Тридцать центов за бабочку

- Ты мне наврала! - Здравствуй, Шерлок, - пропела Анастасия, откинувшись в кресле. - Боже мой, - Холмс упал на свое место и закинул ноги на второе. – Как я мог так ошибиться? И ты мне ничего не сказала! - Но я и не согласилась, - улыбнулась девушка. – Откуда ты узнал? - Украл у Майкрофта твое досье. Мужа нет, кошки – тоже, детей – тем более. Ты из Новосибирской области. Где это? - Около Новосибирска, Шерлок, я уверена – ты уже все выяснил, - Анастасия открыла синий блокнот. – Начнем? - О, ну, конечно же, мисс я–самый-крутой-психолог! - Ребенок, - засмеялась девушка. – Мы остановились на том, что Джон народными методами – ремень и галстук – прошел с тобой наркотическую ломку. Что было дальше? - Психологическая зависимость, - раздраженно огрызнулся Холмс. – Джон меня месяц из дома не выпускал! - А ты вырывался, что ли? – недоверчиво, с насмешкой. – Что еще ты мог желать? Джонни рядом, готовит, убирает, переживает, что еще? Или ты работу любишь больше него? - Я... Одинаково. - Ну ладно. Так что произошло после? - Пришел Лестрейд; не то чтобы он раньше не умолял меня ему помочь... тогда произошла серия убийств под одним почерком. Людям выкалывали глаза и распарывали животы, представляешь? Было убито уже шестеро, пока Грег не признал, что без меня ему не справиться. - Вы с Джоном вместе раскрыли преступление?       Шерлок неожиданно смутился, и Анастасия нахмурилась. - Да, вместе. - Я вся – внимание. *** - Будешь есть, - сказал Джон, накладывая в тарелку жаркое. - Я не хочу. - Это не вопрос.       На Джона часто нападали приступы строгости. Он еще не мог спокойно выпустить Шерлока из-под своего контроля, после всего произошедшего месяц назад. Шерлок все еще казался нездоровым и изнеможенным, хотя на самом деле сам Джон перенервничал куда больше него. Оттуда и выводы: если похудел, то нужно закормить до отвала, побледнел – отдохнуть, плохое самочувствие – пить витамины...       И если сначала Шерлок с этим мирился, осознавая свою вину за то, что подпортил Джону нервную систему, то к концу февраля готов был самолично кого-нибудь прикончить, чтобы потом расследовать.       Свалить всю ответственность за принятие наркотиков на расследование, оказалось легко. Это было намного лучше, чем если бы Шерлок признался Джону, что хаос у него в голове из-за него, а не убийств.       Они жили вместе уже около восьми месяцев, и каждая мысль о нем оказывалась проверкой на прочность. Его взбесившееся либидо не давало покоя никому из жильцов на Бейкер-стрит, будь то злой Джон из-за разболевшегося плеча или улыбчивая миссис Хадсон с порцией свежей выпечки. Шерлок рвал и метал, когда чувствовал, что вот-вот сорвется и расскажет Джону всю правду, или без слов завалит его на диван и... Вдох-выдох, Шерлок, ты адекватный человек, а не самец. Вдох-выдох. Вдох-выдох.       После таких мыслей Шерлок всегда шел препарировать чью-нибудь конечность, которыми Молли, узнав о его проблеме и заточении, щедро снабжала. - Но я, правда, не хочу, - отрицательно качнул головой младший. - Сегодня тебе со мной лучше не спорить, Шерлок, - нотки в голосе Джона были обманчиво-ласковыми; вот-вот перейдет на вызывающе–командный тон. - Как скажешь.       Шерлоку было стыдно. Честное слово, в его-то возрасте уже поздно чувствовать себя подростком с бушующими гормонами. Но он, правда, не мог ничего с собой поделать – норовил постоянно оказаться подальше от Джона, спрятаться от его пристального внимания в ванной или в спальне, поскорей спустить с себя штаны и пуститься во все тяжкие. Но в ванной часто прятаться не получалось – отчего-то последнее время там стал постоянно пропадать сам Джон. *** - Чего ты смеешься? – недовольно спросил детектив. - Прости, ох, пожалуйста, - выдохнула девушка, отсмеявшись. – Я вспомнила просто анекдот про двух братьев в одном душе... К делу это не относится, извини, ты можешь продолжать. ***       Мысли о том, что он – извращенец, стали посещать его все реже. Скорее, он просто с этим смирился, все равно Шерлок всегда отличался от обычных людей – будь то интеллект, отношение к людям или неумный интерес к трупам. Отчего бы в этот список не добавить неловкие жаркие мечты о старшем брате? - Шерлок? Шерлок, ты слышишь? – пытался дозваться Джон, но как только тот сконцентрировал на нем свое внимание, просто махнул рукой и пошел открывать входную дверь.       Снизу раздались голоса и топот ног.       