Невольные выбирать

- Милорд, Вы живы? Айдан чуть приоткрыл глаза – над ним склонился уставший сер Перт. Он помог Кусланду утвердиться на ногах и не отходил далеко, опасаясь, что сын тейрна пострадал сильнее, чем кажется. - Я в порядке. Как ваши рыцари? - Целы, благодаря Вам. Но мы не нашли вашего друга, боюсь, он упал с обрыва… … Айдан прокрался вперёд, чтобы вовремя подать рыцарям сигнал. Вся тактика была обсуждена с Дайленом и Морриган. Маги в один голос заявили, что огонь – отличное решение. Лорд залез на ближайшее дерево и смог, наконец, разглядеть, как из замка почти строем вышли мертвецы. На многих была простая крестьянская одежда, мокрая от крови, но некоторые были иссушены до костей и несли проржавевшее насквозь оружие. И луки. Как эти твари будут стрелять, Кусланд не знал, а вот опасность пущенной, даже на удачу стрелы, представлял прекрасно. Он спустился вниз и быстро перекинулся парой слов с Алистером. - Не поджигайте пока баррикады, - храмовник остановил потирающего руки гнома, - нам нужно разбить их строй, заставим их разбежаться, а потом, когда они разрозненно пойдут сюда, поджарим. - Нужно избавиться от лучников, а с остальными рыцари справятся без труда, - Кусланд проверил наличие склянок с взрывающимися веществами – творения Лелианы – и махнул тем, кого выбрал для быстрого налёта на противника. Ночь, окутанная неестественной зеленью пугала Айдана, он и сам не мог понять причину, но что-то магическое всегда внушало ему, что он не сможет легко с этим справиться. А потом всё слилось в единый клубок боя, и Кусланд не мог понять, как он оказался на возвышении, куда подевался Алистер и самое главное… - Как я здесь оказался? - Думаю, виноват взрыв, - сер Перт предостерегающе подхватил неловко качнувшегося лорда и помог ему спуститься к церкви.       Банн Теган, закончив руководить сожжением тел, остановился возле колодца и кивнул Мердоку, чтобы тот зачерпнул воды. Живительная влага коснулась лица, стирая мнимую копоть и знатно бодря взволнованного банна. Когда Кусланд показался возле церкви, Теган хотел его окликнуть, но вовремя закрыл рот, наблюдая, как лорд возится с магом, ероша его волосы, и за минуту превращает измотанного Дайлена в смеющегося мальчишку. Теган вовсе не осуждал такие отношения, да ещё и сейчас, когда его семья нуждалась в помощи, но отвернулся, не желая ничего видеть.

***

      В подземелье не было крыс – маг почему-то сразу же обратил на это внимание. Тощие серые твари, которые обязаны пищать и цокать когтями сбежали от страха и Дайлен уже чувствовал, что если в этом туннеле хоронили людей, то они уже наверняка вкопались, чтобы им помешать. Наравне с грызунами в его мыслях вертелось замечание, что мертвецы ожили не с помощью магии крови, а благодаря энтропии. Это было одновременно хорошо и плохо. - Дайлен, не отвлекайся, - рука лорда останавливает ничего не замечающего Амелла. – Слышишь? - И снова мёртвые. Должно быть, маг призвал их, - протянула Морриган, ёжась от холода и сырости. Разбухшая от влаги дверь поддалась не сразу, Айдану пришлось её выбить вместе с проржавевшими засовами. Деревяшка, коснувшись камней, гулко бухнула и пара умертвий, копошившихся в камере сквозь решетку, повернулись к Стражам. - Ты?! Дайлен попятился от клетки, чем удивил лорда, не считающего окровавленного узника опасным и даже заслуживающим внимания. - Кто это? - Йован, - едва смог произнести Амелл, складывая руки на груди в защитном жесте. - Тот самый Йован? Малефикар, из-за которого тебя могли усмирить? – Айдан совсем иначе взглянул на тощего высокого мужчину с переломанными пальцами. – Хочешь поговорить с ним? Дайлен покачал головой, едва глядя в камеру. - Ты уверен, может ему есть, что тебе сказать? - Я не буду с ним разговаривать! - Хорошо, - Кусланд чуть усмехнулся такой вспышке эмоций, - это сделаю я. Айдан подошёл к камере и маг, отшатнулся от решётки ещё дальше. В сверкнувших холодом глазах не было ничего, что могло бы предвещать что-то хорошее. Йован глянул на Дайлена, отошедшего к противоположной стене и подумал, что тот, очевидно, получил от своего положения намного больше, чем он. Одет прилично, посерьёзнел, перестал сутулиться, и не боится отказывать. Йован бы хохотнул, но ситуация не располагала. - Как ты сюда попал, Йован? - Это не важно. Я отравил эрла, меня всё равно повесят, - в спину малефикара упёрлись холодные камни, такие же, как и говорящий с ним незнакомец. - Он маг крови и убийца! – Алистер зашипел, желая оттолкнуть Кусланда от клетки и расправиться с отступником на месте. – Не нужно с ним нянчиться, убей его или пусть гниёт здесь! - Спокойно, Алистер. Я уверен, что Йован знает больше, чем желает говорить. Тем более, хотим мы того или нет, он принадлежит Кругу и разумнее не вершить самосуд. Дайлен закрыл глаза – огромная волна благодарности затопила его. Он даже не мог представить, что кто-то за пределами башни может быть настолько разумен и терпелив к магам. «Сокровище. Моё сокровище».

