Невольные выбирать

      Жертва умерла совсем недавно, так и не сказав ничего, что могло быть полезным Рендону. Его склады обчистили, людей убили и теперь, когда в городе объявился мальчишка Кусланд, всё встало на свои места. Но, по большому счёту, это не меняло ничего. Логейн заставит знать подчиниться, с Мором будет покончено и на остатках Ферелдена Хоу планировал поднять свою семью и себя на небывалую высоту. Может быть, даже вернуть старшего сына и устроить его брак с Анорой, которая весьма слаба в виде своего бесплодия и желания любой ценой сохранить власть. Рендон присел на скрипучую скамейку и снова углубился в письмо, написанное неровными быстрыми строчками, словно на колене. Очередной отчёт о неудаче, чего и ожидал эрл. Когда за его спиной открылась дверь, вошедший в комнату Кусланд не вызвал удивления. Рендон только отметил его схожесть с отцом, праведный гнев и непоколебимую уверенность в собственной правоте. Мальчишка молчал, просто смотря и не двигаясь, может он ожидал, что Хоу начнёт оправдываться. Оружие он не вынимал, только обошёл стол, замерев на секунду позади кровника, и присел на скамью напротив. Через минуту Рендону надоело слушать тишину, он поджёг письмо, отсыревшее за время пребывания в подвале, и положил его в небольшую миску, где ютилась свеча. - Думаешь, что я буду сражаться с тобой? – тихим ядовитым голосом спросил Хоу. - В этом нет нужды. Я пришёл забрать твою жизнь. То, как я это сделаю уже не важно. - Вот как, - глаза Хоу стали щёлками, а презрение столь очевидным, что Айдану захотелось отодвинуться подальше. – Это так похоже на Кусландов. Ты, кажется, не знаешь, кому нужно хранят верность, и пришёл отомстить за вымышленную несправедливость. Айдан сдержал эмоции, сделав глубокий вдох, и вспомнил… … Это Элеанора старалась вбить в своих детей при каждом удобном случае – большинство тех, с кем придётся иметь дела, будут вызывать неприятные эмоции. Ты должен сделать так, чтобы никто из них не подумал, что после разговора с ним тебе хочется помыться. Айдан никогда не понимал, зачем скрывать. Став старше, он осознал, что это невозможно скрыть до конца не став лицемером и лгуном. А через несколько лет, он узнал, что благородная маска станет лицом. Она будет проступать через кожу, имитируя жест выхватывания оружия. И не исчезнет, даже за год странствий, после потери семьи, после того как будет стираться память о принадлежности к благородному роду. В ушах отзовутся слова отца о мести, о том, что он Кусланд. «Ты должен!» И всё вернётся… Зевран, услышав разговор, придержал рыжеволосую лучницу и указал на дверь, к которой они оба приникли, сохраняя молчание. Они пропустили большую часть сцены отмщения, но было ясно, что всё движется к развязке и вмешиваться не стоит. - Я знаю, кому храню верность, - лорд чуть ухмыльнулся. – Себе. Я уничтожу тебя. Ты будешь беспомощно лицезреть это, не в силах что-либо сделать. Уже чувствуешь, как холодеют ноги? Отнимаются пальцы? Хоу сжал руки в кулаки и увидел, как посинели руки. - Ты думал, что я не ударю со спины. Что я не посмею… - Айдан встал из-за стола и взял в руки сломанный клинок. – Я заберу у тебя всё, твои титулы, земли, двоих оставшихся детей. И когда я закончу, ты превратишься в ничто, чем всегда и был. Хоу схватился за горло и захрипел, безумно таращась на Кусланда. Он собрал оставшиеся силы и выдавил: - Я заслуживал лучшего… - Смерть, - прошипел Айдан, проворачивая клинок в лице Хоу, обезображивая труп до неузнаваемости. - И ничего больше. Лорд поднялся на ноги и открыл дверь, встречаясь глазами с переполненной жалости Лелианой и непривычно задумчивым эльфом. - Что? - Мы нашли королевскую особу в верхних комнатах, она сказала, что не покинет их без сопровождения человека, которому можно доверять, - иронично доложил Зевран, сверкнув глазами в сторону предполагаемого «благородного сопровождения». - Королева Анора? – недоверчиво уточнил Страж. - Интересно. Посмотрим, как она отнесётся к идее покинуть замок через окно.