Шерлок ничуть не удивился, когда на кухню зашел Лестрейд и с недоумением посмотрел на спокойно жующего детектива. - Грег, ты не в зоопарке, - раздраженно напомнил младший Холмс. – По делу пришел или просто так? - Шерлок, будь вежливее, - Джон радостно улыбнулся инспектору. – Может, ты голоден? - Извини, Джон, мне некогда. Шерлок, нужна твоя помощь! - В чем дело? - Серийный маньяк. Уже шесть жертв, сегодня нашли последнего. Мои ребята не нашли ни одной улики. Нет ни одной подсказки, между жертвами нет связи, я понятия не имею, что делать.       Шерлок быстро взглянул на Джона и кивнул. - Хорошо. Но только при одном условии... - Мы, конечно, заплатим тебе! - Мне не нужны деньги, Грег, я зарабатываю больше, чем весь Скотланд-Ярд в год, за одно только поручение от правительства. Я хочу, чтобы, когда я раскрою дело, ты выполнил одно мое желание. Так такие условия? - Я согласен на все, Шерлок, лишь бы это остановить. - Отлично, - ухмыльнулся детектив. – Пойдем одеваться, Джон?       Лестрейд обо всем позаботился. Когда Шерлок и Джон прибыли на место преступления, то обнаружили лишь обтянутую желтой лентой территорию и полицейских стоящих около своих машин. Труп был не тронут.       Шерлок еле сдерживал рвущуюся самодовольную улыбку, когда проходил мимо злющих Донован и Андерсена, не допущенных к делу. Джон, шагающий рядом, был готов в любой момент броситься защищать детектива от злобных «поклонников» шерлоковского творчества, но тут же отпустил себя и судорожно вздохнул, стоило ему увидеть труп, какого он еще не видел даже на войне.       Шерлок сразу же приступил к работе.       На земле лежит мальчик четырнадцати-пятнадцати лет. Еще по-юношески нескладный, у него худые руки и широкие плечи, сильные ноги. Руки лежат у головы, будто тянутся к светлым пропитанным кровью волосам; лицо все залито кровью, засохшей темными багровыми кляксами вместо глаз. Рубашка в миленький мелкий цветочек разорвана по шву рядом с пуговицами, хотя те даже не вытащены из петель. Светлые джинсы запачканы смесью грязи и крови, правая нога согнута в колене и пятка лежит около бедер. От самих ребер до низа живота тело мальчика распорото; из-за большого количества крови, органов не видно, но зрелище все равно жуткое.       Шерлок присаживается на корточки, с помощью лупы рассматривает руки, ногти, глазницы мальчика...       Одевает перчатки, пальцами ощупывает края разрезанной кожи, осматривает голову и ищет другие травмы. - Джон? – зовет он.       И Джон опускается рядом на корточки, оглядывая жертву. - Он мертв, - просто констатирует старший Холмс. - Спасибо, Джон, это очень полезная информация, но я надеялся на что-то большее. - Я уверен, ты поймешь, отчего наступила смерть. Судя по крови, это произошло около шести часов назад. - Сначала ему выкололи глаза, это видно по положению рук, и только потом разрезали. Одежда средняя, но обувь потертая, значит, играл в футбол, ноги у него сильные. Он шел в кино к подружке. - Как ты это понял? - В кармане у него записка с названием фильма. Фильм черно-белый, старых времен, такие фильмы показывают в кинотеатре через квартал, - Шерлок показывает ему интернет-страничку со списком сеансов. – Сеанс этого фильма был пять часов назад плюс полчаса на дорогу. А про подружку узнал, потому что запах отцовского одеколона чувствуется даже через кровь. - Превосходно, - прошептал Джон. - Грег, этот и остальные трупы доставь в Бартс, - Шерлок встал на ноги и подождал Джона, объясняясь с инспектором. – У тебя уже есть досье на убитого? Я хочу поговорить с его семьей.       И Лестрейд беспрекословно отдал ему всю информацию.       Не самый лучший признак.       Дом Майка Руфуса был уютным и светлым. На чистой улице в Чейни-Уок, из ровного строя кирпичиков.       Мама мальчика без конца плакала, а отец, сжав кулаки и губы, молчал, уставившись в окно. - Не понимаю, за что они так с ним? Кому это было нужно? Он в футбол играл, чемпионом был! Майкл был таким прилежным, таким хорошим! Какое чудовище могло так с ним поступить? А главное: за что?       И громко высморкалась в платок.       Отец мальчика – мистер Алан Руфус – в этот момент даже покраснел от злобы, и Шерлок, уловив его движение рукой – с удивлением заметил на лице Алана стыд. Чего может стыдиться отец мальчика, которого убили? - Миссис Руфус, - раздраженно перебил вой Шерлок. – Куда направлялся ваш сын, когда его убили? - В кино, - всхлипнула Александра. – С другом. - С другом? – уточнил младший Холмс. – Ваш сын – гей?       