Сказка об Эгельвейре

Disturbed - The Night Пробуждение было тягостным, не сказать отвратительным. Кажется, Джек не удалось сдержать мученический стон, но она быстро опомнилась, и боязливо открыла глаза, один за другим, ведь кто знает, что может происходить вокруг? А вокруг не происходило ничего. Руки были туго затянуты веревками за спиной, ставя положение тела в пространстве в полною зависимость от неудобного, упирающегося меж лопаток деревянного столба. Голова кружилась, мысли бунтовали против здравой идеи собраться в кучу, а вредные сухие стебельки соломы остервенело кололи кожу там, где ее не спасала одежда. Прямо напротив в аналогичном положении расположилась Рита. Если смотреть только на ее лицо, то единственно верным бы показалось то, что сия леди как минимум вершит судьбы этого бренного мира, вот прям сейчас, и не родилось еще достойных ее бесценного внимания, столько гордости, чувства собственного превосходства и изящно поданной неприязни было в выражении ее лица. Рядом покоились граненый стакан, наполненный доверху водой, и сохранивший свою девственную целостность кусок хлеба. Казалось, что даже еда смущенно осознает собственную никчемность, так горько полагалось чувствовать себя всем окружающим, поставившим принцессу в сие нелепое положение. Не было похоже, что девушке страшно, и Джек расценила это как добрый знак. Уже куда более смело она бодро завертела головой, стараясь не обращать внимания на то, что каждое такое вращение отдавалось болью куда-то в мозг. Девушки находились в старом, но, по-видимому, крепком деревянном сарайчике. В подобных строениях у хороших крестьян обычно живут коровы и прочая сельхоз живность, и не плохо так живут, до поры до времени. Сухо, относительно тепло, не сквозит из всех щелей – что еще нужно? Но девушки бы с коровами не согласились, довольствоваться толстым слоем соломы и соседством с приютившимися тут же мышками (и, наверняка, крысками, но об этом думать совсем не хотелось) явно не входило в их планы на жизнь. Пока Джек с любопытством разглядывала помещение, Рита заметила, что подруга пришла в себя и в молчании уставилась на нее, ожидая пока та закончит любоваться открывающимися видами. Вскоре почувствовав на себе взгляд, Джеки таки обернулась к Маргарите. Они секунду-две мрачно смотрели друг на друга, пока принцесса не состроила забавную недовольную гримаску. Да, в конкретный момент их жизням ничего не угрожало, так что Джек, не особо задумываясь о последствиях, тихонько прыснула от смеха, видя очередной шедевр богатой мимики подруги, которыми она с удовольствиями наслаждалась на протяжении всего их общения. В ответ на это где-то сбоку раздался шорох соломы и неспешные глухие шаги. Джек тут же напряглась, взволновано уставившись на лицо подруги и одним лишь взглядом спрашивая, кто это идет. Недовольное закатывание глаз и демонстративно оттопыренная нижняя губа как символ пренебрежения послужили четким сигналом того, что все нормально. Будь тут реальная угроза, Рита бы наверняка выбрала какую-нибудь иную маску, и не смогла бы идеально скрыть страх. Нет, ей как-то совсем не страшно. Все хорошо. Они в плену, непонятно где, но не сдохнут, нет. Сначала неведомые мучители вволю насладятся холодным пренебрежением. А потом уж придется сообразить, как из этой передряги выбираться. Из-за хлипенькой деревянной перегородки, которая находилась за спиной Джек на расстоянии примерно в полметра и разделяла помещение на некое пародие комнат, вышел парень, являющийся, скорее всего, ровесником девушек, ну или был немного старше. По его лицу можно было сказать несколько вещей. Во-первых, он казался тупицей. Знаете, иногда, бывает, смотришь на человека, и сразу видно – тупица. Это был именно такой случай. Раскрасневшая щекастая морда с маленькими, полузакрытыми глазками вызывала неприязнь, если не отвращение. Во-вторых, ему совершенно не нравилась его нынешняя миссия. Этот смешной, в общем-то, человечек, лениво глянул на рыжую девушку, и все так же лениво перевел взгляд на Маргариту, которая демонстративно отвернулась в сторону, все так же выпячивая губу и щуря глаза. Уголки ее губ слегка вздрагивали, и Джек поняла, что ее подруга из последних сил сдерживает смех. Разбойник же не остался в долгу, и словно зеркаля выражение лица своей, надо полагать, недавней обидчицы тоже самозабвенно дул пухлые губы да щурил и без того практически не видимые глазки. Джек мысленно согласилась, что зрелище и правда забавное, а представив, как должна была выглядеть сцена неудачного кормления/поения строптивой пленницы этим славным представителем лихого народа, девушка ощутила, как к горлу подкатывает ком истеричного смеха. Расстроенный злодей, тем временем, устало хмыкнул, смачно утер нос во истину богатырской ладошкой, и вновь повернулся