***

      Анора загасила несколько свечей и заплела ещё мокрые волосы в простую косу, перехватив её шнурком для подвязки штор. Ей не хотелось звать Эрлину, вообще звать кого на помощь. Королева чувствовала себя слабой, чего не должно было быть. Из её рук вывалилось всё, крошками сквозь пальцы утекла страна, камнем на сердце легли страшные мысли о поступках её отца и Хоу. На громкий стук в дверь она только чуть повернулась, не зная, кто может прийти в такое позднее время. Она была не одета для приёма гостей, простое светлое платье, не стесняющее движения, было скорее ночной сорочкой. Но это было не так важно, если вспомнить, как она провела время в поместье Хоу, ряженая как птица, вынужденная влезать в тряпки, которые ей подкладывали. - Входите, - королева встала на ноги, готовая приветствовать гостя и с долей облегчения склонила голову в сторону Кусланда. – Я рада, что это вы. Простите, что не приветствую должным образом, я… так устала, что у меня нет сил выплетать благородные обращения. Простите. - Я понимаю и прошу прощения, что не дал вам времени, - Айдан проверил, что дверь закрыта и расположился в кресле напротив королевы. Анора, презрев этикет, как и упавший в кресло Страж, закинула ногу на ногу и отметила, что Кусланд даже не покосился на оголившуюся коленку. - Я так понимаю, Рендон мёртв, - полуутвердительно спросила Анора, заметив, как хвостик от косы подлез под руку и забавно растрепался. – Это печально и в то же время приносит облегчение. Мне до сих пор не верится, что он отнял у вас семью. Видя, как Айдан опустил глаза, сдерживая накатившую грусть, Анора пыталась найти слова утешения, искренне сочувствуя. Элеанора была очень дорога королеве, она была настоящей тейрной, сильной, уверенной в себе и всегда готовая уместно пошутить, чтобы разбавить атмосферу серьёзности. - Я очень любила Элеанору, она всегда олицетворяла в моих глазах лучшие качества. - Я не единственный, кто похоронил дорогих мне людей. Король Кайлан… жаль, что его легенда окончилась так трагично. В полутёмной комнате повисло молчание, тихое и полное осознания утраты важного и незаменимого. Анора, переплетя ладони и восстановив душевное равновесие, раздумывала над распитием вина за более насущными разговорами. - Хотите выпить, лорд Кусланд? Я чувствую, что сейчас самое время. Усмехнувшись, Айдан поддержал идею, несмотря на недоверие. Самое страшное уже случилось, думал он, и пьяные разговоры с Анорой ничего не усугубят.

