Сказка об Эгельвейре

Take That – Shine Когда Балия пришла в себя, она с радостью отметила, что находится в сухом, теплом, затемненном помещении. А еще ее пальцы даже не отморозились. Впрочем, пошевелить ими – это было все, на что девушка оказалась способной после пробуждения. Разомкнув припухшие веки, она огляделась. Оказалось, что она лежит на большой кровати, накрытая неподъемными шкурами, которые лишь по какой-то нелепой случайности считались тулупами. Разве можно таскать на себе такой груз? Где-то рядом, в одной из соседних комнат потрескивал камин. В воздухе витал аромат различных трав – сушеные пучки всех размеров и соцветий свешивались с потолочных балок. Свет в комнату проникал через небольшое окошко, за которым виднелись деревья и медленно падающий снег. Снаружи раздавались голоса. Девушка попыталась привстать, но тяжелые шкуры ей помешали, и она лишь чуточку вылезла из-под них, а также освободила одну руку, когда в доме хлопнула дверь, и послышались быстро приближающиеся шаги. – О, проснулась, красавица? – бодро проговорил вошедший. Им оказался молодой эльф. Снег запорошил его одежды и растрепанные темно-рыжие волосы, и теперь парень старательно отряхивался. – Вы тот, кто спас меня, – скорее утверждала, чем спрашивала Балия. – Ага! Ну и здорова ты спать! Почти двое суток провалялась, да еще и жар был. Как твое имя, и кто ты? – Я... Я из Турдала, данное мне имя – Лигайд Балия Тувула. – Хорошо, значит-с Балия. Я – Император Наполиарт Второй, правитель гордых величественных эльфов, и, соответственно, самый гордый и величественный из них. – Императору известно, что гордыня – это порок? – неожиданно возразила девушка. – Ну, что же, пусть так. Должны же и у меня быть изъяны! – ухмыльнулся рыжий правитель. – И Императору следует называть меня другим именем, – спохватилась Балия. – Мне известны законы людей об их именах, – и парень присел на корточки у изголовья кровати, – Но, согласись, я не человек, мы не среди людей, и вообще я здесь ворочу что хочу, в пределах разумного, конечно. Лигайд – это если бы ты была меня главнее, а это точно не так. Тувула – если я выше, как оно в принципе и есть, но мне оно не нравится. И здесь, в общем-то, все равны, так что будешь Балией, оно звучит лучше всего. – Но... – Никаких "но". Закроем эту тему. Так как юная леди оказалась в лесу? Балия задумалась, стоит ли выкладывать правду? С одной стороны все сложилось как нельзя лучше, помощь императора – это то, что нужно, а с другой – кто знает, может никакой это не император? – Император, обед уже почти готов, – крикнул кто-то, кого Балии не было видно. Молодой эльф развернулся, так что теперь Балия украдкой рассматривала его длинное ухо. На таком близком расстоянии она никогда их не видела. Оно оказалось длинным, разумеется, а заостренный конец был все еще красным от холода. И эти уши реально двигались. – Сколько можно лизать мне задницу, Поль?! Я же сказал, я тут отдыхаю от правления, а ты что творишь? Еще раз и в глаз, – и парень неожиданно весело подмигнул Балии, – тебя, кстати, тоже касается, ну кроме глаза. Тут – только Нап, ну или максимум Наполиарт. – Я подумала, вам нравится править. – Конечно, нравится! Но это не значит, что меня это никогда не утомляет. Чтобы не потерять удовольствие от любимого дела, от него нужно отдыхать. А то приестся, и что тогда? Да и к чему мне власть, если все, что я смогу делать, это сидеть у себя на троне и носу из замка не высовывать? Хочу простор – будет простор, хочу на охоту – значит, на охоту, так то. А потом править, с еще большим рвением. Но не надо заговаривать мне зубы, леди. Кто ты, и почему чуть не погибла в чаще леса? – Девушка постаралась ничем не показать волнения, но Нап был опытным политиком, и от его глаз не укрылась едва заметно