Алан приобрел багровый цвет лица, как только услышал вопрос, а мать мальчика, пытаясь всхлипнуть, подавилась собственным глотком воздуха. - Какое это имеет дело к расследованию? – свирепо прорычал отец Майкла. - Прямое, сэр, - ответил Джон. – Нужно проверить все возможные связи между жертвами. Вы же хотите помочь нам найти убийцу?       От холодного спокойствия старшего Холмса, Руфусов передернуло. Алан закрылся глухим раздражением, а Александра испуганно опустила взгляд. - Все ясно, - сказал Шерлок. – Эти двое – идиоты, которые давили на сына, чтобы он отказался от своей гомосексуальности. Думаю, что они даже водили его к психологу. – И неожиданно заорал, нависая над Руфусами. – Немедленно предоставьте мне всю информацию, иначе вас посадят за ее сокрытие!       И Александра, разревевшись с удвоенной силой, рассказала о влиянии на сына.       Выяснилось, что мальчика силой заставили ходить к психологу, в клуб, который боролся – методом отрицания – с гомосексуальностью в людях.       Когда Джон и Шерлок вышли из их дома, Лестрейд прислал еще одну sms о новом трупе.       Поймав такси, Джон, наконец, задал мучавший его вопрос: - Что это за клуб? - Это скорее не клуб, а секта. Представь себе, собирается компания из дюжины человек и решает изменить мир к лучшему – избавить мир от гомосексуалистов. И каждого человека, кто приходит к ним добровольно или по убеждению родственников и друзей, они уперто убеждают в том, что любить людей своего пола – это омерзительно и не правильно. На некоторых влиять получается, на некоторых нет. - Ужас. - Меня больше интересует то, почему наш маньяк убил уже двоих за сутки, хотя прошлые пять жертв он растянул на две недели. - Его убили так же? - Да, определенно, это оригинальное творчество. Среди подражателей таких нет. - Творчество? – повторил Джон, недоверчиво зажмурившись. – Ты называешь это творчеством? - А как еще это называть? – удивился Шерлок. - А что, «жестокое бесчеловечное убийство» как определение уже не подходит? Хоть немного посочувствуй близким убитых! - Зачем? – еще сильнее изумился младший. – Разве, если я поддамся чувствам, это кому-то поможет? - Хотя бы сделай вид, - пробормотали ему в ответ. - Джон, в этом нет смысла. Главная цель – поймать убийцу, чтобы он больше ни до кого не добрался. Ну, как ты этого не понимаешь?       Джон поджал губы и отвернулся к окну – понял. Понял и обиделся. Ну и кто из нас ребенок?       Шерлок сморщился из-за прилива чувств – вины, нежности, банального желания прижать его к себе, - неловко толкнул плечом в поддержку Джона и расслабился, позволив себе немного помечтать.       Седьмая жертва за последние три недели, оказалась красивой молодой девушкой. Ее темные длинные волосы и светлый строгий костюм были пропитаны кровью. Руки вновь тянулись к пустым глазницам, а серая блузка и кожа на животе были распороты. - На этот раз он действовал слишком быстро, - сказал Шерлок, после осмотра. – Когда он разрезал ее, задел органы, а в глазницах можно найти металлическую стружку. Он торопился. - Но мы вряд ли настолько везучие, чтобы он до нее дотронулся? – спросил Лестрейд.       Шерлок покачал головой и задумчиво уставился на Джона. - Она умерла примерно полтора часа назад. В то время здесь могли ходить люди и, значит, существует возможность, что его случайно заметили. Грег, - Шерлок обернулся. – Подключи свои связи – нам может повезти. Проверь все камеры на домах и опроси жителей. Джон! Поехали, сообщим ее родственникам и поговорим с ними.       Квартира, где была прописана Мила Терн, была собственностью ее родителей... Родительницы. Отец Милы умер, попав в аварию, шесть лет назад. Ее мать чуть не слегла от сердечного приступа, когда Шерлок сходу сообщил ей новость. Женщина, будто срисованная с миссис Хадсон, весьма быстро скрыла свои переживания и шок и любезно предложила им чаю. - Мила никогда не любила математику и физику, литература – ее призвание. По книгам она научилась манипулировать и видеть людей насквозь. Ее почти невозможно было обмануть. В журналистки ее взяли, как только она зашла в офис и с первого взгляда рассказала, кто там с кем спит. Мила была лучшей. Сегодня она должна была брать интервью у какого-то современного актера, но... – женщина замолкает, пристально вглядываясь в чашку с чаем, и