к Джек. Весь его вид выражал, как отчаянно он хотел бы находиться в любом другом месте, колоть дрова, точить всякие железяки, ну или хотя бы спать… но не тут-то было. Девушки же ненадолго столкнулись взглядами, и Джек заговорщически подмигнула подруге. – Эй, ты, которая оклемалась, попьешь, поешь? – со всей возможной напускной суровостью пробасило это недоразумение. И какого черта он стал разбойником? Да, не перевелись еще сюрпризы в этом мире. Джек же призвала к себе весь свой актерский талант, коего было не мало, и старательно, с придыханием, срываясь на полу-визг, затараторила: – Кто вы? Что происходит? Где мы? О, моя Госпожа, что произошло? Что это за место?! Боги, всесильные Боги, ниспошлите указания, что же нам делать? За что нас бедных? Боги, помилуйте! – Э-э, ты чего? – подобное поведение стражницы принцессы, как бедняге сказали перед тем как оставить в роли тюремщика, его несколько удивляло. – А-а! – коротко вскрикнула рыжая, картинно распахивая глаза от просто НЕВООБРАЗИМОГО ужаса, и всем телом стараясь отодвинутся подальше от жестокого мучителя. Мучитель же окончательно смутился, и теперь переминался с ноги на ногу в нерешительности. – Госпожа, моя Госпожа, нижайше Вас прошу, скажите мне, глупой, что же случилось? ЧТО нам делать, Мудрейшая?! – Ты, как же там тебя, замолчи, прошу, – мученическим трагическим шепотом тихо просила Рита. Актрисой она была даже лучшей, чем Джек. Последняя же подняла на свою «Госпожу» слезящиеся глаза и закивала так, что ее голове следовало сейчас же всенепременно отвалиться. Шум, созданный в сарае, не остался незамеченным, и, скрипнув дверью, в помещение ввалился мужичек средних лет, тот самый, что принимал непосредственное участие в поимке принцессы. Моментально оценив обстановку, и заключив, что нет никакой опасности, он повторно, уже более внимательно огляделся по сторонам, пробежался взглядом по принцессе, всем своим умирающим видом демонстрирующую, что у нее что-то вроде жестокого приступа мигрени, по Джек, всхлипывающую и поскуливающую под ударами судьбы, и, в итоге, остановился на горе-тюремщике. Парень все так же качался из стороны в сторону, почесывая взъерошенную репу и переводя недоуменный взгляд то на рыжую, то на своего старшего товарища. – Что здесь происходит? – строго спросил бывалый разбойник, на что тюремщик лишь развел в стороны свои внушительные ручища, – Почему девка визжит? Ты что с ней делал?! – парень отчаянно закачал головой, – Тебе что, не ясно сказали, что они нужны абсолютно нетронутыми? – теперь бедняга не менее решительно кивал, – Так если ты не трогал, то какого же черта стражница, воин, в таком состоянии? – сурово прикрикивал на неразумного подчиненного мужик, для пущей убедительности тыкая в девушку пальцем. Джеки же заскулила еще более жалобно, при этом заговорщически подмигивая подруге так, будто казалось, что у нее нервный тик. Рита уже поняла задумку рыжей, и теперь со всей холодностью проговорила как бы в никуда. – Стражница? Она? Хах, эта неразумная истеричка? Ее слова тут же заставили разбойников отвлечься друг от друга и уставиться на пленницу. – А кто же? – недоверчиво склонил голову старший. Парнишка же, кажется, прибывал в культурном шоке, или вообще не разговаривал в присутствии обозленных командиров. Неплохая, кстати, позиция. – Эта? Да просто служанка! Честное слово, бесполезное существо. Считалось, что она должна развлекать меня в пути, но, Боги, лучше бы мы потеряли ее под каким-нибудь кустом. Только и может, что подносить подносы с едой, да шнурки на корсете затягивать. Ни бе, ни ме, ни кукареку. Только и слышно, что «моя Госпожа». Тьфу, тошно… *** – Даже не собираюсь это обсуждать, – в голосе мужчины звенели стальные нотки. Главарь самой опасной на Эгельвейре разбойничьей организации, ночной кошмар одиноких путников, из глупости или же из других весомых обстоятельств отправившихся через печально знаменитый лес, он развалился в не слишком искусно сооруженном деревянном кресле с небрежно накинутой на жесткую спинку выделкой из меха какого-то крупного животного. В том, как он раздраженно потирал висок длинными пальцами руки, опертой о такой же нелепый, как и кресло, гигантский стол, ясно читалась усталость. Брюнет бы предпочел остаться в тишине после тяжелого дня, вызволить на свет спрятанную подальше от любопытных глаз и загребущих руг флягу с высококачественным обжигающим глотку дорогим алкоголем, неспешно набить табаком редкого сорта, нелегально завезенным из Красных лесов, длинную курительную трубку… Но вместо этого ему приходилось выслушивать невнятные протесты своего упертого сына, что очень раздражало. – Отец, это уже слишком, ты прекрасно это понимаешь. Это политика, намного больше, чем просто деньги, сколько бы их ни было. Ты представляешь, что на