Does anybody know what we are living for?

Прошли ещё сутки, мне надоело трястись на лошади, и, привязав поводья к одной из повозок, я шла рядом, попутно болтая с Муном. Он как раз рассказывал мне о том, что три года назад его жена родила ему первенца. Это показалось мне странным, и я спросила: — Мун, а сколько вам лет, если это не секрет, конечно? — Да какие тут секреты. Недавно вот пятьдесят четыре стукнуло. А жинке моей тридцать два прошлым летом. Интересный факт. А в Средиземье все так поздно рожают или это просто отдельно взятая семья? С чего меня вдруг заинтересовал сей вопрос, я и сама не знаю, но именно за такими размышлениями меня и застали проезжающие мимо братья-гномы. — Что это ты Смолку бросила? — весело спросил Кили. — Я её не бросила, а дала ей отдохнуть от бренного груза, — не выходя из задумчивости, ответила я. Сзади послышалось громкое фырканье, и в затылок мне уткнулась морда… Стоп… Морда? Резко обернувшись, я увидела пони. — Фили, следи за своим животным, а то я останусь или без волос, или без головы, — заверещала я, вытаскивая кончик своей косы из пасти этого монстра. — Плохой пони! Отдай волосы! Это единственное моё достояние! Гном громко рассмеялся, но всё-таки потянул поводья, отвлекая пони от пожирания моих волос. Но всё равно кончик косы стал конкретно так обслюнявленным. Фу! Я попыталась вытереть его рукавом, но видимых успехов в этом не достигла. — Я с тебя спрошу за моральный ущерб, ржущее недоразумение, — прошипела я в морду пони. Потом я попыталась кинуть в белобрысого засранца поднятой здесь же шишкой, но не успела… Потому что в паре сантиметрах от меня просвистела стрела с чёрным оперением и вонзилась в мешок, лежащий на повозке. Парни отреагировали быстрее, чем до меня дошло, что же это, вообще, такое было. Я ещё даже опустить руку не успела, когда они пришли в движение. — Засада, — заорали они чуть ли не в один голос. Кили спрыгнул с пони, натягивая снятую тетиву на луке и вытаскивая стрелу из колчана за спиной, он делал это очень быстро и не задумываясь, но всё равно не успел, его сбило с ног что-то несуразное, страшное и противное. Вот чёрт! Орки! Лук Кили отлетел ко мне под ноги, стрелы рассыпались по земле. Не особо задумываясь о том, что же такое делаю, я схватила лук и с десяток отлетевших мне под ноги стрел… Думаете, я кинулась в драку? Ага, счаз! Вы орков, вообще, видели? А если в первый раз? А если живых? Короче, я рванула в сторону и закатилась под повозку. Меня всю колотило, и я пыталась успокоиться. Безуспешно. Надо ж было так попасть? Мама, ну почему ты родила меня такой? Сидела бы дома, ела бы печеньки! Вместо того, чтобы трястись под повозкой. А потом до меня дошло, ЧТО именно я держу в руках! А ведь это идея! Стрелять из положения лёжа нереально сложно. А если при этом ещё и пошевелиться нормально не можешь, то вообще, кабзец полный. Пришлось развернуть лук параллельно земле и использовать его на манер арбалета. Я взяла одну из стрел и попыталась натянуть тетиву. Вообще-то, она, зараза, тяжёлая, а уж из такого положения, как у меня, и вовсе пиздец. Тетива выскользнула у меня из пальцев, порезав на сгибе и больно ударив по левой руке (оказывается, куртка задралась, и теперь на обнажённой части тела была слегка рассечена кожа), но мне было не до того, я высматривала, не задела ли я случайно никого из наших. Стрела с жёлтым оперением торчала точно во лбу орка, прижимающего Кили к земле. Гном был так удивлён, что чуть не прозевал летящий сверху ятаган. Вдохновлённая своей удачей, я достала вторую стрелу и выстрелила уже вполне осознанно, шипя от боли в порезанных пальцах. Бой шёл нешуточный. Я чуть не заорала, когда прямо передо мной упала орочья голова, разбрызгивая вокруг кровь. Фу, гадость. Это только в книжках всё так красиво и героично, а тут… Мама, роди меня обратно! Но я исправно стреляла ровно до того момента, пока кто-то не схватил меня за ногу. Что делает человек, которого неожиданно схватили за ногу? Не знаю, что делают другие, а я заорала и попыталась наугад пнуть схватившего хоть куда-нибудь. Не попала, а в следующий момент меня уже вытаскивали из-под повозки. Перевернувшись на спину и чуть не стукнувшись башкой о дно своего убежища, я пнула уже более прицельно и на этот раз попала, но ноги моей это чудище не выпустило. Судорожно соображая, что же делать, я стукнула его по рукам луком, а потом ещё раз пнула. В общем, я сопротивлялась, пытаясь достать из рукава нож. Неожиданно голова у орка отлетела, а тело начало заваливаться в мою сторону, и я быстренько отползла, чтобы ЭТО на меня не рухнуло. — Ты в порядке? – Фуф, надо мной стоял Фили с окровавленным мечом, почему-то только одним. И протягивал мне руку. — Не знаю пока... — Я схватилась