"Пророк" бы удавился... Или Твоя, моя... Наша тайна.

Согласитесь, мало приятного – быть бесцеремонно спихнутым ни свет ни заря на пол своим обожаемым возлюбленным после, страшно сказать, вашей первой ночи любви… Он ее, может, всю жизнь ждал – пять лет-то точно! И тут такой облом – ни тебе здрасте ни до свидания, – то есть ни ленивых утренних ласк, ни даже поцелуев. Ни-че-го. Это обидно, нет? Вот Драко тоже так считал. К тому же, при этом его, такого всего милого и сонного, с художественно растрепанными волосами и улыбкой на зацелованных губах, еще и ускоряющим пинком ссудили. Потом, правда, догнали то ли извиняющимся, то ли издевающимся, смущенным чмоком в краешек губ и… Да! Самое интересное, что после ему в руки, помимо прочих вещей, сунули мантию, которая невидимка и о которой знали до того лишь самые близкие Гарри люди, со строгим наказом: - Не шалить и прохожих по пути не пугать, и не лапать! - Да Мерлин упаси! – Восхищенно принял Малфой сей дар, совершенно позабыв о какой-то там обиде. – Всегда подозревал наличие у тебя чего-то подобного! Откуда? - Наследство, – отрешенно отозвался Поттер, настороженно озираясь по сторонам гриффиндорской спальни, – Драко, пожалуйста, мы и так чуть не проспали, поторопись, а? - Ты разбиваешь мне сердце! – Притворно горестно схватился за грудь тот, но мантию натянуть поспешил, как, впрочем, и неслышно двинуться к двери. – Увидимся за завтраком, любовь моя. - Я не… – Начал было снова гнуть свое Гарри, сердито нахмурившись в сторону выхода и уже невидимого любовника. Но блондин опередил его: - Знаю-знаю, ты не мой, и уж тем более не любимый. Просто маленький грязный секретик. – Бархатно рассмеялся он с порога и выскользнул в коридор, не дожидаясь от упрямого, почище того барана, брюнета дальнейших возражений или чего потяжелее слов. *** - Драко… Драко!.. – Забини уже практически шипел от досады. - М-м-м?.. – полувопросительно протянул Малфой-младший, почти любовно разглядывая свежие румяные булочки с маком и стакан взбитого холодного молока, появившиеся перед ним сразу после овсянки с черничным вареньем, – Добби никогда не забывал вкусов своего маленького господина. - С тебя Поттер глаз не сводит… - Хм… Гойл, а ну-ка, отбери-ка у Блейза кубок – тыквенный сок никак забродил, а мне еще с ним зелье у крестного весь урок доваривать… – все так же задумчиво любуясь своим завтраком, хмыкнул Драко в ответ. - Он. На тебя. Смотрит. Уже полчаса. Уставился, словно на восьмое чудо света. Драко! – Продолжил настаивать на внимании лучшего друга брюнет. - Вот видишь, даже до Шрамоголового, наконец, дошло, что я божественно прекрасен, а ты все так же считаешь себя привлекательнее… – Все-таки соизволил повернуться к однокурснику блондин и даже милостиво проследил за его внимательным взглядом. – Ну смотрит, ну и что? - Что-то задумал, явно, – заключил Блейз, с трудом отрываясь от точеного лица Избранного. - Ты, правда, считаешь, что он умеет? – скептически фыркнул Малфой, незаметно делая возлюбленному «страшные глаза», и вновь вернулся к неспешному поглощению своей потрясающе аппетитной пищи. Но ненадолго, ибо был снова прерван: - На твоем месте я бы принял меры, – враждебно нахмурился Забини, утаскивая с тарелки друга одну булочку. - Какие, хотелось бы знать? – Выгнул одну бровь Драко, ревниво придвигая оставшуюся выпечку вплотную к себе. - Ударить первым, например? - Мерлин, Блейз… – укоризненно протянул блондин в этой своей неподражаемой манере. – Иди, прокляни кого-нибудь из хаффлпаффцев, – они все равно не заметят, – раз уж так хочется… А у меня еще эссе по Трансфигурации не написано… И на всяких там лупящихся на мое сиятельство Поттеров у меня времени нет. С этими словами Малфой прикончил последнюю булочку, допил молоко, вытер губы собственной салфеткой с вышитой серебром монограммой и вытянул из сумки девственно-чистый пергамент. Забини недовольно закатил свои чуть раскосые синие глаза и, тяжело вздохнув, продолжил свой прерванный в самом начале слежкой за ненавистным гриффиндорцем завтрак. Драко же тем временем, прошептав над «ненаписанным эссе» одному ему известное – чуть темномагическое, но кого это волнует? – заклинание, по привычке погладил любимое иссиня-черное перо и аккуратным летящим почерком вывел: «Я, конечно, в курсе, что чертовски хорош, но может, ты уже перестанешь на меня так ПЯЛИТЬСЯ?» Ответ не заставил себя ждать: «Этой светловолосой змее справа от тебя, значит, можно, а мне нельзя?!» Малфой изумленно вытаращился на корявую строчку так, будто она грозилась его укусить. Но вместе с тем где-то внутри незамедлительно почти физически ощутимо разлилось что-то обжигающе-горячее и приторно-сладкое, словно топленый шоколад: «Светловолосой? Пенси, вообще-то, брюнетка… – Непонимающе огляделся вокруг себя блондин и тут же приписал: – Ты о Дафне, что ли?» «Не знал, как ее зовут, и знать не желаю, но если она не прекратит так откровенно пускать на тебя слюни, я…» «Что?» – Любопытно поднял на возлюбленного взгляд Драко. «Я… Я тебя стукну! И укушу! И…» – отрывисто черканул зло и мило раскрасневшийся Гарри так, что прорвал пергамент в нескольких местах. Ладно, хоть перо не сломал. «Ха, а если пускать на меня слюни не прекратишь ты, то что-нибудь подобное сделает твой обожаемый Уизли, но уже с тобой – он дожевывает последний блинчик и, когда, наконец, вернет тебе все свое щенячье внимание, наверняка заметит твой прямо-таки нездоровый ко мне интерес. Вот мой Блейз заметил почти сразу, а твой – ну что возьмешь с идиота… Но все же… А там за ним и весь Большой Зал будет в курсе, потому как это рыжее и долговязое нечто просто-напросто разорется как потерпевшее… Так что ложку в руку, глаза в тарелку, и вперед. А я жду тебя на Зельях…» – Подмигнул любовнику Малфой и, грациозно поднявшись из-за стола, вызвав тем самым шквал влюбленных вздохов со всех сторон, – не только со слизеринской, – привычно неспешно прошествовал к выходу из Зала. Его верные телохранители двинулись следом. А за ними и все остальные пятикурсники со «змеиного» факультета. *** - Тут тесно. И темно. – Недовольно поморщился Гарри, уже во второй раз пребольно ткнувшись локтем в какую-то полку. И услышал, как Драко шепнул: - Люмос! – и, отложив свою палочку с едва теплившимся на конце голубоватым огоньком в сторону, ехидно добавил: – Ты сам меня сюда затащил. А после, опустившись на колени, невозмутимо продолжил стягивать с него потрепанные джинсы вместе с бельем, целуя постепенно оголяющуюся, нежную кожу плоского, даже чуть втянутого, живота и стройных бедер. - Я просто… - Просто уже не мог ждать. – Не вопрос – утверждение. – Ты уже весь мокрый… Что, так понравилась прошлая ночь?.. - Черт, будь ты проклят, чувствую себя последней шлюхой… Но да, да, понравилась… Скорее же, Драко, у нас мало времени – Рон и впрямь на меня как-то странно косится… А в следующее мгновение… *** Тонкие, но умелые, кажется, от природы, губы обхватывают темно-бурую, набухшую головку, нежно посасывают, и брюнет захлебывается вдохом. Не менее тонкий и умелый, обильно смоченный слюной палец легко скользит внутрь дрожащего от вожделения тела, следом протискивается второй и третий, и Гарри приглушенно стонет в свою предусмотрительно поднесенную ко рту ладонь, другую путая в шелковых прядях пепельного оттенка. А Малфой, напоследок игриво подразнив дырочку уретры языком, поднимается с колен и, легко приподняв любовника над полом, властно заставляет его обхватить себя ногами за талию. Крепко прижимает к себе, словно хочет спрятать внутри, где-то под кожей, вплавиться друг в друга, стать единым целым, чтобы никому… никогда… чтобы только его… Торопливо расстегивает собственную ширинку, приспускает брюки и… На этот раз все резко, грубо, быстро, – они ведь торопятся, – и уже через пару минут этой гонки со временем почти задыхающийся Поттер сильно сжимается вокруг любовника, толкая его на край… и за него. И, по-прежнему не отрывая взгляда от в кои-то веки раскрасневшегося лица и влажных серых глаз напротив, кончает сам. А когда в голове чуть проясняется, понимает, что ему все равно… Мало. Отчаянно мало. «Господи, да что же это такое… когда я успел так вляпаться?..» – думает Гарри обреченно. И покорно, – нет, охотно даже, – с затаенной нежностью отвечает на благодарные поцелуи своего… Любимого. *** - Мистер Малфой, мистер Поттер, в следующий раз будьте любезны все же дотерпеть до конца урока, – холодно раздалось у них за спинами, когда они, крадучись, наконец выскользнули из кладовки. Парни синхронно пораскрывали рты, потом так же синхронно их захлопнули так, что челюсти звучно клацнули, и опять же единодушно начали нести такую чудовищную околесицу, что… - Хватит, Бога ради, мое терпение исчерпалось еще вчера. Марш из подземелий – у вас Чары через пять минут. *** «Эм… и что это было? Я думал… В общем, жалел, что не оставил завещания, а он… Ну вот чего ты лыбишься, а, белобрысый ты дьявол?!» – Возмущенно написали Драко на зачарованном пергаменте, едва Флитвик успел поздороваться с курсом. «Одобрение… – ответил на это Малфой и вновь широко улыбнулся – именно улыбнулся, а не ухмыльнулся как всегда. – А значит, готовься – нас ждут веселенькие выходные в Малфой-Мэноре…» «Очень надеюсь, что у твоего отца слабые нервы…» «И не надейся даже. Он будет счастлив подвести тебя к алтарю, прямо ко мне…» «Через мой труп.» «Посмотрим…» От автора: Не умею я писать ПВП. А и плевать. ;)))