Black and Blue

Луи не был уверен, захочет ли Гарри по-прежнему быть его другом после этой ночи, но спустя два дня он появился в кафе, когда Луи собирался уходить, отработав утреннюю смену. — Ты все на сегодня? — спросил он, пока Луи обходил прилавок, уже снимая свой фартук. — Да, как раз заканчиваю, хочешь, принесу тебе чашку кофе, пока я не ушел? Гарри покачал головой, потянув Луи на солнечную улицу. Было два часа дня, и солнце висело еще высоко в небе. Луи зажмурился от яркого света, а затем посмотрел на Гарри. Выражение его лица было почти такое же теплое, как лучи, ласкающие кожу Луи. — Могу я пригласить тебя на обед? Знаю одно место с милой террасой, и сегодня слишком красивый день, чтобы сидеть дома. Луи знал, что если он не пойдет с Гарри, он просто вернется домой и будет смотреть телевизор. У него также были планы зайти в магазин, чтобы купить некоторые продукты, но он решил, что может сделать это позже. Так что он согласился и позволил Гарри вести его к машине. Гарри открыл пассажирскую дверь для Луи, подмигивая и делая вид, что помогает ему залезть в салон, из-за чего Луи засмеялся. Когда они тронулись с места, оба молчали в течение нескольких минут, пока Луи не почувствовал, что нужно заполнить тишину. — Я не был уверен, что снова увижу тебя рядом со мной после той ночи. — Серьезно? Почему из-за этого я должен был перестать хотеть быть рядом с тобой? Луи пожал плечами, жалея, что сказал это. У него никогда не было такого до Гарри. Он не говорил таких вещей никому другому, и эти откровенные моменты, когда он показывал, что думает или чувствует. Гарри буквально вытащил все это из него, и Луи не был уверен, нравится ли ему это или нет. Всего через пару минут Гарри затормозил на маленькой парковке посреди улицы, рядом со странным рестораном с террасой, освещенной блестящим светом. Он заглушил мотор и повернулся в кресле, чтобы посмотреть на Луи. — Мне нравится быть рядом с тобой больше, чем с кем-либо другим. В смысле, у меня много друзей, и они замечательные, но я… Когда Гарри остановил себя, думая над своими словами, Луи тяжело сглотнул, успокаивая поднимавшуюся нервозность. — Мне просто очень нравится быть рядом с тобой, ладно? Так что привыкай к этому. Гарри мягко улыбнулся, что сразу же успокоило Луи. Луи застенчиво кивнул, делая глубокий вдох. Привыкай к этому. Он не был уверен, что знает как, но он собирался это понять. - После обеда Гарри пригласил Луи к себе домой, чтобы познакомить его со своим котенком и поиграть в видеоигры. Поскольку Гарри уже видел его квартиру, казалось правильным, что Луи должен увидеть квартиру Гарри. Кроме того, за последние несколько недель Гарри присылал Луи фотографии чуть ли не каждого шага Пумперникель, так что было логично им, наконец, встретиться. Гарри жил в чуть более приятном месте, чем Луи, но его квартира находилась в более старом здании, и Луи был рад, что он живет не в шикарном месте, а то он бы чувствовал себя полным идиотом, что позволил Гарри увидеть свою квартиру. Однако когда Гарри открыл дверь, Луи с трепетом оглянулся. В отличие от квартиры Луи, в квартире Гарри обстановка была домашней. На стенах висели фотографии, как он полагал, семьи и друзей, пространство заполняла немного неподходящая, но выглядящая по-домашнему мебель, а еще здесь были музыкальные инструменты. Две гитары, висевшие на дальней стене, а на полу лежал чехол от гитары, в котором, Луи знал, Гарри носил гитару, когда играл в кафе. Также у стены стояла пара барабанов. И, к большому удивлению Луи, в углу стояло пианино. Только он хотел прокомментировать это, как увидел