Дочь Леса

Зеленоглазая дева медленно шла по темному пустынному коридору королевской цитадели, слушая биение собственного сердца. Яркий и красочный мир, который она так любила, в одно мгновение перестал существовать и сделался монотонным и безжизненным лишь от одной фразы. "Не обнадеживай его понапрасну", - эти слова вновь и вновь звенели у нее в ушах. Казалось, что высокий потолок вдруг рухнул вниз, придавив ее к холодному каменному полу, дышать отчего-то становилось все труднее и труднее, голова кружилась, и эллет вдруг почувствовала острую нехватку кислорода. Наверное, хуже уже не будет. С головой нырнув в собственные мысли, она прислонилась к стене, чувствуя, как желанный холод медленно распространяется по всему телу. Девушка прикрыла глаза и стояла так до тех пор, пока ее вдруг не окликнул чей-то голос. - Тауриэль! Она подняла голову, сразу же встретившись взглядом с темными, почти черными глазами Итилгаила, и замерла на месте, не зная, что сказать или сделать. - Как все прошло? - поинтересовался он с улыбкой. - Н-нормально, - ответила эльфийка дрожащим голосом. - Владыка сказал мне... - Что случилось? - взволнованно спросил он. - Ты в порядке? Девушка покачала головой и молча взглянула ему в глаза. Итилгаил обнял ее, притянул к себе. - Ты устала, - мягко сказал он. - Могу я проводить тебя до комнаты? Эллет уловила какую-то перемену, что-то непривычное и неизведанное в его легком прикосновении. Сквозь одежду она почувствовала, как его рука, очертив изгиб тонкой талии, легла на поясницу, скользнула вверх до лопаток и вернулась обратно, и напряглась. - Это не так необходимо, как ты думаешь, - прошептала она, стараясь не зацикливаться на новых для нее ощущениях. - Я в полном порядке. Его ладонь все еще поглаживала ей спину. Девушка прекрасно понимала: скажи она сейчас, что утомилась, он бы, наверное, перестал; если же она промолчит, он поймет это как знак поощрения. Она была молода и любопытна и впервые в жизни горела желанием по-настоящему узнать, что такое любовь! К тому же, юноша, стоящий перед ней сейчас, был весьма привлекательным, отрицать это не было никакого смысла. Вот он, единственный, кроме Леголаса, симпатичный ей мужчина, так почему же ей не попробовать и его поцелуи? Итилгаил принял ее молчание за знак согласия, повернул ее лицо к себе и поцеловал. Тауриэль целовалась лишь однажды. С Леголасом, тогда, зимой, когда кругом лежал снег, с неба сыпались снежные хлопья, а сильный мороз обжигал щеки. А потом принц сказал ей, что любит ее как младшую сестру. Но этот поцелуй был другим. Юноша сильно прижал свои губы к ее губам. - Открой же рот, - пробормотал он. Рыжеволосая дева раздвинула губы. Его язык протиснулся между ее губами, коснулся ее языка. Было противно, но в то же время волнующе. Его ладонь легла на левую грудь. Эльфийка вздрогнула, немного испугавшись. - Ты красивая, - выдохнул он. - Самая красивая. На мгновение страх отступил. Она ему нравится, значит, он ее не обидит. Рука его двинулась ниже по телу. Он вновь поцеловал ее. Ладонь скользнула вверх по ноге, приподнимая края туники... Так нельзя. Она так не хотела. Почему тогда, когда ее целовал Леголас, чувство было совсем иное? Тогда поцелуи не казались мокрыми и отвратительными, тогда у нее и вовсе не было никаких мыслей, было лишь желание открыться ему навстречу, не задумываясь о том, что будет... Да что же он делает? Почему все ее тело встрепенулось и льнет к нему, хотя сама она отчаянно хочет вырваться? Итилгаил прервал поцелуй и прижался губами к ее шее под ухом. Эллет почувствовала, как по спине пробежали мурашки, она негромко вскрикнула и обхватила его обеими руками. Однако вскоре его губы скользнули ниже, а рука оказалась на внутренней стороне бедра. Тауриэль уперлась ладонями в грудь воина и, оттолкнув его от