Глава 17. Три слова
16 марта 2014 г., 19:09
Она нежно откинула волосы с лица спящего мальчика. Жак лежал на диване и крепко спал. Кристина же была мыслями в своей комнате, где Перс перевязывал Эрика.
– Мадам! – окликнул ее Перс, и в его голосе явственно слышалось облегчение. Кристина поспешила на его зов.
Эрик лежал неподвижно на кровати, глаза его были закрыты. Но грудь его едва заметно поднималась.
– Он будет жить, мадам. Моя вторая пуля была пущена мимо, первая слегка повредила плечо, но, по-моему, не так уж и серьезно. Меня больше тревожит третья – та, которую выпустил месье Кюри... Она прошла насквозь через другое плечо. Не знаю, как Эрик умудрился уклониться, но факт остается фактом: он явно пригнулся, пуля была пущена в сердце. Мадам, я... я не должен был пытаться увести Вас отсюда. Но я пытался спасти Вас... и в свое время пытался спасти Рауля. Мне очень жаль.
– Почему Вы пытаетесь всем помочь?
Перс пожал плечами. Кристина ждала ответа.
– Я очень плохой человек.
– Я так не думаю, месье.
– Я познакомился с Эриком в Персии, когда служил в шахской полиции. Меня знали многие, но почти все они догадывались, что я готов осудить невинного. Эрик... уже тогда он был достаточно опасен. Он убивал, он пытал, он... Он построил дворец пыток, он воплощал в жизнь самые ужасные и жестокие фантазии людей. Я боялся его... и наши отношения были очень натянутые. Однажды он признался мне в том, что его хотят убить. Тогда он сказал мне, что ему ни капли не жаль, что он убивал. «Потому что они глупы и не понимали, чего хотят», – сказал он тогда. И еще он сказал мне, что мне надо быть... честнее, знаете ли. Я не мог убить его. Не мог, потому и вынужден был покинуть Персию. Но я не жалею... почти не жалею. Потому что я понял, что нельзя... нельзя убивать людей.
– Вы очень глупы, месье. Не все люди на самом деле люди. Есть те, кого лучше уничтожить. И не всегда можно мерить обычной меркой всех. Понимаете, месье, выбор... выбор всегда на нашей совести.
– Вы спасаете Эрика. Почему?
– Я люблю его.
– Или же Вы закоренелая христианка. И сама мысль об убийстве претит Вам.
– Вы ошибаетесь, месье. Я не святая. Я просто женщина. И мои чувства ведут меня, а не разум.
Перс покачал головой и поспешно поцеловал ее руку.
– Прощайте, Кристина Даае. И пусть Аллах хранит Вас.
Она едва заметно улыбнулась. Перс ушел темной тенью, оставив девушку одну.
Эрик едва слышно застонал.
Не одну.
Кристина присела рядом с Эриком и губами коснулась его лба. Мужчина весь горел, его лихорадило. Девушка намочила платок и положила ему на лоб.
А потом она опустилась рядом на пол и тихо сидела, стараясь не думать ни о чем.
***
Утром жар спал, и Кристина почти не тревожилась. Она была уверена, что железное здоровье Эрика поможет ему. Кристина сидела рядом с мужчиной и вышивала, когда он окликнул ее. Их взгляды встретились. – Кристина... – тихо сорвалось с его губ. Мадам Даае лишь улыбнулась. – Ты осталась... Девушка покачала головой. – Куда я уйду, Эрик? Куда? У меня есть ты, и я хочу быть с тобой. – Кристина, ты не должна... ты можешь идти. Уходи... Девушка улыбнулась. Какая-то ее часть говорила, что надо уйти. Но все сознание ее было подчинено одному простому чувству. Любви, что сильнее всего на свете. – Я люблю тебя, Эрик. Люблю, и я буду с тобой. Но у меня есть одна просьба... – И какая же? – Мы уедем отсюда и будем жить в обычном доме. Она нагнулась над ним и поцеловала в губы. И их поцелуй был так сладок... Кристина впервые не винила себя за свои чувства. – Конечно. Ты же моя живая жена, Кристина. Только скажи еще раз, что любишь меня, прошу... – И сегодня, и завтра, и через много дней я повторю это. Я люблю тебя, Эрик. И никогда не перестану любить. Тишину нарушил оклик Жака. Кристина поднялась с места. Она будет с Эриком. И ее ложь больше не будет ложью. И пусть где-то в сердце засела ненависть, пусть. Она принадлежит ему и телом, и сердцем. Пока смерть не разлучит их.