кону? Государство придет в упадок, множество жителей погибнут, и, не допустят того Боги, может начаться какая-нибудь гражданская война! – Как ты не можешь понять, глупец, что мне нет никакого дела до этого? Мы наемники, разбойники. Нам указывают цель, мы выполняем, нам платят. Это то, чем мы живем. – Люди погибнут! В огромных количествах. – Такова жизнь. Те, кто того достоин, смогут за себя постоять. – А дети, женщины? О них ты подумал? – Ты глупец! – сердито прикрикнул мужчина. Молодой человек, его оппонент, лишь тихо скрипнул зубами. В его серых глазах полыхал холодный огонь. Он ненавидел этого человека напротив, человека, давшего ему жизнь. Мужчина же резко встал, и, шипя, будто выплевывал свои дальнейшие слова, – Такой же глупец, как твоя шлюха-мать! С чего ты вообще взял, что у тебя есть право голоса, почему ты решил, что смеешь мне возражать?! Все будет так, как Я пожелаю, так что прикуси свой праведный язык и занимайся делом. Идиот, проваливай отсюда! Сейчас же! Принцесса – товар, и это не обсуждается. И только попробуй мне что-то испортить, моему терпению придет конец, никакие таланты тебя не спасут. – Отец… – Вон отсюда! Ты, жалкий дурак, закончи это представление сейчас же и вон. Вон! Из последних сил держа себя в руках, молодой человек развернулся. В дверях он остановился и кинул в сторону отца тяжелый взгляд. Через долю секунды дверь уже громко захлопнулась за его спиной, жалобно при этом скрипнув. Оказавшись на улице, парень задрал голову к небу и устало прикрыл глаза. Несколько секунд он просто вдыхал и выдыхал свежий прохладный воздух, стараясь унять злобную дрожь во всем теле. Только по ней, да по бешеному взгляду можно было догадаться, как сильно он разъярен. Со всей силы пнув что-то попавшееся под ногу, он шумно вдохнул, выпрямился и двинулся в сторону хозяйственных построек разбойничьей базы, подальше от отца, демон его подери. Как назло на глаза попался сарайчик, в котором разместили новых жертв – злополучную принцессу и ее охранницу. Из-за дверцы доносился какой-то шум. Тихо выругавшись, молодой человек поспешил к импровизированной темнице. Внутри все было относительно в порядке. Принцесса отлично держалась, она сидела на соломе с прямой спиной, гордо задрав нос. Правителя должно быть видно издалека, в любой ситуации – девушка явно была уверена в этом и не собиралась пасть лицом в грязь перед какими-то вшивыми разбойниками. Дядька, как все называли одного из главных и самых уважаемых разбойников, читал какие-то нравоучения молодому пареньку, качавшемуся из стороны в сторону понурив лохматую голову. У второго же столба отчаянно, с придыханием хлюпала носом девчонка-страж. Все без исключения тут же обернулись на зашедшего: парнишка – с выражением мировой скорби на лице, Дядька – с некоторой радостью, а девушки – с тщательно скрываемым оцениванием. – О, а вот и Драй, я как раз о тебе думал. Ты сказал эта девчонка – стражница? Ты уверен? – Разумеется, я не говорю ничего просто так. Девушки взволновано переглянулись, впрочем, это осталось незамеченным. Прибывший заставил их беспокоиться не на шутку. Рита узнала его – именно этот человек одним прикосновением вывел их обоих из игры тогда, у реки, где их и поймали. В ее глазах зашевелился страх, и девушка стала ерзать, чтобы как то скрыть дрожь в теле. Джек не могла не увидеть перемены в подруге. Обеим стало понятно, что происходящее стало в разы серьезнее, чем минуту назад – этого человека так просто не проведешь. Но отступать было поздно, свой спектакль им придется играть до конца. – Принцесса утверждает, что это лишь не блещущая умом служанка. – Да что вы говорите?.. – с тщательно скрываемой иронией произнес блондин и стал внимательно разглядывать девушек, то одну, то другую. От него не укрылось то, что нытье рыжей девушки стало куда менее самозабвенно, а принцесса явно занервничала, но она постаралась взять себя в руки и спросила срывающимся от волнения голосом, вкладывая в него всю возможную холодность. – С чего вам вообще взбрела в голову такая нелепая идея?.. – Ну как же? – недовольно поморщился Драй, – Дали бы Вам разгуливать в лесу без защиты. – Стал бы мне кто-то указывать, – хмыкнула девушка, старательно прожигая собеседника взглядом больших, но недовольно сощуренных зеленых глаз. – Не очень убедительно, но это и не все, – в этот момент блондин подобно хищнику неторопливо двинулся в сторону Джек. Та вздрогнула и предприняла попытки отодвинуться как можно дальше, но веревки не дали ей в этом преуспеть. Высокий рост вынудил разбойника присесть рядом с девчонкой на корточки, и теперь его спина практически полностью загораживала Рите обзор на подругу, что заставило ее беспокоиться еще сильнее. Джек могут убить, вот прямо сейчас, если обман раскроется, кто знает, что решит