за предложенную мне руку, и парень рванул, ставя меня в вертикальное положение. Я пыталась отдышаться, но мне не дали: на нас мчалась ещё целая толпа орков. Нет, меня точно или убьют, или я сама умру… от страха. Кто-то из наших кинул мне меч, я его только чудом поймала, едва не дав себе же по лбу. И что мне, блин, делать с этой железкой? Я ж с ней обращаться не умею!!! Мама дорогая. Мне всё-таки досталось. Орк налетал в лоб с ятаганом наперевес, и спасло меня только то, что я чисто рефлекторно сунула вперёд меч, и ЭТО само на него наскочило… Но, боюсь, со всеми-то этот номер вряд ли пройдёт. Что ж делать-то? Я изо всех сил пыталась подавить панику. На меня летел ещё один орк. В общем, я решила не ждать нападения, наугад стукнув его мечом на манер палки. И перерубила орку ключицу ведущей руки… Сама в шоке. Но размышлять-то некогда: пока орк думал, как ему реагировать, я моргнула и наудачу стукнула его ещё раз, но по голове, вцепившись в этот двуручный обоюдоострый ужас обеими руками. Фу… мозги… Пока я с двумя орками разбиралась, всех остальных перебили и без меня. И слава богу!!! С нашей стороны потерь не было. Пара раненых, но ничего серьёзного. А вот перебитых орков было порядочно. А теперь представьте себе окружность метров шестьдесят, забитую под завязку окровавленными трупами, к тому же пахнущими, аки тысяча бомжей. А ещё мозги, кишки, содержимое желудка и прочая пакость. И я стояла где-то в центре этого всего… — Вест? Ты молодец! Столько орков завалить в первый раз… — Фили хлопнул меня по плечу. И только потом посмотрел на моё лицо. — Эй, ты в порядке? Я. Стою. Вокруг. Тела… Мать мою. И тут меня прорвало. Я бросилась мимо гнома в кусты. Слишком много шока и адреналина для меня было только что… Следующие минут пятнадцать меня прозаично рвало, казалось бы, и в желудке нет ничего, но меня всё ещё выворачивало наизнанку. Когда я таки выбралась из кустов, меня отчаянно шатало, перед глазами всё плыло и плясали чёрные точки, ТАК хреново мне ещё никогда не было… А я ещё считала себя крепкой дамочкой. Заметив меня, Фили молча сунул мне кружку почти ледяной воды. Её я залила в себя, не обращая внимания на немеющий от холода язык. Кайф… Возвращая Фили кружку, я заметила, что руки у меня трясутся как проклятые. Меня колотило. Стараясь не смотреть на гору трупов, я пошла искать Смолу. Пока, пошатываясь, шла, отметила краем сознания, что не одну меня выворачивало. А ещё, что добрая половина пущенных мною стрел всё-таки нашли себе цель… Жёлтые оперения торчали то тут, то там… При этом моё сознание явно взяло отпуск, потому что я очень смутно понимала, что происходит вокруг… И до меня даже не сразу дошло, что кто-то машет рукой прямо у меня перед носом, причём делает это явно довольно давно. Проморгавшись и потряся головой, я разглядела перед собой Фили. Он что, за мной шёл? — Эй, ты вообще меня слышишь? — обеспокоенно спросил он. Я-то слышу, вспомнить бы ещё, как об этом сообщить. Сразу не вспомнив, я просто кивнула. — У тебя руки в крови, — продолжил он, — и явный срез на левом предплечье. Нужно обработать рану. Всё ещё смутно соображая, о чём он вообще, я подняла руку к лицу и уставилась на неё… Чёрт, даже я понимаю, насколько дико торможу. Но заставить себя поторопиться не могла… Видимо, понимая, что реакции от меня ждать придётся долго, гном схватил меня за руку и потащил к деревьям, посадил на поваленный дуб и какой-то мокрой тряпкой стал протирать мои руки. А я всё ещё тормозила. — Это первый раз, когда ты в таком участвуешь? — спросил он, смотря на меня. Я соображала. Соображала, наверное, минуты три. — Это первый раз, когда я хотя бы просто вижу вживую подобную хрень, — прохрипела скорее, чем сказала я. — Тогда это нормально. У многих, вообще, случается истерика прямо посреди битвы. А ты ещё и помочь умудрилась. Больно? Боли я не чувствовала… Пока не чувствовала, но мозгом отдалённо понимала, что это пока адреналин не выветрится. Зато начинала болеть голова. — Нет. — Скоро будет болеть. — Знаю. Фили обработал рану на предплечье и даже порезы на пальцах правой руки. Меня начало потихоньку отпускать, и я сделала то, чего от себя явно никак не ожидала… Я разрыдалась, уткнувшись белобрысому в плечо носом, мозгом не вполне понимая, это что, вообще, такое со мной, тело действовало само по себе и слушаться отказывалось. Надо отдать Фили должное, он не испугался истерящей женщины и дал мне спокойно выплакаться… Правда, моя истерика прошла достаточно быстро… Полчаса биться, я не билась, но стыдно почему-то стало. — Извини. — Всё нормально, все через это проходят. Пойдём, пока нас не потеряли. — Он потрепал меня по голове и протянул руку, помогая встать. Первый раз я не стала огрызаться за растрёпанную макушку.

