Они не такие

Временное перемирие - как хлипкий мостик. Один неверный шаг, и ты летишь в пропасть, без права что-либо изменить или вернуть назад. Выписавшись из больницы, Виктория вернулась домой к Тиллю. Они продолжили изображать из себя счастливую пару, но на самом деле всё изменилось, перевернулось вверх дном. Теперь она смотрит на него с опаской, боится близости с ним, вздрагивает от каждого его прикосновения. Но она всё же решила дать ему ещё один шанс. Да и себе, наверное, хотя и прекрасно понимала, что ничего не выйдет. Она знала, что ошиблась, прочувствовав на своём опыте, что быстрые браки на самом деле ни к чему хорошему не приводят. Она видела, что их брак держится на тонюсенькой ниточке, которая вот-вот оборвётся. Даже несмотря на то, что Линдеманн старался во всём угодить своей жене, быть обходительнее, нежнее и не повторить главной ошибки. Мысли Виктории настолько затянули её в своё царство, что, когда Тилль резко затормозил у здания репетиционной базы, от неожиданности она чуть не ударилась лбом о бардачок. Пройдя внутрь, она поздоровалась с ребятами и направилась к кабинету, где, как она решила, сможет спокойно доработать свои эскизы, которые должна была со дня на день сдать заказчику. Внимательно вглядываясь в экран монитора, девушка даже не заметила, как в дверь кто-то вошёл. Это был Тилль. — Чем занимаешься? — спросил он, становясь за её спиной и положив свои ладони на плечи своей супруги. — Заканчиваю заказ для Бирхоффа, — ответила она, не отрываясь от ноутбука. — Может, передохнёшь? — шепнул Тилль ей на ухо, и его руки уже скользнули вниз к груди. — Я соскучился по тебе, — выдохнул он и, отодвинув в сторону волосы, коснулся губами задней части шеи. — Тилль, я не хочу сейчас, — тихо проговорила Виктория. Её тело напряглось, и его пронзала мелкая дрожь. — Ну почему? Давай. Здесь нас никто не услышит, — продолжал настаивать он, правой рукой уже поглаживая внутреннюю часть её бедра. — Милый, я работаю. Я не настроена на интим. — Тебя кто-то трахает? — грубо осведомился он, приостановив свои ласки. — Поэтому ты не настроена на интим со своим мужем? — Кроме тебя, никто, — ответила девушка, даже не повернув голову в его сторону. Тилль начинал заводиться. Об этом говорило его учащённое, тяжёлое дыхание. Со злости он смахнул ноутбук со стола. Вика пронзительно вскрикнула от неожиданности. — Говори, с кем ты спишь, дрянь! С Круспе? — заорал он. — Да причём тут сразу Круспе? — завелась в ответ жена. — Почему чуть что, то сразу Круспе? — Виктория зарядила ему пощёчину. — А это тебе за дрянь! — бросила она и, встав со стула, направилась к двери. Тут же девушка почувствовала, как сильная рука сжимает её предплечье, и через секунду она буквально впечаталась в стену. Тилль прижал её одной рукой, положив её перпендикулярно телу от одного плеча к другому. — Тилль, не надо, пожалуйста. Отпусти меня, я прошу тебя, — на её глазах появились слёзы. — Заткнись, стерва! — рыкнул он. Вторую свободную руку он запустил в трусики жены и обрушил свои губы на её. — Тилль, — задыхаясь от слёз, в перерывах между поцелуями она пыталась вразумить супруга, но сделать ничего не могла, поскольку намертво была пригвождена к стене рукой мужа. Наконец, он схватился за оба створа её рубашки и с силой рванул в стороны. Пуговицы мгновенно разлетелись по всей комнате. Он начал расстёгивать её брюки. — Тилль, перестань. Тилль, нет! Я прошу тебя, не делай этого. Пожалуйста. Мне нельзя, — продолжала