Мир надежд и мир разочарований

- А как там Виктория? - неожиданно прервал тишину Макс. Он начинал привыкать к привычке парня появляться ближе к середине дня в больнице, у палаты Окси, как раз на тихий час. Матвей поперхнулся дешевым кофе из автомата, тут же зашипев от раздражения: на кожу упало пару горячих капель. - Мертва, как и раньше. Ты застал ее казнь? Максим нахмурился: - Да, но я встречал выходцев из вашего мира. И все они твердили, будто бы она жива... - Бред. После этого выжить невозможно. Даже при условии, что она из Других. Теперь настала очередь удивляться Макса. Он откинулся на спинку белого дивана, вытянув ноги, и переспросил: - Других? Это так теперь вы называете Крайних? Тех, кто не принадлежит гильдии? - Да. Это все равно, что вместо гильдий обозначить все как Золото и Мрак. Сергей предложил, - согласился Матвей, но тут же прикусил язык. Лицо Максима скривилось, точно он проглотил целый лимон. Между бровей пролегает тоненькая складочка, а голос сделался ледяным: - Сергей? Ну конечно, этот бесхребетный ангелок, не способный ни Дмитрия остановить, ни от своей зависимости избавиться, - закатил глаза мужчина. - Это не зависимость. Это для него единственная возможность жить, - мрачно перебил Матвей. Максим нехотя кивнул, но по его глазам стало заметно, что он в корне не согласен с этим утверждением. Чтобы перевести тему, Матвей, чуть осклабившись, заметил: - Ты не видел самих событий, а? Согласись, нонсенс: ангел предает сразу две гильдии. И ради кого? Ради Других, - его глаза загорелись, - даже демоны не верили до последнего. Ярослав и еще пара его сторонников голосовали против казни "до уточнения обстоятельств". - Но Дмитрий оказался непоколебим, я слышал, - усмехнулся Максим. - Он сейчас тот еще засранец, а? А вы ведь были друзьями - я слышал такие байки. Матвей коротко кивнул и посмотрел прямо перед собой, будто вспоминая. Его глаза сверкнули: - Что было - то прошло. Того Дмитрия уже нет, - и улыбнулся. *** Мавра как раз поменяла колбы и направилась в спальный блок. Минакс чувствовал себя лучше, но этого было недостаточно. И Мрак на время лишился лидера, что дало некоторую свободу светлому отделению. Вот и сейчас, занятая настойкой полыни, Мавра не обращала внимания на дорогу и наткнулась на чью-то спину. Дионисий развернулся на пятках так резко, что Мавра чуть не всплеснула на него всю настойку. И тут же пожалела, что этого не произошло. Он был из Золота, с темно-русыми волосами и серыми глазами. Тонкую губу справа пересекал едва заметный белесый шрам. В остальном - обычное тупо-одухотворенное лицо светлой стороны. - И куда мы смотрим? - ехидно уточнил он. - Между прочим, так и покалечить можно. - Он кивнул на настойку полыни. Мавра чуть сощурила и без того узкие глаза: - Только не отделение Мрака, насколько мне известно, - хмыкнула она. - А какое же отделение без лидера? - пожал развитыми плечами Дионисий. - Где Минакс? Что-то давно его не видать. Не ходит, не следит за порядком, а у него на отделении ангелы, - губы искривила ироничная усмешка, - а он еще и не принял мер. Может, мы его и не увидим больше, - он навис над Маврой, нехорошо прищурившись. - А вы лишь кормите нас сказками. - Имей уважение, - рыкнула медсестра, которая едва доставала ангелу до груди. Она приняла оборонительную позицию. - Уважение к свергнутым идеалам? - в его глазах вспыхнула искра фанатизма. - Будущее за Золотом. Мавра вздрогнула и сделала шаг назад и крепче сжала поднос со святой водой и настойкой полыни. Вот что удивительно: полынь и святая вода - две таких же противоположности, как ангел и демон, столкнувшиеся нос к носу. Дионисий также обратил свое внимание на сосуды. Он бесцеремонно провел пальцем по краю бокала с прозрачной жидкостью, заставляя Мавру побледнеть, - даже одна такая капля вызывала мучительное жжение для демона, - и кивнул: - Одна нейтрализует другую, нельзя быть наполовину добрым, наполовину злым - тогда ты никакой, тогда тебя нет. - Он задержал длинный палец над сосудом с полынью. - Достаточно почти что одной капли, - Мавра следила за сгустком влаги на подушечке его пальца. - Забавно? Мавра сдержанно покачала головой. Ей не нравилось происходящее. В этом просторном коридоре и, одновременно, в этой близости, чувствовалось что-то интимное и до чертиков опасное. Привкус адреналина рассеялся под действием страха, и Мавра только строго смотрела прямо в серые глаза. Дионисий усмехнулся и резким движением опрокинул оба бокала на железный поднос, заставляя Мавру невольно дернуть назад: - В смешении нет никакого адреналина, не так ли? Никакой интриги. Мавра чуть поджала губы, чтобы они не дрожали: ей показалось, что Дионисий сейчас все выплеснет на нее. - Так как там Минакс? Может, пора организовать похороны? - вперившись взглядом во все более бледнеющую Мавру, растерявшую все свои слова, предложил ангел. - Еще одно слово по этой теме, и ты станешь моей Анастейшей Стил, а я твоим Кристианом Греем. Ты меня понял? - зазвенело у него за спиной, от чего Мавра даже не поверила своим ушам. А Минакс широко улыбнулся. Наконец-то он чувствовал себя полностью здоровым. Он ухмыльнулся, скрестив руки на груди и выражая полнейшую непоколебимость. Дионисий вздрогнул, поджав губы, и кивнул, не разворачиваясь: - Увлекаешься "Пятидесятью оттенками серого"? Слезы, несчастная любовь и все такое? Минакс наклонился к его уху и мрачно, почти доверительно прошипел: - Увлекаюсь БДСМ. Розги, нездоровый мазохизм и все такое. Надо быть в курсе человеческих трендов.