закушенная губа и взгляд собеседницы куда-то вправо и вверх, – И даже не пытайся мне врать. – Я и... – Балия резко вперила взгляд в лицо эльфа, но решила не отпираться, – ладно, хорошо... – теперь она смотрела то прямо в глаза собеседнику, то поверх его головы, – Я – единственная выжившая из королевского отряда. Нас направили к древнему храму, чтобы мы проверили, безопасен ли путь для прибывшей на Эгельвейр Принцессы. По традиции коронация проходит в том храме. На нас напали разбойники, и убили всех, забрав официальную печать. Меня, вероятно, тоже посчитали мертвой. Я считаю, что единственное объяснение их поступку – покушение на будущую правительницу. Едва ли найдутся еще причины. Усбруд Гвалтиа Перилис в большой опасности, и я пыталась добраться до тех, кто сможет мне помочь отправить предостережение в Паласдан. Но, выбилась из сил, не дойдя до цели. – Да уж, – протянул Нап после недолгой паузы, – эти разбойники – заноза в заднице! Всю торговлю с тем же Турдалом мне портят, и никак их не изловить. За голову каждого уже цена немаленькая, так ищи же дураков, что за ними полезут охотиться. И от моих отрядов, заразы, прячутся безупречно. А теперь значит покушение на наследницу престола? Да они там совсем обалдели, в своем лесу? Это же все, прерванная династия, конец. Отнюдь, я не хочу беспорядков, мне нужен сильный Турдал, а то разорвут его Тени, и все, следующие – мы! Балия испуганно сглотнула. Тени... А ведь она даже забыла об этой нависшей над миром угрозой. Страшная эпидемия поразила Вампиров почти век назад, и от нее погибло почти все представители этой расы, а выжившие превратились в безвольных чудовищ. Говорят, их последний сумасшедший король пошел на поводу у древних темных сил, что и привело к ужасающим последствиям. Зло укоренилось на Темном материке, и распространилось бы дальше, если бы не встретила отпор объединенных сил Эгельвейра. Тогда, в страшном морском сражении, которое возглавлял Король Турдала Брувуд Морей Сэпфайр, Тени были повержены и оттеснены на свой далекий материк, где оставались и по нынешний день. Может ли быть так, что разбойники содействуют Теням, а не Совету? Да не важно, ближайшая цель в любом случае ясна – убийство принцессы. А может, этим дуракам просто нужен выкуп за наследницу? Да нет, впрямь, не настолько же они сошли с ума. Да и вообще, то, что принцесса куда-то отправляется, держали в строжайшем секрете до самого ее отъезда. Откуда бы им знать обо всем? Нет, в Паласдане определенно появились предатели. – Так, ты пришла в себя и теперь сможешь держаться в седле. Поэтому завтра же утром мы выедем и к вечеру следующего дня будем у меня в замке. Пошлем ворона, и все будет отлично. Главное – чтобы мы не опоздали. А теперь я пойду есть, тебя тоже прикажу накормить. Наберись сил, – эльф встал от кровати и вышел наружу. Судя по всему, веселая компания расположилась где-то за бревенчатой стеной, и Балия могла слышать приглушенные голоса бравых охотников. Вскоре в комнате появился жилистый старичок, принесший девушке обед. Он оказался человеком очень общительным, и пока Балия ела приготовленного на огне кабана и пила теплый бульон, он рассказал, что является смотрителем сторожки и следит за порядком в лесу, по мере возможности. Еще оказалось, что молодой император практически неотлучно сидел со спасенной им девушкой, а если отходил, то обязательно оставлял кого-то присматривать за больной. У Балии был сильный жар, и Наполиарт очень переживал по этому поводу. Сам он не был силен в лекарской магии, как и все его товарищи-охотники, и поэтому Император не отставал от смотрителя, пока тот не наготовил кучу различных травяных отваров. А потом эльф непрерывно пичкал лекарствами спящую и бредящую девушку. На этом месте щеки Балии вспыхнули от