уговаривать жена, пытаясь хоть как-то увернуться. — Ты же знаешь, что твои критические дни меня никогда не останавливали, — сквозь отяжелевшее дыхание прохрипел он. — Тилль, у меня швы после прошлого раза ещё не затянулись. Остановись, пожалуйста, — в последний раз попыталась попросить она. — Да отстань ты от меня! — крикнула жена и ударила его кулаком в грудь. Мужчина, будто не услышав, продолжал осыпать её грудь поцелуями. Тогда Виктория нащупала на комоде, стоящем совсем рядом, вазу и огрела супруга по голове. Он зарычал и невольно отпустил девушку, схватившись за голову. На месте удара показалась кровь. Виктория схватила со спинки стула пальто и выбежала из кабинета. Наскоро накинув на себя верхнюю одежду, она направилась к выходу, придерживая его у воротника рукой, чтобы не засветить порванную рубашку перед ребятами. — Виктория, что с тобой? — перехватив спешащую девушку рукой, поинтересовался Рихард. — Ничего, — бросила она и дёрнула руку, пытаясь освободиться от захвата, но ничего не поучилось. — Виктория, скажи правду. Что случилось? Что он с тобой сделал? — настойчиво переспросил Круспе. — Ничего, Рихард. Мы просто поссорились, — немного раздражённо ответила она. — Отпусти меня, пожалуйста, — гитарист послушно разжал пальцы, и девушка выбежала за дверь. Рихард последовал за ней. Выскочив на улицу, Вика опёрлась о стену и дала волю слезам. Тилль снова попытался сделать это. В её мозгу крутился только один вопрос: почему? Почему он так поступает с ней? Куда же делся тот заботливый Тилль, в которого она влюбилась? Входная дверь хлопнула, и рядом с ней оказался Круспе. Он аккуратно попытался разжать её пальцы, сжимавшие пальто, чтобы убедиться в своих догадках. Но она лишь сжала их сильнее и продолжила плакать. Гитарист притянул её к себе и обнял. — Я тебя прошу, скажи, что случилось? — взволнованным голосом пытался он добиться хоть слова, но девушка только всхлипывала, подрагивая. На его рубашке растекались мокрые пятна от слёз. Он отклонился и попытался снова разжать её руку. Она поддалась. Когда пальто раскрылось, он увидел разорванную рубашку. — Что он сделал? Он пытался тебя изнасиловать? — продолжал добиваться ответа Рихард, и, когда девушка подняла на него полный слёз взгляд, он понял, что не ошибся. — Ах ты тварь! — рыкнул он и силой дёрнул дверь, открывая. — Рихард, стой, — завопила она и схватила музыканта за руку. — Рихард, пожалуйста, оставь его в покое. Он того не стоит. — Я сейчас. Никуда не уходи, — отрезал мужчина и направился внутрь. — Пауль, если что, я дома, — бросил он другу, хватая с тумбочки ключи от авто и мобильный телефон. Вернувшись на улицу, он схватил Викторию за руку и потащил к машине. Всю дорогу они ехали молча. Вика уставилась в окно, глядя на стекающие по стеклу капли дождя, который только что начался. Слёзы уже засохли чёрными дорожками на её щеках. Рихард гнал на максимально разрешённой скорости, нервно сжимая руль и время от времени поглядывая на девушку рядом с собой. Вдруг он взял её руку и легонько сжал ладонь. Она глянула вниз на сцепленные руки и слегка улыбнулась. Мужчина завернул во двор, припарковал авто у подъезда и, открыв дверь, помог пассажирке выйти. Он завёл её в квартиру и усадил на диван в гостиной. Быстро сбегав в свою комнату, Рихард притащил ей свою футболку. — На, переоденься. Чай, кофе или чего-нибудь покрепче? — предложил гостеприимно хозяин, отвернувшись и давая девушке возможность переодеться. — Сначала чего-нибудь