***

      Видеть, как банн Теган извивается в угоду демону – противно и стыдно. Айдан идёт вперед, не обнажая оружия, и пытается увидеть картину отстранённо. Сгорбленная эрлесса Изольда, с синяками под глазами и всё ещё спутанной от бега причёской, молчаливая стража, которая, кажется, не видит, что происходит, банн Теган, усевшийся к ногам племянника, и с диким выражением счастья на лице, повторяющий что-то за Коннором. «Бедный ребёнок», - Дайлен видит, как демон ловко играет, отпуская поводок, позволяя жертве на секунду прийти в себя, и снова захватывает власть. Когда в комнате остаются только двое Герринов в окружении убитых стражников, Айдан, вцепившись в своё хорошее воспитание, начинает выяснять, что же произошло и кому верить. Плачущая эрлесса, раздосадованный банн Теган, едва живой эрл – в понимании Кусланда они все большая проблема и трата времени, чем Мор.

***

      Клетка издавала «лириумное дребезжание» - Дайлен отошёл подальше, чтобы звук перестал спутывать мысли. Морриган, впервые применив подобное заклинание, несмотря на усталость, была в восторге. Ведьма обожала всё красивое – золотые украшения, роскошные одежды и зеркала, но с особой любовью она относилась к сложным и редким заклинаниям. Она растянула полные губы в искренней улыбке и, чуть подпрыгивая, ушла за робко глазеющей на неё служанкой. Дайлен проводил взглядом ведьму и почти утвердительно задал вопрос: - Мы пойдем в Круг? - Да, завтра утром. Надеюсь, что все россказни про одержимых – просто байки крестьян, и ты зря переживаешь, - Айдан пропустил мага вперёд и закрыл дверь покоев эрла. Они отправились на первый этаж, где слуги отмывали кровь с пола и стен. Большинство гобеленов и статуй быстро заменили новыми, уменьшив богатство кладовых. Маг ненавидел то, что сравнивал этот замок с Хайеверским и представлял, как должно быть противно Айдану быть в Редклиффе.

***

      Алистер шел по замку несмело, словно опасаясь, что его опять отлупят за происхождение и частое мельтешение перед глазами. Он снова и снова делал круг и возвращался к кабинету эрла, где кто-то читал. Страж не знал кто внутри и, боясь, что это эрлесса, снова возвращался к своей прогулке. - Эй, храмовник, ты чего топчешься? – Дайлен, наконец, высунулся из комнаты посмотреть, что за медведь гремит доспехами. - А, это ты, я думал, что… - Алистер неловко почесал голову и снова замялся, потому что сам не знал, что ему нужно. - Иди сюда, я кое-что нашел, тебе будет интересно. Даже интереснее, чем сыр. В кабинете маг зажёг все свечи, какие нашёл и копался в книгах, лично отобранных эрлом из библиотеки. Кожаные переплёты книг сами тянулись к рукам любознательного мага, и тот открывал каждую по несколько раз. Но самая интересная сейчас лежала на столе и её Амелл протянул Алистеру, который совсем ничего не понимал. - Я уверен, что эрл хотел, чтобы это было у тебя. Не знаю, выйдет ли у нас с кругом и прахом, но я уверен, он был бы рад. Алистер открыл книгу и понял, что в его руках вовсе не текст, а замаскированная шкатулка из дерева – внутри, завернутый в шелковый платок, лежал медальон его матери и сложенное вдвое письмо. Алистер не стал их тревожить, а только прижал шкатулку к себе и от всего сердца поблагодарил Дайлена.