предпринять этот человек. Никто. А Рита даже не сразу увидит, что произошло. Пока Драй делал эти несколько шагов отделяющие его от девушки, ему в голову неожиданно, расталкивая все остальные мысли о собственном раздражении и прочих неприятностях влетела инновационная по всем его личным меркам идея. А что если… а если прекратить все это? И собственные мучения от общения с отцом, и риски для Турдала в лице пропажи молодой, возможно, вредной такой правительницы, с характером, но, о, демоны, совершенно необходимой. Что если помочь этим особам выбраться отсюда? Быть может это будет верным решением? Может нужно бежать, бежать без оглядки из этого места, оплота грязи, продажности, бессмысленно пролитой крови невинных, звериной жестокости? На мгновение он представил лицо матери… Эта идея поразила парня, заставляя лихорадочно размышлять, но при всем желании он не мог решить все прямо здесь и сейчас, ему следовало все хорошенько обдумать, ему требовалось время. В этот момент он, продолжая действовать на автомате, уже склонился над затаившей дыхание девочкой, уже протянул к ней руку и положил ладонь на ее шею, ища контакта с артерией, где так близко пульсировало огромное количество крови. Черт, и что же теперь? Что теперь он должен сказать товарищам разбойникам, внимательно наблюдавшим за его действиями? Время, откуда взять время? Кровь спешно отдавала нужную информацию, и широкая ладонь нарочито медленно двигалась по замершему в напряжении телу, ища зачарованное оружие. Плечо, спина, вниз по позвоночнику… что ему предпринять? Стоп! А девчонки-то молодцы, и как он сам сразу не догадался? И в его голове на удивление быстро образовался приблизительный план действий. Ох и рискованно, самому не верится… Джек зажмурилась, ей казалось, что сердце ушло в пятки, и она совершенно не знала, как ей придется выкручиваться в ближайшие секунды, когда чертов маг вызволит из ее тела надежно, как предполагалось, спрятанный где-то под ребрами зачарованный кинжал. Но внезапно, в миллиметре, можно сказать, от разоблачения, рука резко остановилась. Распахнув глаза, девушка столкнулась с сосредоточенным взглядом холодных серых едва заметно сощуренных глаз напротив. – Хм-м, странно… – растягивая каждое слово проговорил блондин, глядя в глаза девушки. Он очень хотел подать ей какой-то сигнал, но как это сделать он не придумал, осталось только надеяться, что она сама все поймет. Она ведь вовсе не так проста, как кажется. Однако вслух он сказал другое, – значит, мне тогда показалось. Видимо, и правда, просто служанка… Джек еле справлялась с обрушившимся на нее облегчением. Как оказалось, все это время она забыла, что живым существам следует иногда дышать, и резко вдохнула долгожданную порцию воздуха. Ей отчаянно хотелось нагло ухмыльнуться в лицо соперника чудом не обнаружившим искомый предмет (лень ему что ли стало?), но ситуация требовала иного, и, состроив скорбную мордашку, она отвела глаза, чтобы те ненароком не выдали ее эмоций. Разбойник же поднялся на ноги и направился к своим товарищам, продолжая рассуждать вслух. – Что же, тоже очень неплохо. Для нее найдется работенка, это уж точно, – и, ухмыльнувшись, добавил задумчиво после недолгой паузы, как бы заговорщически обращаясь к Дядьке, – думаю, я зайду за ней ночью, после ужина… – и медленно двинулся к дверям. – Эх, вот молодежь! – всплеснул руками развеселившийся бывалый разбойник. – Но, Драй, как ты мог ошибиться? – удивленно хлопал глазами горе-тюремщик. Парень жил с уверенностью, что сын их предводителя не может ошибаться. Драй для всех был человеком идеально знающим свое дело, то, что он просчитался, казалось чем-то немыслимым. Не было на памяти паренька такого, что бы этот тип допускал ошибки. – Все ошибаются, – со всей беззаботностью, на какую только был способен, проронил блондин, пожал плечами и скрылся в дверном проеме. – Хах, вот дела, вот дела… – Дядька двинулся следом за Драем, продолжая что-то эмоционально бубнить, – Эй, парень, давай, выметайся тоже, заслужил, а девки то, небось, никуда уже не денутся, – тяжелая дверь захлопнулась, оставляя пленниц в гордом одиночестве. Было слышно, как снаружи задвинули тяжелый засов и защелкнули замок. – Рита, нам надо выбираться, – тихо, но твердо проговорила Джек. Принцесса закивала, соглашаясь. *** Драй хотел спокойно посидеть в стороне и обдумать свои дальнейшие действия. Ему это относительно удавалось – он расположился поодаль от сосредоточения толпы, медленно потягивал темное пиво из большой кружки и жевал что-то мясное. Но у Дядьки длинный язык, он в красках разнес повсюду интригующую информацию о ночных планах Наследника, как Драя часто здесь называли, поэтому все мимопроходящие считали своим долгом осведомиться у блондина о его планах на симпатичную пленницу, а