лицо, и я заметила в глазах друга страх. - С кем? - С ним. Я имею ввиду, что нам уже послезавтра вылетать. И… Я сидела на кровати, крепко обхватив свои колени двумя руками. Казалось, это было для того, чтобы пальцы не дрожали так сильно. - Да, я понимаю, о чем ты. И… - я запнулась, осознав то, что все это время я старалась не думать о нашем прощании. «Жить моментом» - так это называется? – Я настолько боюсь, что даже представить сложно, как это будет. - Я тоже, тоже боюсь. Наше прощание с Асей не так скоро. Целых два месяца. Многие пары расстаются за этот срок, - он горько усмехнулся и покачал головой, - что чувствуешь, когда остался всего один день? «Что чувствуешь?» - в мыслях переспросила я. Откуда мне было знать. В груди была зияющая дыра, и мысли, словно защищая сердце, думали только об этом проекте, о снимках, об этих напечатанных на бумаге картинках. Верно. Я не чувствовала ничего. Но мне безумно хотелось остановить время. - Ничего, - с улыбкой ответила я. – Думаю, было бы здорово, если бы он сейчас был рядом. Вадим так же улыбнулся, и на несколько секунд его взгляд задержался на моем лице. Какой я казалась в тот момент? Надеюсь, что счастливой. - Помни, что у тебя всегда есть я, - тихо произнес он, - Добрых снов, Софи. - Добрых, - я кивнула другу, и тот исчез за тяжелой деревянной дверью моей комнаты. Казалось, мы только недавно познакомились. Будто только вчера я впервые столкнулась с непосредственной улыбкой этого парня, с его мечтательностью и легкостью. Помню, как он смотрел на Асю, как мы втроем проводили время на уроках, как громко смеялись во время перерывов. Это было всего пару месяцев назад. Тогда же я и рассталась с Жаком, а теперь мы снова вместе, и снова расстаемся. Время проходит очень быстро. Мое сентябрьское признание в любви, фотосъемка в центре Москвы, первые неловкие молчания, первый поцелуй, ночь в коттедже… Юра, Аня, Кристина – со всеми ними я встретилась благодаря Жаку. Я полюбила фотографию благодаря нему. Вся моя жизнь изменилась, потому что в ней был он. А теперь это должно было кончиться. Все так словно ты в летнем лагере. Отдыхаешь, веселишься, заводишь новых друзей, может даже влюбляешься. Ты просто не успеваешь соскучиться по дому из-за густоты всех тех событий. Дни кажутся неделями, и вот уже сложно представить, что когда-то все было по-другому. А потом тебе говорят, что завтра последний день, и надо собирать чемоданы. У тебя вырывают твою жизнь. Вместе с руками забирают навсегда. «Снова я хандрю» - с усмешкой подумала я и, потянувшись руками вверх, встала с кровати. На часах была полночь. Я надела обувь и накинула поверх пижамы джинсовую рубашку. Мне захотелось еще раз перепроверить проект, перед завтрашним днем. Я тихонько приоткрыла дверь и на цыпочках прошла мимо комнат своих однокурсников. Спустившись, я заметила, что в библиотеке горел свет. Я приоткрыла дверь и увидела около одного из столов знакомую фигуру. - Жак, - я шепотом окликнула мужчину. Он выглядел необычно. Вместо привычного белого верха, на нем была джинсовая рубашка. «Почти, как у меня» - с улыбкой подумала я. Надо же, это был наш предпоследний день, а я продолжала узнавать о нем что-то новое. Он повернулся, и я заметила в его руках стакан с виски. «Вызывает ностальгию». - Не спишь? – с улыбкой спросил он. Я подошла ближе к нему и крепко обняла, утыкаясь носом в широкое плечо. - Нет, - я покачала головой. - Что-то случилось? - Нет. Просто пришла посмотреть на свой проект. А почему ты здесь? – я подняла на него свои глаза. Жак нежно коснулся моей щеки свободной рукой, и я немедленно подалась ей навстречу. Все тело приятно обожгло волной мурашек. В такие моменты, мне казалось, будто на секунду я забываю, как думать, как дышать. - Мы выпивали с Андреем, он заснул, и я пришел посмотреть на снимки твоих одногруппников. - И как они? – я с трудом отпустила Жака из своих рук и повернулась лицом к столу, по которому беспорядочно были разброшены самые разные фото. Где-то на полу валялись ножницы, на краях стола и оконной рамы виднелись кусочки прозрачного скотча. Казалось, каждый работал до последнего, и сил на уборку просто не осталось. - Есть интересные, - он сделал глоток, а его рука спустилась на мою талию, не желая отпускать ее, - А где твои? - Ты же видел их уже сто раз, - с улыбкой сказала я. - На твои готов смотреть и двести, - Жак щелкнул меня по носу и с усмешкой посмотрел в разные стороны, - ну так, где они? Я высвободилась из объятий Жака и прошла к другому столу библиотеки в противоположном ее конце. На нем лежали уже собранные папки тех учеников, что все-таки смогли заставить себя напоследок позаботиться о сохранности работ. Какое-то время я перебирала