Музыка ненависти

Когда ты становишься инвалидом, то поневоле начинаешь завидовать всем, кто может ходить, просто ходить на своих ногах. Сначала ты завидуешь людям, потом они начинают тебя раздражать повышенным вниманием к твоей персоне, а следующая стадия — ненависть. Ты незаметно для самой себя начинаешь ненавидеть всех окружающих, будто это они виноваты в том, что ты инвалид. Хотя… Кто-то все-таки виноват. А от осознания того, что этот «кто-то» — один из твоих друзей, становится еще хуже. К внутренней буре эмоций прибавляется патологическое недоверие. Теперь каждый, даже самый близкий человек, является для тебя предателем/убийцей, но никак не другом. Друг. Значение этого слова давно утеряно для тебя. Теперь это просто слово. Дружба, любовь, вера в светлое будущее — все это осталось в прошлой жизни, в этой же остались только боль, обида, страх, отчаяние, ненависть, злость и… Может, еще капля чего-то светлого/теплого сохранилось в тебе. Что-то, что не дает тебе окончательно озлобиться на весь мир. Что-то, что помогает тебе оставаться такой же сильной и уверенной. Что-то, за что тебе стоит бороться. И это «что-то» из той, так называемой, прошлой жизни. Вот только… Когда произошел раскол твоей жизни на две? Когда стала инвалидом? Или, когда узнала, что один из твоих друзей самая настоящая крыса и пытался убить тебя?