некоторые даже предлагали объединить усилия. Драй из последних сил отшучивался, а потом просто холодно, не скрывая неприязни, улыбался одними лишь уголками губ. Его желание покинуть это пропащее место только крепло. Он решил дождаться того момента, когда товарищи-разбойники достаточно опьянеют и тогда уже начать быстро и четко действовать. *** – Они ушли? – Да, думаю, да… – Господи! Я думала, он тебя УБЬЕТ! – Рит, тише, ты чего, все хорошо, – шипела Джек. – Боже, когда он подошел, я подумала «ну все, все кончено»! – Да что с тобой, вдруг услышат? – А потом он тебя нафиг загородил! – не унималась принцесса, – Я чуть ли с ума не сошла! Что он делал? – Кинжал искал, – хмуро отозвалась оборотень. – Как? – Он кажется, маг Крови. Редкий дар. – Но ка-ак?! – А вот, облапал кароче. – Что?! Он что, совсем? Ты как? Извращенец! – Черт, да! Рита, меня облапал какой-то парень! Я? Отвратительно! – Да как он посмел?! – Возмутительно! А знаешь что самое дурацкое? – Что? – В этот момент я готовилась красиво сдохнуть, так как иных исходов особо не видела… Но я не думала, что меня ЛАПАЮТ! – ВОТ! Козел!.. – Мда… а ведь он ничего так… – Да… симпатичный, – согласилась принцесса, – Так ты как там? – А, да нормально. Хм-м, секазные разбойники это, конечно, очень хорошо, – промурлыкала рыжая, – но каковы наши дальнейшие действия? – По твоим инструкциям я использую предательский браслет, в который, по словам Максимиана встроена функция развязывания веревок, потом я развяжу тебя, мы сгребем свои вещи и по-тихому свалим. – Кстати о секазных… Ты что, после всей этой подставы считаешь, что его словам можно верить? А вдруг в нем какая-то сигнализация на самом деле? – возмутилась Джек. Рита лишь понурила голову. – Ну, в любом случае надо проверить, работает подарочек по назначению или нет, – Рита печально вздохнула, – так что мне там надо делать? Сосредоточиться на амулете и том, что должно произойти. – Чем вы там занимались, что он даже не учил практиковать амулеты? – фыркнула оборотень, – Но да, все верно. Если сделаешь все правильно, то ощутишь что-то вроде магического включателя… Несколько минут Маргарита пыхтела над тонкими материями под негодования Джек о том, что Максимиан – презренный предатель. Рита только сильнее расстраивалась, но понимала, что слова подруги очень даже имеют под собой основания, как это ни печально, поэтому у нее язык не поворачивался спорить с рыжей. Да у Риты просто не было аргументов в его защиту, и чем больше она об этом думала, тем сильнее ее удручало происходящее. А сомнение и уныние – враг чудес. Из последних сил она не сдавалась, возможно, как раз из желания самой себе доказать, что Маг не мог поступить так низко. Да не хочет она в это верить, и все тут. Внезапно веревки поддались и Рита тут же вскочила на ноги, с наслаждением приводя в движение затекшие конечности. – Вот видишь, все хорошо, – убеждала она скорее себя, чем Джеки. Рыжую же волновали проблемы более насущные, чем предательство и предатели, до разборок с которыми еще ой как далеко, и она, шипя и фыркая, упрашивала довольную жизнью подругу отправиться за чем-нибудь колющим-режущим, что бы и саму Джек от веревок избавить. Вскоре Рита справилась даже с этим, притащив со стола за перегородкой их небогатый оружейный арсенал, изъятый при «аресте», и через пару минут насилия над веревками пришло время разрабатывать дальнейший план. Подругам столько раз приходилось сбегать с уроков и через окно, и через черные ходы, и разыгрывая театральные представления о смертельных болезнях, и просто через главный вход, что умудренные опытом они долго не запаривались. Ориентируясь на шум снаружи, они определили, в какую сторону вылезать НЕ следует, распихали по карманам оружие, глотнули долгожданной водички, зажевали хлебушка и, тихонечко подпалив деревяшки в стене, бесшумно выбрались наружу. Ночь радовала свежим воздухом и совершенно невероятным запахом леса. Где-то в траве безмятежно скрипели сверчки, в чаще леса ухала сова, и вообще лес жил своей непостижимой, наполненной таинственными шорохами и шепотом ветра в листве жизнью. После сидения в пыли сарая все это просто сносило голову, и звало немедленно присоединиться к этому празднику настоящей жизни, как же легко сейчас было бы потерять бдительность, как заманчиво. Джек звала полная луна… нет, она не должна была тут же превратиться в волка и отправляться крушить все подряд, но как бы хотелось взобраться сейчас на утес, устремить янтарные глаза в черное небо и взвыть во весь голос. Это желание иррационально, порой волчица сама себя спрашивала, в чем же прелесть этого обряда, но ответа не находила. Некоторые вещи просто происходят, они естественны и этим прекрасны, а зачем тогда какой-то дополнительный смысл? Усилием воли рыжая заставила себя отвлечься