тяжелые папки, слыша за спиной его размеренные шаги. -Мне нравится твоя рубашка, - сказала я, найдя нужную. - И мне твоя. Я достала большую зеленую папку и положила ее поверх громоздкого стола из темного дерева. Пальцы рук провели по шершавой поверхности пластика, и я глубоко вздохнула перед тем, как в который раз посмотреть на свои снимки. Я нажала на нужную кнопку и папка открылась. Жак сделал шаг ближе, и получилось так, что мы снова стояли плечом к плечу. Так близко, что я могла почувствовать теплоту его тела, пусть и через одежду. - Волнуешься? – спросил он, опуская стакан на стол. - Да, - я достала несколько верхних файлов из папки. «Вот они» - подумала я, при взгляде на цветные снимки. Тема моего финального проекта была проста и в то же время, возможно слишком широка. «Жизнь» - мне хотелось запечатлеть в этих снимках жизнь. Яркую, беспорядочную, временами грустную, временами веселую. Мы с Жаком объездили пол Парижа, чтобы создать то, что мне хотелось показать людям. Жизнь, достойная того, чтобы потратить на нее свои годы. В ней не было общих планов или огромных пейзажей. Только мелочи. Воздушный шарик из Диснейленда, подкосившийся стул в кафе, помятый букет на дороге, большая лужа перед домом, веселый пес на заднем дворе. Именно из этого состояла наша жизнь. Не из Эйфелевой башни и восхода солнца, а из этих глупостей. Да, именно такую жизнь могла бы прожить я в этом городе. Мы бы так и ездили с Жаком в его машине с фотоаппаратами наперевес. В этих снимках была я, моя жизнь. Жизнь, которой не суждено быть. - Все не так, - сказала я, качая головой. Мои руки затряслись, и я начала судорожно доставать все файлы из папки. Мне хотелось сделать лучше, исправить все, что-то казалось неправильным. «Это моя работа, все не так… Вдруг они не поймут?» - в голове раздавались какие-то призрачные сомнения. - Жак, это надо переделать, - говорила я с широко округленными глазами, - смотри тут завален горизонт, как я это покажу? - Софи, с этим снимком все хорошо, - спокойно ответил Жак. - А Это? Это надо вырезать, надо переснять, я успею? – я показывала Жаку фотографии, смотря то на них, то на его ничего не выражающее лицо. - Мы проверяли все десятки раз. Ты молодец, ничего не надо исправлять. Тебе надо поспать, - Жак нежно взял мою руку в свою. - Нет! – мой голос сорвался на крик. – А вдруг им не понравится? Вдруг они скажут, что мне лучше просто ехать домой и забыть о фотографии? Вдруг они скажут, что, сколько бы я ни старалась высоко мне не подняться? Жак, мне все вокруг говорят, чтобы я прекратила…все, я больше не могу этого слышать, - я закрыла глаза и почувствовала, как дрожат мои пальцы. - Софи, - Жак взял мою вторую руку и позволил нашим лбам соприкоснуться, - ты не должна думать о других. - Не могу, - я закрыла глаза и сжала руки в кулаки. - Ты не должна. Знаешь, почему ты мне понравилась? – я слышала его тихий нежный голос, который успокаивал, был словно колыбельная. Я покачала головой. – Я сначала думал, что ты простая, что ты как все, а оказалось, это не так. Вспомни, сколько раз тебе говорили не витать в облаках? Сколько раз просили желать реальных вещей? - Много, - тихо ответила я. - Много, но ты ведь здесь. - Да. - И на шее у тебя фотоаппарат. - Да. - Видишь? Ты всегда продолжала тянуться вверх, желать чуть больше других. Ты не боялась, ты шла вперед, пока все стояли. Вот за это ты мне понравилась. - Я просто хотела быть, как ты, - я подняла на него свои глаза. - Как я? - Да, жить мечтой, жить любимым делом. - Вот как… - Жак улыбнулся и нежно поцеловал меня в лоб, - Тогда у тебя получилось, и я верю, что у тебя продолжит это получаться даже… - он запнулся. - Даже, когда тебя не будет рядом? – С горькой усмешкой продолжила я. - Да. Просто помни, что другие всегда будут смотреть на тебя сверху вниз, пытаться принизить, пытаться сломать, только потому, что ты думаешь по-другому, живешь по-другому. Людей, которые к чему-то стремятся, всегда будут осуждать, Софи. Всегда. Я не сдержалась и припала к его груди. В который раз, я пыталась услышать его сердце. Почувствовать его еще ближе. Мне хотелось дышать им, всеми силами цепляться за него, как за последнюю надежду. За окном была ночь. Темная, густая ночь, освещаемая лишь редкими уличными фонарями. - Ну и пусть. Будь я, как эти люди, я бы никогда не смогла быть с тобой. Ты моя самая высокая цель. Жак усмехнулся и крепче прижал меня к себе. «Всего на пару голов выше тебя» - тихим голосом произнес он над моим ухом, отчего по телу побежали торопливые мурашки. - Всего на пару голов. Значит, не такие мы разные. - Мы никогда не были разными. ___________________________________________________ Следующая глава последняя.