маленький темно-коричневый комок, пересекающий пол, который уткнулся в лодыжки Гарри. Гарри подцепил котенка и поднял вверх, гордо улыбаясь, а котенок уткнулся носом в его подбородок. — Это Пумперникель, самый крутой котенок во всем Лондоне. На самом деле, тебе очень повезло познакомиться с ней. Не многие удостоились такой чести. Луи улыбнулся Гарри, а затем котенку, который теперь мягко кусал подбородок Гарри. Луи протянул руку, чтобы нерешительно погладить ее макушку. Когда он гладил ее, Гарри снова заговорил, на этот раз тихо, обращаясь к кошке. — И, Пумперникель, это Луи, самый крутой парень во всем Лондоне. Тебе также очень повезло познакомиться с ним. И когда пальцы Луи столкнулись с пальцами Гарри, когда они оба гладили спину котенка, Луи посмотрел на Гарри, чувствуя, как невольно румянец появляется на его щеках. Он убрал руку, но улыбнулся, кивнув на котенка. — Она прелесть. Это действительно большая честь. Котенок слабо мяукнул, из-за чего оба парня тихо засмеялись. Она снова толкнула головой подбородок Гарри, и он быстро поцеловал ее, перед тем как поставить ее на пол рядом с ними. — Теперь, когда вы познакомились, я покажу тебе квартиру. Он повел Луи вглубь гостиной. Как и его собственная, квартира Гарри не была большой. Гостиная начиналась прямо от входной двери. Слева была маленькая кухня, и две спальни с правой стороны. Луи подумал, что, по крайней мере, у Гарри была нормальная спальня. После быстрого тура по квартире, Гарри настроил PlayStation, и они сыграли несколько игр в FIFA, в которую Луи играл лишь однажды, у Лиама дома, почти сразу после того, как порвал с Максом. Он проиграл первые три игры, пока, наконец, не выиграл четвертую, хотя в тайне подозревал, что Гарри позволил ему выиграть. В любом случае, это было весело – кричать на игроков и толкать друг друга локтями, пытаясь отвлечь от игры, пока Пумперникель бегала вокруг их ног. Наконец, после четвертой игры им надоело, и они выключили ее. Было около восьми часов вечера, и Луи казалось, что день прошел за минуту. Гарри встал, потягиваясь всем своим длинным телом, запрокинув руки вверх. — Хочешь, закажем что-нибудь на ужин? Луи чувствовал, что он должен идти домой, но он также знал, что ничего интересного его там не ждет. На самом деле, ему просто будет холодно и одиноко после дня, проведенного тут. Так что он согласился на ужин, и Пумперникель запрыгнула к нему на колени, довольно свернувшись на них клубочком, пока Луи гладил ее подбородок. — Вот дерьмо, я только сейчас понял, что оставил свой телефон в машине. Не возражаешь подождать меня здесь, пока я сбегаю за ним вниз? — Нет, все нормально. Ты уверен, что доверяешь мне свои вещи? Гарри улыбнулся, смотря на Луи, приласкавшего кошку на коленях. — Только не воруй мою кошку. Я вижу, как ты смотришь на нее. Могу сказать, что вы двое что-то замышляете, — он шутливо прищурился, глядя на них, перед тем, как снова улыбнуться и схватить ключи с полки. — Я сейчас вернусь. После того, как Гарри закрыл за собой дверь, Луи крепко обнял котенка, прежде чем опустить ее на диван рядом с собой. Он встал, осматриваясь вокруг. Он быстро пробежался взглядом по фотографиям на стене, догадываясь, как выглядит Зейн, из-за количества фотографий с его изображением. На одной из них Зейн играл на пианино в их с Гарри квартире, и Луи понял, что пианино, должно быть, принадлежит ему. Его взгляд переместился с фотографий к инструменту, и он шагнул к нему, чувствуя, как учащается ритм его сердца. Он протянул руку и коснулся деревянной крышки, проводя пальцами по гладкой поверхности. Недолго думая, он быстро