ГЛАВА 4. Добрая
22 февраля 2014 г., 21:16
Нам историю не продлить, В одну сторону нам не плыть, По течению этих рек, Превращая минуты в бег.
На площади было шумно и многолюдно. Народ кишел, двигался от одного уличного торговца к другому, от одного лотка к следующему в ряду… И так по кругу. Смуглый Грай удивительно гармонично вписался в эту разношерстную толпу, а вот Алена притягивала к себе внимание, будучи своеобразным белым пятном в толпе. В тот момент девушка зареклась ни за что не надевать светлые вещи, когда будет выходить в город. Грай на минуту остановился у лавки с тканями, а Алену толпа понесла дальше. Девушка даже не заметила, где остался Грай, она подходила то к лавке с пряностями, откуда пахло корицей, ванилью и острым перцем, то к лавке бакалейщика. Надолго она застряла перед лотком с бусами, с таким азартом и смущением оглядывая товар, что торговец сжалился и подарил ей дешевенькие коралловые бусы, которые девушка тут же надела. Торговец посмотрел на Алену и покачал головой: — Такая красавица достойна не копеечных бус, а алмазного ожерелья! Алена засмеялась, радуясь тому, что хоть кто-то так считает. Вместе с толпой, девушка двинулась дальше, к самому центру площади, где выступали уличные акробаты и танцоры. Красивые загорелые девушки завораживающе двигались в танце, поднимая руки над головой, покачивая бёдрами, на которых гремели пояса с монистами. Девушки вытаскивали из толпы людей, приглашая их танцевать. Одна из них, кудрявая и темноволосая, подошла к Алене: — Пойдем танцевать! — она потянула Алену за руку. — Я не умею! — испугалась девушка, которая вдруг поняла, что не помнит, у какой привязи они оставили коней и не знает, где находится и сам Грай. — А я научу! Смотри! — танцовщица переступила с ноги на ногу, качнула бёдрами, и монетки на поясе мелодично зазвенели. — Вот! Темноволосая сняла с шеи платок, к которому тоже были пришиты монисты и повязала его Алене вокруг бёдер. — Пошли! — девушка быстро втянула воеводину дочку в круг, образованный зрителями. — Меня зовут Эсми, а тебя? — Алена, — робко пропищала девушка. — Значит, будешь Аля! — засмеялась Эсми, хватая Алену за руки и начиная кружиться вместе с ней. — Смотри: вот так, вот так, и так! Да! А еще говорила, что танцевать не умеешь! — хохотала темноволосая, показывая движения, призывая Алену повторять их. Зрители хлопали в такт ритму, который отбивали бубны и звенящие пояса девушек, и улыбались. — Почему ты не радуешься? Сегодня такой день, мы будем танцевать и веселиться на ярмарке до самого вечера, ведь наш князь женился! — удивленно сказала Эсми, вглядываясь в лицо Алене. — Все смотрят пристально. Не могу так. — А ты плюнь на них с вершины корабельной сосны! — засмеялась темноволосая. — Жизнь дана тебе единожды, зачем тратить её на чужое мнение, которое зачастую неверно? Танцуй, красавица! Но Алена лишь покачала головой, снимая с бёдер платок. — Эх ты! Не умеешь веселиться! — огорчилась Эсми. — Я просто по жизни несчастливая, — грустно призналась Алена. — Э-э-э, нет! Нет людей абсолютно счастливых или несчастливых. Есть люди, которые таковыми себя считают! — Алена! — из толпы девушке помахал Грай, привлекая её внимание. — Иди, он тебя ждет и явно беспокоится! Удачи тебе! — махнула рукой Эсме, прощаясь. — Спасибо… — девушка вышла из круга, протискиваясь через толпу к Граю. — Алена! Я так испугался! Просто зверски! Исчезла прямо из-под носа, стоило отвести взгляд! Ну как так можно? — Вот так и можно… Грай, поехали во дворец. Мне нехорошо, — пробормотала Алена. Даже сквозь одежду девушка чувствовала, как отчего-то горит свадебная метка. — Да, конечно. Поехали, — обеспокоенно кивнул Грай, подозрительно поглядывая на неё. *** Поездка от дворца до берега моря была для Алены пыткой. Пусть она и каталась на лошади раньше, но разве пара кругов вокруг конюшни на старой кляче сравнится с галопом на молодом резвом жеребце? Дорога же обратно стала просто каторгой. Корсет на пару с седлом, казалось, натёрли все, что можно. Но Алена подстёгивала коня, спеша к дворцу. Верный Аргиз нёсся так, что лошадь Грая едва поспевала. Влетев на княжеский двор, Алена неуклюже свалилась с седла и понеслась к кабинету Полоза, то и дело уточняя путь у встревоженных слуг. Грай отстал где-то на