***

Брюнетка сидела в кресле и с завистью смотрела на своих измученных одноклассников, которые уже как двадцать минут выполняли изащренные задания своего учителя. Уваров был явно не в духе и отыгрывался на учениках, гоняя их по залу. Уставшие старшеклассники проклянали физрука и желали, как можно скорее принять душ и лечь спать или просто присесть, да что там, хотя бы просто остановиться и спокойно постоять. А Даша наоборот: она мечтала оказаться на их месте. Она сидела и наблюдала, как проходит урок физкультуры у ее класса. И, чем дольше она смотрела, тем больше злилась на своих одноклассников. «Чего они жалуются? Пусть радуются, что они вообще в состоянии заниматься. Или они думают, что лучше сидеть и наблюдать со стороны? Идиоты!» — вертелось в голове у девушки. После того, как Дарья оказалась в кресле она ни разу не появлялась на этом уроке. Было слишком больно. Но сейчас она решила сходить, однако, успела пожалеть об этом. — Все свободны, — раздался твердый голос учителя. Ученики радостно загудели и присели на лавочки чтобы передохнуть. После недолгого перерыва они с усталыми, но счастливыми улыбками отправились в столовую. Проходя мимо Даши, Харитонов для поддержания разговора сказал, а точнее ляпнул не подумав: — Повезло же тебе, Дашка. Не нужно выполнять задания этого тирана. — Ты правда считаешь, что мне повезло? — кипя от злости, спросила девушка. Поняв, что сморозил глупость, Слава невнятно промямлил извинения и быстро ретировался. POV Даша Вот придурок! Повезло. Тебе бы так повезло! Ладно, спокойно. Он ведь не со зла, а просто подбодрить хотел. Но все равно — кретин! Кстати, о кретинах… Чего это Уваров на меня так уставился? Еще таким странным взглядом. Мне кажется, я никогда не смогу его понять. «А зачем тебе его понимать?», — тут же отреагировал мой внутренний голос. Да это я так, к слову. Его глаза ничего не выражают… Вернее не так. Выражают, но что-то мне не знакомое, не подвластное. — Старкова, ты дверью ошиблась. Стоянка для инвалидов в следующем кабинете, — как всегда усмехнулся он. Началось. Лучше бы он молчал. На человека был бы хоть похож. Но, признаюсь, когда он рядом мне, как никогда хочется подняться на ноги. Я, можно сказать, становлюсь одержимой. Когда мы находимся вдвоем, мне безумно хочется встать. Встать и проломить ему его тупую черепушку. Еще немного такой шокотерапии в его лице и он этого дождется. — Так ты тоже обознался. У нас над людьми издеваются не в школе, а под ней, — указывая пальцем в пол, ответила я. — Ох, договоришься, Старкова, — вздохнул он, записывая что-то в классном журнале. — И что Вы сделаете? На опыты отправите или так застрелите? — А ты опять ко мне на «вы»? — засмеялся он. Я даже не заметила, что говорила ему «ты», а потом опять «вы». Хотя, к такой мразе, как он и на «вы«… Много чести. — Вообще, мне плевать. Как хочешь, так и обращайся, — протянул он и подошел к моей коляске. POV Вадим — Вот спасибо. А то я прям не знала, что мне делать, — огрызнулась Старкова. А у нее похоже вместе с ногами и инстинкт самосохранения отказал. Ну ничего, я тебе еще объясню, как себя вести нужно. И чего я с ней вообще таскаюсь? Давно бы пристрелил и дело с концом. Нет, пока рано. Старкова — единственное развлечение у меня на сегодняшний день. Другого я себе еще не нашел. Я завез ее к себе в комнату и остановил у стола, а сам лег на кровать. Я лежал на спине с закрытыми глазами. В комнате повисла приятная тишина. Вернее первые минуты две она была приятной, а дальшееменя это стало бесить. Боже! Старкова, не дай в тебе разачароваться, не тупи! Неужели, непонятно на кой-черт я тебя сюда привез? — Так ты согласен на эту игру? — недоверчиво спросила она. Игру. Тоже мне. Ей что, пять лет? В игры она собралась играть. Хотя, мне, в принципе, не важно, как она к этому относится. — Только ты первый отвечаешь. — С чего это? — А вдруг ты меня кинешь? — заявила она. — Я тебе сейчас тебе все расскажу, а про тебя так ничего и не узнаю. — Зачем тебе вообще про меня что-то знать? Разве той информации, которой ты владеешь недостаточно? — Нет. Я хочу узнать тебя лучше. — Зачем? Поверь, Старкова, тебе не понравится. — Я не знаю. — А, ну тогда понятно, — недовольно ответил я. Нет, она все-таки дура. — Ладно, что тебе рассказать? Она замолчала, перебирая в голове разные вопросы. Какая же она тормознутая. Тем более, я думал, ее вопрос очевиден, но, как оказалось, нет. — Какое у тебя было детство? Даа. И зачем ей это? Лучше бы уж что-нибудь про «INGRID» спросила. — Отличное, — кинул я, не открыая глаза. — Я так понимаю, тебе не очень нужны мои ответы? Вот же доставучая девчонка. Чувствую себя прям как на приеме у психиатра. Лежу на кроватке и рассказываю о своей жизни. — Да, отличное у меня детство было. Жил с родителям и братом-близнецом. Его Антон зовут. Родители нас очень любили, всегда помогали. А с братом мы были лучшими друзьями, даже не смотря на то, что он меня часто бесил. Жили, как обычные дети, ходили в детский сад, про «INGRID» и не догадывались. В общем жили и бед не знали. Ничего особенного. — А что сейчас с твоим братом? — Нет, Старкова, так не пойдет. Моя очередь, — улыбнулся я. — Кто он был, тот, кого ты убила? — Тварью последней, — дрожащим голосом ответила она. — Это произошло два года назад. Тогда были летние каникулы, я думала, что мы с мамой куда-нибудь уедем, но она опять была занята и предложила мне провести лето где-нибудь на море. Но я отказалась. Я решила остаться в Москве. Однажды, когда я возвращалась из клуба ко мне подошел парень. Он схватил меня и… И изнасиловал, — всхлипнула она. — Изнасиловал, избил и оставил подыхать на улице. Я кое-как добралась до дома. Состояние было такое, что вскрыться хотелось. Но мне было жаль маму, поэтому пришлось терпеть. Об этом я так никому и не сказала и этого гада, естественно, не посадили. Но я не могла оставить это безнаказанно. Через неделю, через общих знакомых, я выяснила кто этот парень. Трофимов Артем Геннадьевич, — с ненавистью выплюнула она. — Я выследила его и убила. Охренеть. — И как же ты его убила? — А теперь моя очередь, — улыбнулась она. — Валяй. — Кто из ребят крыса? — неожиданно спросила она. Видимо, это был ее сокровенный вопрос.