подошел с другой стороны, садясь на табурет перед ним. Он сидел так в течение минуты, просто положив кончики пальцев на крышку пианино. Затем он медленно поднял ее, открывая черные и белые клавиши, когда-то хорошо ему известные, и его сердце, словно молотком, стучало в ушах. Он нажал на одну клавишу, улыбаясь звуку, раздавшемуся в комнате. Он нажал на другую. И еще на одну. А потом взял аккорд. И прежде, чем он понял это, он играл мелодию, даже не успев решить ее сыграть. Его пальцы двигались, не дожидаясь команд от его мозга. Он даже не представлял, как долго он играл, когда поднял взгляд и увидел Гарри, прислонившегося к стене у порога комнаты. Он резко остановился, проклиная себя за невнимательность. Он встал, отошел от пианино и нервно заговорил. — Черт. Прости. Я не слышал, как ты вошел и… — Луи. — Нет, я действительно не должен был трогать твои вещи… — Луи. — Или вещи твоего соседа, что, наверное, еще хуже… — Луи, замолчи, — решительно сказал Гарри. Луи, наконец, остановился, тяжело сглотнув. Гарри прошел по комнате, вставая прямо напротив Луи, мягким взглядом смотря на него сверху вниз. — Молчи, пока я кое-что тебе не скажу, ладно? Луи кивнул, кусая губу изнутри. — Ты красиво играл. Луи прикусил губу сильнее, чувствуя кровь на языке, но все еще молчал, как его и просили, лишь немного покачав головой в знак протеста. Гарри громко выдохнул, запуская пальцы в свои волосы. — Меня это расстраивает, Луи. Я хочу, чтобы ты видел то, что вижу я, и слышал то, что слышу я. Это сводит меня с ума. Ты замечательный, Луи. В любом случае, ты играешь лучше, чем Зейн, а он зарабатывает этим деньги, так что это должно тебе о чем-то говорить. Кожа Луи вспыхнула жаром. Он инстинктивно обвил руки вокруг своей талии, словно защищая себя от комплиментов. — Ты замечательный, — пробормотал Гарри, понижая голос. Он поднял руку к шее Луи, его пальцы едва касались кожи. Луи застыл на мгновение, а Гарри придвинулся, чтобы обнять его, второй рукой обхватывая Луи за спину. Его подбородок упал на плечо Луи. — Ты замечательный, — повторил он, и его губы были так близки к уху Луи, что Луи мог чувствовать мягкое дыхание на своей коже. Он покачал головой, уткнувшись Гарри в плечо. Гарри повторил эту фразу еще несколько раз, мягко шепча Луи в ухо, пока он не перестал, наконец, качать головой, и не расслабился в объятиях. В итоге он опустил руки со своей талии, робко кладя их на бока Гарри. Гарри воспользовался возможностью притянуть его ближе. — Это нормально? — мягко спросил Гарри. — Объятие? — приглушенно спросил Луи, его губы почти прижаты к плечу Гарри. — Объятие, да, и все остальное. — Что еще должно быть нормальным? Гарри остановился на секунду, а затем тихо засмеялся. Луи отстранился, а Гарри сделал шаг назад, все еще посмеиваясь, зажимая пальцами переносицу и качая головой. — Что смешного? — спросил Луи, наполовину смущаясь, наполовину подозревая, что Гарри сошел с ума. Смех Гарри медленно стих, но он продолжал качать головой. — Ты не догадываешься? Ты даже не замечаешь. — Не замечаю чего? — спросил Луи с нарастающей досадой. — Луи, я не пью кофе, — просто сказал Гарри. Луи не был уверен, что это означало, но Гарри смотрел на него с надеждой, будто это было какое-то откровение. Когда ничего не произошло, Гарри снова заговорил. — Что произошло в ту ночь, когда мы познакомились? Расскажи мне все так, как ты помнишь. — Что? Гарри… — Просто скажи мне, пожалуйста. Луи громко вздохнул, не понимая, что происходит, но согласился подыграть. — Ты играл в кафе. Когда ты собирался, а я наводил порядок, ты начал говорить со мной и