себя, отступила на шаг. - Довольно, Итилгаил! - выкрикнула она. Ее переполняло чувство разочарования и отвращения. Она не могла понять, что красивого и доброго увидела когда-то в его темных глазах, их взгляд уже не был ласковым, как раньше. - Что с тобой? - раздраженно спросил он, шагнув ей навстречу и вновь прижав эльфийку к себе. - Я ничего тебе не сделаю, милая... Я хочу только прикоснуться... Прикоснуться? Она не понимала, о чем он говорит, но чувствовала, что что-то не так. - Оставь меня! - крикнула она, в очередной раз ощутив его руки на своих ягодицах. - Я не хочу тебя больше видеть! Тауриэль уставилась на него. Юноша зло взглянул на нее в ответ. - Я ухожу, - сказала она. Он не ответил и просто смотрел, как она, отдалившись от него на безопасное расстояние, поправляла ворот туники. - Тауриэль, послушай, я... - начал он, но девушка метнулась в сторону и скрылась за поворотом. Эллет споткнулась на одной из лестниц, ведущих наверх, и вдруг услышала голос Итилгаила: - Ну и уходи! Проваливай к черту, ты, малолетка! Зеленоглазая дева почти бежала по коридорам, и отчего-то появлялось ощущение, что каждый, кто взглянет на нее, сразу же поймет, что с ней только что произошло. В глазах темнело, и она с трудом различила дорогу к собственной спальне. Вокруг шептались слуги, и ей хотелось повернуть обратно и броситься в темноту, туда, где тихо. Но там, не так далеко от нее, был Итилгаил. Она не хотела видеть его снова, никогда! Тауриэль добралась до постели и долго лежала, глядя в потолок. Одно теперь ясно: поцелуи Итилгаила ни капли не похожи на поцелуи Леголаса. Однако дважды в ней вспыхивала искорка незнакомого ей волнения - когда он поглаживал ей спину и когда целовал в шею. Бессмысленно сравнивать его и принца, да и к тому же, больше и не хочется. Повернувшись на бок, она забылась беспокойным сном на пару часов. Простыня обвилась вокруг тела, опутав руки и ноги. Во сне чьи-то руки тянулись за ней и двигались по телу. Ладони и губы горели. - Тауриэль, - шептал чей-то голос. - Тауриэль, Тауриэль! Голос, похожий на голос Леголаса. Она обернулась и вместо пары небесно-голубых глаз увидела пару черных. Глаза принадлежали не Леголасу, а Итилгаилу, и их выражение было холодным и насмешливым. Проснувшись, эллет почувствовала себя грязной. Она долго стояла под струями прохладной воды и тщательно мылась. До начала праздника оставалось несколько часов, и эльфийка, немного подумав, решила, что было бы неплохо спуститься вниз, в темницы, и проверить пленников. Приведя себя в порядок, рыжеволосая стражница покинула комнату, уверенным шагом направляясь к лестнице.

***

- Камень у тебя в руках, что это? Эллет только что поравнялась с камерой, за прочной решеткой которой сидел Кили. Удивленный заданным ему вопросом, он ответил не сразу: - Это талисман. Если руны на камне прочтет не гном, то быть ему навеки проклятым! Тауриэль, вздрогнув, поспешно отвернулась и собралась было идти дальше, однако юноша вновь заговорил, заставив ее вернуться обратно. - Или нет. Если ты не веришь в такие штуки, - он задумчиво поглядел на нее снизу вверх. - Это просто памятка. Рунный камень. Матушка дала его мне, чтобы я не забыл о своем обещании. - Каком обещании? - поинтересовалась эльфийка, чуть улыбнувшись ему. - Вернуться к ней. Зеленоглазая дева вдруг почувствовала в груди какое-то теплое, согревающее изнутри, словно меховая накидка, чувство. - Она волнуется, - продолжал он. - Считает, я безрассудный. Девушка рассмеялась, и ее звонкий, словно колокольчик, искренний смех разнесся по пустынным залам, нарушив царящую в них тишину. - А это так? - Не-а, - он подбросил амулет в воздух, и тот, ударившись о каменный пол, отскочил в сторону и покатился к краю лестницы, но эллет вовремя придавила его носком сапога. Взяв талисман в