от белоснежной королевы ночного неба и вглядеться в положение звезд – им же нужно было как-то определиться с направлением дальнейшего пути. Рита так же была сражена ночью, она заворожено смотрела широко распахнутыми глазами в россыпь звезд, напоминающих пыль. А звезды здесь совсем другие, не те, к которым она привыкла за долгие годы жизни на Самлее… Ах, вот оно – небо над другим миром… Впрочем принцесса так же старалась быть крайне внимательной и стала с опаской озираться по сторонам вслушиваясь в шум веселых разбойничьих голосов. Будто все в порядке, будто они с их отрядом, будто не было плена, страха, глупой морды охранника… эх, если бы… – Боюсь, нам не сразу в лес, – тихо проговорила Джек, возвращая Риту в непривлекательную реальность. Стоило ей произнести эти слова, и тут же мир преобразился, потеряв всю свою мистическую прелесть, став каким-то холодным, отталкивающим и зловещим, – придется немного обойти, иначе нам к эльфам не пробраться, а больше идти в этом лесу некуда. – К эльфам? – переспросила принцесса, – Я еще не встречала их. – Ты еще очень много чего не встречала, дай Бог, чтоб выпала возможность это исправить, – пробурчала оборотень и тихо двинулась в указанном ей ранее направлении, поманив за собой подругу. «Затишье перед бурей…» – пронеслось в голове Риты, а через пару секунд Джек коротко выругалась – они наткнулись на спрятанный в растительности забор. – Ну-у, какого черта? – вопрошала рыжая, – Глядишь, перелезем, конечно… – Перелезть то мы перелезем, вот только шуму будет, посмотри, сколько веток! И не сжечь из-за них ничего… – Думаешь?.. Да, ты права. Хм, тогда в какую сторону предлагаешь идти, в сторону эпицентра или вернемся? – Возвращаться, конечно, совсем не по пути, и вообще – плохая примета, но надо попробовать, думаю, так безопасней. А так… а так, наверное, надежней, там то выход точно есть. Но там – ОНИ. А там – неизвестность… Уж лучше неизвестность, чем эти… или… – Ну, пошли в неизвестность, – просто согласилась Джек, – в какую бы сторону не направились, все равно рискуем… Девушки потопали обратно, только теперь вдоль злополучного забора, озираясь и перешептываясь. Нет, сложившаяся ситуация вовсе не повод молчать, тут ведь столько впечатлений! Но, как бы им не хотелось этого признавать, конца препятствию не предвиделось – они уже миновали сарай-темницу и теперь пробирались, судя по звукам и ароматам, мимо конюшни. – Нет, Джек, надо развернуться. – Да, я уже вижу, – она остановилась, понурив голову, но испытывая при этом какую-то иррациональную радость за то, что очевидную, но неприятную вещь огласил кто-то другой, потом решительно этой самой головой тряхнула и, будто взбодрившись, развернулась. Рита, обреченно вздохнув, двинулась следом, стараясь не отставать. Вот уже вновь мимо пронесся чертов унылый сарай, потом и место, знаменательное испытанным при столкновении с забором горьким разочарованием, и дальше подруги стали продвигаться уже не так смело, как, можно сказать, по изученной территории. Так, прижимаясь то к ограде, то к стенам различных построек, и постоянно оглядываясь из-за каждого шороха да и без оного, им удалось миновать еще два похожих друг на друга как близнецы угрюмых здоровенных сарая. Впрочем, это вряд ли были сараи – постройки поражали своей основательностью да гнетущей тишиной и мраком, таящимися внутри, за немногочисленными окнами. Девушки сошлись на том, что, скорее всего, это разбойничьи спальные бараки. Еще бы там тогда были хоть какие-то проявления жизни – все жители этих не слишком радующих взгляд построек сейчас относительно мирно пировали. Судя по приближающимся с каждым шагом звукам пьяной ругани и застольных песен, вечеринка была в самом разгаре. И вот в один прекрасный момент, когда беглянки уже собирались перебежать от барака№2 к следующему за ним бараку№3, к лучшему или же худшему, веточка под стопой Джеки хрустнула чуть громче, чем следовало, а слух у выступившего из темноты силуэта оказался чуть чутче, чем того хотелось. Лучше бы он, конечно, был совсем глух. И слеп. И остальные с ним. Все это пронеслось в голове девушек пока они, замерев, лихорадочно соображали, что им делать. – Эй, кто тут? – заговорил силуэт, вглядываясь в темень перед собой. То ли было слишком уж темно, то ли и правда объект оказался слеповат, но затаившихся в тени ночи и дома девушек он увидеть не смог. Голос, впрочем, оказался знакомым, эта отрывистая и даже какая-то задорная в любой ситуации речь вне всяких сомнений принадлежала тому разбойнику, который еще недавно так забавно отчитывал своего подчиненного, паренька-тюремщика. Силуэт еще секунды две, смертельно долгие, надо отметить, секунды, вглядывался в темноту, а потом решительно развернулся и поспешил прочь. Не нужно было долго гадать, чтобы остаться