сказал, что неплохо заработал и что мы должны пойти выпить. Ну, мы так и сделали. Мне стоит продолжать? Гарри покачал головой, и Луи остановился, ожидая объяснений. — Ты помнишь тот момент, когда я пригласил тебя на свидание? Луи нахмурил брови. Конечно, он помнил это, но он не был уверен, что сейчас это было уместно. — Я пригласил тебя на свидание, потому что подумал, что ты великолепный, и у тебя такие красивые глаза, Луи, — Гарри прервался, убирая мечтательный взгляд из своих глаз. — Я пригласил тебя на свидание. Пытаясь успокоиться, Гарри глубоко вдохнул, а Луи, прежде чем паниковать, пытался сохранять спокойствие, ожидая, к чему все это шло. — А потом я узнал тебя поближе и не мог перестать узнавать дальше, потому что ты удивительный, и я не пью кофе, Луи, но я приходил и заказывал его, только чтобы у меня был повод видеть тебя. Луи почувствовал, как сжалась его грудная клетка, когда он понял, что Гарри пытался сказать. Он молча смотрел на продолжающего Гарри, борясь с желанием убежать. — Я думаю, что ты отличный друг, правда, но я обычно не делаю подобные вещи с друзьями. Я всегда считал, что ты догадываешься, потому что я не особо скрывал это, но, как я понимаю, ты не догадываешься? Луи будто заледенел, пытаясь мысленно вернуться в то время, когда он встретил Гарри. Он действительно говорил то, о чем подумал Луи? Он инстинктивно отступил на шаг назад, пытаясь обработать полученную информацию. — А теперь я взял и все испортил. Круто. Луи слегка покачал головой, хотя он был не уверен на что именно. После долгого молчания, Луи, наконец, заговорил тихим голосом. — Я не совсем понимаю. Ты хочешь сказать, что никогда не хотел быть моим другом? Что ты хотел только большего? — Нет! Я не это имел в виду… Блядь, я действительно все испортил, — он прислонился к пианино, громко выдыхая. — Я всегда хотел быть твоим другом, правда. И все еще хочу, даже если меня сводит с ума находиться рядом с тобой и не прикасаться к тебе. Ты мне нравишься, Луи, мне нравится все в тебе, так что, конечно, мне нравится быть твоим другом. Но еще в самом начале, когда я пытался узнать тебя получше, было еще что-то. Когда я пытался стать твоим другом, я постепенно влюблялся в тебя. Я ничего не мог с этим поделать. Ты очаровательный. Глаза Луи стали сухими из-за того, что он перестал моргать. Вот оно что. Гарри влюблялся в него. Луи очаровательный. Луи очаровательный? Вдруг он почувствовал себя как животное в зоопарке, будто Гарри все это время наслаждался шоу, а Луи ничего не понимал. И он знал, он знал, что Гарри – хороший парень, и он не думал так о Луи, но это не меняло того, как Луи себя чувствовал. Будто он был на выставке в качестве экспоната, а Гарри изучал его. И поэтому он чувствовал себя неловко. — Думаю, мне пора. Гарри сполз чуть ниже, все так же прислонившись к инструменту, и печально кивнул, как будто он ожидал этого. Однако, когда Луи обулся, Гарри снова заговорил, стоя все там же. Луи не обернулся и не посмотрел на него, а просто стоял к нему спиной, смотря вниз. — Слушай, я пойму, если я не интересую тебя. И я пойму, если я не нравлюсь тебе так, как нравишься мне ты. В смысле, если я не достаточно хорош и… В общем, я хочу сказать, что если ты не заинтересован во мне, то все в порядке. Но если ты думаешь, что мог бы заинтересоваться мной, то я хочу, чтобы ты знал, что ты можешь мне доверять. Я просто… Я надеюсь, ты знаешь это, Луи. Луи не смотрел на Гарри, и перед уходом он отделался кивком, чтобы Гарри знал, что он слушал его и понял. Потому что он понял. Понял, что, на удивление, Гарри хорошо его знает, и эта