втором повороте, выясняя у одного из лакеев что, собственно, случилось. Двери кабинета были распахнуты, а в самой комнате царил полный бедлам, посреди которого сидел на столе Бренко. Он, зажмурив глаза, откинул голову назад, отчего шея напряглась, а острый кадык стал виден еще отчетливей. Мужчина был обнажен по пояс, а правое предплечье, глубоко располосованное то ли мечом, то ли кинжалом, зашивал сам Полоз. Алена так и застыла истуканом в дверях, не зная, что сказать. Бренко открыл глаза и посмотрел на девушку мутным взглядом покрасневших от напряжения глаз. — Выйди отсюда, — прохрипел он совсем севшим голосом. — Что тут произошло? — Алена не только не ушла, но и подошла ближе к мужчинам. На Полозе почти не было ран, не считая длинного пореза на груди, порвавшего рубашку и окрасившего ее в алый цвет, а вот Бренко досталось гораздо сильнее. И всё-таки мужчина молча выносил процесс зашивания раны, только волосы прилипли к вспотевшему лбу. — Скажем так, Полозу тонко намекнули, что союз с людьми был очень плохой идеей, — пробурчал князь, назвавшись о себе в третьем лице. — Да ты заходи, не бойся, трупы уже вынесли! Алене резко стало дурно. Она увидела два меча, лежавших на полу рядом со столом и багровые капли на ковре. — Не пугай жену, Полоз. Она и так тебя боится, а теперь даже ближе чем на пять метров не подойдет, — насмешливо просипел Бренко. Алена отметила про себя, что Бренко женат, если судить по чешуйкам на правой ключице. «Вот не повезло же страдалице с мужем. Такой язва в супруги достался, что на Полоза даже грешно жаловаться!» — подумала она. — Зашил. Пойду, распоряжусь насчёт охраны и трупов. Сам дальше справишься? — спросил Полоз, перерезая нитку кинжалом. — Да. Иди, — Бренко выпрямился на столе и аккуратно сполз с него. Полоз ушёл, оставив Алену и Бренко вдвоём. — Кто на вас напал? — спросила девушка, наблюдая, как медленно, держась левой рукой за ребра, Бренко подходит к шкафу и достаёт оттуда тряпки и закупоренную бутыль крепкой водки, пустая бутылка из-под которой уже стояла на столе. Алена подумала, что Бренко сейчас щедро хлебнёт оттуда, как делал ее отец «шоб грязь из организьму вышла», но он намочил ею тряпку, начав смывать с предплечья кровь. — Давай я помогу! — предложила Алена, делая шаг к нему. — А сознания не лишишься? — хмыкнул мужчина. — Не лишусь! — Алена решительно отобрала у Бренко бутыль и принялась сама промакивать рану, пока раненый сдавленно шипел сквозь зубы. Потом она под указаниями мужчины наложила повязку, и забралась с ногами в широкое кресло, в то время как Бренко уселся за стол Полоза. — Так кто на вас напал? — вновь спросила девушка. — Волки, — прошипел Бренко, только что неудачно повернувшийся и схватившийся за правый бок, по которому ему сильно зарядили коленом. — Оборотни? — удивилась Алена, вспомнив рассказы Грая. — Оборотни, — кивнул мужчина и, поморщившись, аккуратно откинулся на спинку кресла. — Еще и клинки чем-то снотворным смазали, псины блохастые, чтоб у них хвосты поотлетали! Алена подумала, что Грай был прав, когда сказал, что волки всеми силами будут стараться не допустить союза змей с людьми. — Поаккуратнее насчет волков, — хмыкнул Полоз, появляясь в дверях. — Обязательно, — ответил Бренко, устало закрывая глаза. Полоз жестом показал Алене на дверь. Девушка поднялась из кресла и вышла вместе с мужем в коридор. Князь что-то сказал мужчине напоследок, но тот только вяло отмахнулся. — С ним всё будет хорошо? — обеспокоенно спросила Алена. — Да что ему сделается? — хмыкнул Полоз. — Отоспится, да и всё. И раны быстро затянутся, змей же. — Хорошо… Но почему всё-таки произошло нападение? Мужчина удивлённо посмотрел на Алену, отчего та заметно смутилась. — Женщинам в вашей стране не положено интересоваться такими вещами, — заметил он. — Но ведь я теперь со всеми потрохами принадлежу мужу, а, значит, имею право поинтересоваться, почему тебя чуть не лишили жизни, — довольно-таки грубо произнесла девушка, тут же смущённо закусив губу. — Поинтересоваться — это хорошо, но про потроха ты не права. Хотя бы потому, что муж в твоем княжестве не позволил бы жене так с собой разговаривать… Это уже показатель того, что женщинам у нас дано больше свободы. Кроме того, наш воевода — женщина. И, как выяснилось, из