покрепче. Водки, например. Рихард достал из серванта стопочку и два стакана. Налил девушке водки и в стакан сока, помня о том, что она всегда запивала эту гадость, а себе плеснул виски. — Держи, — он протянул заказанный напиток и присел рядом с ней. — Не чокаясь, — молвил он и одним глотком осушил свой стакан. — Не чокаясь, — повторила Виктория, выпила содержимое рюмки и сделала пару глотков из стакана с соком. Алкоголь пробежал по её горлу, обжигая его. Девушка поджала ноги и обхватила их руками. Её взгляд был устремлён в одну точку. Тело начинала пробивать мелкая дрожь истерики. Снова появились эти предательские слёзы. Рихард поставил свой стакан на столик рядом с диваном и, притянув девушку к себе, прижал её голову к своей груди. — Господи, детка, да ты вся дрожишь, — тихо констатировал он и, сжав её в своих объятиях ещё крепче, потер ей руку от локтя до плеча и укутал в плед, который лежал на диване. Потом он успокаивающе принялся гладить её волосы, пропуская мягкие пряди сквозь пальцы. — Всё хорошо, слышишь, всё позади. Я никому не позволю тебя обижать. Я обещаю, слышишь? Только прости, что в этот раз не оказался рядом, — шептал он ей в волосы, наклонив голову. — Вот ещё! — фыркнула девушка. — Придумал, за что извиняться. Прекрати, ты ни в чём не виноват. В его объятиях Виктория начала потихоньку успокаиваться и расслабляться. Дрожь прошла. Вот оно – долгожданное то, чего она давно не получала от объятий мужа. Покой. Она почувствовала себя защищённой в руках этого мужчины. Вдруг она встрепенулась и, упёршись руками в его ногу, взглянула в глаза. — Почему он не может быть таким, как ты? Таким нежным, ласковым и заботливым? Знаешь, что самое ужасное? — она снова уложила голову на грудь музыканта. — То, что завтра он снова станет на колени, будет вымаливать прощение, и я снова прощу его. — Снова? Это не первый раз? — удивлённо спросил Круспе. — Не первый, — выдохнула Виктория. — Но я не хочу об этом вспоминать, — она невольно дёрнулась, вспоминая последний инцидент. — Бедная моя девочка, — он коснулся губами её волос. Она снова опёрлась руками на его ногу и повернула к нему голову. — Спасибо тебе, — шепнула она. — За что? — не понял Рихард. — Ты всегда оказываешься рядом в такие моменты. Как будто знаешь, что сейчас мне нужен именно ты. Он гладил её щёку тыльной стороной ладони и неотрывно смотрел в её глаза. — Я всегда буду рядом, я обещаю, — выдохнул он и потянулся к ней. Поддавшись эмоциям и полуинтимной обстановке, она потянулась к нему навстречу. Их губы слились в нежном поцелуе. Его пальцы уже путались в её волосах на затылке, но Виктория вдруг резко отстранилась, разрывая поцелуй. Рихард не стал настаивать. Только для большего удобства пересадил её на свои колени, и девушка прижалась всем телом к его груди, сворачиваясь в его объятиях поудобней. Так спокойно. Умиротворение. Круспе тихо напевал какую-то мелодичную песню и массажировал кожу её головы, крепко обнимая своё счастье другой рукой. Под звуки его голоса Виктория безмятежно заснула. В дверь позвонили. «Ну кого принесла нечистая?!» — мысленно чертыхнулся Круспе. Прикинув, что это мог быть Пауль, он аккуратно, чтобы не разбудить спящую на его руках девушку, достал из кармана телефон и набрал номер друга. — Это ты трезвонишь в мою дверь? — шёпотом произнёс он. — Я, я. А ты чего шёпотом? — Дверь не заперта, заходи. Я в гостиной. Через секунду дверь щёлкнула, и в проёме арки показался Ландерс. — Тсс, — сразу шикнул на