не двигается. - Миссис Терн, - тихо зовет Джон, и женщина вздрагивает. – Нам нужна вся информация о вашей дочери, чтобы найти убийцу. Как вы думаете, у нее были враги? - Она была журналистка! – миссис Терн фыркает, насмешливо глядя на задумчивого Шерлока и взволнованного Джона. – Конечно, у нее могли быть и соперники, и те, кому она подпортила жизнь. Враги... Мила не писала на желтых страницах, она писала в основном о знаменитостях, но слухи никогда не распускала. - Вы часто с ней виделись? - Она всегда старается навещать меня, как только ей это удается. Последний раз мы виделись два дня назад. Тогда-то она мне и сказала, что будет брать интервью у актера. - Она была фанаткой? - Нет, что вы. Возможно, Мила и симпатизировала кому-то, но это никогда не было похоже на поклонение. - Хорошо, - кивает Джон. – У вашей дочери было хобби или увлечение?        Миссис Терн необычно улыбается и подмигивает мужчинам. - Об этом вам лучше поговорить с ее женихом – Дэвидом Купером. Последний год она жила у него. Неприятный тип, скажу я вам, постоянно пытался переделать мою девочку, все время ее чем-то попрекал. На мои вопросы Мила только отшучивалась и говорила, что секс с Дэвидом замечательный, но я – то не слепая, видела, что - что-то не в порядке но, так и не смогла ничего выяснить.       Женщина досадливо пожимает плечами и выглядит слишком невозмутимой, чтобы хоть как-то отреагировать на Джоновы вспыхнувшие уши. - Это все, что вы мож... - Вы не особо поражены сложившейся ситуацией, - резюмирует Шерлок. - Молодой человек, разве я должна быть поражена? – невинно интересуется та. – Мне больно и обидно, но какой смысл переживать об этом дольше пятнадцати минут? Убийцу я найти не смогу – во мне этого нет, и я даже не знаю с чего начать, но и сидеть на одном месте, всем видом выражая отчаяние и траур, я не стану. Увольте меня из концертов!       Джон нелепо таращится на женщину и не понимает ее хода мыслей. Это же невозможно, думает он, не представляя, что все размышления написаны у него на лице, просто невозможно! Как можно не оплакивать собственного ребенка, думает он и передергивается от мысли, что случись что, Шерлок бы его тоже долго не оплакивал.       А младший Холмс, наоборот – в неуместном восхищении смотрит на мать убитой и расплывается в безумной ухмылке. Кивает – я вас понял, и оборачивается к побледневшему Джону. А у того все по лицу видно, все выводы о сложившейся ситуации, как на ладони; растерянность – не понимает действий женщины, шок – не верит, что кто-то может так относится к собственному ребенку, и отчаяние...       Откуда взялось отчаяние на этом молодом симпатичном лице, Шерлок не понимает и решает выяснить позже. - Миссис Терн, вы дадите нам адрес и место работы жениха вашей дочери? – спрашивает младший. - Ну, разумеется, - кивает она и пишет на листке пару предложений. – У меня будет только одна просьба к вам, мальчики, если вы найдете этого ублюдка, передайте от меня привет.       Шерлок ухмыльнулся, кивнул и вместе с Джоном вышел из дома.       Джон, глядя на довольное лицо брата, не выдержал: - Я опять чего-то не понял, да? - Ох, Джон, - протянул Шерлок. – Как тебя такого невнимательного на войну-то взяли? Мне очень повезло, что тебя не убили! - Шерлок, - предупреждающе шипит Джон и рукой подзывает такси. - Как ты этого не заметил? – недоумевает тот. – Это же элементарно! Никто не смог бы так перенести смерть близкого человека, если, конечно, он его любит, а она любит свою дочь. Как ты думаешь, что она хотела нам сказать? Для чего была показательная невозмутимость? - За ней следят? - Джо-о-он! - Я не знаю, Шерлок! Я все еще в шоке от того, что эта женщина попросила передать привет убийце! - Джон, ты совсем не соображаешь? - Ты хочешь сказать... - Именно! – торжеством в голосе Шерлока можно было зажигать свечи на именинном торте. – Она знает, кто это, у нее с убийцей какое-то соглашение или договор или еще что-то... Возможно, они знакомы, виделись пару раз, и после убийства Милы, он пришел к миссис Терн и угрожал. Она не может назвать нам имя, но она подсказала нам человека, который может. – Младший Холмс помахал бумажкой с адресом жениха Милы и сел в кэб. – В Мэйфер, пожалуйста. *** - Не то, чтобы мне не интересно, - сказала девушка. – Но ты сказал, что это поможет мне лучше понять ваши с Джоном взаимоотношения, а на самом деле уже прошло полчаса и ничего нового я не узнала. - Ты никогда не поймешь, если не увидишь, как мы работали вместе. - Это не первое дело, о котором ты мне рассказал. Почему именно это такое важное? - Ты поймешь, если дослушаешь. - Хорошо, но если это не принесет никакой пользы, кроме твоего раздутого тщеславия, я буду настаивать на дополнительном сеансе.       