руки, она поднесла его к свету, надеясь как можно лучше рассмотреть. На черном предмете, отливавшем в лунном свете темно-синим, были выбиты непонятные эльфийке знаки. Камень был приятен на ощупь. Тауриэль заметила небольшие трещинки на удивительно гладкой поверхности и задумчиво коснулась одной из них кончиком пальца. - Похоже, у вас там гулянка наверху, - улыбнулся Кили, расслышав первые звуки музыки, долетевшие откуда-то издалека. - Сегодня Меретон Гилит, пир Звездного Света. Всякий свет священен для Элдар, но лесным эльфам милее всех свет звезд. - Мне он всегда казался холодным. Чужой и недосягаемый. Эльфийка не поверила своим ушам. - Да нет же! Это свет памяти, прекрасный и чистый. Как и твое обещание, - и она, шагнув вперед, разжала ладонь, протянув ему камень. Он, помедлив, поднялся на ноги и забрал амулет, легко коснувшись руки эльфийки. - Иногда я ухожу гулять на закате. Сквозь лес, к Сумеречным горам. Я смотрю, как мир накрывает тьма, и все кругом заполняет белый свет вечности. - А я видел огненную луну, - произнес он, прислонившись к железным прутьям решетки щекой. - Она взошла над перевалом Эред Луин, да здоровенная! Вся красная с золотым, она заполнила все небо. Мы сопровождали купцов из Синих Гор, они меняли серебро на меха. Мы шли по Зеленому тракту на юг, и гора была по левую руку. И вдруг появилась она. Огромная огненная луна освещала нам путь. Тауриэль, опустившись на ступени рядом с темницей, внимательно слушала гнома и с каждым его словом уносилась все дальше и дальше, за леса, за поля, за горы и за равнины. Туда, где сиял в небе пылающий месяц, рядом с которым сверкали ослепительно яркие звезды. - Как я хотел бы вновь увидеть море, - Кили закрыл глаза, чуть улыбнувшись. Эллет украдкой рассматривала его. Этот гном-мечтатель нравился ей все больше и больше. - Вновь? - переспросила эльфийка, желая как можно скорее продолжить разговор. - Я видел его однажды. Слышал, как поет прибой, как кричат парящие в воздухе чайки, видел, как волны разбиваются о прибрежные скалы. - Леголас говорил, я родилась у моря, - прошептала Тауриэль, взглянув на него. - Откуда ему знать? - гном удивленно приподнял бровь. - В тот день, когда я впервые попала в крепость, он сам привел меня сюда. Я помню, как увидела его впервые, - девушка улыбнулась. - По-моему, он ничуть не изменился. - Он всегда был таким... - он замолчал, вспомнив ледяной взгляд златоволосого эльфа и, по всей видимости, пытаясь подобрать нужное слово. - Таким холодным, что ли? - Эру, о чем ты, Кили! - воскликнула эльфийка, вскочив на ноги. - Леголас ни капли не похож на своего отца характером, он другой! Рыжеволосая стражница замолчала, уставившись в пол. На несколько минут в темнице повисло молчание, прервать которое Кили решился не сразу. - Почему ты не там? - поинтересовался он, когда до него в очередной раз донеслись чарующие мотивы. - Почему не гуляешь с остальными? Эллет удивленно вскинула голову, будто очнувшись от глубокого сна. Что она делает здесь, внизу? Что держит ее и не дает уйти туда, где ее, возможно, ждут? Девушка вдруг поняла, что не может дать ответ на этот вопрос. Леголас, должно быть, потерял ее, решив, что она не желает видеть его сегодня вечером. А ведь она обещала ему танец, и даже не один. - Я совсем забыла, - прошептала зеленоглазая дева, почувствовав, как к щекам прилила кровь. - Я должна идти. Прощай, - она развернулась и, сделав несколько шагов вперед, остановилась и негромко добавила. - Когда-нибудь твоя матушка дождется тебя, Кили. Ты вернешься домой и обязательно увидишь море. Темноволосый юноша улыбнулся и, немного помолчав, ответил: - Прощай, Тауриэль. Я буду рад увидеть тебя вновь. Несколько минут он с улыбкой смотрел ей вслед, глядя, как хрупкая фигурка растворяется в полумраке, царившем в подземелье.

