Гурмания

Фэндом: Волчонок, Голодные игры Учебный центр уже давно опустел, трибуты поспешили разойтись по своим этажам, чтобы отдохнуть и еще раз обсудить стратегию со своими наставниками, ведь послезавтра большой день — начало Квартальной бойни, уцелеть в которой сможет лишь один. А пока все готовятся к завтрашнему балу в президентском дворце. Молодая девушка, в облегающей стройное сильное тело спортивной форме, сделала выпад справа, затем быстро развернулась на пятках — резкий выпад слева: дубинке все же удалось достигнуть ее спарринг-партнера и рассечь темную бровь. Тень улыбки появилась на красивом девичьем лице. — Теряешь форму, Хейл, — ловко крутя по дубинке в каждой руке, Джоанна Мейсон смерила высокомерным взглядом своего персонального инструктора. — Если бы у меня в рука был топор, твоя голова уже упала бы с плеч, — томно вздохнула Джоанна. Сложно представить себе более возбуждающее зрелище, чем голова генерала Капитолия у ее ног. — Не плохо, Мейсон. Тебе понадобился всего час, что достать безоружного, — улыбнулся темноволосый мужчина лет тридцати, демонстрируя пустые ладони. Как ни странно, Джоанна знала: он не издевается. — Готова к схватке на равных? — подобрал Хейл дубинку возле стеллажей с оружием. Джоанна закатила глаза. Отлично. Вот теперь он издевался. Они оба знали: схватка "на равных" для них невозможна. Ведь она всего лишь обозленная на весь мир и президента Сноу в частности, девочка, а он элитный миротворец в третьем поколении, чей род был выведен Капитолием генетически во времена восстания — смертельная машина, или скорее волк-убийца. — Тогда берем настоящее оружие, — выдвигает свое условие Мейсон. Возможно ей повезет, и она умрет быстро? Один точный удар от человека, разглядевшего шесть лет назад в тощей пятнадцатилетней девчонке бойца, научившего ее убивать, которого она считала другом. — Исключено, — категорично отрезает Дерек тоном, которого страшатся все миротворцы и опасается сам президент Сноу. В его голосе можно услышать предупреждающее рычание зверя, что является частью его самого, благодаря богатой (больной) фантазии ученых. Волка, что шесть лет назад учуял столь сладостный запах хвои, чернозема и утренней росы от костлявой девчонки. Это спасло ей жизнь. Великий Дерек Хейл снизошел до рядового инструктора, чтобы насладиться запахам леса, исходящего от девочки с циничными глазами. — Я так не играю, — бросает дубинки на пол Джоанна. — Лучше напьюсь в компании Эбернети, зеленый цвет лица будет отлично гармонировать с отстойным костюмом дриады, — хмыкает она. — Я говорила этим идиотам стилистам, что ненавижу зеленый, но разве они кого-нибудь слушают кроме своего эго? — Мейсон подошла к Дереку, задумчиво провела пальчиком по накаченному торсу (Хейл предпочитал тренироваться только в спортивных штанах). — Пожалуй, я лучше заявлюсь на вечеринку к Сноу в костюме Евы, не все же Огненной Китнисс вводить в трепет толпу, — проказливо прищурилась молодая женщина. — Тебе мало концерта, что ты устроила на интервью с Цезарем? — внимательно следя за шаловливой ручкой поинтересовался Хейл, ни секунды не сомневаясь, что Мейсон осуществит задуманное. — Играешь с огнем, лисенок, — использовал он прозвище, которым наградил ее после прошлых игр. — Скорее глажу волка против шерсти, — невесело усмехнулась Джоанна. — Капитолий слишком любит меня ненавидеть , чтобы Сноу смог казнить... Хитрые, прищуренные глаза, в которых горит жажда крови ее врагов, неприрученная Джоанна Мейсон во всей своей красе. Настоящая лиса. — Ты ведь знаешь, что проиграешь, — обхватывает Дерек своей ладонью хрупкое запястье, ласково проводя большим пальцем по жилке, где учащенно бьется пульс. Джоанна улыбается своей коронной стервозной улыбкой, прижимается к Хейлу всем телом, встает на носочки, собираясь прошептать ему на ушко секрет. — Я не собираюсь играть по правилам…