Непонимание

Локи       Я не могу понять, что происходит. Я как будто в бреду и в тоже время в реальном мире. Я пытаюсь вырваться наружу, очнуться, избавиться от этого кошмара, но не могу. Я вспоминаю каждую деталь; в памяти всплывает все, что я так тщательно прятал и пытался забыть…

***

      … ты заломил мне руку за спину и, причиняя мне еще большую боль, начал поднимать её вдоль позвоночника. Ты придвигаешься еще ближе, и я чувствую терпкий, сладкий, даже слишком, приторный запах вина, исходящий от тебя. Мое сердце пропускает несколько ударов. - Прекрати… в моем голосе слышится глубокое отчаяние. Я пытаюсь вырваться и пинаю тебя ногой. Я мог бы использовать магию, но нужные слова вылетели из моей головы, будто птицы, испугавшиеся шума. Ты словно ждал, что я начну вырываться, протестовать, а потому еще сильнее заломил мне руку и почти вывернул кисть. Я чувствую твое возбуждение, и мне становится безумно страшно и как-то даже противно. – Тор… - едва шепчу я от боли… но ты словно потерял разум: резко разворачиваешь меня к себе и рвешь на мне рубаху. Я слышу, как мелкие пуговички разлетаются по полу. Я скован страхом и не могу не то, что поднять руку - вообще двигаться. Ты видишь это, и глаза твои наполняются животным желанием, пламенем похоти. Ты поднимешь мое лицо к себе, заставляешь смотреть в глаза, но похоже не находишь там чего-то нужного. После дергаешь меня на себя и впиваешься мне в губы грубым поцелуем, кусаешь, пытаешься заставить целовать тебя в ответ. Затем бросаешь меня животом на кровать, пытаясь расстегнуть мой ремень. – Только мой! Ты понял?!- В твоем голосе столько пьяного безумия, что мои надежды на спасение рушатся, а сердце, которое билось, словно птица в клетке, стремилось сгореть и превратиться в прах. Я чувствовал, что могу задохнуться, когда ты начал целовать мою шею, прокладывая дорожку поцелуев. Не останавливаясь, ты начал сжимать мою шею, то дико сдавливая, то ослабляя хватку. Меня начинает трясти. А тебя это только забавляет, причем все сильнее и сильнее. Ты справляешься с ремнем. Я из последних сил пытаюсь вырваться, протестующе мычу - на большее меня не хватает, потому что ты зажимаешь мне рот рукой. Ты немного ослабляешь хватку, но продолжаешь шептать мне на ухо: – Мой, ты только мой. Меня сильнее затрясло, когда ты начал пытаться снять свои штаны. Я, сквозь пелену страха и отчаяния, собрав самые последние остатки сил и воли, укусил руку, зажимавшую мне рот, и закричал, в надежде, что кто-то из стражи или гостей все-таки пройдет мимо покоев и услышит меня. – НЕТ!!! ОТПУСТИ!!! Ты смотришь на меня, и я замечаю, что в твоих глазах еще больше ненависти, чем прежде. Ты бьешь меня по лицу. Это походит на пощечину, и мне становится стыдно - ведь я ничего такого не сделал. Я чувствую, как из разбитой губы течет кровь к подбородку. Мне хочется разрыдаться. Ты сжимаешь меня в своих медвежьих объятьях так, что у меня трещат ребра, и я почти перестаю дышать. Ты снова берешь то, что тебе необходимо, силой. Я прекращаю свои попытки вырваться и почти смиряюсь. Когда слышу крик, понимаю, что кричу не я. Тебя оттаскивают от меня; на лице твоём кипит множество эмоций, первыми из которых являются гнев и разочарование. Ты пытаешься вырваться, но тебя уводят, точнее сказать, пытаются увести, а ты орешь, будто в тебя бес вселился.

***

      Я думал, этот кошмар не прекратиться никогда, и я буду видеть его снова и снова. Но почувствовал, как по моему лицу осторожно, даже нежно, проводят руками, успокаивая. Обычно я бы увернулся от этой ласки, попытался скрыться, уйти, но сейчас… я тянусь, иду за этими прикосновениями… я боюсь открыть глаза и увидеть там пустоту, которая давно стала чем-то реальным для меня.       Я делаю огромнейшие усилия, открываю глаза. И почти плачу…потому что перед собой вижу лицо Капитана. Вижу небольшие капельки пота, собравшиеся у него на лбу, растрепанные белокурые волосы и глаза, полные беспокойства. В тот момент они кажутся мне целой вселенной; в них я вижу что-то такое, что не дает мне покоя, заставляет мое сердце замирать, а потом биться еще сильней. В его глазах я вижу небо - небо, которое мне так было необходимо, небо, которое я искал. Меня немного трясет, но я все равно провожу рукой по его щеке, чем вызываю ребяческую улыбку и огоньки в глазах Стива. Он близко-близко наклоняется ко мне и сначала касается губами моего лба. Он действует так, словно чего-то ждет от меня. Я трясущимися руками чуть ближе притягиваю его к себе. Он глубоко вздыхает, потом смотрит мне прямо в глаза и целует. У него мягкие и нежные губы, на вкус они как самое вкусное и сладкое вино.       Я думал, что Капитан более целомудренный, Но поцелуи его были такими, как будто он целовал и прикасался ко многим женщинам. Однако я был уверен, что поцелуй, которым он одарил меня, единственный в своем роде. Стив немного углубляет поцелуй и приподнимает меня, чтобы я мог еще крепче обнять его и принять ласку. Он целует меня безумно нежно, нам почти не хватает воздуха и приходиться отстраниться друг от друга. Я дышу и чувствую, что мне и ему неохота делать. Стив обнимает меня, и я слышу, как он шепчет: – Нам пора выбираться. Я леденею от страха и, рискуя, задаю вопрос: – А потом? Стив еще крепче сжимает меня в своих объятьях, будто я могу в любой момент испариться, и шепчет уже на ухо, задевая губами: - А потом? Потом… Я обязательно что-нибудь придумаю. И я верю этому человеку.