Шерлок скривился. - Именно, дорогой, придется говорить о чувствах. ***       Разговор с женихом не удался. Джейк Марвелл – так звали этого мерзкого меркантильного мужичка – решительно не сообщил ничего нового и лишь подтвердил предположения Шерлока. Джейк – гомофоб.       Чего только стоило одно его выражение лица, когда братья переглянулись после самой мерзкой из всех фраз. Следом пошли оскорбления, крики и маты.       Когда Холмсы вышли из его дома, Шерлок выглядел задумчивым, а Джон смущенным. - Он сказал «Катрин Пирс»? - Не знаю. Я перестал слушать его после фразы о «мерзких педиках, которые портят нормальных людей». - Нужно ее найти, - решил Шерлок и, повернувшись к Джону, стряхнул с его волос снег.       Катрина Пирс нашлась быстро. В Лондоне их было две – одной сорок семь лет, а второй двадцать один. Вряд ли такой красивой девушке, как Мила Терн, нужна была старушка, работающая уборщицей в одном крупном магазине, значит, вариант оставался только один.       Катрина работала моделью, и когда Шерлок и Джон сняли ее со съемок, чтобы задать несколько вопросов, и рассказали о смерти ее подруги, та разошлась в слезах.       Успокаивали девушку всей съемочной группой, Джоном и даже Шерлок, поворчав о безалаберных полицейских, внес свою лепту. - Смотри, как получается, - произнес Шерлок, когда они вышли из студии. – Больше всех на свете за Милу переживала ее любовница, а не мать или жених. Почему? - В жизни всегда так, - ответил Джон, наблюдая, как исчезает кончик сигареты у Шерлока в губах. – Внезапно все человеческое счастье на планете сосредотачивается в одном человеке. И не редко – это самый неожиданный человек. - Слишком не рационально, - сморщился тот. - Если бы возможно было влюбиться по договоренности с собственной головой, половины войн и не начинались бы, - Джон устало прислонился к холодной стене и внимательно глянул Шерлоку в глаза.       Младший неожиданно горько усмехнулся, смутился и пошел вниз по улице.       Катрина Пирс, успокоившись после продолжительного плача, рассказала им о жизни своей любовницы. О том, что Мила всегда чувствовала в себе «нетрадиционность». Они познакомились всего несколько месяцев назад, когда уже Мила с Джейком назначили дату свадьбы. Сначала просто пару раз встретились в кафе за чашкой кофе, а потом очутились в одной постели. Джейк узнал обо всем быстро – Мила не собиралась таиться, - и устроил жуткий скандал. Джей поставил Миле условие: для того чтобы он отпустил ее, она должна сходить к психологу; все списывал на предсвадебную депрессию. Мила сходила в тот-самый-клуб ровно три раза, а потом все бросила – и Джейка, и психолога. - Она собиралась как раз сегодня приехать ко мне, - голос Кэтрин дрожал, когда она это говорила. – Познакомить меня со своей мамой. Боже... Будь проклят тот, кто это с ней сделал. - Шерлок! – позвал Джон, неохотно отлепляясь от стены. – Шерлок! Куда мы идем? - В тот клуб. Он недалеко отсюда. Я хочу посмотреть на того человека, который решил поспорить с природой. - Думаешь, убийца работает там? - Возможно, - уклончиво ответил Шерлок и, свернув за угол дома, показал Джону низкий серый дом. – Ты бы доверил такой организации свою ориентацию? - Я бы даже себе ее не доверил, - ухмыльнулся Джон. - Не уверен, что хотел об этом знать... - Шерлок!       Внутри здание представляло собой смутную пародию на современные клиники. Стены отделаны стеклом, повсюду белый неестественный свет. Приветствовать братьев вышла миловидная девочка в бежевом хлопковом костюме. - Вы по записи? – она кокетливо улыбнулась Джону. - Нет, мисс, мы по сугубо личному вопросу, - старший Холмс выпрямил спину, расправил плечи и принял более выгодную позу. – Возможно, вы подскажете нам, какой психолог занимается делами людей с нетрадиционной ориентацией?       Шерлок удивленно взглянул на нахохлившегося брата, презрительно скривился и отвернулся. Господи, на что я надеялся?       