мысль пугала Луи. Они знали друг друга не так давно, но, казалось, Гарри всегда знал график работы Луи. Он никогда не подталкивал Луи к чему-то слишком сильно, и он знал, когда надо замолчать, но он также знал, когда Луи как раз нужно было подтолкнуть, и, понимая это сейчас, Луи чувствовал себя подавленным, особенно из-за всего того, что было сказано. Он услышал, как мяукает Пумперникель, когда закрывал за собой дверь, а затем вышел из здания. Он шел домой, надеясь, что свежий воздух проветрит его голову. Но когда через час он зашел в свою квартиру, его мысли были такие же нечеткие, как перед тем, как он ушел. - Несколько часов спустя, в два ночи, он все еще сидел на диване, размышляя обо всем, что было сказано. Дело не в том, что он не был заинтересован в Гарри. Просто он не думал об этом. Он обещал себе, что не будет ни с кем встречаться, пока хоть немного не приведет себя в порядок, и он никогда не думал, что Гарри мог хотеть его. Честно говоря, он всегда удивлялся, что Гарри продолжал быть рядом с ним, что он всегда, казалось, наслаждался обществом Луи. Он никогда не понимал этого. И теперь он должен был обдумать тот факт, что Гарри не только наслаждался компанией Луи, но и хотел большего. Как он сказал? Его сводило с ума быть рядом с Луи, не касаясь его? Вдруг Луи встал и побежал в ванную, чтобы посмотреть в зеркало. Он смотрел на свое отражение в тусклом свете и пытался увидеть. Он пытался увидеть то, о чем говорил Гарри, но он не мог. Он видел странный нос, морщинки вокруг глаз и немного кривые зубы. Он видел этот постоянный жир на своем животе, который никогда не исчезал, независимо от того, как много калорий Луи исключал из своего рациона. Он видел задницу, которая была абсолютно непропорциональна для человека его размера. Он стоял так и смотрел на себя в течение получаса, наблюдая, как отражение превращается в некую нечеловеческую форму перед глазами, а потом понял, что изучать себя в зеркале в два часа ночи – не очень хорошая идея. Вместо этого, он лег в постель и провел руками по своему телу, думая о том, понравится ли Гарри то, что он ощутит, если Луи позволит ему дотронуться до себя. Несмотря на то, что Луи не нравилось, что ощущал он сам, он признавал, что Гарри мог быть чем-то новым для него. Может, Луи действительно в какой-то момент совсем немного пришел в норму за последние несколько недель. Если так, то он знал, что у него есть больше, чем просто время, чтобы поблагодарить за это. - Четыре дня Луи ничего не слышал от Гарри и сам не прилагал никаких усилий связаться с ним. Он все еще пытался понять, что он чувствует из-за всего этого, и он не был уверен, что это стоило того беспокойства, которое он бы почувствовал, если бы впустил Гарри в свою жизнь. Он не был уверен, что готов к этому. На следующий день, после того, как он пообедал, он получил длинное сообщение от Гарри. Привет, я хочу дать тебе столько времени, сколько тебе нужно, чтобы подумать, но у меня есть возможность сыграть в кафе. В четверг вечером, и я не могу ее упустить. Я знаю, что ты обычно работаешь вечером по четвергам, но, надеюсь, ничего страшного, если я сыграю? Луи нахмурился, глядя на экран, и сразу же напечатал ответ, не имея необходимости размышлять об этом. Конечно, все в порядке. Мне всегда нравится слушать, как ты играешь. - Через два дня наступил четверг, и Луи чувствовал всю тяжесть в своей груди, когда шел на работу. Гарри должен был прийти не через пару часов, но он все равно был встревожен, не зная, что он скажет ему, если вообще что-либо скажет. Он пытался не думать об этом, когда бездумно двигался