Дочь Леса

      Тауриэль сидела на усыпанной цветами поляне, прислонившись спиной к одной из высоких сосен и пытаясь сплести венок из ароматных лесных трав. После знойного июля, когда палящее солнце, не желая скрыться ни на мгновенье, сияло в голубом небе с утра до ночи, август, пришедший в Мирквуд вместе с проливными дождями, стал подарком свыше для всех обитателей леса. Жары больше не было, и погода заметно переменилась, а в Лихолесье царили спокойствие, тишина и прохлада. Крепко переплетенные друг с другом ветви не пропускали робкие солнечные лучи, норовящие нарушить полумрак, укутавший лес.       Рыжеволосая эллет, услышав где-то неподалеку звук приближающихся шагов, подняла глаза, тотчас же встретившись взглядом с Леголасом, вышедшим на поляну из-за деревьев. Поглядев на принца, девушка заметила, что он не снял ни тяжелой брони, ни кольчуги. Должно быть, только вернулся с ночного дозора. - Как всё прошло? - поинтересовалась эльфийка, глядя на друга. - Спокойно. Кругом, как обычно, ни души, странно, что отец в последнее время выглядит обеспокоенным, - он устало улыбнулся ей. - Вроде бы никого, а поспать так и не удалось.       Тауриэль прекрасно знала, что Леголас, как и она сама, привык бодрствовать в отряде по несколько дней, но даже самым выносливым воинам рано или поздно требовался отдых. - Лучше бы ты остался в замке, mellon, - произнесла зеленоглазая дева, встревоженно глядя на собеседника. - Редко у нас с тобой появляется свободное от службы время, не так ли? Можно было бы потратить его с умом. - Именно поэтому я и пришел к тебе сегодня, - отозвался он, опускаясь рядом с ней на мягкий ковер лесных трав.       Девушка попыталась коснуться рукой его плеча, однако, дотронувшись до нагретой стали, торопливо отстранилась. - Почему они горячие? - удивленно спросила эллет, указав на доспехи. - Нагрелись на солнце, я полагаю, - задумчиво сказал царевич. - Сними их, - попросила рыжеволосая воительница. - Хотя бы ненадолго.       Воин, вздохнув, выполнил просьбу подруги. - Довольна? - с улыбкой поинтересовался он через несколько минут. - Вполне, - ответила эльфийка, устраиваясь как можно удобнее у него на плече. - Рассказывай, сколько всего интересного и увлекательного произошло с тобой со вчерашнего вечера, - юноша обнял её одной рукой, прижав к себе. - Ничего особенного, - эллет отложила незаконченный венок в сторону. - Разве что Итилгаил пригласил меня на ближайший праздник, хотя вряд ли тебя это заинтересует. - Ближайший? Это который? - Меретон Гилит. - Вот как, - брови принца сдвинулись. - Выходит, заранее? До него ведь больше трех месяцев. - Он сказал, что хочет быть первым, - зеленоглазая эльфийка довольно улыбнулась другу. - И что ты ответила? - Сказала, что подумаю, - она пожала плечами. - Он говорил, что очень хотел бы танцевать со мной. - Боюсь, я ему этого не позволю, - буркнул в ответ Леголас. - Пускай встает в очередь. - Не тебе решать, - девушка ударила его по плечу обоими кулачками. - Я вызову его на дуэль, если он посмеет увести тебя. - Перестань, он мне вовсе не нравится, - отмахнулась стражница. - Разве я говорила, что дам согласие?       Царевич окинул ее недоверчивым взглядом. - Только если не услышу приглашения от кого-то другого, - эллет улыбнулась. - Выходит, у кого-то другого всё же есть шанс? - эльф рассмеялся, легонько дернув её за длинную прядь волос, ниспадающую на грудь.       