смущения. То есть она еще и бредила? Мда-а. Ну и чего же она при этом наговорила? После того, как девушка доела (точнее, после того, как больше не смогла впихивать в себя остатки от необъятных порций), старичок оставил ее одну, и уже утомившаяся Балия быстро задремала. Проснулась она тогда, когда на лес уже опустилась звездная ночь. Сквозь сон она сначала услышала чьи-то шаги и шуршание, но не предала звукам значения. Мало ли, кто тут может ходить. Она уже было перевернулась на другой бок, чтобы продолжить сон, но с удивлением обнаружила, что на кровать упало что-то тяжелое и стало перебираться через кучу шкур и обездвиженное тело девушки. Балия моментально проснулась, и стала с невиданным до этого рвением выкарабкиваться из под резко увеличившегося веса. Нарушитель покоя ее попытки игнорировал, а может и вообще не замечал, поэтому девушка начала шипеть и возмущаться, тщетно вглядываясь во мрак комнаты. – Эй-эй, ты чего лягаешься? – послышался удивленный голос императора. – Что-о?! а ты почему полез ко мне в кровать? Ты что делаешь? – М-м, мы уже на ты, какая прелесть. И это вообще-то моя кровать. – Хочешь сказать я в нее перелезла пока спала? – Не-е, хочу сказать, что пока ты без сознания с тобой проще иметь дело. – Что?! Какое такое дело? – Ой, да успокойся же, тише! За стенкой толпа пьяных мужиков, желающая спать. Они не обрадуются, если твои визги им помешают. – Ваше Величество, что происходит? – замерев, спросила девушка. Она уже не знала, как реагировать на происходящее. – Ваше Высо-очество, – передразнил тоненьким голоском Император, – Ничего не происходит, я просто собираюсь лечь спать, – и молодой человек, наконец, перевалил свою тушу через оторопелую девушку. Балия вдохнула и отметила, что Правитель оставил за собой шлейф из алкогольных паров. Боги, Оно пьяно! – Я тогда пойду, – и девушка попыталась быстро выскользнуть из-под чертовых шкур, но ее прервали, властно накрыв тяжелой лапой. – Стоя-ять! – прогремел Нап, и, поняв, что жертва обездвижена, поинтересовался, – И куда же ты пойдешь, на холод или развлекать хмельной народ? – Найду скамеечку и тихо там прилягу. – Боги, что за смятение я слышу? Вот уж воистину нет цены женщине, пока она молчит! Я же тебя не насилую, в конце концов? А вчера мы уже спали, если тебя это успокоит. И вообще, думаешь, кто отогревал твое заледенелое тельце? – Ваша забота весьма…специфична. – Серьезно? Леди, я не извращенец, и не получаю никакого удовольствия от измываний над бездыханным телом, увольте. Я вас просто грел, основы выживания! – Хорошо, я знакома с основами выживания. Прошу меня извинить, – и девушка решила, что лучшее, что она может сделать, это притвориться спящей. А в идеале – мертвой. Но не тут-то было. Рыжее недоразумение изволило скучать, и потому повело неспешную беседу. – Кем ты была в отряде? Не сочти за оскорбление, но на воина ты не тянешь. – У меня дар от рождения, – как-то безысходно проговорила девушка, – Я – Анивизор, была глазами отряда. – Правда? Никогда их не встречал, только слышал, – моментально заинтересовался собеседник, – и как это работает? – Ну, обычно работает. У меня много лет была соколица. Хибо. У Анивизора и его животного возникает крепкая связь, сохраняющаяся до смерти одного из них. Они чувствуют то, что происходит у другого, непостижимым образом общаются. Я отправляла Хибо в небо, и ее глазами осматривала окрестности, искала дорогу. Это удобно, знаете ли. Анивизор и его питомец живут единым организмом и разделяют смерть друг с другом, это я теперь точно знаю. – Твоего сокола убили? – голос Наполиарта стал тише, эльф постепенно засыпал. – Да, нас стрелой пронзило. Они знали о ней, знали, что нужно искать. – Как это было? – Ужасно, – девушка поежилась от страшных воспоминаний. Многие