него Круспе и приложил к губам указательный палец. — Окей, — тихо ответил Пауль, заметив спящую подругу, свернувшуюся на руках коллеги. Он подошёл ближе и уселся в кресло рядом с диваном. — Как она? — Как видишь, — ответил Круспе. — Слушай, можешь расстелить мою постель? Я положу её там, а себе постелю здесь. — Конечно, — кивнул Ландерс и направился в спальню гитариста. Рихард бережно взял своё сокровище на руки и проследовал за Паулем. Уложив девушку на свою кровать, он коснулся губами её виска и накрыл одеялом. — Мой маленький ангел, — прошептал он, глядя на неё. Пауль с улыбкой наблюдал за коллегой и не узнавал его. — Рихард, это было очень… хм… мило, — улыбаясь, проговорил второй гитарист, когда они прошли на кухню. — Что именно? — не понял Рихард. — Ну, вы с Викторией. Она так умиротворённо спала на твоих руках, ты так нежно гладил ее по волосам и этот поцелуй. Это всё было очень красиво. Я не узнаю тебя, Круспе. Я не успел заметить, когда ты так изменился. — Тогда, когда понял, что я не хочу жить без этой женщины, — Рихард опёрся ладонями о столешницу и запрокинул голову. — Я влюбился, чувак, и это всё объясняет, — его губы растянулись в улыбке. — Ты знаешь, она как лучик солнышка в моей жизни. Когда она улыбается, так становится тепло на душе и появляется дикое желание жить. Сразу хочется что-нибудь делать для неё, лишь бы её улыбка не сходила с губ. Только вот вопрос: нужно ли ей это? — мечтательная улыбка мгновенно исчезла. — Тебе налить что-нибудь выпить? — Да, пожалуй, я составлю тебе компанию, — кивнул Ландерс, усаживаясь на стул. Рихард налил виски себе в стакан и, наполнив второй, протянул другу, усаживаясь напротив него. — Нужно, — ответил на заданный вопрос Пауль. — Ей необходимо знать и чувствовать, что её любят, что она нужна. Некоторое время Тилль дарил ей эти ощущения, и она растворялась в нём. И не заметила, как он изменился. Знаешь, от любви до ненависти один шаг. И чувствую, что она его сделает, наплевав на свои чувства к нему. — Ты знал, что между ними происходит? — Догадывался. Она держала практически всё в себе. И когда я спрашивал о происхождении её синяков, всё время находила отговорки. То ударилась, то Тилль просто не рассчитал силу, а у неё чувствительная кожа. И… — Ландерс на несколько секунд замолчал, раздумывая, говорить ли то, что он собрался или нет, упорно сверля взглядом стакан. — Что? — насторожился Круспе. — Тот случай, после которого она попала в больницу, — начал Ландерс. — Она тогда сказала тебе неправду. — Вот тварь! — прорычал Круспе, со всей силы ударив ладонью по столу. — Чёрт, вот же ублюдок! Но почему она ничего не сказала? — Она и мне не говорила. Я сам догадался. Видимо, она предвидела твою реакцию и не хотела этого. В этот самый момент из спальни Рихарда раздался истошный крик Виктории, на который оба резко сорвались с места. — Нет! — сквозь сон кричала она. Рихард присел рядом и, приподняв её, прижал к себе. — Тихо, тихо, — уговаривал он. — Всё хорошо, слышишь? Ты в безопасности, — нашёптывал гитарист, успокаивающе поглаживая её волосы и целуя в висок. — Здесь тебя никто не тронет. Я рядом. — Рихард! — выдохнула она, отойдя ото сна, и вцепилась в его торс руками, будто прося защиты. Её глаза снова наполнились слезами. — Всё хорошо, — повторял он. — Поспи, моя хорошая. И помни, я рядом, я никому не позволю тебя обидеть, слышишь? Когда Виктории снова удалось уснуть, ребята вернулись на кухню. — Рихард, забери её у Линдеманна. Так