***

Праздник был в разгаре, когда рыжеволосая дева, проскочив мимо стражи, попыталась скрыться в толпе, надеясь остаться незамеченной. Казалось бы, кто мог отыскать ее среди нарядных переговарившихся полушепотом гостей и кружащихся в танце пар, однако для принца это не составило особого труда. - Не думал, что ты придешь, - негромко произнес Леголас, отводя девушку в сторону. - Но я обещала тебе танец, разве ты мог забыть? - удивилась эльфийка. - Или же ты усомнился в моих словах, Mellon? - Что еще я мог подумать, увидев тебя с гномом в темницах? - раздраженно бросил он в ответ. - Что мы друзья, - мягко сказала эллет. - Друзья? - царевич кисло улыбнулся. - Думаешь, я не заметил, как он на тебя смотрел? - Друзья, Леголас, - кивнула ему эллет. - Эру... Неужели ты мог подумать, что... Кили и я... - она рассмеялась, взглянув на принца. - Между нами ничего нет, Mellon. Оставь подозрения, это глупо, не находишь? Блондин пожал плечами, после чего неуверенно произнес то, с чего следовало бы начать разговор: - Ты... Э-э... Здорово выглядишь. - Спасибо, - улыбнувшись, поблагодарила девушка. Она и правда была очень красива. В огненно-рыжие локоны кое-где вплетены маленькие, едва заметные цветы, а длинное платье зеленого цвета, перевязанное на поясе атласной лентой, удивительно подходило к ее изумрудным глазам. Нельзя было ей не любоваться. Высокая, стройная, изящная, она затмила всех и держалась необыкновенно прямо, и Леголас для себя отметил, что платье шло ей не меньше, чем привычный повседневный наряд. Девушка, почувствовав, как его внимательный взгляд скользит по ней сверху вниз, смутилась, а затем отвела глаза, глядя куда угодно, но не на принца, и стояла так до тех пор, пока не услышала за своей спиной до боли знакомый голос: - Тауриэль! Она, вздрогнув, обернулась, и тотчас же ее взору предстал один из сыновей лорда Элронда, вскоре откуда-то справа появился и второй. - Элладан, Элрохир, - она взяла их за руки, лучезарно улыбаясь. - Как я рада вас видеть! - Трудно поверить в то, что с момента нашей последней встречи прошло столько лет, - Элрохир улыбнулся. - Мы и не думали, что ты настолько изменилась. Элладан лишь кивнул, подтверждая слова брата, а затем открыл рот, желая что-то сказать, но тут заиграла медленная мелодия, и Леголас, шагнув к ней чуть ближе и протянув руку, негромко поинтересовался: - Надеюсь, ты еще не успела забыть о данном мне обещании? Зеленоглазая воительница покачала головой и, несмело вложив свою ладонь в его, вслед за ним направилась туда, где кружились, словно снежинки в зимнем воздухе, нарядные пары. Тауриэль скоро заметила, что на нее смотрят с завистью. На ее прекрасного кавалера обращено бесчисленное количество томных и восхищенных взоров, причем довольно откровенных. - Леголас, - негромко произнесла девушка. - Они восхищаются тобой, - она взглянула на группу молодых эльфиек, стоящих возле заставленного праздничными угощениями стола. Царевич взглянул туда же, куда глядела минуту назад его рыжеволосая подруга, после чего, чуть слышно рассмеявшись, наклонился к ней и прошептал: - Разве ты не видишь, что все смотрят только на тебя? Зазвучали первые ноты медленной мелодии. Леголас взял эльфийку за руку, другой рукой обхватил ее за талию и привлек к себе. Танцевал он превосходно. Эллет быстро убедилась, что ничего не надо уметь, нужно всего лишь покорно следовать за ним. Оказалось, это чудесно - очутиться в его объятиях, ощутить его мускулистую грудь, почувствовать тепло его тела. Эти мгновения были насыщены таким волнением, что сердце ее забилось чаще, и она поняла, что он тоже это почувствовал: он привлек ее ближе и прижался щекой к ее длинным и немного спутанным волосам. Едва танец закончился, к паре приблизился Элладан. Улыбнувшись подруге, юноша обратился к голубоглазому воину: - Могу я отнять у тебя Тауриэль? - поинтересовался он. - Попробуй, - с вызовом ответил принц, нехотя выпустив девушку из собственных объятий. - Она все равно вернется ко мне позже. Он говорил без тени юмора, будучи чертовски