10. Конфузы
27 февраля 2014 г., 20:59
Проснулась я рано. Солнце ещё и вставать не думало, а мне уже никак не спалось и не дремалось. Вокруг был лес и тихо как в танке. Только народ вокруг храпел. Мне вспомнилось, как храпел мой папаня. Обычно я под храп засыпаю, но сейчас у меня были куда более прозаичные желания. В кустики хотелось. Глубоко вздохнув, я поднялась на ноги и, молясь всем известным мне богам, чтобы этим двум братьям-акробатам, по неизвестной мне причине отсутствующим в лагере, не приспичило прерывать меня в самый ответственный момент, направилась на поиски тех кустов, которые мне покажутся более-менее заманчивыми. Правда, сначала я убедилась, что Орн дрыхнет. Неожиданностей, как вчера, не хотелось.
Лес как лес. Вот берёзка стоит симпатичная. Из дупла кто-то смотрит. Аааа… Это, наверное, то самое дупло, в которое вчера Кили полез. Интересно, кто там сидит?
Заманчивые кустики отыскались далеко не сразу… да и свободными не были. Да что ж не везёт-то так? Прислонившись к дереву, спиной ко мне стоял Фили. Отличила я его, честно говоря, только по светлой макушке.
Я уже хотела было его окликнуть, даже рот открыла, но до меня долетел явно приглушённый стиснутыми зубами стон… и в этот момент до меня, дуры, наконец, допёрло ЧЕМ он там занимается. Ой-ой, надо валить отсюда! СРОЧНО!
Пока моё любопытство не взяло верх, я, ругая себя последними словами, попыталась быстренько смыться, чисто физически ощущая, что покраснела до самых кончиков ушей (про щёки я вообще молчу), и вроде мне удалось отойти уже на приличное расстояние, как… неожиданно я почти врезалась в Кили. Тому пришлось схватить меня за руки, чтобы я не шлёпнулась пятой точкой об землю. Да они что, сговорились?
— Ты Фили, случайно, не видела? — спросил парень, как-то странно на меня поглядывая.
— Нет! — не задумываясь, выпалила я, снова краснея.
И пока никто ничего не заметил, нырнула в ближайшие кусты, припустив мимо ошарашенного гнома, да куда-нибудь подальше. О господи! Ну что же это такое? Такого конфуза у меня давно не было! Нет, я ничего такого, конечно, не имела в виду. Мужики же, они и в Африке мужики, хоть и гномы, и, понятное дело, утренние проблемы и всё такое, но нарваться… Чёрт! Чёрт! Чёрт! Главное, чтобы теперь Кили не рассказал брату… да и вообще, лучше бы никто не догадался! Надо же было ТАК вляпаться…
От таких невесёлых размышлений меня оторвали всё те же физиологические потребности. От того, что мне вроде как стыдно, писать не расхотелось.
Вернувшись в лагерь, я обнаружила, что парни ведут себя как обычно. То ли Кили не рассказал брату, что встретил меня на тропинке лесной, то ли просто решил, что сам попал в неудобный момент, но вели они себя вполне нормально. Это не могло не радовать.
Лагерь опять собирался целый час. Сначала целый час ушёл на то, чтобы съесть ХОЛОДНЫЙ завтрак. Нет, казалось бы, что тут париться? Заглотил за пятнадцать минут всё, что дали, и пошёл. Но нет же… Потом ещё час собирали манатки. А я расчёсывала Смолу. Лошадка фыркала и тыкалась мордой мне в ухо. Пару раз она меня даже чуть не уронила.
Наконец можно было ехать. Впорхнув в седло (я-то уже давно была готова), я похлопала Смолу по холке. Лошадка фыркнула, тряхнула гривой и пошла без всяких претензий. Что не могло не радовать. Лошадка-то с характером. Так и потянулись длинные и не слишком уж наполненные событиями дни путешествия.
***
Мы ехали уже четвёртый день. К скукоте я привыкла. С парнями перезнакомилась. Нормальные ребята вроде. Все, кроме Орна. Я как-то случайно подслушала его разговор с другими мужиками. По ушам мне, конечно, за такое, но уж больно интересно было про себя любимую послушать. — Она несносная! — жаловался мужик. — Я к ней уже и так подкатывал и этак, не хочет и всё тут. — Так ты её на сеновал затащить хочешь, что ли? — спросил усатый парень (как я успела узнать, его звали Кел). — Ну а куда ещё? Женщины для того и предназначены! — Вряд ли тебе что-то светит. Вест — особа себе на уме. К тому же не страдает отсутствием ума, как те разносчицы в трактирах, с коими ты раньше имел дело, — встрял в разговор мужчина в возрасте по имени Мун. — А чем отличается? Вроде всё на месте? А про ум, я бы не говорил. Вон, рядом с гномами всё вертится. Может, она с ними обоими того? — Чего? Мужик, ты с дуба рухнул? Какое того? А тем временем Мун сделал то, что так хотела сделать я — дал Орну звонкую оплеуху. Тот, громко возмущаясь, тёр затылок. А Мун даже вступился за мою честь (эх, было бы чего защищать): — Ты слишком много о себе думаешь и слишком высоко себя ставишь. Отстань от девочки. Ручаюсь, что с гномами у неё, кроме зарождающейся крепкой дружбы, ничего нет, да и девочка она честная. — Ты сам-то в это веришь? — выплюнул Орн. — Ты слеп, Орн. Просто отстань от девочки. Она не по тебе. Мне было приятно, что за меня заступились. Очень (ещё бы, тут и ежу приятно будет). Муну я реально была благодарна. Дальше слушать было бесполезно, потому