в первые несколько часов своей смены, наливая кофе как зомби, едва слушая, кто и что говорил. Когда на часах было без пятнадцати девять вечера, Луи поднял взгляд, услышав, как открывается дверь, и он был здесь, его кудри были потрепаны ветром, а щеки розовые. Луи проигнорировал глухой удар своего сердца, когда их глаза встретились, списывая это на нервы, и мягко ему улыбнулся. Гарри вернул улыбку и даже слегка помахал ему рукой, а затем отправился в угол, предназначенный для музыкантов, и начал готовиться. Обычно перед тем, как начать играть, он подходил, заказывал кофе и говорил с Луи, но сегодня он не подошел. Так что Луи налил чашку чая и пошел в сторону Гарри, который склонился над чехлом с гитарой, что-то настраивая. — Привет, — тихо сказал Луи. Гарри быстро обернулся, выпрямившись. Его брови удивленно приподнялись, видимо, он не ожидал, что Луи заговорит с ним. Луи поставил чашку чая на стол рядом со стулом Гарри. — Знаешь, чай у нас тоже есть, — сказал Луи, чуть улыбаясь. Взгляд Гарри упал на чашку, а затем вернулся к глазам Луи. — Точно, спасибо, это… — Гарри запнулся, замолчал, но после все же улыбнулся. — Спасибо, Луи. Луи кивнул, сжав губы, и пошел обратно за прилавок. Он принял заказ у следующего клиента, и когда он пошел наливать заказанный кофе, он взглянул на Гарри, обнаруживая, что тот наблюдает за ним. Они оба улыбнулись и поспешили отвернуться. После того, как Гарри начал играть, это произошло не меньше, чем еще десять раз. Луи смотрел на Гарри, а Гарри смотрел на Луи. Иногда он пел, смотря прямо на Луи, и к концу ночи Луи был уверен, что его кожа горит. Он испортил столько напитков, сколько не портил никогда до этого, просто потому, что он не мог сконцентрироваться из-за глубокого голоса Гарри, заполнившего комнату. Когда он закрыл дверь за последними посетителями, Гарри уже почти собрался, защелкивая чехол с гитарой и кладя в сумку свои вещи. Луи начал протирать столы, пытаясь игнорировать очевидную напряженность в тусклой тихой комнате. Когда он вытащил мусорное ведро, чтобы связать мешок, он почувствовал, что Гарри подходит к нему сзади. Он обернулся, а Гарри стоял с сумкой на плече и гитарой за спиной, держа пустую чашку, в которой ранее Луи принес ему чай. — Спасибо еще раз, — сказал он, все с той же мягкой улыбкой, играющей на его губах. Луи взял у него чашку и поставил ее на прилавок, к остальной посуде. — Конечно, — сказал Луи, надеясь, что это звучало легко. Еще мгновение они неловко стояли, пока Гарри не покачнулся на ногах. — Ну, я собираюсь уходить. Он указал на дверь, и Луи кивнул и пошел вслед за Гарри, потому что, в любом случае, он должен был закрыть за ним дверь. — Был рад тебя увидеть, — сказал Луи, открыв дверь, чтобы дать Гарри выйти. — Да, я тоже, — тихо сказал Гарри, подходя к двери. Но прежде, чем он открыл ее, он повернулся к Луи и втянул воздух, делая паузу. Они были близки друг к другу, настолько близки, что Луи был уверен, что Гарри может слышать, как бьется его сердце, но Гарри не сократил расстояние. Он стоял, изучая лицо Луи и смотря в его глаза, пока он не закрыл свои собственные с тяжелым вздохом. Когда он открыл их, он свел брови вместе и заговорил. — Я не хочу, чтобы ты торопился, но мне просто нужно, чтобы ты знал, что я скучаю по тебе. Он закусил губу, и Луи затаил дыхание на мгновение, а Гарри открыл дверь и вышел. Когда Луи запер дверь и смотрел, как Гарри уходит по тротуару, он начал понимать, что, возможно, он тоже скучает по Гарри. - Спустя несколько часов, лежа в кровати и смотря в потолок, он знал это. Он совершенно точно скучал по Гарри.