***

«Да что же это такое?!» В погружённой в полумрак комнате было невозможно спать. Мягкая постель, обнимающая как руки матери, была невыносима – то жарко, то холодно и самое главное – одиноко. «Я не могу спать один. Я никогда не спал один в комнате. Если я сейчас пойду к Айдану, а он спит, я себе этого не прощу. И вообще, почему ему должно быть какое-то дело до того, что я не могу спать?» Дайлен вздохнул и заставил себя успокоиться. «Я уже не ребёнок!» … Маг обнаружил себя в Хайевере. Огромные пушистые хлопья чистейшего белого снега падали и укрывали всё вокруг серебристым одеялом. Он шёл вперёд, вдыхая морозный свежий воздух, по тропинке, ведущей в гостеприимно раскрытые ворота замка. Ближайший стражник в голубоватом пластинчатом доспехе из железной коры, предложил проводить его к тейрну. Дайлен кивнул и удивился, что в стражу как-то попал эльф. Он постучал, соблюдая вежливость. Дверь сама открылась, и где-то вдалеке он услышал нежный женский голос: «Впусти меня…» Посреди главного зала на шкуре медведя сидел Айдан и читал что-то восторженному ребёнку. Кусланд выглядел совсем ещё мальчишкой, и что-то в книге увлекало его так же сильно, как и того, кому он читал. - Я обожаю драконов! – крикнул ребёнок и засмеялся. – Дайлен тоже обожает драконов, я знаю! Правда? Маг замер, глядя на обернувшегося к нему Айдана. Лорд сверкнул улыбкой и поднялся на ноги, быстрым шагом преодолев расстояние между ними. - Ответь ему, моя радость. Ты же знаешь, он не прекратит спрашивать. Дайлен посмотрел на лорда полными удивления газами. - Что? Что ты сказал? «Я подарю его тебе. Впусти меня…» - Ты сегодня рассеянный, наверное, устал с дороги. Пойдём, я прикажу приготовить ванну, и ты расскажешь всё о своём путешествии. - Я не хочу никуда идти… Мысли начали путаться, Дайлен потряс головой, прогоняя дурман. «Вы будете вместе… навсегда!» - Тебе нездоровится, ты странно себя ведёшь, - Айдан кладёт руки на лицо мага и обеспокоенно смотрит в глаза, от него пахнет чем-то травяным, словно… болотным. - Нет! – Амелл вскидывается, но «Айдан» хватает его, прося успокоиться. – Не трогай меня! Убирайся! «Больше не будет страха, смертный…» - Это только сон… Маг открыл глаза и с ужасом замер. - Не бойся, всё хорошо, - Айдан ласково гладил Амелла по волосам, шепча и успокаивая, прогоняя липкий страх и назойливый женский голос. – Хочешь воды? Жидкость в чаше подрагивала, Дайлен не мог заставить себя успокоиться. - Идём. - Куда? - В мою комнату. Здесь холодно. Зачем ты оставил открытым окно? – Дайлен выскользнул из кровати, следуя за Кусландом, утягивающим его за собой. Магу было неловко признавать, что именно этого он и хотел. В комнате Айдана, почему-то по размеру в несколько раз превышающей комнату, отданную Амеллу, было тепло и очень уютно. И ясно, что лорд не спал – на кресле лежала книга, а стол был заставлен свечами. В небольшом серебряном кубке было подогретое вино со специями, которое Айдан сразу же влил в слабо сопротивляющегося мага. - Устраивайся, - он махнул в сторону огромной кровати под балдахином из красного бархата и наблюдал, как Дайлен несмело возится с покрывалами. – И, раз уж мы ночуем в безопасности, уверен, что можно позволить себе роскошь и не спать в одежде. Я отвернусь, если ты стесняешься. Кресло скрипнуло, развёрнутое спинкой к магу, чьё лицо полностью залила краска. Он быстро разделся и юркнул под одеяло, заматываясь в кокон. Айдан налил себе ещё вина и, коварно улыбнувшись, снова глянул в натёртый до блеска шкаф, послуживший зеркалом.