Настроение стремительно ухудшалось. Шерлок был уверен, что новое расследование поможет им вновь сблизиться после наркотической и психологической ломки, но видя, как Джон кружится возле этой дурочки, он уже начал сомневаться в этом. Сердце болезненно сжалось. Какой смысл был в сближении, если Джон все равно не ответит ему взаимностью, будет только больнее.       Девушка с разочарованием взглянула на них: - Нетрадиционной ориентацией... – повторила она. - Простите его, мисс, - выдавил Шерлок свою самую ненатуральную улыбку. – У моего друга кризис сексуальной идентификации.       Девушку передернуло.       Кажется, сюда специально набирают только таких, как Джейк Марвелл. - По таким делам у нас мистер Рикс, - сказала она, мельком взглянув в расписание. – У него сейчас сеанс, заканчивается через пятнадцать минут. Вы можете подождать в комнате отдыха. Это первая дверь налево.       Шерлок кивнул и за рукав потащил Джона от администраторши.       Они очутились в светло-голубой комнате с двумя большими окнами, толстым персидским ковром и мягкими креслами. Как только дверь за ними закрылась, Шерлока прижало к стене, ударив головой об бетон. - Что ты творишь? – яростно зашипел Джон, вглядываясь тому в глаза. - А что такое? – невинно спросил Шерлок, склонив голову. Можно представить, что он чуть нагибается, поворачивает голову в сторону и впивается поцелуем в губы своего непутевого брата. - Кризис сексуальной идентификации! – взревел Джон, схватив младшего за лацканы пиджака. – Какого хрена? - Что, случайно сорвал тебе свидание с этой смазливой дурочкой? – презрительно выплюнул младший. – У нее нет ни грамма интересности! Банальная серая мышка! Без амбиций и целей, зато с огромной уверенностью в собственной вменяемости! Даже для простого секса ты мог найти кого-нибудь получше!       И Шерлока опять ударило об стену. - Кого? – рыкнул Джон, опалив горячим дыханием шею детектива. – Тебя, что ли?       А через мгновение оба побледнели и отпрянули друг от друга. Глаза у братьев были широко раскрыты от ужаса и направлены на открытую дверь. В проеме стояла администраторша с алыми щеками от злости и омерзения. - Мистер Рикс просил передать, что закончит со своим клиентом раньше, - металлическим голосом сообщила она. – Он придет поговорить с вами сюда. - Спасибо, Джули, - сказал тихо Джон и дверь захлопнулась.       Шерлок устало опустился в кресло и закрыл лицо ладонями. В горле раздавался стук сердца. - Ну и что это означает? – глухо спросил он. Не надеяться, не надеяться, не надеяться, не надеяться. - Черт, Шерлок, прости, - сморщился виновато тот. – Я был зол, у меня это случайно вырвалось. Я совсем не ... То есть, я хочу сказать... Я знаю, что ты никогда не чувствуешь и ... Черт, Шерлок, не то хотел сказать... - Самый лучший момент замолчать, Джон! – жестко рявкнул Шерлок.       Обида росла вместе со злостью. Шерлок знал, что производит такое впечатление, люди, знакомые с ним, были уверены, что он не умеет чувствовать... Но Шерлок понятия не имел, что Джон считает также. Джон... Твою мать... Джон, в которого он влюблен, как последний глупец, последние десять лет, думает, что он не умеет любить. Потрясающе. - Шерлок, прости меня... - Ничего страшного. Мы оба знаем, что ты сказал правду. - Мы оба знаем, что сердце у тебя все-таки есть, - решительно. - О чем ты? – настороженно. - Помнишь, у нас ведь были родители, - сказал Джон, улыбаясь, и присел на корточки, обхватывая руками его колени. – Их ведь ты любил. И нашу собаку... - Собаку я не любил! – буркнул Шерлок. – Она испортила мою любимую книжку! - Еще как любил, - протянул Джон довольно и сжал младшего в объятиях, чмокнув в лохматую макушку. – Единственное, что есть у нас двоих, это семья. Мы жизнь отдадим друг за друга.       Шерлок неожиданно смутился. Он точно извращенец...       Настроение испортилось окончательно. - Джон, если нас застукают в такой позе, то точно не выпустят. Забыл, где мы? - Засранец, - сказал Джон, отстранившись. - Взаимно, братец, - сказал Шерлок, провожая взглядом его задницу.       Мистер Рикс зашел в комнату через несколько минут. Высокий, с сединой в волосах, с широкими крепкими плечами. Он создавал впечатление санитара из психоневрологической клиники, где лежал Шерлок из-за зависимости, но точно не милого все понимающего психотерапевта. - Добрый вечер, господа, - они обменялись рукопожатиями. – Джули сказала, что вы тут из-за кризиса... - О, нет, простите, - фыркнул Джон. – У моего коллеги специфическое чувство юмора. - Проще сказать, что его вообще нет, - Шерлок внимательно осмотрел мужчину. – Меня зовут Шерлок Холмс, а это мой брат – Джон. Мы здесь из-за убийства, по просьбе Скотланд-Ярда.       