уверенным в том, что он сейчас вернется, с факелом, оружием и, наверняка, с подкреплением. Стоило ему скрыться, как девушки рванули с места, причем, несговариваясь, рванули туда, откуда пришли. – К черту, все равно нас теперь обнаружат. Махнем через забор, там я обращусь, схватишь за загривок покрепче, и мы унесем ноги. Или же вернемся в сарай, будто ничего не было, – Джек на бегу оглашала перечень открывающихся перспектив. – Развязанные руки и дыру в стене они не смогут проигнорировать при всем желании, так что лучше сомнительные скачки по пересеченной местности, – сбивчиво высказала свое мнение принцесса, – давай к забору! Джек резко свернула вправо, и тут их настиг свет, а из-за спин раздались возгласы: – Вон, и правда они! – кричал Дядька, обличающее тыкая пальцем в беглянок. За ним бежало еще четыре здоровых мужика. Не теряя времени на раздумья, разбойники продолжили погоню, неумолимо сокращая расстояние, отделявшее их от испуганных девушек. – Рита, быстро на забор! – приказала оборотень, сцепив руки в замок, чтоб подсадить принцессу. – Но как же ты?.. – Только без этой ванильной киношной ереси, – возвопила рыжая, – быстрее! Рита же времени и не теряла, так что уже послушно болталась где-то в двух метрах над землей. Опору из-под ноги она потеряла мгновением ранее, и по звукам начавшейся борьбы стало ясно, почему – мирного разрешения ситуация не получила. Тут же за ногу схватили и грубо потянули вниз. Рита вскрикнула от неожиданности, но сдаваться не собиралась – со всей силы ударив по пальцам разбойника, сжимающим щиколотку, металлической набойкой на каблуке, она стала карабкаться дальше, стремясь занять более прочное положение, пока вражеская хватка ослабла. Схватившись покрепче за неведомый выступ по другую сторону ограды, она, колеблясь лишь мгновение, свободной рукой сорвала с пояса ветряной кинжал и с заклятием ветряного лезвия, чтоб уже наверняка, пустила его во врага. О том, что это был первое в ее жизни убийство человека, она подумает позже. Разбойник всей своей тушей обрушился на забор и стал сползать по нему. Ограда не выдержала, и с драматическим скрипом, неуклонно набирая скорость, стала падать. Уже через секунду Маргарита пыталась подняться из взметнувшейся пыли и вспомнить, кто она вообще такая, а так же, что здесь происходит. Вспомнив, она уже было расстроилась, но боль в придавленной досками руке, звуки драки и будоражащий кровь вид нового приближающегося к ней врага не дали ей этого сделать. Положившись на свою ловкость, брюнетка стала уклоняться от менее маневренного соперника, время от времени посылая в него все новые и новые заклятья, ставя блоки и отражая его заклятья – противник был магом. Джек изначально оказалась в невыгодной позиции, когда ее схватили за руку и с силой отдернули от подруги, пока рыжая помогала ей взобраться на забор. Мысленно пожелав Рите не свалиться, оборотень решительно обернулась к реальности в лице двух мощных бугаев. С невиданной для хрупкой девушки силой она двинула схватившему ее мужику ногой в живот так, что он, явно того не ожидавший, упал на спину. Но скучать по нему у рыжей времени не было – на нее уже набросился второй, еще более огромный и стремный. К неописуемому разочарованию девушки, у него в руках блеснуло лезвие кинжала. – Поигра-аем, – зло, нараспев произнесла Джек, вынимая зачарованный кинжал, и враги сцепились в смертельном танце. Соперник оказался непрост – своим оружием он владел в совершенстве, а к тому же имел неплохие магические задатки. Джек превосходила его в скорости, но не сильно. Они нападали и отражали удары, исхитрялись на обманные маневры и уходили из-под оружия друг друга как сквозь воду. Осечка, и Джек, выронив оружие, больно приложилась спиной оземь, сдавленно охнув. Моментально мобилизировавшись она переходит в промежуточную трансформацию, дает по ногам подходящего и по ошибке расслабившегося соперника, и тот падает рядом. Не теряя не секунды, она набрасывается на него, но получает отпор. Некоторое время покатавшись по земле, рыжая обнаружила себя вновь в невыгодном положении – прижатой к земле огромными ручищами. Но не перевелись еще козыри в рукаве. Джек призвала свою волчью магию, обрушив на соперника волну неконтролируемого панического страха. Хватка тут же ослабла на секунды, пока опытный боец не сообразил что к чему. – Оборотень, – обреченно прохрипел он, а Джек нанесла когтистой рукой последний смертельный удар. Сильный был соперник. Проникшись уважением к побежденному, девушка быстро нанесла еще несколько более явных царапин. Пусть его товарищи не думают, что с ним справилась просто девчонка. Иногда ее саму поражали странные идеи, приходящие в буйную голову, но уже давно она сама с собой договорилась, что лучше их выполнять, кто знает, к чему