скажут «всего лишь какая-то птица», но в душе Балии после смерти питомицы возникла самая настоящая дыра, она почти физически ее ощущала, – Смерть от стрелы – это как быть пронзенным огнем. Остро, обжигающе, насквозь... – Ты говорила об этом, – бормотал Нап, – когда у тебя был жар, ты бредила. Говорила «нас убили, нас убили. В нас прожгли дыру»... Теперь я понимаю, о чем шла речь. – А о чем еще я говорила? – Это все уже не важно, – сквозь сон шептал эльф, крепче притянув к себе замотанную в шкуры девушку, – Этого больше не будет. Уже нет... *** Утром Балия проснулась позже всех. При этом она совершенно не выспалась – в отличие от Императора, она еще долго не могла уснуть, тяжелое близкое дыхание и ворочания эльфа никак не давали расслабиться. Открыв глаза, девушка обнаружила рядом с кроватью свою верхнюю одежду и поднос со стаканом травяного отвара и хлебными лепешками. Наскоро перекусив и укутавшись потеплее, девушка поспешила наружу, откуда слышались бодрые мужские голоса. В середине двора стоял Наполиарт, раздавая приказы направо и налево: там дорожки от снега вычистить, тут вещи собрать, лошадей седлать, трофеи укладывать. Вокруг его фигуры кипела бурная деятельность – от мала до велика, мужики сновали по двору туда-сюда, и никто не оставался без дела. Выйдя наружу, девушка зажмурилась от яркого света, а Нап устремился к ней, как только заприметил. – Леди сладко спала? – Леди на своем опыте убедилась, что порой неведение – великое благо. – Да ладно, не поверю, что мое общество было вам настолько в тягость. Ну не в общем бараке же тебя надо было размещать, там холодно, и всякие мужчины, не обремененные высокоморальными принципами. Не, они, конечно, ребята что надо, но когда напьются... А царская кровать только одна. – Да, я понимаю... Спасибо вам за вашу благосклонность, Вы очень добры, Ваше Высочество. – О, поверьте, я был только рад! Вы готовы отправляться? – Да, конечно, в любой момент. В скорейшем времени люди оседлали лошадей, и Император постановил так – часть людей отправятся вперед, чтоб быстрее достичь замка, а остальные поедут не спеша, сопровождая воз с вещами, добычей и трофеями. При этом все косились на Балию, кто-то с двусмысленными намеками во взгляде, а кто-то с подозрением. Как и император, но его беглые взгляды несли в себе совсем иной, пока не ясный девушке подтекст. Наполиарт назвал несколько имен, и из общего отряда отделилось пять всадников. После он подскакал к лошади Балии, пристроился рядом, подталкивая ее коня вперед. – Поскачем с ветерком, – подмигнул эльф девушке, и маленький отряд сорвался в легкий галоп. Когда на землю спустились сумерки, лошади уже простучали копытами по главной дороге столицы, и всадники прибыли во внутренний двор замка. Наполиарт мгновенно спешился, вручил поводья конюху, поманил за собой Балию и чеканя шаг устремился в башню Ист, откуда отправляли всех воронов с императорскими посланиями. Все было сделано в кротчайшие сроки, и вот уже официальная печать Императора застывала на плотном пергаменте. С чувством выполненного долга Наполиарт решил отужинать, и, подумав пару мгновений, настоял на том, чтобы девушка составила ему компанию. Все попытки Балии остаться наедине с собой были проигнорированы, и не прошло и часа, как приведшие себя в порядок после дороги девушка и эльф сидели за столом в малой гостевой зале у большого окна во всю стену. Снаружи уже стемнело, и все, что можно было разглядеть, так это смутные очертания горных хребтов в бледном лунном свете да бесконечные галактики, рассыпавшиеся по небосводу миллионами звезд. – Как Вам замок, город? – Я пока не имела возможности их изучить. – Всему свое время, миледи. В любом случае в ожидании ответа вы пробудете здесь. Да и позже, знаете ли... – и император