что все как-то резко перевели тему, и я, выскользнув из своего укрытия, вернулась к гномам. Что-что, а дружба действительно постепенно завязывалась. Они оба были весёлые, ловящие моё настроение с полпинка. Кили учил меня стрелять из лука, Фили переучивал правильно держать нож. Спали они всё так же — по бокам от меня. Это было даже удобно. Во-первых, меньше дуло, во-вторых, оба храпели, что помогало мне быстро уснуть, и в-третьих, Орн не лез ко мне, пока они были рядом. Как-то на привале я призналась Фили, что он и его брат, вообще, первые гномы, которых я вижу, на что он рассмеялся и спросил, что я о них слышала. Я честно выдала несколько маловажных фактов. — Мы можем тебе рассказать всё, если хочешь, — вклинился Кили в разговор, шлёпаясь рядом. — Ходят легенды, что Аулэ, которого мы зовём Махал, создал семерых родоначальников гномьих королевских линий. Один из которых был Дурин I. Они были созданы ещё прежде, чем в Средиземье пришли эльфы, но Махал погрузил их в долгий сон… С этого всё и началось. Помимо стрельбы у меня появился ещё и курс истории. Не то чтобы я была против, как раз наоборот. Это было интересно. В конце концов, должна же я знать историю мира, в котором живу, хоть и с точки зрения только одной из рас. Ребята рассказали мне всё, что знали сами. Точнее, Кили рассказывал, а Фили иногда что-то дополнял. Умолчали, правда, гномы о паре важных фактов, которые я узнала позже, но не будем забегать вперёд. Пока всё шло своим чередом. То есть мы медленно продвигались по Восточному тракту в сторону Бри. И если бы не парни, я бы давно сдохла от скуки. А мне ведь, в отличие от них, ещё и обратно переться. Привал объявили раньше обычного, ещё даже не стемнело, а народ уже ужинал. После ужина, как обычно, был слегка выветрившийся эль, а потом Кили учил меня стрелять. К слову, когда в своём мире я училась стрелять из пневматики — это вообще не похоже. Прицел даже близко не стоял. Всё на глаз. Это расстраивало, но, к сожалению, огнестрела в этом мире нет. — С каждым днём всё лучше! Смотри, когда-нибудь будешь стрелять лучше, чем эльфы. Моего братца ты уже почти переплюнула. Я хмыкнула. Похвала Фили, конечно, ничего общего с действительностью не имела, но мне всё равно было приятно. Я заулыбалась во все свои тридцать зубов, зажмурившись от удовольствия. Кили смеялся, Фили улыбался, а я таки ещё раз убедилась, что главный клоун в нашей компашке — это я. Многие (особенно те, кто дежурил в последнюю очередь прошлой ночью) уже укладывались спать. Мне вот спать не хотелось совсем. Во мне бурлила энергия. И тогда чувак, который заведовал караваном (как они там называются), сказал, что я дежурю. Не, вы прикиньте? Я! Дежурю! Вместе с Фили, правда, но всё равно. Это ж какая ответственность. В общем, я вся светилась и пребывала в самом что ни на есть прекрасном расположении духа. Правда, только первые пятнадцать минут. Итак, мой вывод: дежурить — дико скучно. Сидишь, пялишься в потухающий костёр и прислушиваешься к доносящимся из леса звукам. А в лесу только птицы да звери. Так и сидишь… И сидишь… И снова сидишь. СКУЧНО! — Расскажи мне что-нибудь, — попросила я у Фили, который сидел рядом и опять курил трубку. Ну сколько можно, а? Даже я столько не курю! — Что тебе рассказать? — Ну… Кили остановился на Троре — короле Одинокой Горы. — И что он успел тебе рассказать? — Ну, то как при Троре нашли сердце горы — Аркенстон. После чего у него помутился рассудок, и он стал собирать золото в неимоверных количествах. А потом прилетел злобный дракон и всех из горы из-за этого золота вытурил. — Не просто вытурил... — О, этот к моим словечкам уже привык. — Он пожрал кучу народа и теперь спит на сокровищах, которые ему не принадлежат. — Вот и я об этом же. — Это ведь не шутки. — Фили явно то ли разозлился, то ли расстроился. Интересно, что я опять сделала не так? Я сделала как можно более спокойное лицо, с эмоциональными личностями лучше разговаривать спокойнее. А то ненароком разбудишь в них психов, и что потом с этим делать? — А я и не шучу. Мне интересно продолжение. Я не могу делать выводы сплеча, не услышав всей истории. Гном подумал, а потом сказал: — Знаешь, из меня не очень хороший рассказчик. Попроси Кили, он расскажет куда лучше. Я внимательно посмотрела на белобрысого. Обидела? Чёрт бы побрал мой длинный язык. И несдержанный цинизм. — Слушай, если я обидела тебя, то… — Нет, что ты. Просто я, правда, не очень хороший рассказчик, особенно по этой теме. Фили улыбнулся и попытался потрепать меня по голове. — Слушай, да что вам моя башка всем покоя-то не даёт? На ней что написано «растрепи меня»? Фили хмыкнул, но руку убрал. Так и сидели в тишине. Незаметно для себя я задремала. Вынырнув из полудрёмы, поняла что меня кто-то куда-то тащит, и что вокруг темно. Открыв один глаз, я уткнулась взглядом в золотистую прядь. Подумав, что в этом случае всё в порядке, я не успела додумать фразу про себя, провалилась обратно в сон.