вашей женской братии получаются отличные лучницы. Алена опустила глаза в пол, чувствуя, как скулы заливает румянец. В голове у неё крутился ещё один вопрос, который она никак не решалась задать, но девушка только слегка прикусила язык, чтобы он даже случайно не вырвался. — Это было предупреждение, — после недолгого молчания сказал Полоз. — Мы стали вашими союзниками, а волки — союзниками степняков. Если мы выйдем из войны — выйдут и они. — Но почему вы всё-таки решили помогать нам? — Потому что без нашей помощи степь подомнёт княжество под себя, а следом, при помощи волков, уничтожит и нас. Оборотни уже намекнули степнякам, что от нас исходит опасность гораздо большая, чем от людей. Лучше погибнуть на открытой войне, чем тихо умереть в осаде. — Это ужасно… — выдохнула Алена. Они молча дошли по коридору до лестницы вниз, начиная спускаться. Полоз поддерживал девушку за руку, чтобы та не споткнулась. — С завтрашнего дня тебе будут приносить ужин и завтрак в покои, а обед — по твоему усмотрению, тоже в покоях или со мной в узком кругу приближенных. До завтрака у тебя будут тренировки с мечом. Их будет проводить или Деметра, потом познакомишься с ней, или Бренко. Еще неизвестно, кто из них лучше, — сообщил князь. — Деметра это?.. — Та самая воевода, — кивнул Полоз. Помещение столовой оказалось маленьким и уютным. Большие окна открывали вид на внутренний двор замка, прямо под этой столовой располагалась еще одна — солдатская, где обедал весь княжеский гарнизон. В помещении стояло всего шесть столов, человек на восемь каждый. Как только они вошли, из кухонной двери выскочила опрятная полненькая женщина, усадившая их за один из столов, предложившая на выбор несколько блюд. Когда перед Аленой поставили тарелку с запечённым картофелем и жареным мясом, она подумала, что прямо голыми руками набросится на еду, разламывая пальцами рассыпчатые картофелины. Но, представив, что о ней подумает Полоз, взялась за вилку. — Все-таки голодная женщина гораздо хуже голодного мужчины хотя бы потому, что женщина зла постоянно, а пустой живот — еще один лишний раздражитель, — хмыкнул Полоз. — Это еще почему женщина всегда зла? — удивилась девушка, отправляя в рот кусочек картофеля. — Потому что рядом с ней всегда находится раздражающий её мужчина, — улыбаясь, ответил муж, прихлебывая пахнущий мятой напиток вприкуску с пирогами, горкой лежащими на блюде. — Неправда! — засмеялась Алена. — Ещё какая правда! — доверительно сообщил ей мужчина. Дверь в столовую распахнулась, и туда бегом влетел мальчик лет двенадцати. Он подбежал прямиком к поднявшемуся Полозу, вытянувшись по струнке. — Господин! — выдохнул паренёк, начиная быстро, захлёбываясь словами, говорить. — Был найден предатель, который провел блоха… волков во дворец! Господин Бренн велел сразу позвать за вами, потому что сказал, что пойманный — мелкая сошка и них… чего у него бы не получилось без связей со стражниками, вот! Полоз одним глотком допил содержимое чашки. — Как тебя зовут? — спросил он у мальчонки. — Тишин, господин! — с готовностью ответил мальчик. — Как только госпожа закончит трапезу ты, Тиш, проводишь её в покои. Прямо в её покои, никуда не заходя по дороге, понял? — Да, господин! Полоз кивнул своим мыслям и быстрым шагом вышел из столовой, закрыв за собой дверь. Только когда его шаги дробным горохом отзвучали по лестнице, мальчик несколько сдулся, прекратив держать осанку, но не присел, продолжая стоять. — Садись! — Алена придвинула к нему блюдо с пирогами. Мальчик с радостью опустился на лавку и, чуть помедлив, взял верхний пирожок. — Спасибо, госпожа! — пробубнил он, с удовольствием вгрызаясь в него. — С малиной! Алена улыбалась, смотря на то, как Тиш с детской непосредственностью рассказывает о том, как Полоз, почти подобрав его с улицы, сделал рекрутом. — А какой он, Полоз? — спросила Алёна у мальчика. Тишин чуть задумался, но потом всё-таки ответил. — Он добрый! Хотя и не показывает этого! У него глаза добрые! И несчастливые… Но он будет счастливым, потому что добрый! — с уверенностью сказал Тиш, отчего-то опустив глаза и упрямо закусив губу. — Если бы в этом мире всё было так просто! — вздохнула девушка, вспомнив почему-то разговор с Бренко в их первую встречу. — Пойдем, мой верный проводник!