Улыбка сползла с лица доктора. - Кого убили? - Двух ваших пациентов, - ответил Джон, вставая со своего места. – Майкла Руфуса и Милу Терн. Что вы можете сказать нам о них? - Ох, - доктор нахмурился. – Майкла, если я не ошибаюсь, отдали сюда родители. Его отец строгих нравов, полностью был против того, чтобы его сын был геем. У него был друг – Чив Каффи. Они друг в друга влюблены. Были... Неплохой мальчик, в футбол играл, шутил много. Его не удалось переубедить... Если честно, я и не особо пытался. А мисс Терн была довольно эффектной девушкой. Она хотела разорвать отношения со своим женихом, чтобы уйти к своей любовнице. Ее жених поставил ей условия. Она ходит ко мне, и если точно убеждается в своей ориентации, он подпишет развод. Я не видел ее больше трех недель. - Ничего нового вы нам не сообщили, - сделал вывод Шерлок. – Возможен ли такой вариант: их убили, потому что они были ВАШИМИ клиентами?       Доктор подавился собственным воздухом. Лицо у него было растерянное. - Я... не знаю. Кто мог это быть? - Это должны поведать нам вы, - младший впился взглядом в лицо Рикса. – Мог кто-нибудь настолько ненавидеть гомосексуалистов, что, узнав о вашем невыполненном задании, просто убить их? - Мистер Холмс, - промямлил тот. – Я понятия не имею, почему их убили. Клянусь вам, я тут не при чем. - Вы не гомофоб? – спросил Джон, взяв суровый тон у брата. - Н-нет, - испуганно. - Тогда почему вы здесь работаете? - Деньги нужны всем. - А... - Хватит, Джон, пойдем, - Шерлок стрельнул взглядом. – Мы узнали все, что нужно.        Когда они выходили, Рикс испуганно отпрыгнул. - Что ты думаешь о психотерапевте? – крикнул Джон с кухни.       Шерлок стоял у стены и рассматривал фотографии и документы с этого дела. - Шерлок? - Он врет, Джон, - младший раздраженно взлохматил свои волосы и повернулся к брату. – По его лицу видно, что он лжет. И по словам. Слышал его: «если я не ошибаюсь» и «я не видел ее больше трех недель»? Первое – явно вранье: он слишком быстро и точно рассказал нам о жертвах. Второе – тем более. Кэтрин сказала, что Мила была там неделю назад. Ооо! - Что? - Он слишком быстро отдернул руки! И сам отпрыгнул, когда мы шли к двери! Боже Джон, - воскликнул он восторженно. – В свой законный обеденный час он убил ее! Убил Милу! От него пахнет кровью, поэтому он и старался свести контакт к минимуму! - Я позвоню Грегу. - Стой. Это глупо! Нет никаких доказательств в его виновности! Это мне все понятно, а для ареста нужно что-то посущественнее! – он метнулся к двери. – Идем, Джон, нужно проследить за ним! - Нужно хоть кому-то сообщить! - Потом! – и, надев пальто, вынесся из квартиры. Джон – за ним. *** - Печенкой чувствую, ты накосячил, - улыбнулась Анастасия. - Мы оба идиоты, - признал Шерлок невнятно. - У нас от сеанса осталось пятнадцать минут. Ты успеешь? - Если не будешь перебивать. ***       Доктор вышел из клуба в полдевятого вечера и пошел вверх по улице, на север. Сначала свернул в какой-то переулок у бара, прошелся по дворам, потом вышел у многоэтажки и стал кого-то ждать в тени деревьев.       Братья следовали за ним по пятам.       Рикс двинулся с места только через сорок минут. Пошел вслед за парнем, вышедшим из многоквартирного дома.       Шерлок не издавал ни звука, когда медленно пробирался следом за психотерапевтом, а Джон собрал локтями и коленями все косяки и углы, встретившиеся на их пути.       Все произошло слишком быстро. Они отстали от Рикса лишь на несколько секунд, но когда завернули за край дома, очутились в крошечном переулке без дверей. И окон, а убийца уже нависал над испуганным парнем. - Мистер Рикс, - ледяным тоном произнес Шерлок. – Тестируете методы нетрадиционной медицины?       Психотерапевт, даже не оглядываясь, бросился бежать, оставив позади себя молодого парня с одним выбитым глазом, сползающего по кирпичной стене на землю.       Шерлок кинулся за ним, а Джон, притормозив возле молодого парня, набрал номер Скотланд-Ярда и оставил свой телефон на асфальте. И побежал за Шерлоком в глубину старых Лондонских переулков и двориков.       Они бежали мимо жилых домов, маленьких продуктовых магазинчиков и просто мимо странных, безымянных, будто смытых, такими они были сливающимися с пространством вокруг, что их можно было не заметить, построек.       