***

Смолу нашёл Кили. В пылу сражения кто-то перерубил поводья, и лошадка ухитрилась избежать ранений. Правда, и ушла она куда-то в лес, но, видать, не очень далеко. Привал отменили, заявив, что это опасно и ехать придётся всю ночь. Теперь я тряслась на спине у лошади и вздрагивала от каждого шороха. Левая рука под повязкой начала болеть и чесаться, пальцы правой сводило. Тетива перерезала их на самом сгибе. Хоть и не очень глубоко, но всё равно очень болезненно. Мне не давала покоя мысль, что мне ещё и обратно этой дорогой ехать, только такого количества народа рядом не будет. От этой мысли меня пробила крупная дрожь и снова начинало тошнить. — Не думай об этом. Всё же закончилось, — вывел меня из прострации голос Муна, — многие мальчишки твоего возраста в первой битве не могут даже пошевелиться, просто застывают от страха, а ты молодец. — Я даже подумать не успела, тело само всё сделало. Поэтому не могу согласиться. А вообще, я думала о том, что мне ещё обратно ехать. — Вряд ли здесь будет вторая засада. Обычно одиноким путникам удаётся проскочить незамеченными, а вот такой большой караван не особо скроешь. — Всё равно страшно. — У тебя хотя бы хватает смелости признать, что тебе страшно. И не растеряться в критический момент. Нечасто встретишь такое у женщины. Будь ты мужчиной, я бы сказал, что ты могла бы стать неплохим воином. — Какой из меня воин, Мун? Я и меч-то держать не умею. Да и первое, что я сделала, когда началась заварушка — спряталась, как маленькая девочка. А потом? Я думала меня наизнанку вывернет. — Все когда-то были в первой битве. Ты выдержала её с честью. А с мечом можно и научиться… — улыбнулся Мун. А потом двинулся вперёд, догоняя Кела и его брата (я не помнила, как его звали) и оставляя меня наедине с собой — переваривать полученную информацию. Мун наверняка ошибается. Ну, если подумать серьёзно, и правда, какой из меня воин? В давешней стычке я выжила только благодаря удаче. А удача, как известно, дама капризная. Наверняка он сказал это, чтобы меня подбодрить, но мне и так легче. Возможно, через пару часов, я вернусь в своё обычное состояние, по крайней мере, вздрагивать от каждого шороха мне расхотелось. Через двадцать минут я вспомнила о том, что, вообще-то, у меня есть сигареты. Странно, что я не вспомнила о них раньше. Резко захотелось курить. Руки не тряслись, это не могло не радовать. Огонёк зажигалки был совсем слабый. То ли бензин стал высыхать, то ли просто заканчивался. Вообще-то, там уже был и не бензин вовсе. Бэрд залил туда какое-то горючее масло, не знаю какое, но горело не хуже. Так вот, мои мысли уехали в совершенно другую степь, а от привычного сигаретного дыма мне стало совсем хорошо. К следующему вечеру, когда все уже валились с ног от усталости, наконец объявили привал, и я вырубилась, едва успев завалиться на одеяло. Мне снова снился тот кошмар: поляна и окружающая давящая тьма. Только наступал на меня теперь не волк, это были орки. Много орков. И снова рука, тянущая меня назад, только сегодня я успела, кроме руки, рассмотреть гриву золотисто-пшеничных волос.