Линия льда

Моя жизнь — одно сплошное черное пятно. Я слышал однажды выражение, что жизнь — как зебра: полоса белая, полоса черная. Но это не про меня слова. У меня зебра полностью черная. Сегодня мой день рождения, я брел по улице. Сбежал из дому. Мать напилась, сожитель ее избил, пара ударов и мне досталась. Я потер щеку в надежде, что синяка не будет, а то мальчишки станут опять смеяться. Как обидно. Всегда хотел попробовать торт со взбитыми сливками и сегодня у меня была такая возможность. Но моя мать отправила лакомство в лицо Вити, так звали ее сожителя. Да... Попробовал, называется, торт. Я дошел до реки, что находилась на самой окраине города. Сел на берегу, спиной прислонился к дереву. Так никто меня не увидит. Всматриваясь в воду, я вспоминал всю мою жизнь. Когда я был маленьким, в семье все было хорошо, родителей видел редко, но когда они приезжали домой, то всегда меня баловали. Помню, что я всегда у них просил бананов. В то время такое удовольствие было не из дешевых. Играл с соседскими мальчишками, праздновал дни рождения, получал подарки. Но однажды все изменилось — родители вернулись домой пьяные. Я слишком малой был, ничего не понял. Когда спросил, что произошло, меня просто проигнорировали. Было обидно. Но обида проходит. На следующий день мама поссорилась с бабушкой из-за того, что я ее застал курящей за домом. — День, ты только бабушке не говори, хорошо? Я кивнул, а в ответ она потрепала меня ласково по волосам. Бабушке я не сказал, что видел маму курящей. Наверное, это была самая моя первая ложь. Так моя жизнь и шла вперед. Родители то пропадали, то появлялись снова. Потом они никуда не бегали, не прятались, а просто засели дома. Пили. Безбожно нажирались до поросячего визга и сваливались спать. Обо мне никто и не думал. Бабушка заболела и через пару месяцев ее не стало. После этого все пошло еще хуже — от дома остались только стены, было продано всё! Я начал жить на улице, рыться на свалках, в мусорных бидонах... Я просто хотел жить. В школу я не ходил, но одноклассники умудрялись избивать меня, унижать, кто как мог. Друзей не было и не будет, я думаю. Таким, как я, это не дано, мне даже родителей нормальных бог не дал. Слёзы сами покатились по щекам, и я вытер их ладонью. Даже не заметил, как стемнело, так задумался. Только я собирался встать, чтобы найти место ночлега на сегодня, как земля под ногами покачнулась. Вдалеке я увидел вспышку яркого света, которая быстро погасла. По небу прошелся раскат грома. Может, взрыв? Однажды такое уже было, когда на складе боеприпасов случился пожар. Гремело тогда долго. Но вспышек не было. — Смотрите, кто здесь у нас! На автомате я попятился назад от пяти парней, что надвигались на меня. Они пьяны, могут сделать что угодно. Мозги сейчас не варили. — Куда же ты? Тот, что был впереди всех, резко рванул мою сторону. Я зацепился за что-то и полетел назад, приземлившись на задницу. — Вот ты и попался! Меня обдало перегаром, чуть слезы из глаз не потекли. Этот отморозок схватил меня за руку и дернул на себя так сильно, что в моем плече что-то хрустнуло. Боль пронзила меня до кончиков пальцев. Я прикрыл рот ладонью, чтобы не закричать. Слёзы брызнули из глаз. Боль дикая. — Куда же ты?! — снова спросили меня, и тут раздался глумливый смех всей компании. Я попытался вырваться, но боль в руке не позволила этого сделать. Так только хуже... Один из сволочей оторвал кусок ткани от моей футболки и запихнул его мне в рот. Я прикусил язык, больно. Почувствовал привкус металла во рту и на тряпке. Вырваться не получалось — с вывихнутой рукой долго не сможешь сопротивляться. Меня потащили к кустам, уроды. Слёзы текли ручьями. Страшно мне было до одури, черные круги перед глазами мелькали. Я видел вдалеке вспышку, затем еще одну. Земля вздрогнула, и снова послышался раскат грома. Боже, прошу тебя, пусть здесь и сейчас что-нибудь взорвется. — Вот мы и пришли, красавица! Меня толкнули, я упал на землю, мой правый бок обожгло новой волной боли. Я ощутил дискомфорт под спиной, наверное, на камень наткнулся. Черт. Хорошо хоть ребра не сломал. Но не тут-то было... Главарь банды придавил меня к земле ботинком. Пока его нога на грудной клетке, ничего страшного, камень не причинит мне вреда. — Ну, что вы стоите? Шевелитесь! Инстинктивно я начал брыкаться, но главарь только ржал над моими тщетными попытками убежать на свободу. — Я первый! — выкрикнул один из дружков урода. Я недоуменно смотрел на них, пытаясь понять, что они хотели со мной сделать. Занявший очередь расстегнул ремень на штанах... В голове моей пронеслись все матерные слова, которые я только знал. Даже те, значение которых я так до конца и не понял. Дальше я помнил все урывками. Ничего конкретного, только вспышки боли. Как они меня перевернули на живот... Боль. Я то отключался, то возвращался в реальность. Агония, темнота. Я понятия не имел, сколько это все длилось, но в последний раз я очнулся из-за света и грома. Мелькнула пара силуэтов, но я не мог остановить на них взгляд. Опять темнота. В сознание я пришел резко, не понимая, где нахожусь, но точно не возле реки. Пытался пошевелиться. — Не стоит этого делать, — тихий голос с нотками лени разнесся по комнате. Удивлено я замотал головой, но никого не увидел. Ну, точнее, я не чувствовал ничьего присутствия. — Где ты? — вырвался у меня вопрос. Испугавшись, я попытался прикрыть рот рукой, но не почувствовал ее. — Не двигайся, все хорошо. Я здесь. И он появился. Прекрасное создание. Он, наверное, инопланетянин. Высотой метра два, пепельный блондин, хотя некоторые пряди казались золотистыми, а на голове... Кошачьи уши. Мелькал кончик хвоста. Одет незнакомец был в голубую тунику. Ниже, к сожалению, я ничего не видел. Глаза создания смотрели пристально, вертикальный зрачок немного меня пугал. Но цвет глаз был такой теплый, золотой... Обладатель такого цвета глаз просто не мог быть злым. У него были тонкие черты лица, красивый, практически идеальный нос, брови вразлет. Ушки задергались. Не удержавшись, я хихикнул, но он только тепло улыбнулся в ответ и вышел, ничего больше не сказав. Странный. А может, и нормальный, кто их, инопланетян, знает. Я снова отрубился...