ГЛАВА 20. Боевая
26 сентября 2014 г., 23:14
Что бы ни делала ты, всегда под пристальным взглядом; Хвостом заметая следы - мысленный волк бежит рядом. Смысловые Галлюцинации
– Поднимайся, соня! Поднимайся! Сегодня день середины зимы, а ты спишь! На площади уже вовсю гуляют! – Рихана радостным вихрем влетела в покои княжеской четы и начала тормошить Алену. – И что я там буду делать? – сонно спросила Змеица, пытаясь зарыться поглубже в подушки и нащупать справа от себя мужа. Оба действия были абсолютно безуспешны, и Рихана стянула ее с кровати. Алена сидела на полу, взъерошенная, как воробей. С того памятного дня их с братом встречи прошло больше полутора месяцев. Девушка привыкала к тому, что она больше не одна в этой жизни и ей всегда можно положиться на веселого и доброго Рината, который ошивался где-то в замке. На самом деле, он выпросил у Полоза место конюха, и пропадал теперь на конюшне все время. В этом он разделял страсть сестры – сильные, могучие кони поражали ее и, как ни странно, любили. Они смотрели на Алену с каким-то снисхождением и пониманием. Первые две недели Алена и Ринат просто не отходили друг от друга, что раздражало Бренко, который, как признался сам, жутко ревновал. За эти месяцы они успели сотню раз поругаться и столько же – помириться. Алена перестала бояться его прикосновений и поцелуев, отвечала на них, боязливо действовала сама, но никогда не начинала первая. Полоз вздыхал, крепче прижимая ее к себе, и говорил, что такой хрупкий цветок лилии еще приучать и приручать надо... А еще Алена подстригла волосы. Теперь они едва доставали до лопаток, и девушка чувствовала невыносимую легкость, будто вместе с волосами избавилась от воспоминаний, мыслей. Алена вернулась к тренировкам с мечом и кинжалами. Десперата пыталась приучить ее и к копью, но попытки были тщетны – древко с наконечником никак не хотело подчинятся Змеице. – Пошли же! Ты знаешь, что и Грай, и Ясвен, они все подали заявки на участие в боях? Ну и битва будет! Я предвкушаю ее! – Что за бои? – насторожилась девушка. – Состязания на площади. Среди девушек и юношей. Я, правда, в этом году не буду участвовать... Грай запретил, – девушка понурилась и вздохнула. – А Бренко участвует? – спросила Змеица, поднимая с пола одеяло. – Разумеется! Победитель общих соревнований будет драться с Полозом! Тут уже разыгрывается, сколько минут продержится соперник князя, а не кто выиграет, – пояснила Рихана. – А если Полоза победят? – Такого быть не может по определению, – метательница уселась в кресло и захрустела сочным яблоком, что лежали в тарелке у ножки кресла. Покои княжеской четы настойчиво напоминали бедлам. Блюда стояли на полу, оба стола, кроме маленького, были завалены книгами, половина подушек с кровати валялась на креслах. По приказу Полоза пол застелили коврами и шкурами, а щели в окнах законопатили. Вечерами Бренко и Алена лежали на полу и при свете свечей и огня из камина читали вслух. То он, то она, страницу за страницей. – Почему не может быть? Если противник окажется сильнее... – Да брось ты! Полоз потому и Полоз, то есть князь, что он непобедим! Против него даже дюжему кузнецу не выстоять! – Думаешь? – Знаю! Пошли уже! Рихана торопила девушку, не давая ей ни нормально собраться, ни нормально позавтракать. В последнее время Алена еще никак не могла найти себе места из-за того, что Полоз приходил поздно ночью и уходил рано утром, и днем Алена видела его только во время тренировок или обеда. Змеица жутко скучала по мужу, боялась, что надоела ему. Однажды, жутко разозлившись на него в тренировочной зале, она во время боя на мечах мазнула кромкой меча по плечу мужа. Это так