не может больше продолжаться, — покачал головой Ландерс. — Я не буду её принуждать к отношениям со мной. Она сама должна решить. Слушай, поздно уже, — Рихард кинул короткий взгляд на наручные часы. — Если хочешь, можешь остаться, — предложил он. — Только спать тебе придётся с Викторией. У меня диван на кухне сломался, а в гостевой ещё нет никакой мебели, — сконфужено улыбнулся Круспе. — А почему бы тебе не лечь с ней? — Я не доверяю себе. А для тебя она не представляет искушения, — пожал плечом Круспе. — Нет, Рихард, я поеду домой, а завтра с утреца подскочу, узнаю, как вы тут. Друзья пожали друг другу руки, и, когда за Ландерсом закрылась дверь, Рихард прошёл в гостиную. Тяжело опустившись на диван, он прикрыл лицо ладонями. Ему предстояло подумать о многом. Круспе проснулся от пробивающегося сквозь тюль солнечного лучика, который норовил попасть ему в глаз. Он обнаружил себя лежащим на подушке и укрытым пледом. «Виктория», — мысленно улыбнулся он. Из кухни тянулся аромат выпечки и свежесваренного кофе. Стряхивая с себя остатки сна, он проследовал по шлейфу манящего запаха. — Ой, Рихард, доброе утро, — улыбаясь, поздоровалась Виктория. — Ты давно тут стоишь? — она наклонилась, чтобы достать из духовки кексы. — Пару минут, — хмыкнул он. — На этой кухне так давно не хозяйничала женщина, — он улыбнулся, залюбовавшись картиной, которую действительно давно не видел. — Как ты? — Нормально, — отмахнулась она. В квартире Круспе раздался пронзительный писк дверного звонка. Хозяин тихо выругался и пошёл открывать, будучи вполне уверенным, что это был Пауль. Но, когда дверь отворилась, перед ним стоял Тилль. — Она у тебя? — сходу задал волнующий его вопрос Линдеманн. — Нет, — соврал гитарист. — Не ври мне. Твоя квартира насквозь пропитана её запахом. Ещё раз повторяю: она здесь? — отчеканил, выделяя каждое слово, вокалист. Рихард только открыл рот, чтоб ответить, как сзади послышался женский голос. — Рих, кто там? Ой, — вдруг осеклась девушка и застыла на месте от перепуга, успев почти поравняться с Круспе. Гитарист аккуратно, но настойчиво завёл её одной рукой подальше за свою спину. — Что тебе нужно от неё? — строго ответил вопросом на вопрос Круспе, преодолевая дикое желание разбить другу лицо. — Я могу поговорить со своей женой? — Говори. — Наедине, — упорствовал Тилль. — Нет. Говори при мне, — не уступал хозяин квартиры. — Она моя жена! — взревел Линдеманн и схватил гитариста за грудки. — Правильно, жена, а не кукла. И у неё есть чувства, — он ударил вокалиста по руке, и тот отпустил футболку. — Рихард, — Виктория положила руку ему на плечо и, когда он повернулся к ней, слегка кивнула. — Ты уверена? — переспросил он. — Ты не должна, если не хочешь. — Я уверена, — тихо ответила она. — Ты иди, пей кофе, я сейчас подойду. — Хорошо. Если что, я рядом, — он сжал её ладонь в знак поддержки. — Спасибо, — кивнула в ответ она. — Говори, — равнодушно бросила Виктория, когда Рихард скрылся на кухне. — Ты спала с ним? — Во-первых, я тебе вчера сказала, что мне ещё нельзя, а во-вторых, он - не ты, и как истинный джентльмен спал сегодня на диване в гостиной. Ты за этим пришёл, чтобы узнать, спала ли я с ним? — Нет. Я пришёл просить прощения. Рихард прав. Я поступал с тобой непозволительно. Но я по-прежнему люблю тебя, — он попытался обнять Викторию, но та отгородилась от него руками. — Не прикасайся ко мне, пожалуйста. — Ладно, — он примирительно поднял руки перед собой ладонями к ней. — То, что