Девушка, взглянув на него с нежностью, утвердительно кивнула, однако, чуть склонив голову на бок, увидела, что на поляне они больше не одни. Из зарослей на мягкий ковер лесных трав неслышно ступил Итилгаил. Тауриэль, чуть отстранившись от принца, словила себя на мысли, что не знает, как давно стражник появился здесь, и понадеялась, что он не слышал всего их с Леголасом разговора. Впрочем, даже если воину удалось что-то услышать, то ему сейчас явно было не до этого. Юноша выглядел весьма встревоженным, в глазах его читалось беспокойство, а в руке он сжимал деревянный лук. - Ваше Высочество, - он сделал несколько шагов вперед, а затем, взглянув на сидящую подле царевича рыжеволосую эллет, остановился. - Прошу простить меня, если я не вовремя. Мне велели доложить Вам.       Голубоглазый эльф поднялся на ноги и приблизился к воину. Зеленоглазая воительница, немного помедлив, поспешила за ним. - На одну из окрестных деревень напали орки, несколько лучников из караула пали. Меня послали найти Вас, мой принц, - он замер на месте, после чего, переведя взгляд на эльфийку, добавил: - И тебя, Тауриэль. - Собирай отряд, - велела девушка, подняв с земли колчан, полный стрел, и закрепив его на поясе. - Веди всех на место, я догоню.       Он кивнул, а затем скрылся в тени деревьев, и вскоре в лесу раздался звук эльфийского рога. - Сколько вас? - поинтересовался Леголас, надевая доспехи. - Не считая меня, семеро, - бросила рыжеволосая дева через плечо, покидая царевича. - Тауриэль, постой, - он догнал её и преградил ей путь. - Этого мало. Я отправлюсь во дворец и вернусь с подмогой.       Эллет кивнула ему и поспешила за Итилгаилом, надеясь, что он за такой короткий отрезок времени не успел уйти далеко.

***

      Прежде уютная маленькая деревенька, знакомая Тауриэль с детских лет, опустела за несколько мгновений. Орки врывались в дома, беспощадно убивая беззащитных жителей и разрушая деревянные постройки небывалой красоты. Женщины и дети спасались бегством, силясь уйти как можно дальше в лес, однако это удавалось далеко не всем. Юноши хватались за оружие, примыкая к немногочисленному отряду рыжеволосой воительницы. Итилгаил, созвав стражу, умчался далеко вперед, яростно отбиваясь от вражеских воинов, зеленоглазая дева же осталась позади. Остановившись у деревенских ворот, эльфийка окинула встревоженным взглядом дымящиеся избы. Выжженная трава кое-где была покрыта алыми пятнами. Эллет, оглядываясь вокруг, сделала несколько шагов вперед, однако раздавшийся где-то вдалеке крик заставил её замереть на месте, опустившись на залитую кровью невинных жителей землю. - Тауриэль, пригнись!       Просвистев в опасной близости от неё самой, черная стрела впилась в кору ближайшего дерева. Заметив приближающегося к ней орка, девушка обнажила клинки, и вскоре отвратительно шипящее существо лежало на траве, не подавая никаких признаков жизни.       Взглянув на обездвиженное тело, стражница облегченно вздохнула, но спустя несколько мгновений до её ушей донесся душераздирающий вопль: - Пустите ее! Пустите! - отчаянно кричал женский голос.       Раздался отчетливый звук удара сжатым кулаком.       Рыжеволосая воительница обернулась, увидев в нескольких шагах от себя молодую эльфийку, лежащую на разнотравье у самых ног орка, сжимающего в руках меч. Упавшая девушка вновь предприняла попытку подняться на ноги. - Нет! Лучше меня, меня! Её оставьте! - Если она умрет сразу, ты станешь следующей, - прорычал воин, отойдя в сторону.       