***

      В эльфинаже было противно. Мокро, грязно, уныло до отчаяния и эльфы были напуганы или озлоблены. Дайлен увидел маленькую светловолосую эльфийку, которая, заметив его взгляда, подняла на него огромные голубые глаза и сказала, что её мама уехала в Хайевер, но скоро вернётся. Айдан, глядя на малышку, словно обжёгся, подумав, что это Аметин. У девочки из-за Хоу теперь нет никого. - Это эмблемы кругов Тевинтера, - заметил ушедший вперёд Дайлен. Обернувшись к Айдану, он хотел предложить найти кого-то, кто захочет с ними поговорить, прежде чем врываться в жужжащую толпу. Недалеко от гигантского дерева эльфы устраивались так, словно ждали очереди, но бойкая рыжеволосая девушка выкрикивала просьбы образумиться. Винн, присмотревшись к мантиям и лицам, не увидела ничего благопристойного в целителях, на них была грязь от магии крови, дух поддерживающий её тревожно колыхался, предупреждая об опасности. - Нам не следует их провоцировать, - остановила Айдана чародейка. – Что бы они тут не делали, они получили разрешение от Логейна. - Наверное, если бы мы взяли с собой Зеврана, он смог бы разговорить кого-нибудь, - пробубнил под нос маг, всё больше не желая влезать в драку – из переулка вышли ещё два «целителя», что заметно ухудшало их шансы на победу. – Я думаю, что без знакомого эльфа мы тут застрянем надолго, а возвращаться и просить о помощи Эрлину… - Исключено. Она не живёт в эльфинаже, - отмахнулся лорд, глядя на рыжеволосую эльфийку. - Что будем делать? - Можем проверить переулок, - решает испробовать удачу Кусланд.       Переулки и коридоры, превращённые в дома, сошлись в одной довольно большой комнате. Тевинтерские работорговцы упаковывали эльфов в клетки и грузили их на телеги, но что больше всего поразило мага – несчастные остроухие были так забиты, что не выказывали ничего кроме смирения с судьбой. Это возмущало, даже злило, показывая слишком уж очевидную аналогию с магами и храмовниками. И драться с малефикарами было тяжелее, чем с порождениями тьмы, особенно когда рассчитывать можно только на свои природные способности. Каладриус – предводитель тевинтерцев был хорош, пользовался магией как привычным инструментом, кидая одно заклятье за другим в одинаковой последовательности, словно делал это каждый день. Что-то похожее происходило с Дайленом после Остагара. Так ему было проще и всегда помогало определить, сколько он протянет без лириума, но, в то же время, это отупляло, лишало живости и внимательности, поэтому Амелл старался всё рассчитывать в зависимости от противника. Айдан назвал это тактикой, а потом сунул в рот мага кусок оленины, попросив перестать думать о сражениях. - Вы в порядке? – лорд выломал затвор клетки и посторонился, выпуская молодых эльфов, резво заспешивших подальше, не размениваясь на благодарность. Цирион, поднявшись на ноги, покинул клетку, опираясь на тонкие холодные прутья. - Благодарю, - прохрипел он, едва не падая на пол. Винн сразу же подошла ближе, протягивая руки для исцеления и чуть погодя, помогла эльфу покинуть разрушенный дом. Свернув от венадаля на дорожку, идущую в тупик, Айдан остановился и подождал, пока эльф переведёт дух. - Вы знаете что-нибудь о «целителях»? Когда они появились? – понизив голос, спросил Кусланд, всё ещё следя за людьми, оставшимися у «лечебницы». - Несколько недель назад они пришли сюда бороться с чумой, - Цирион закашлялся на последнем слове и с благодарностью принял от Дайлена воду. - Так в эльфинаже, правда, чума? Я думал, что это отговорка, чтобы предотвратить бунт. Так сказал стражник, стороживший ворота, - маг почувствовал себя неловко, словно мог заразиться в любой момент. - Болезнь пришла недавно, после бунта. В доме для сирот произошла резня и некому было разобраться с последствиями. Мы сделали, что могли, но без нашего хагрена Валендриана это – капля в море. Выглянув из-за дерева, Дайлен смотрел на магов, запускающих эльфов в дом и не подозревающих, что их предводитель лежит в луже крови без головы за предложение воспользоваться пленниками в тёмном ритуале. - Мне неприятно это говорить, но в открытом сражении мы уничтожим эльфинаж и, скорее всего, погибнем. У нас есть бумаги, может, воспользуемся ими и после Собрания Земель приведём сюда стражников? Кусланд, глядя, как при нём в дом вошли четверо детей, не мог просто уйти, даже если шансы не в его пользу. Он не мог просто бросить эльфов и позволить работорговцам унижать его страну. - У меня есть идея, - лорд повернулся к седому эльфу, - но для её осуществления мне нужна ваша помощь. - Всё, что угодно, - мгновенно согласился Цирион.       Айдан наблюдал воссоединение семьи, и впервые чужое счастье перестало отзываться болью в груди. Цирион обнимал сына и племянника, а вытащенная почти за волосы Шианни бегала вокруг, командуя как на плацу и жалуясь, что её мужчины ничего не могут сами сделать. Она то кидалась греть воду, вытаскивать спрятанные в щелях целебные травы и мази, то обнимала всех, чувствуя, что от счастья она ведёт себя совсем не так как обычно. Кусланд, замерев в тёмном углу, не переставал думать, что из Шианни вышел бы прекрасный Страж… или жена. - Ты спас мою семью,- проговорила она, оторвавшись от протирания стола и бросив обветшалую тряпицу на край. – Я благодарна. Задница Андрасте, да это лучшее событие за прошедший год! Я – Шианни, тот, что с фингалом – Сорис, а мелкий… - Дарриан. - Верно, - девушка изумилась, что человек знает её брата. – И мой дядя – Цирион. Я так поняла, ты собираешься драться с магами. - Не совсем. Я собираюсь подождать возвращения Дайлена, чтобы у нас появился шанс победить их. Я боюсь, что те, кто поверил в ложь о лечении, бросятся на нас и поэтому мне нужна твоя помощь. - И что мне сделать? - Найти тех, кто поверит в нашу историю и сможет разогнать толпу. Ты и твой дядя могли бы договориться с несколькими эльфами, так мы избежим бессмысленных жертв. - Это разумно. И неожиданно от плоскоухого. - От Стража, - чуть нахмурился лорд. - Да, от плоскоухого Стража, - хохотнула Шианни. – А откуда ты знаешь Дарриана?

***

Собрание Земель планировалось на следующий день и Айдан, переговорив с Алистером без ведома эрла, вышел из покоев королевы с новым соглашением. Было ли в этом соглашении доля правды, он не знал. Поддержка Аноры на Собрании была бы неоценима, но Кусланд всё равно волновался, можно ли доверять дочери Логейна. Но причиной большего волнения был Дайлен. Маг ждал его в библиотеке, вернувшись из эльфинажа, где он помогал Винн исцелять больных. Естественно, помочь всем у них не получилось, но десятки детей сегодня будут спать спокойно, и Амелл был счастлив, что принял участие. Дайлена утомили сражения, и возможность проявить созидательную сторону его очень взбодрила. - Вы договорились? – не стал тянуть маг, когда Айдан закрыл дверь, и словно нехотя подошёл ближе. - Да, мы пришли к соглашению. - О, вот как, - лицо мага выражало настороженность, а руки схватились за предметы на которых покоились. – Я так понимаю, она потребовала чего-то, что тебе не нравится. - Я женюсь на ней, - не стал тянуть Кусланд, ожидая самой негативной реакции на свои слова. Глаза мага удивлённо расширились, и в комнате потянуло холодом, словно от непроизвольного выброса магии. - Женишься… - Да. - Эмм… как скажешь. Дайлен поднялся на ноги и хотел скорее выйти из комнаты, пока его не захлестнуло неконтролируемыми эмоциями, ревностью и отчаянием. - Дай, подожди минуту. Я должен тебе всё объяснить, но не сейчас, – Кусланд чуть приостановил мага, перекрыв путь к двери рукой, чтобы увидеть, что тот его понял. Амелл кивнул, не поднимая глаза от каменного пола, и неслышно вышел, оставив лорда в полумраке библиотеки.