поразило их обоих, что они немедленно остановили бой. Алена никак не могла понять, как она решилась на такой выпад, а Полоз недоумевал, как он его пропустил. Они смотрели, как кровь пропитывает белую ткань рубашки и молчали. – Ну пошли, лошадей уже наверняка запрягли, – вновь принялась ныть Рихана, которая сама сейчас напоминала молодую, топчущуюся на месте резвую кобылку. – А что, праздник вот-вот начнется? – Нет, но пока мы доскачем, пока разберемся что к чему... – заюлила Рихана, а Алена подумала, что в запасе у них еще как минимум часа полтора времени. Праздник середины зимы праздновался только здесь, в Царстве Змей, в котором не было привычного Алене Нового года. Он справлялся с шутками, гуляньями на площадях, кулачными боями... Ну и весь народ, разумеется, тянулся в столицу. Люди провожали прошедший год, просили, чтобы грядущий был богатым на урожай и на приплод скотины. Вчера Алена уже была на дворцовом приеме в честь праздника. Ее нарядили в белое платье, которое все время ей мешалось, а Рихана и Деметра, наряженные в нечто подобное, стенали, что согласятся надеть полную броню рыцаря, чем эти платья. Весь прием они простояли в уголке у окна, незаметно подъедая сладости со столов. Андрий, тоже там присутствующий, попеременно приглашал то Алену, то Рихану, настойчиво доводя этим Полоза и Грая до белого каления. При этом княжич ловко ускользал от расправы, ныряя в толпу разряженных по случаю праздника дворян. – Как молодые быки, ей богу, – хмыкнула Рихана, наблюдая, как Бренко и Грай в очередной раз караулят Андрия в десяти шагах от девушек. – Почему бы им хоть в этот раз не развлечься? – пожала плечами Алена. – Они не выходят из рамок приличий, ведут себя пристойно, бить Андрия по лицу не станут, – в последнее время Змеица все чаще начала замечать за собой шуточки, которые раньше ни за что не решилась бы произнести. Она боялась, что по прошествии времени станет одной из тех сухих женщин, что поразили ее на совете. – О боги, лучше бы я поехала одна! – в сердцах выпалила Рихана, оторвав Змеицу от размышлений. – Я уже почти готова, – откликнулась девушка из-за ширмы, застегивая поверх теплых штанов пояс вязаной юбки, сверху она накинула полушубок. – Меч возьми, – посоветовала метательница. – Зачем?- спросила Алена, уже надевая пояс с ножнами. – Вот за что я тебя люблю, так это за то, что ты сначала сделаешь, потом уже спрашиваешь! – фыркнула Рихана, выскальзывая из покоев, так и не ответив на вопрос девушки. Когда они приехали в город, гулянье уже гудело во всю свою силу. Акробаты расшагивали на ходулях, заклинатели огня крутили свои пои. На главной площади был установлен помост, на котором уже кто-то сражался. Слышался только лязг мечей, да двое мужчин то сходились, то расходились. Толпа вокруг едва шумела. Алена дернула Рихану за рукав. – А как они понимают, кто победил? – Эти бои – бои перед богами. Слабый сам должен уступить сильному, если они примерно равны в искусстве боя, разумеется. Если уровень разный – то тут уж все и так понятно. Примерно в этот момент один из мужчин отступил и чуть поклонился победителю. Распорядитель громко проорал имя сильнейшего, следом вызвав вторую пару. – И что, каждый может прийти и испытать свою силу и ловкость? – Ну да, – кивнула метательница. – Сначала между собой соревнуются простые горожане, по парам. Потом к лучшим из них присоединяются дворяне. Обычно, кстати, участвуют только сорвиголовы наподобие Грая. Остальные слишком холеные, и получить поражение от обычного мужика было бы для них слишком унизительно. – А Полоз? – Полоз дерется только с победителем. И бой тут идет не на победу, а на то, сколько выстоит