приведет. Схватив кинжал с земли, она подскочила к магу пресующему Риту и просто перерезала ему глотку. Увидев, как ее соперник хрипя оседает на колени, Рита сначала немного удивилась, а потом увидела за его спиной подругу, и все встало на свои места. – Джек, сзади! – крикнула принцесса, заметив позади рыжей движение. Моментально среагировав, Джек резко крутанулась на месте и с удивлением обнаружила своего самого первого соперника. Видимо, бедолага был пьян, да еще и ударился. Он шатаясь стоял на ногах расставив руки в стороны. Дядьки рядом не было. Джек ударила мужика, уклонилась от слишком очевидного тяжелого удара справа и, извернувшись, нанесла еще один короткий удар в челюсть. Крепче перехватив кинжал, она подскочила к нему, намереваясь довести дело до конца. Послышался голос откуда-то оказавшегося рядом Дядьки, восторженно вопящего: «Наконец-то!». Кто-то подскочил сзади и выбил кинжал из рук девушки. – Остановись, разве не хватит убийств? Рита в немом ужасе наблюдала, как прибежавший дядька столкнулся с выходящим из их бывшей темницы человеком. В свете факела он оказался не кем иным как таинственным блондином, навещавшим их ранее. Он приободряюще положил руку на плечо своего старшего товарища и тот был очень рад появлению Драя. Теперь все должно было быстро закончиться. Драй же стремительно двинулся к ничего не подозревающей Джеки и одним ловким движением обезоружил ее. Волчица резко развернулась и смерила взглядом противника. Тот грозно возвышался над ней, и вскинутые в мирном жесте руки были восприняты одурманенной сражением Джек как новая угроза. Замерев, она прикинула расстояние до кинжала и молниеносно метнулась в сторону любимого клинка. Но Драю было не трудно просчитать все ее действия, они были достаточно очевидны, ни в чем не уступая клыкастой сопернице, он быстро подскочил со спины и схватил девушку за запястья. Волчица вырывалась и уже совершенно не обращала внимание на то, что происходило вокруг. Над ней вершили магию, редкую и неизведанную – она остро это почувствовала. Дядька с облегчением проводил взглядом спину молодого бойца. Драй быстро со всем этим управится. На самом деле Дядька души не чаял в Наследнике, такой талантливый и серьезный мальчик! За спиной он уже слышал приближающееся подкрепление, перед собой видел обезвреживание пленницы, когда вдруг ощутил невероятную слабость. Ноги подкосились, и он упал сначала на колени, потом вперед, на сырую от уже появившейся росы траву. Внезапно мир перевернулся с ног на голову: Драй что-то тихо говорил извивающейся в его руках девчонке и тянул ее в сторону образовавшегося в заборе проема, принцесса переминалась с ноги на ногу рядом с ними, а Дядьке пришлось обнаружить себя преданным. И когда Драй его успел околдовать? Сквозь подступившую пелену вынужденного сна бывалый разбойник вспомнил, что Драй секундами ранее коснулся его плеча... – Принцесса, поднимите с земли кинжал, а Вы, леди, успокойтесь. Рита уже ничего не соображала, но четкие инструкции действовали на нее благотворно – она захлопнула открытый от удивления рот, снова стала исправно вдыхать и выдыхать и схватила с земли кинжал. Голоса новых соперников приближались. – Да не брыкайся ты, – шикнул Драй на Джек, – нам нужно выбираться. – Пусти, извращенец! – к концу фразы рыжая сорвалась на визг и вдруг обмякла. Рита с ужасом смотрела, как руки подруги исчезают в руках блондина, а за ними следует и все остальное ее трепыхающиеся тело, будто бы девушка была зачарованным оружием мага, которое он убирал на место. Вдруг Джек наполовину торчащая из груди этого непостижимого типа встрепенулась, замотала головой и стала отчаянно вырываться. – Рита, Рит!!! Тресни его чем-нибудь, пожалуйста, господи!!! – запаниковала рыжая. Да и как сохранять самообладание, когда твои ноги и руки исчезли в чужой плоти? С подобным она раньше не сталкивалась. – Сейчас, – пискнула Рита. Удивляться она уже физически была не способна. Повинуясь новому поручению (боже, как же просто не задумываясь выполнять чужие приказы) она отскочила назад, к забору, схватила одну из деревяшек и со всей своей широкой душой обрушила ее на блондинистую голову, которая так неосмотрительно была наклонена. В мгновение равномерный белесый свет сопровождающий неведомый обряд ярко вспыхнул, и Драй пропал. – Ох, – пошатнулась Джек и чуть не свалилась с ног. Расставив руки в стороны она более менее восстановила равновесие и схватила за руку подошедшую и донельзя взвинченную Риту. – Что нам делать?! Где он? – шепотом вопила она (и как только это возможно?) глядя на шевелящиеся за домами отсветы от факелов и бегающие в них тени. – За оградой стоят снаряженные лошади. Быстрее! – С чего ты взяла? – Он их там оставил. Я точно знаю. Он во мне. – Этот..? – Драйзер. Бежим, у нас нет времени...