Стоило ему сделать пару шагов вправо, и до Тауриэль сразу дошел смысл происходящего: перед чудовищем стояла крохотная девчушка, на вид ей можно было дать всего несколько лет. Наивно улыбаясь незнакомцу и явно не понимая, в какой опасности она сейчас находится, малышка глядела в глаза собственной смерти. Орк двинулся вперед, однако юная эллет, по всей видимости, сестра бедняжки, бросилась на него, пытаясь остановить. - Нет! Не трогайте её! Не надо!       Гоблин отшвырнул её в сторону, и она, ударившись головой о стену одного из зданий и вскрикнув от боли, затихла. Воин поднял руку, пытаясь рассчитать силу удара. У зеленоглазой девы сжалось сердце: нет, такого она не может допустить!       В два счета сократив расстояние, отделявшее её саму от чудовища, она полоснула его лезвием кинжала по плечу. Он зарычал, зажав рукой тотчас же начавшую кровоточить рану, повернулся в сторону капитана стражи, но эльфийка, увернувшись, собрала все свои силы и ударила соперника в живот. Тот, сдавленно охнув, опустился на землю. Решив, что враг теперь безопасен, Тауриэль подбежала к незнакомке, рядом с которой уже сидела девчушка. - Ты в порядке? - поинтересовалась рыжеволосая воительница.       Девушка кивнула, поднявшись на ноги и покачнувшись. - Идти сможешь? - Да, - негромко ответила она, прижимая к себе сестру. - Отлично, - зеленоглазая дева попыталась выдавить из себя улыбку, однако вышло не очень убедительно. - Тогда...       Но тут орк, которого эллет ранила несколько минут назад, внезапно вскочил, размахнулся и ударил повернувшуюся к нему Тауриэль по груди. Она чуть слышно вскрикнула, после чего обмякла и рухнула на траву. - Нет!       Юная незнакомка упала на колени рядом с неподвижной спасительницей. Гоблин ухмыльнулся. Свободной рукой он указал на дрожащую малышку, которая со страхом наблюдала за всем происходящим из-за спины сестры, потом на себя и на лежащую без чувств раненную эльфийку. Смысл его жестов был вполне понятен: отдай мне ребенка, иначе с тобой будет то же, что и с ней. - Можно подумать, ты не перебьешь всех нас, как только получишь ее! - воскликнула девушка.       Ее рука лежала на плече Тауриэль, еще теплом, но она боялась взглянуть на неё. "Не умирай, - лихорадочно повторяла она про себя. - Не смей умирать! Это будет моя вина, если ты умрешь..."       Вдруг послышался цокот копыт, и в ворота разоренной деревни въехал Леголас, ведя за собой хорошо вооруженных воинов, и вскоре орк, стоявший перед сестрами, рухнул замертво и затих. Из его спины торчала стрела. Чудовища падали одно за другим, и вскоре битва была окончена.       Девушка приподняла бесчувственного капитана отряда, оттащила поближе к стене деревянного строения и уложила на траву, пытаясь нащупать пульс. - Тауриэль! - подбежавший Итилгаил опустился рядом с ней на землю. - Что с ней? - Без сознания, - эллет отвела глаза. - Пульс есть, я уверена. - Выходит, она жива? Её жизни ничего не угрожает? - Думаю, да.       Воина захлестнула настолько мощная волна облегчения, что на миг у него даже закружилась голова. Он вздохнул, а затем поднял девушку на руки. - Я доставлю её во дворец, - сказал он одному из стражников, стоящих рядом. - Предоставь это мне, - холодно сказал оказавшийся рядом Леголас.       Кареглазый юноша, взглянув в бледное от страха и волнения лицо царевича, кивнул и осторожно передал ему зеленоглазую подругу. - Помогите раненым, найдите товарищей, - негромко произнес светловолосый эльф, прижав к себе девушку. - Будем надеяться на то, что жертв немного.       Он запрыгнул в седло и тотчас пришпорил приплясывающего от нетерпения Эласа. Тот, всхрапнув, помчался в сторону цитадели лесного короля.