счастливчик, я ж тебе уже говорила! – И есть определенные лидеры, которые каждый год близки к победе? – заинтересованно спросила Алена, глядя на то, как юркий паренек теснит дюжего мужика своими ловкими выпадами. – Конечно, – самодовольно фыркнула Рихана. – Всегда раньше лидировали я, Грай и еще один паренек. Но в этом году, как, наверное, и добрую полусотню следующих, я вне игры, – метательница сложила руки на животе, ехидно взглянув на Алену. Змеица радостно вскрикнула, поняв, о чем говорит Рихана, и заключила ее в объятия. – Ты же меня задушишь! – прохрипела метательница. – Пошли вон туда, нас наверное уже заждались! – Рихана потянула Алену за руку к другому небольшому помосту, на котором со скучающим видом наблюдал за боями Бренко. Увидев поднимающихся по ступенькам девушек, он встал, приобнял Алену за плечи и улыбнулся, так и не сказав ни слова. – О! Не знала, что Ринат тоже участвует, – нарушила тишину Рихана, которой брат Алены, к безграничной злости ревнующего Грая, пришелся по душе. – Я его убью, – выдохнула Змеица, чуть покачиваясь в объятиях мужа. Бренко чуть слышно фыркнул у нее над ухом, но ничего не сказал. – Ты чего с мечом, Солнечная? Не уж то и в самом деле решила показать братцу, где раки зимуют? – фыркнул Бренн. – Это я посоветовала ей его взять, – встряла в разговор Рихана. – Пусть видят, что Змеица тоже не безоружна! – Зря, – покачал головой мужчина. – Ты не подумала, Ри, что меч еще и обязывает своего обладателя уметь им пользоваться? И ее вполне, как и меня могут пригласить к сражению? – Снять? – выпалила Алена, глядя на стремительно бледнеющую Рихану. – Не стоит. Те, кому нужно было, уже все равно его заметили, – покачал головой мужчина. Полоз отошел к краю помоста и облокотился о перила. – Явился, наконец, – хмыкнул он, глядя на двух очередных бойцов, которых толпа встретила гвалтом. Один из них был кто-то с примесью восточных кровей, смуглый, в стальной кольчуге. Вторым был Грай в одной рубашке с закатанными рукавами. По правой руке, уходя вверх, змеилась какая-то татуировка, не виденная Аленой раньше. – Половина на половину, – оценила шансы сражающихся Рихана. – Четверть против трех частей. Ты недооцениваешь своего мужа, – фыркнул Бренко. – Я стараюсь не сглазить, – ухмыльнулась метательница. Как и следовало ожидать, выиграл моряк. Потом были еще пары, провел свой бой Ринат, технику которого Полоз очень оценил, были несколько бойцов из гвардии и парочка вельмож, которых Алена видела во дворце. Когда осталось восемь победителей, народу на площади стало столько, что, казалось, скоро они начнут лезть друг другу на голову. В число лучших вошли и Грай с Ринатом. Они стояли рядом, весело переговариваясь. – Грай победит, если им с Ринатом придется сойтись, – заявила Рихан. – Я бы поспорил, – пожал плечами Полоз. – Я рад, что среди победителей нет девушек, способных вызвать тебя на бой, Солнечная. Алена встала рядом с мужем, на нее тут же обратила внимание едва ли не половина собравшегося на площади народу. – Знаешь, я уже давно здесь, и в городе бываю часто, а на меня все смотрят так, будто в первый раз увидели, – тяжело вздохнула она. – Привыкай, – тихо ответил мужчина, и девушка почувствовала второе дно этого ответа. Мужчина последнее время все чаще начал привлекать Алену к управлению княжеством, к решению каких-то проблем. Они вместе рассматривали жалобы, разбирали их. Алена догадывалась, что Полоз готовится к уходу – нагаданной смерти. Алена иногда начинала плакать, просто просыпалась среди ночи и не могла сдержать слез. Казалось, они с Полозом стали постепенно увядать, оба, как два цветка дикой орхидеи, связанные друг с