ты делал, Тилль, это не любовь. Это § 177* и 223** Уголовного кодекса Федеративной Республики Германия. — Ты простишь меня? Я клянусь, это было в последний раз. Я больше никогда так не поступлю. — Тилль, тебя не остановило даже то, что ты довёл меня до больничной койки, а сейчас ты мне в очередной раз клянёшься, что это больше не повторится? Мне надоело ждать, правда. Я не могу больше жить в этом кошмаре. Я просто боюсь тебя. Как думаешь, каковы шансы таких отношений? Нулевые. И как бы мне сейчас не было тяжело, но я должна сказать тебе, что я подаю на развод. У меня больше нет сил терпеть. Чаша переполнена. Я ждала до последнего, потому что любила, а ты раз за разом монотонно откалывал и уничтожал кусок той любви, что я хранила в своём сердце. Методично выжигал её. Вчера был уничтожен последний. — Ты уходишь к нему? — сдерживая весь коктейль подступивших эмоций, спросил Линдеманн. — Я ухожу от тебя, Тилль. — Виктория, — он стал на колени и стал целовать её руки, — не бросай меня, пожалуйста, — просил супруг. — Я же люблю тебя. — Нет, Тилль, это всё. Я не могу так больше. Не делай этот момент ещё тяжелее, — она забрала от него руки. — Уходи, пожалуйста. Линдеманн молча кивнул и, встав с колен, развернулся к лестнице. Когда Виктория закрыла дверь, в подъезде послышался оглушительный грохот. Судя по всему, связка железных почтовых ящиков приземлилась на бетонный пол. Девушка дрогнула от перепуга. Войдя в кухню, она оперлась руками о стол. Рихард придвинул к ней стакан с виски, Виктория одним глотком накатила содержимое, даже не скривившись. Гитарист подошёл ближе, обнял девушку, прижав её голову к своей груди, и успокаивающе провел ладонью по её волосам. — Ну, чем хочешь сегодня заняться? — спустя несколько минут спросил он. — Пожалуй, начать бракоразводный процесс, а потом заняться поисками квартиры, — она отстранилась от него, чтобы видеть его лицо. — Ты можешь оставаться у меня сколько нужно. — Спасибо, Рихард, но я не хочу стеснять тебя. — Не выдумывай, Виктория, ты ни капли не стесняешь меня. — Спать на диване всё же не так удобно, согласись? — она легонько толкнула его кулаком в плечо. — Я могу завезти сегодня в гостевую новую кровать. Давно пора было это сделать. Их разговор снова перебил дверной звонок. — Да чтоб тебя черти ебали! — выругался Круспе, открывая дверь. — Тебе что, не ясно было сказано? — По поводу? — спокойно ответил гость. — А, это ты, Пауль, проходи, — впустил друга Рихард. — У тебя в подъезде что, ураган прошёлся? — хмыкнул Ландерс. — Линдеманн заходил, — пояснил гитарист. — А. Ну это всё объясняет. И что? — поинтересовался Пауль. — Виктория сказала ему, что подаёт на развод. Кофе? — предложил хозяин, проходя на кухню. — Не откажусь, — согласился Ландерс. — А это ты молодец, Виктория, правильно, — добавил он, следуя за коллегой. — Да, а к адвокату мне придётся ехать в твоей футболке, Рихард, — прыснула от смеха Виктория, сделав глоток ароматного напитка и бросив взгляд на свою одежду. — Ты можешь пока надеть что-то из вещей Киры. Пока не заберёшь свои. В моём шкафу, кажется, остались какие-то её футболки. Вы почти одной комплекции, — Рихард оценивающе скользнул взглядом по девушке сверху вниз. — Круспе, ты мне льстишь, — хмыкнула она, прекрасно помня, что у дочери гитариста более аппетитные формы. _______________________ * § 177 УК ФРГ. Принуждение к сексуальным действиям: изнасилование. ** § 223 УК ФРГ. Телесные повреждения или нанесения вреда здоровью.