Шерлок краем глаза отмечал яркие детали, которые помогли бы им потом вернуться назад, но все вокруг казалось размытым, тогда как единственное имеющее резкость был преступник.       Увлекшись слежкой, Шерлок совсем не обратил внимания на то, на какую улицу они забрели вслед за Риксом, и сейчас, проигрывая в голове карту Лондона, не мог понять, где находится, пока не заметил, куда направлялся их маньяк.       Старое заброшенное здание завода по производству швейных машинок, куда иногда приезжали дети школьными экскурсиями. Большое, нагроможденное различным оборудованием внутри и длинными петляющими коридорами. Идеальное место, чтобы спрятаться, затаиться и уйти, оставшись незамеченным. - Джон, скорее! – крикнул Шерлок, пытаясь сузить расстояние между ним и убийцей, и забежал вслед за ним на территорию завода.       Шерлок знал – Джон бежал сразу за ним. Он слышал его тяжелые, немного сбившиеся от усталости быстрые шаги. Но беспокойное чувство не отпускало его даже тогда, когда Рикс остановился, вбежав через полураскрытые железные двери в холл завода.       Шерлок понял, что это ловушка лишь тогда, когда эти самые железные двери закрылись, погремев ржавыми замками, за ним и Джоном, отрезав им путь отступления, а в холле вспыхнул тусклый оранжевый свет.       Где-то позади него щелкнул снимаемый с предохранителя пистолет, Джон хотел прикрыть его со спины – Шерлок успел только резко повернуться к брату и сказать «Джон, не надо», как последовал удар, вскрик и звук упавшей на пол беретты.       Старшему выбили из рук пистолет и скрутили руки за спиной. Обидчиков он не видел, зато чувствовал направленные на них взгляды со всех сторон. - Я знал, что ты сегодня придешь, - раздался высокий голос отовсюду, отлетев от всех стен. – Я так этого ждал. - Джеймс, - с досадой проговорил Шерлок. – Ну как я сразу не догадался, что за всем этим стоишь ты. Думаю, можно признать, что это был не самый изящный способ. - Извини, - пропел Мориарти. – Так хотелось тебя увидеть, что невозможно было терпеть. - Так пригласил бы нас в паб, - раздраженно отозвался младший. – Погибли люди... - Люди всегда умирают! – заорал тот, выйдя из-за спины Шерлока, и остановился перед Джоном; продолжил он уже спокойно. - А так можно развлечься! – Джеймс щелкнул пальцами и кивнул своим подопечным. – Подготовьте доктора, мы с Шерлоком скоро присоединимся.       Один из наемников, больше похожий на выбеленную обезьяну, чем на человека, прижав к шее Джона пистолет, толкнул его в сторону маленькой комнатки с открытой дверью. Джон, прищурившись, кинул на Шерлока короткий взгляд. Младший еле заметно качнул головой. Он в своем уме? Понятия не имею!       И Джона увели.       Мориарти, улыбаясь своим мыслям, медленно сделал круг возле Шерлока. Потом еще один и еще и улыбался, как Василиск Гарри Поттеру.       В груди росло раздражением из-за неизвестности. - Наверное, это потрясающе смешная шутка, - холодно сказал Холмс. – Жаль, что я ее не услышал. - Сегодня в меню главная шутка – ты. Скажи мне, Шерлок, ты на все готов ради своего брата? - Скажи мне, Джеймс, - Шерлок нахмурился, когда рука злодея-консультанта скользнула по его спине и обхватила плечи. – Это все того стоит? - Еще как! Мне так симпатизирует ваша драма! Ты так сильно его любишь, - Джим заглянул ему в глаза, ухмыльнулся и повел к комнате, куда увели Джона. - Я следил за вами. Мне стало так жаль тебя, что я решил сделать тебе подарок. Не волнуйся, ему я ничего не скажу, надеюсь, после моего подарка, он сам все поймет.       И открыв дверь, Джим толкнул внутрь младшего Холмса.       Комнатка была маленькая. Света почти не было. Посередине стоял стул, на нем со связанными сзади и привязанными к спинке стула руками сидел Джон. К его шее все еще был приставлен пистолет. - Шерлок, - беззвучно прошептал старший, поймав его взгляд. - Ты знаешь, чего я хочу, Шерлок? – прошептал Мориарти на ухо, плотно прижавшись к его спине. – Я хочу, что ты показал ему, как сильно любишь. Ведь единственное, что у тебя есть помимо расследований, это семья. За своего брата ты погибнешь, не так ли? – Джим мерзко хихикнул. – Сделай ему приятно. *** - Боже, Шерлок, это же не то, о чем я думаю! - Именно то, - Шерлок хмыкнул. – Ты смущена. - А ты начал разговаривать, как человек. Что произошло потом?       В этот момент щелкнул таймер. - Джон расскажет, - пообещал Холмс, ухмыляясь. – Во всех подробностях.