уверенным в себе. - Посмотрим, - зеленоглазая дева лучезарно улыбнулась и, взглянув на него последний раз, направилась вглубь леса вслед за Элладаном. Когда они вышли в степи, эльфийка спросила: - Зачем ты привел меня сюда? - Хотел поговорить, - задумчиво ответил юноша. - Что ты делала внизу, в темницах, Тауриэль? - И ты туда же! - воскликнула она, а затем продолжила. - Мы просто... - Ты знаешь, куда идет отряд Торина Дубощита? Знаешь, какие у них цели? Послушай, я слышал все, о чем говорил с гномами отец. Они не добьются ничего, добравшись до Эребора, они всего лишь развяжут войну. Не ввязывайся в это, слышишь? Король Трандуил не желает помогать им. Девушка опустила глаза, рассматривая огненно-рыжую, точно ее локоны, осеннюю листву под ногами. Взглянув на темноволосого собеседника, она еле слышно прошептала: - Даже если Владыка откажется сражаться на их стороне против темных сил, его решение меня не остановит. - О чем ты? - он окинул ее удивленным взглядом. - Я уйду воевать одна, защищая свою родину и свой дом, - она окинула взглядом растущие поблизости крепкие сосны. - Разве я не права? - Но зачем, Тауриэль? - поинтересовался охотник. - Это опасно, а у твоего повелителя хватит сил сохранить эти земли такими, какие они есть сейчас. - А что станет с другими землями? С другими народами? Неужели весь мир падет под давлением зла? - она покачала головой, поглядев на брюнета с укором. - Каково им будет, когда они узнают, что все до последнего обречены на смерть лишь из-за того, что мы не явились на помощь? - Почему тебя это волнует? - Это наша беда, Элладан. Как ты не понимаешь! Ведь мы - частичка этого мира. Каким станет он без нас? Эльф промолчал, взглянув на синее небо. После недолгой паузы он вдруг произнес: - Я хотел сделать так, как было бы лучше для тебя. Когда ты уходишь? - Ближе к вечеру, - тихо ответила она. - Не думаю, что мы встретимся еще раз. Можешь взять моего коня, если пожелаешь. - Спасибо тебе за все, что ты сделал для меня, - прошептала она, глядя себе под ноги. - Прощай, Дочь Леса. Я буду рад увидеть тебя вновь, как долго бы ни пришлось ждать. Береги себя, Лисичка. И не забывай обо мне. Эллет протянула к нему руки, не обращая внимания на бегущие по щекам слезы. - Не нужно, - покачал головой Элладан и, развернувшись, скрылся среди деревьев. Тауриэль стояла на том же месте, надеясь, что он вот-вот вернется, однако в лесу по-прежнему стояла никем не нарушаемая тишина.

***

- Брось, Элладан, с чего ты взял, что что-то может произойти? - отмахнулся от брюнета принц. - Или же Тауриэль говорила тебе что-то, чего не сказала мне? Темноволосый эльф молчал, не желая выдавать подругу, однако спустя мгновение его голос вновь нарушил повисшую в помещении тишину: - Она изменилась, Леголас. Очень сильно изменилась. Ни следа не осталось от той девушки, которую я знал прежде. Война превратила ее из наивного ребенка в смелого солдата, и от нее можно ожидать чего угодно. Она будет бороться за справедливость и за каждый дорогой ее сердцу клочок земли, в ней зреет стальное сердце. Не спускай с нее глаз, слышишь? Если еще, конечно, не поздно. Лихолесский царевич удивленно глядел на собеседника и собирался было задать вопрос, однако неожиданно в комнату влетел Итилгаил. - Мой принц, - обратился он к Леголасу, едва отдышавшись. - Темницы пусты... Гномы... Они сбежали... - Это невозможно, - юноша вскочил на ноги, сжав в руке лук. - Они сбежали в бочках и движутся вниз по реке. - Собирай отряд, двигайтесь к границе на Лесной. Воин кивнул, развернувшись. - Итилгаил! - крикнул принц, заставив стражника обернуться. - Да, мой принц? - Где Тауриэль? - взволнованно спросил он, покосившись на Элладана. - Я думал, она с Вами, - он отвел взгляд. - После праздника я ее не видел, - дозорный поспешил скрыться в глубине коридоров. - Она придет к границе, Леголас, будь уверен, - произнес охотник. - Она, скорее всего, уже в курсе всего, что произошло. Воин кивнул и, сжав в руке оружие, покинул помещение, оставив темноволосого собеседника в одиночестве.