самодовольно ухмыльнулся. – Прошу прощение, Ваше Величество, к чему вы клоните? – Складывается ощущение, что вы, миледи, девушка умная и начитанная. Быть может, вам знакомы древние Законы Жизни эльфов? – Очень и очень поверхностно. С начала времен эльфы не приемлют рабства, и считают саму жизнь величайшим из возможных чудес. – Да-да, все так и есть, – продолжал улыбаться рыжий правитель, – но вы верно подметили, это лишь то, что лежит на поверхности. Из основных положений вытекает множество следствий. Не буду мучить Вас и ходить вокруг да около, а перейду сразу к делу. Жизнь – самое бесценное, что только есть, и, следовательно, нельзя оказаться в большем долгу, чем в долгу перед тем, кто эту жизнь спасет. – Я знаю, что в долгу перед вами, и не стану этого отрицать. Но что я могу сделать для Вас? Я не представляю, что такого могу дать вам, чего у вас нет. – Отнюдь, не надо себя недооценивать. У вас, леди, есть ваш редкий талант. Но речь даже не совсем об этом. Все намного проще, нам не приходится переживать о том, как отплатить за спасенную жизнь – те же законы все за нас решили. Цена жизни – жизнь. Твоя жизнь теперь моя. Все просто. Внутри у Балии все похолодело. – А как же неприятие рабства? – едва слышно спросила девушка. – А кто говорит о рабстве? Нет-нет, это не рабство. Эльф берет спасенного под свое крыло, и несет ответственность за него до самого конца, или же пока сам спасенный не спасет своего спасителя. Какого рода между ними выходят отношения не обозначено, но это не рабство, нет. Я обязуюсь ценить вашу жизнь и интересы наравне со своими. Я чту законы. – Но Император, ведь я не эльфийка, как это может быть применимо ко мне? – Но я-то эльф, да и дело было на эльфийской земле, так что вопроса не стоит. Балия медленно потягивала вино из серебряного кубка, обдумывая услышанное. Пока ей непонятно было, как к этому относиться. – Подумайте, – продолжил разливаться по зале мягкий тенор голоса Императора, – разве это так плохо? Посмотрите на то, что я вам предлагаю – жизнь в замке без забот, любое ваше желание! Я хочу, чтоб жизнь была спасена не зря, – карие миндалевидные глаза будто гипнотизируют, голос становится хриплым, – Новая жизнь. Все иначе. Вам ведь нечего терять, я знаю. Вам же некуда возвращаться, ничто вас не держит, вы сами это говорили. О, вы даже жалели, что не умерли тогда. – О чем вы говорите, Ваше Высочество? – мгновенно напряглась Балия. – Вы говорили обо всем этом, когда бредили. – Вот именно, я бредила! Мало ли, что я тогда говорила, – и девушка вскочила на ноги. Боже, неужели она разболтала все, что твориться на душе. Вот же дура! – Не отпирайтесь, миледи, ваша реакция выдает вас с головой. Да и когда бы еще человеку говорить чистую правду, как не во время беспамятства? Я вас не виню. Мне пока чертовски мало известно о тебе, Балия, но я уже заинтересовался и не намерен останавливаться, но я нисколько не виню... – и добавил после недолгой паузы, – Не думаю, что смогу силой удерживать вас, но прошу, хорошо подумайте обо всем, что я вам предлагаю. На том вечер был окончен. Слуги проводили девушку в отведенные ей покои, но она еще долго не могла уснуть, силясь закутаться поплотнее в призрачные обрывки сновидений. Множество мыслей роились в ее голове, и в итоге превратились в миллионы сумбурных образов. Во сне было много страха, крови, боли, так много, что глаза слезились. Во сне падал снег, тоннами накрывал остывшую безжизненную землю. А откуда-то мягкий, но уверенный голос манил за собой. Его Величество, Наполиарт Второй еще долго сидел у окна вперив взгляд в тысячи тысяч сияющих звезд. Вино в кубке давно кончилось, свечи в канделябрах затухали одна за другой, но он не спешил покидать залу. О чем все это время думал Император – оставалось загадкой.