другом. Даже глаза Бренко почему-то утратили золотой блеск, оставив только желтизну. – Вот сейчас мы и узнаем, кто кого! – вырвал Алену из раздумий веселый голос Риханы. На помост, обнажив мечи, вышли Грай и Ринат. – Сто золотых, что победителем выйдет Ринат, – усмехнулся Бренн. – По рукам, – хмыкнула метательница. Алена хотела возмутиться, но передумала. Чем бы дитя не тешились... Бой начался. Техника Грая напоминала истинно змеиную – ужалил, потом отступил в защиту. Его меч чаще колол, чем делал режущие выпады. А Ринат, наоборот, нападал сериями ударов, широкими рубящими движениями, который Грай едва успевал останавливать. – И откуда в его теле столько силы?- вслух спросила Рихана, глядя на тщедушного Рината. – Сильные люди – не обязательно массивные горы мышц, волк тоже худой, а добычу разрывает отменно, – пожал плечами Полоз. Рихана закусила губу, наблюдая за боем. Когда меч Рината распорол рубашку на плече Грая, она сдавленно охнула, затеребив руками край отороченного мехом кожаного плаща. Но следом противник Грая споткнулся, отступая назад, и моряк воспользовался этим. Через несколько ударов сердца Ринат уже был притиснут к краю помоста с лезвием меча у горла. Кончик меча светловолосого был направлен прямо в сердце Грая. Ринат что-то сказал и усмехнулся, следом фыркнул Грай и убрал меч. Противники вышли на середину помоста и уставились на Полоза. – А одолеешь ли ты, княже, нас двоих? – насмешливо спросил Грай. По толпе прошел шепоток, кто-то сетовал на пренебрежительное отношение к князю, кто-то говорил, что такого раньше не было. Но Бренко, на это, по мнению Алены, было глубоко наплевать. Он перевесился через перила и громко ответил: – Стар я стал для таких забав, спину ломит, ноги болят... – глаза Бренко озорно сверкнули. – Но надрать задницы сосункам я никогда не прочь! Теперь вся площадь дружно заулюлюкала, а Рихана густо покраснела, тихо пообещав придушить мужа. Полоз, тем временем, махнул кому-то рукой и начал спускаться по лестнице вниз. Остановившись на ее середине, откуда уже не было видно толпу из-за навеса, Бренн позвал Алену. – На удачу, – прошептал он, коснувшись своими губами ее губ. Алена улыбнулась, проведя по волосам мужа. – Иди, – шепнула она. Алена вернулась к Рихане, а Полоз уже присоединился к мужчинам. – Сейчас будет избиение младенцев, – усмехнулась метательница. – Ты же говорила, что Полоза нельзя победить! – охнула Змеица. – Так я про это и говорю! Полоз насмешливо наблюдал за тем, как Грай и Ринат сначала зашептались о чем то, а потом встали плечом к плечу. – Невыгодная позиция, – покачала головой Рихана. – Они будут лишь мешать друг другу. В массовом бою, когда противник находится в таких же условиях, это нормально, но когда у него целая площадка для маневра – отнюдь. Полоз задумчиво провернул в руке свой полуторник, даже не глядя на противников. Не став дожидаться их удара, он первым атаковал. Удар, еще удар, Грай и Ринат ушли в глухую оборону, уворачиваясь и парируя атаки. Мудреные стойки, позы, красивые выпады – ничего этого не было. Экономичные, резкие движения, меч словно являлся продолжением руки. В какой-то момент Бренко надоело это пустое махание мечом и он, буквально проскользнув между ног Грая, оказался у противников за спиной, бросил меч, схватил их за ноги и дернул, отчего те комично шлепнулись на живот. Рихана, стоявшая рядом с Аленой, открыла рот. Грай и Ринат, судя по всему, ничуть не расстроенные проигрышем, валялись на полу и хохотали. Бренко, стоя над ними, явно выговаривал им за бессовестно проигранный бой. – Я его обожаю, – фыркнула воительница. – И этого дурака на место поставил, и как настроение поднял!