***

      Очнувшись, Тауриэль обнаружила, что лежит в собственной спальне под белоснежным одеялом. На протяжении нескольких минут она молча глядела в потолок, слушая негромкое биение своего сердца и пытаясь вспомнить, что с ней произошло, однако перед глазами всплывали лишь ухмылка орка и перепуганные, полные страха глаза ребёнка, чуть было не погибшего во взрослой, тяжелой битве. С улицы доносилось беззаботное пение птиц, а по кусочку неба, что был виден из окна, рыжеволосой воительнице стало понятно, что близится вечер. Как долго она находилась в постели, Тауриэль не знала. Она и понятия не имела о том, кто и каким образом спас её. Удалось ли тем, за кого она готова была отдать собственную жизнь, спастись? Ответа на этот вопрос у эллет не было.       Странно, но вроде как сначала ничего не болело, и вдруг девушка почувствовала необъяснимую жгучую боль в туго перевязанной груди, стало трудно дышать. Чуть приподнявшись на локтях, эльфийка поспешила осмотреть саму себя, откинув в сторону простыни. Бинты прилипли к телу, сковывая каждое ее движение. Дева попыталась засунуть под них палец, чтобы отодрать их от кожи, пытаясь стерпеть усиливавшуюся боль.       Под повязкой все распухло, покраснело, и Тауриэль с ужасом смотрела, как на груди стали появляться крошечные красные точечки, которые постепенно увеличивались и заполняли собой всю рану. Эллет оставила затею разбинтоваться и снова замотала бинты, как смогла. Ленты быстро намокли, стали тяжелыми и начали пачкать простыни, на которых лежала зеленоглазая эльфийка. Закружилась голова, перед глазами всё поплыло, а во рту пересохло. Всё тело мучительно болело, и девушке совсем не хотелось шевелиться, хотелось только лежать и чтобы кругом было тихо, хотелось спать, не вставая на ноги по несколько дней. Постель казалась ей самым безопасным местом. Можно было, как в детстве, скрыться под одеяло, и тогда всё остальное переставало быть значительным. Прикрыв глаза, она постаралась устроиться поудобнее и ненадолго уснула. А проснулась оттого, что кто-то нежно и очень осторожно распутывал ее длинные огненные локоны. - Леголас? - вскрикнула она, натянув одеяло почти до подбородка и вглядываясь в темноту.       По всей видимости, было уже далеко за полночь. - Ты в порядке? - тихо спросил принц, опускаясь на край её кровати. - Сколько я проспала? - поинтересовалась эллет, взглянув на него. - Всю ночь. Скоро рассвет. - Рассвет? - удивилась она. - Но тогда почему ты... - Я не выходил отсюда после того, как врач осмотрел тебя. Это было во время обеда.       Эльфийка, отведя взгляд, опустилась на мягкие подушки. - Та девушка... С которой был ребенок, - начала Тауриэль и тут же затихла, не зная, как продолжить. - Она жива, да. Все в порядке. - Кто спас меня? - девушка взглянула на друга. - Один из моих воинов застрелил ту тварь, я полагаю, - тихо ответил он. - Если бы мы прибыли чуть позже... - Прости меня, - прошептала эллет, взяв его за руку. - Прости пожалуйста. - За что? - он удивленно приподнял бровь. - Я толком и не успела понять, как так получилось. Мне казалось, он мертв, я ведь не знала, что он очнется... Потом грохнулась в обморок, как маленькая, - она закрыла лицо руками, и царевич, взглянув на неё, понял, что она плачет. - Перестань, всё ведь обошлось, - он наклонился к ней и коснулся губами её щеки. - Ты в порядке, и это главное. - Д-да, наверное, - она утерла слёзы краешком одеяла, стараясь не смотреть на принца. - Ложись-ка ты спать, - эльф мягко улыбнулся ей, проведя рукой по ярко-рыжим волосам. - Лекарь сказал, сон поможет тебе как можно скорее встать на ноги.       Тауриэль кивнула и, приподнявшись, обняла его, после чего, вздохнув, легла обратно. Голубоглазый воин поднялся на ноги и пошел в сторону выхода, ступая как можно тише. - Леголас, - позвала зеленоглазая дева, когда он был около двери.       Светловолосый поднял на неё глаза. - Прошу тебя, скажи Итилгаилу, чтобы не волновался за меня и чтоб он, сражаясь, не лез вперед остальных, а то я его знаю, - торопливо проговорила она. - Он, наверное, считает себя виноватым.       Юноша молчал, а затем, сумев подобрать слова, негромко произнес: - Не переживай, все будет в порядке, я тебе обещаю, - он взялся за дверную ручку, после чего добавил: - А Итилгаил, я думаю, скоро сам к тебе заглянет.       И он покинул помещение, неслышно прикрыв за собой дверь.